Автор Тема: Протесты против пограничного передела между Ингушетией и Чечнёй  (Прочитано 5970 раз)

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4692
Пользователи соцсетей назвали визит Кадырова в Ингушетию подножкой Евкурову
20 октября 2018, 03:57

Рамзан Кадыров приехал к ингушскому старейшине Мухажиру Нальгиеву, который критиковал главу Чечни на митинге в Магасе, и призвал ингушей отказаться от претензий в свой адрес. Кадыров косвенно признал факт передачи земель Чечне, но возложил всю ответственность за соглашение о границе на Юнус-Бека Евкурова, указали жители Ингушетии в соцсетях.

Как писал "Кавказский узел", Рамзан Кадыров 16 октября высказал угрозы и обвинения в адрес организаторов акции в Магасе, предложив им провести митинг на территории, которую они считают незаконно переданной Чечне. Кадыров пообещал "спросить" с одного из лидеров протеста в Ингушетии, бывшего главы МВД республики Ахмеда Погорова за ряд некорректных высказываний в его адрес на митинге.

Слова Кадырова о лидерах протеста в Магасе не остались незамеченными в Ингушетии. Член оргкомитета митинга Ахмед Барахоев прокомментировал их во время акции в Магасе, обратившись к самому Кадырову.

Активист предложил главе Чечни приехать и лично высказать претензии к Погорову и его соратникам. Видеозапись выступления Барахоева была распространена в социальных сетях 18 октября, слова активиста перевел корреспондент "Кавказского узла".

"Ахмед Погоров - сын своего народа, он истинный ингуш, у него есть родители, тейп, он мужчина. Из Чеченской Республики никто не может ничего предъявить Ахмеду Погорову. Кто там в телевизоре что-то говорит, приезжайте сюда и здесь скажите! Но никто не едет же. Если хочешь сказать что-то, приезжай сюда и говори", - заявил Барахоев.

По словам Ахмеда Барахоева, он раскритиковал Кадырова еще на первой встрече с полпредом президента в СКФО Александром Матовниковым, где присутствовал спикер парламента Чечни Магомед Даудов. "Я твоему Даудову сказал на встрече с Матовниковым, что твоя манера кулаком стучать по столу тут не пройдет", - отметил активист, обращаясь к Кадырову.

Рамзан Кадыров еще 1 октября потребовал от противников установления чечено-ингушской границы "не вести пустых разговоров" и "не создавать себе проблем". Слова Кадырова о том, что его "устраивает и воевать", некоторые жители Ингушетии восприняли как угрозу применения силы к противникам обмена землями.

Кадыров приехал к ингушскому старейшине после критики в свой адрес

Глава Чечни 19 октября приехал в ингушское селение Сурхахи и встретился со старейшиной Мухажиром Нальгиевым, который также выступал с критикой в адрес Кадырова.

О поездке в Ингушетию Кадыров рассказал сам, отметив, что "известный и уважаемый старейшина" неуважительно о нем высказывался. При этом он не отказался от своих высказываниях в адрес Ахмеда Погорова.

"Я предложил объяснить [...], почему он так говорил обо мне. Мухажир пояснил, что сделал это, восприняв мое выступление критическим в адрес ингушского народа и его религиозных деятелей. Я сказал, что никогда не говорил неуважительно об ингушском народе и его духовных лидерах, не позволял этого и другим в моем присутствии. Я говорил в своем выступлении, которое упомянул Мухажир, об Ахмеде Погорове и подобных ему", - написал Кадыров ночью 20 октября в своем Telegram-канале.

По словам Кадырова, после уважительной беседы он и Нальгиев принесли друг другу извинения за возможные обиды, "обнялись и расстались". Глава Чечни добавил, что посетил мечеть в Сурхахи и пообщался с местными жителями; беседа, по его словам, "носила теплый характер". "Я хочу еще раз подчеркнуть, что глава Республики Ингушетия Юнус-Бек Евкуров совершил исключительно важное и имеющее большое значение дело", - написал Кадыров, не отметив собственной роли в разработке соглашения о границе.

Ингушские источники описали приезд Кадырова в Сурхахи несколько иначе, хотя также отметили мирный характер встречи.



"Поговорил, вполне мирно. Нальгиев сказал, что попытки надавить на него, испугать бесполезны. Затем оба извинились друг перед другом и нормально разошлись", - приводит слова ингушского оппозиционера Сараждина Султыгова "Коммерсант".

Глава Чечни прибыл в Сурхахи в сопровождении колонны автомобилей, встретился с религиозным деятелем Ибрагимом Белхороевым и вместе с ним отправился в дом Мухажира Нальгиева, указывает Telegram-канал "Главком РИ".

"В начале разговор со стороны гостей пошел чуть на повышенных тонах, но Мухажир в твердой форме осадил их, после чего Рамзан рассказал, что он не виновен в том, как прошло подписание соглашения о границе", - говорится в сообщении канала.

По информации источника, после известия о приезде Кадырова к Нальгиеву представители его тейпа и другие жители Ингушетии приехали к его дому, опасаясь враждебных действий гостей в отношении старейшины. Тем не менее "весь процесс прошел мирно". В мечети, где Кадыров встретился с жителями селения, находились в основном "представители баталхаджинского тариката, лояльные главе Чечни". При этом Кадыров попросил "оставить его в покое", заявив, что он не требовал передавать Чечне какие-либо ингушские территории, "не ответственен перед Ингушской Республикой и ее Конституцией" и "ни за что не отвечает перед ингушами", отмечается в сообщении.

Информацию о широком резонансе, вызванном приездом Кадырова, подтвердил ингушский активист, представитель тейпа Исмаил Нальгиев. "К старейшине нашего тейпа Мухажиру Нальгиеву действительно приезжал глава Чеченской Республики. [...] Узнав о встрече буквально за 15 минут, там собралось около тысячи человек", - написал он

Пользователи соцсетей: Кадыров подвел Евкурова

Приезд Кадырова в Сурхахи и его заявления на встрече с местными жителями вызвали бурное обсуждение в социальных сетях.

"Коротко говоря, всю ответственность за случившееся Кадыров возложил на Евкурова. Попросил чтобы его, Кадырова, оставили в покое. Все претензии к вашему главе: «Я не ваш глава», сказал Кадыров", - написал автор Telegram-канала "Спросите у Расула", блогер Расул Асад на своей странице в Facebook.

"Приехал, извинился, обвинил во всем Юнус-Бека и уехал", - кратко описал визит Кадырова ингушский активист Хасан Кациев на своей странице в Facebook.



Слова Рамзана Кадырова в Сурхахи ставят в неудобное положение главу Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, отметил ингушский историк, активист Якуб Гогиев.

"Как мы все помним, "наш" утверждал, что ничего не отдавал, очертили как было. Но вот приехал молодой человек из Чечни, странно вежливый, не кричал, не угрожал, [...] Сказал что "наш" сам все ему отдал, что [он] на карту даже не смотрел", - написал Гогиев на своей странице в Facebook.

"Буквально вчера [Кадыров] угрожал любому, кто посмеет устроить митинг на "его земле", а сегодня он ее не хотел. Удивительное время", - написал Алик Костоев в комментариях на странице журналистки Изабеллы Евлоевой в Facebook. "Он подставил Евкурова. Так ему и надо", - написала в ответ сама Евлоева.

"Сам же Кадыров хвалил Евкурова за мудрость и дальновидность. А теперь он ни при чем", - иронично отметила пользователь Facebook Мадина Султыгова.

"Поэтому [Кадыров] с августа бульдозеры нагнал туда и военных, ввел КТО и никого не пускал. Евкурова просто сделали крайним", - написал Khuseyn Shoanho.

В конце августа общественная организация "Опора Ингушетии" сообщила о строительных работах, начатых рабочими из Чечни под охраной чеченских силовиков в Ингушетии, и о попытке установить пост ДПС МВД по Чечне в районе приграничного ингушского селения Аршты. Вскоре было заявлено, что в горах Сунженского района введен режим КТО. 17 сентября стало известно, что бойцы Росгвардии застрелили трех боевиков в Ачхой-Мартановском районе Чечни близ границы с Ингушетией. При этом опрошенные 17 сентября "Кавказским узлом" жители приграничных населенных пунктов ничего не слышали о режиме КТО и проводимых поблизости спецоперациях.

Комментарии на странице Изабеллы Евлоевой."Какой все-таки Кадыров хитрый, надо отдать ему должное. Приехал именно к своим друзьям баталхаджинцам, с которыми давно налаженные отношения, чего стоит только мечеть в Чечне, названная в честь их устаза Батал-Хаджи. Знал, что его баталхаджинцы примут хорошо в Сурхахи) приехал и заявил, мол, "вините свои власти, это они подписывали". А что, он забыл, как еще до подписания [соглашения] его люди устроили провокацию на границе на тех территориях? [...] ввели режим КТО, чтобы под шумок прокладывать свой путь. Евкуров прямо заявил, мол, я хотел избежать кровопролития между братьями и прекратить эти провокации - именно поэтому я подписал это соглашение", - написал пользователь Instagram arlantus_ur.

Автор: Умар Йовлой; источник: корреспондент "Кавказского узла"

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/326897/


==========================================


26 октября 2018, 23:06
Видеозапись Магомеда Даудова действительно сделана на фоне дома муфтия Ингушетии Исы Хамхоева, однако спикер чеченского парламента приехал без предупреждения и в отсутствие хозяина, заявили председатель движения "Советов тейпов ингушского народа" Малсаг Ужахов и глава правозащитной организации "Машр" Магомед Муцольгов. Реакция Хамхоева непременно последует, уверены они.

Как писал "Кавказский узел", 25 октября появилась видеозапись о приезде главы парламента Чечни Магомеда Даудова к муфтию Ингушетии. На видео Магомед Даудов в темноте стоит перед домом муфтия республики Исы Хамхоева. "Лорд (прозвище Даудова. - Прим. "Кавказского узла") записал видео у двора Хамхоева и прокомментировал отсутствие муфтия. По словам Даудова, он с утра звонил Хамхоеву, но тот не поднимал трубку и тот считает, что он дома, но избегает встречи", - говорится в сообщении, сопровождающем публикацию на канале "Тут Чечня". Сам Даудов подтвердил информацию о поездке к муфтию Ингушетии.

Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров, не первый год конфликтующий с муфтиятом республики, заявил 6 октября, что позиция религиозных деятелей, поддерживающих протест, мешает власти разрешить кризис. В свою очередь муфтий Чечни Салах-хаджи Межиев выступил с видеозаявлением на чеченском языке, раскритиковав организаторов протестных акций в Магасе. Он также высказал мнение, что митинг в Ингушетии был организован противниками Евкурова, к которым, как посчитал чеченский муфтий, примкнул и муфтий Иса Хамхоев. Представитель Духовного центра мусульман Ингушетии опроверг заявление Юнус-Бека Евкурова о том, что имамы призывают к протестам и призвал не связывать прежний конфликт муфтия и главы региона с позицией Духовного центра по подписанному соглашению и протестам.

Ингушские активисты усомнились в искренности намерений Даудова

На видеозаписи визита Даудова действительно дом муфтия, в котором в момент визита главы парламента Чечни не было Исы Хамхоева, заявили корреспонденту "Кавказского узла" председатель регионального общественного движения "Советов тейпов ингушского народа" Малсаг Ужахов и глава правозащитной организации "Машр" Магомед Муцольгов.

Спектаклем назвал видео спикера парламента Чечни Магомеда Даудова Малсаг Ужахов.

"Даудов не звонил муфтию и не предупреждал, что собирается в гости. Никого он не предупреждал. Когда Даудов приехал, муфтия, действительно, не было дома. Его пригласили в другой населенный пункт, и он был там. Это спектакль. Муфтий Ингушетии ни от кого не прячется, он не такой мужчина", - заявил председатель регионального общественного движения "Советов тейпов ингушского народа".

Он также выразил уверенность, что "не сегодня, так завтра ответ муфтия обязательно будет".

Если человека, к которому ты приехал в гости, нет дома, то стоит приехать в другой раз, а не снимать ролик перед его домом, отметил глава правозащитной организации "Машр" Магомед Муцольгов.

"Муфтий Ингушетии - занятой человек и не сидит дома весь день. В тот момент его не было дома. Муфтий Ингушетии не прикован обязательством ждать, встречать и провожать Даудова. Я не знаю, почему они выкладывают такие видео" - подчеркнул Муцольгов.

По его словам, подобный визит Даудова к муфтию "выглядит странным", поскольку тот не имеет отношения к духовенству. "Даудов приезжал в качестве кого? Как чиновник, чеченец? На видео он говорит, что хотел поговорить с муфтием. Так надо встретиться с ним для этого, а не говорить на телефон. Это же не теледебаты. Позвони, договорись о встрече, потом приезжай. Это несерьезный разговор. Такими действиями и словами Даудов компрометирует муфтия Ингушетии. В нынешней ситуации этого делать нельзя", - отметил Муцольгов.

По его мнению, "муфтий ни от кого убегать не будет". "Хоть я самого муфтия не поддерживаю, но он не такой человек, чтобы спрятаться", - заявил правозащитник.

Он также сообщил, что Даудов приезжал к муфтию Ингушетии 24 октября, но до визита к старейшину Ахмеду Барахоеву, которого Рамзан Кадыров вызвал на шариатский суд.


-----------------------------------------------------------


Кадыров извинился, извинились перед Кадыровым. Что происходит в Ингушетии

26 Октябрь 2018
Тимур Олевский

https://www.currenttime.tv/a/29566136.html

Глава Чечни Рамзан Кадыров приехал в город Карабулак в Ингушетии к дому активиста митингов против обмена землями между республиками, бывшего министра внутренних дел региона Ахмеда Погорова. Кадыров добивался извинений.


Кадыров за столом в доме Ахмеда Погорова. Фото: телеграм-канал "Ингушетия-2018"

Сотни следили за тем, что там происходит, по трансляции в интернете. Накануне Кадыров вызвал в шариатский суд старейшину ингушского рода Барахоевых, который активно протестовал против передачи спорной земли. Тот отказался ехать в Грозный.

Ночью появилась информация, что Ахмеду Барахоеву угрожают расправой, в его окружении происходящее назвали "объявлением войны". А днем караван машин из Чечни отправился к одному из родственников Барахоевых, бывшему министру внутренних дел Ингушетии Ахмеду Погорову.

Ночной визит Лорда и суд по шариату. Чего хочет Кадыров и чем отвечают в Ингушетии
Через несколько десятков минут у дома Погорова начался стихийный митинг.

Хозяева приняли в доме Рамзана Кадырова, главу парламента Чечни Магомеда Даудова, депутата Госдумы Адама Делимханова, командира чеченского СОБРа Абузайда Висмурадова и муфтия Чечни Салаха Межиева.

Вместе они помолились, вместе пообедали, выпили чай – и помирились. Когда главе Чечни Рамзану Кадырову и его свите – ближайшим соратникам и муфтию Чечни – пришло время уезжать, то людям сразу даже не удалось освободить улицу, чтобы Кадыров проехал на своей машине.

Во время этих событий жизнь в Ингушетии была практически парализована, потому что тысячи человек бросили все и приехали к дому экс-министра внутренних дел Ингушетии Ахмеда Погорова и ждали окончания переговоров.

О том, что происходило в Ингушетии в пятницу, 26 октября, Настоящему Времени рассказал свидетель событий Бекхан Хашагульгов.

— Вы были там и видели, как это происходило. Скажите нам и нашим зрителям, можно говорить о примирении? Как все это выглядело?

— Можно говорить конкретно как раз-таки о примирении. Сегодня, как стало общеизвестно, по мессенджерам быстро распространили информацию о том, что в Ингушетию в город Карабулак заехала колонна автомобилей из приблизительно 30-35 машин из чеченского региона. Туда очень много стянулось людей, прям пройти, протолкнуться было в принципе невозможно.

В течение часа – полутора часов люди ждали результата переговоров. Разговор, который проходил, как стало известно, за чашкой чая, в неформальной обстановке. Спустя час Ахмед Погоров вышел к собравшимся, обратился, поблагодарил их за то, что они поддерживают его семью в том, что происходит. Он перед всеми объявил, что примирение прошло в формате вайнахских обычаев и традиций.

Потом спустя где-то полтора часа к Погорову приехал Ахмед Барахоев, представитель старейшин, который входит еще и в оргкомитет митинга и вообще всех этих процессов, которые у нас происходят в Ингушетии. И потом далее уже пришлось приблизительно часа ждать, пока кто-то вышел, объявил результаты.

— Закончилось примирение по вайнахским обычаям. Думаю, что в этой ситуации это лучшее, что могло произойти, я правильно понимаю?

— Да, вы правильно понимаете. И после того, как Рамзан Ахматович Кадыров уехал, Ахмед Барахоев тоже выступил перед собравшимися, заявил, что процесс, который касается земель, все еще будет продолжаться, а то, что сегодня произошло, это было связано именно с примирением.

— То есть это было связано именно с теми словами, которые друг другу могли показаться обидными, все говорили об этом. По поводу земли я хочу одну вещь уточнить. Четыре дня остается до Всемирного конгресса ингушей, это будет большое собрание ингушей в республике. Скажите, вопрос земли будет продолжать обсуждаться? В каком формате, как вы думаете?

— В обязательном порядке уже сугубо внутри региона. Как я понимаю, уже без каких-либо обвинений. В данном случае и Рамзан Ахматович Кадыров, и ингушская сторона перед собой определили, что больше таких высказываний не будет.

— Я правильно понимаю, что по тому, как вы сейчас говорите, по тому, что происходит, каждое слово, неаккуратно сказанное, вы подбираете, чтобы оно не было неаккуратно сказанным, потому что это может привести к новому обострению. Или нет?

— Эта видеозапись, которая сейчас у нас идет, представитель тейпа Погоровых, по-моему, точнее, это Ахмед, они неоднократно просили: когда распространяют обращения, видео, ранее как раз-таки тейп Погоровых и выпустил обращение, чтобы они не приписывали каких-то жестких формулировок, мол, "тейп Погоровых заявил кадыровцам или Кадырову" – в таком формате ничего не распускали.

— Это важно, потому что мы видим в последние дни, какой накал эмоций и к чему это может привести. Конечно, будем следить за Всемирным конгрессом ингушей, который скоро откроется. О вопросе земли: вы говорите, что это теперь перейдет на региональный уровень, то есть к Кадырову больше вопросов нет, все вопросы ингуши будут решать с Евкуровым, я правильно понимаю?

— Да, внутри республики с руководством республики будут обсуждаться вопросы в дальнейшем. Всемирный конгресс народа Ингушетии состоится, и уже там будут продолжаться вопросы касательно незаконной передачи земли.


------------------------------------------------------------

Р. Кадыров о недовольных переделом границы между Чечнёй и Ингушетии
5 окт. 2018 г.

 
https://www.youtube.com/watch?v=SH6WlTtdNZo
« Последнее редактирование: 02 Октября 2019, 20:10:32 от Абд-ур-Рахман »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.
http://abu-umar-sahabi.livejournal.com/

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4692
​ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА О СЕЛЬСКОМ ПОСЕЛЕНИИ БАМУТ - Сердало

(В документах и картографических материалах в разные периоды: Бумут, аул Бумутский, Бомут)

Территория, на которой расположен Бамут, и окрестности селения были заселены людьми с древности (обнаружены захоронения бронзового века) и в период позднего средневековья (XIV-XVII вв.), о чем свидетельствуют многочисленные памятники археологии.

По данным историко-этнографических и картографических материалов, начиная со второй половины XVIII в. эта зона входит в ареал расселения и миграционного движения на плоскость орстхойцев (карабулаков) – ингушского территориального общества, располагавшегося в бассейнах рек Асса, Фортанга и других притоков Сунжи.

Однако населенного пункта с названием Бамут ни в документах, ни на картах Кавказа, в том числе подробных, до периода 1840-х гг., по имеющимся у нас данным, не зафиксировано. Поэтому, основание собственно селения Бамут на р. Фортанге надо отнести к периоду не ранее 1840-х гг. Первая, из известных нам российских карт, где указывается селение Бамут, относится к 1847 г., на более ранних картах указанного селения нет. С картографическими данными согласуются и сведения, приводимые известным ученым кавказоведом – этнографом Н.Г. Волковой, которая отмечает, что первопоселенцами в Бамуте были орстхойцы из фамилии Гандалоевых, ранее проживавшие к югу от Бамута выше по левому берегу р. Фортанги в местности Гандал-бос. Как указывает Н.Г. Волкова:

«…четвертое поколение (считая ныне живущее старшее поколение) Гандалоевых спустилось с гор и поселилось в Бамуте. Несколько позднее в это же селение перешли фамилии из ЦIечеахк и Акки».

Во второй половине 1840-х гг. и до начала 1850-х гг. населенный пункт Бумут, расположенный на левом берегу р. Фортанги, входил в территорию, контролируемую имамом Шамилем в составе административно-территориального округа имамата – «наибство Малая Чечня». Само наименование этой территории, учитывая, что его население, особенно в западной части, составляли не этнические чеченцы, а ингушские территориальные общества – карабулаки и галашевцы, было условным.

После зимней экспедиции 1850 г. под командованием генерал-майора Ильинского против аулов, расположенных по Ассе и Фортанге (Карабулакское и Галашевское общества), западная часть территории бывшего наибства «Малая Чечня» была включена в состав Владикавказского округа. Начиная с 1850 г. жители Бамута, как и население других карабулакско-галашевских аулов по Ассе и Фортанге, подчинялись в административном отношении начальнику Верхне-Сунженской линии и, как и населенные пункты других территориальных обществ Ингушетии, входили в состав Владикавказского военного округа.

В 1852 г. у Бамута возводится укрепление на две роты пехоты, которое должно было прикрывать один из главных входов в земли Галашевского общества со стороны Чечни.

С 1858 по 1860 гг. аул Бумутский, в числе селений Галашевско-Карабулакского общества, как и населенные пункты других территориальных обществ Ингушетии (Назрановского, Джераховского, Кистинского и др.), находился в составе Военно-Осетинского округа. Из указанных обществ было образовано два административных участка: Назрановско-Карабулакский и Горский. Согласно данным за 1859 г. в ауле Бумутском (при р. Фортанге), располагавшемся в 75 верстах от центра округа – Владикавказа, проживало 169 дворов (283 мужчин и 308 женщин, всего – 591 чел.)

В 1860 г. округу было возвращено прежнее наименование – Владикавказский, а в 1862 г. из него была выделена отдельная административно-территориальная единица по этническому признаку – Ингушский военный округ. В Ингушский округ были включены территориальные общества: Назрановское, Карабулакское, Галгаевское, Кистинское, Акинское и Цоринское.

На 1863 г. в ауле Бумутском Карабулакского участка Ингушевского военного округа проживало 45 семей (235 жителей).

По статистическим данным за февраль 1865 г. в ауле Бумут Карабулакского участка Ингушевского округа проживало 259 чел. (125 муж. и 134 жен.).

После выселения жителей Карабулакского участка Ингушского военного округа в Османскую империю, земли по левому берегу р. Фортанги отошли к Терскому казачьему войску и были поделены между ближайшими станицами. Так, земля аула Бумутского отошла к станице Ассинской. Со второй половины 1860-х гг. и практически до [1890-х] гг. она оставалась не заселенной: на картах обозначалось лишь место «бывшего Бомута» (или бывшего укрепления Бомута).

Начиная с [1870-х] гг. жители горных обществ Ингушетии (Хамхинского, Цоринского,

с. Цеча-Ахк и др.) начинают поселяться хуторами на арендуемых у казачьих станиц землях по Ассе и Фортанге. Так, в 1872 г. был основан хутор Мужич, в 1873 г. – Алкун, в 1874 г. – хутор Серали Опиева (Верхний Алкун), в

1875 г. – Датых, в 1887 г. – Галашки и т.д. Часть хуторов была основана позже, в 1891 г. это – Мергист, Семиогоч, Верхний Аршты, Нижние Бережки, Футун. Все эти хутора получали названия по имени бывших селений Карабулакского и Галашевского обществ.

По всей вероятности, в это же время, в начале [1890-х] гг. на южной части юртового надела станицы Ассинской поселяется и хутор Бамут, также получивший свое название от бывшего на этом месте старого аула.

По данным Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г. среди населенных пунктов Сунженского отдела, куда входила Ингушетия, числится хутор Бумут (дворовых мест – 12, мужчин – 36, женщин – 31, всего жителей – 67; «в хуторе имеется одна магометанская мечеть»). Кроме Бумута в 1897 г. на земле общества ст. Ассинской также располагались ингушские хутора Футун и Нижние Аршты. Все эти населенные пункты в административном отношении относились к 3-му участку Сунженского отдела, в этот же участок входили населенные пункты горной Ингушетии и хутора, образованные на землях других казачьих станиц.

После выделения Ингушетии из состава Сунженского отдела и образования Назрановского округа (1905 г.), хутор Бамут, будучи расположенным на земле ст. Ассинской, остался в пределах казачьего отдела. По сведениям за

1906 г. уже известно два хутора Бамута – Верхний и Нижний. В 1916 г. во 2-м участке Сунженского отдела (управление участка – ст. Михайловская) числились хутора Бамут верхний и Бамут нижний, относившиеся к Ассинскому станичному правлению. По сведениям Г.К. Мартиросиана к началу Первой мировой

войны на арендованных землях существовало 18 ингушских хуторов, в которых проживало более 1500 семей (дворов). Среди них указано и два хутора Бомут.

В период существования Горской АССР (1921-1924 гг.) поселок Бомут входил в состав Граничного (позже Ассиновского) района (волости) Назрановского /Ингушского/ округа.

После распада Горской АССР и образования 7 июля 1924 г. Ингушской автономной области, Бамут остался в составе Ингушетии и вместе с другими населенными пунктами по Ассе и Фортанге входил в состав Владикавказского округа Ингушской АО. В 1925 г., по проекту нового районирования области, Владикавказский округ был разукрупнен, и Бамут вошел в состав вновь образованного (на правах района) округа – Галашковского (Галашкинского). По данным «Списка сельсоветов Автономной области Ингушетии» за 1925 г. в составе Галашковского (Галашкинского) района Ингушской автономной области находился Бомутский сельский совет, состоящий из 2-х населенных пунктов: Нижний Бомут (435 жителей) и Верхний Бамут (285 жителей). В то же время, согласно данным карт Ингушской АО за 1925, 1928 и 1930 гг. в указанном районе фиксируется три населенных пункта: Верхний, Средний и Нижний Бамут. Надо полагать, третий населенный пункт (Средний Бамут) был основан не ранее 1925 г. Три населенных пункта – Верхний, Средний и Нижний Бамут указаны и в переписи 1926 г. (общее население – 809 чел.).

Таким образом, с 1921 по 1934 гг. селение Бамут (в разное время от 2-х до 3-х населенных пунктов/хуторов) было в составе Ингушетии.

После объединения Ингушской автономной области с Чеченской автономной областью, селение Бамут было передано из состава Галашкинского района в Ачхой-Мартановский район. В списке сельсоветов Чечено-Ингушской АО с подразделением на районы по состоянию на 15 сентября 1935 г., селение Бамут находится в составе Ачхой-Мартановского района.

По данным за 1941 г. в составе Ачхой-Мартановского района Чечено-Ингушской АССР находится Бамутский сельский совет, состоящий из селений Бамут, Нижние Аршты и Новые Аршты. В центре с/совета – селении Бамут проживает 233 семьи (хозяйства). По данным из архива Чечено-Ингушского республиканского комитета КПСС, на 1 января 1944 г. в Бамутском сельском совете Ачхой-Мартановского района числилось 573 семьи (хозяйств), из которых по национальному составу, чеченцев – 881, ингушей – 1517, русских – 5, прочих – 6 человек.

После депортации чеченцев и ингушей в 1944 г. и упразднения ЧИАССР, Ачхой-Мартановский район и входивший в него населенный пункт Бамут вошли в состав вновь образованного Грозненского округа Ставропольского края. С 22 марта

1944 г. в составе вновь образованной в составе РСФСР – Грозненской области. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 23 февраля 1945 г. Ачхой-Мартановский район Грозненской области переименовывается в Новосельский, Бамутский сельский совет в Буковский, а селение Бамут в селение Буковка.

После восстановления Чечено-Ингушской АССР в

1957 г., было возвращено прежнее наименование Ачхой-Мартановскому району и селению Бамут. Таким образом, с 1957 г. по настоящее время селение Бамут находится в составе Ачхой-Мартановского района.

Согласно паспорту-досье Бамутского сельского поселения Ачхой-Мартановского муниципального района Чеченской Республики дата образования населенного пункта – 1921 г.

М. Картоев, руководитель Госархива Ингушетии

«Сердало» № 197












======================================

Грузинские ингуши не забывают о второй родине. Газета "Ингушетия"
Создано 25.06.2015 05:54 | Опубликовано 25.06.2015 05:54
В Грузии проживают около 12 тысяч ингушей-кистинцев, которые говорят на ингушском языке и соблюдают ингушские адаты. Об этом, как сообщает пресс-служба Главы республики, Юнус-Бека Евкурова проинформировали члены делегации общественников, вернувшейся недавно из Грузии. Исса Кодзоев, Мусса Зурабов и Магомед Арчаков поделились впечатлениями о поездке, рассказали о том, как тепло их приняли в Панкиссии. Поездка, как отмечалось, носила ознакомительный характер, главной их целью было знакомство с этническими ингушами, которые уже несколько поколений живут в Грузии.

По их словам, только в Казбекском районе проживает 16 ингушских фамилий. Они называют свои тейпы по-ингушски, но пишут фамилии по-грузински и угощают гостей преимущественно блюдами грузинской кухни.

Юнус-Бек Евкуров пообщался с общественниками с неподдельным интересом. Он спросил о проблемах, с которыми сталкиваются ингуши-кистинцы, об их быте и нравах.

Члены делегации вручили Главе Ингушетии меморандум, который подписали в Грузии обе стороны. Символический договор, в частности, подразумевает взаимодействие в сохранении и развитии родного языка, культуры, образования и родственных отношений. Стороны также планируют обсуждать актуальные вопросы воспитания молодежи, взаимодействовать в решении социальных и иных проблем и искоренении негативных проявлений.

По итогам встречи Глава республики отметил, что приветствует проведение всевозможных мероприятий, направленных на укрепление дружеских отношений, развитие взаимовыгодного сотрудничества. Вместе с тем, руководитель региона считает, что проводиться они должны на официальном уровне. «В данном случае – это не только братский, дружеский визит, но и международные отношения», — сказал Юнус-Бек Евкуров, отметив необходимость создания рабочей группы и разработки плана совместных мероприятий.

Все подобные действия в дальнейшем, по его словам, также необходимо согласовывать с властями, а в данном случае с Управлением внутренней политики Администрации Главы Ингушетии.

https://www.minnacri.ru/index.php/1373-gruzinskie-ingushi-ne-zabyvayut-o-vtoroj-rodine-gazeta-ingushetiya?fbclid=IwAR0mFWK7f0OzbzSnzaw4AvmKu4JLQMq827XLg1uymYA_RfAYZkplUkIaI-A
« Последнее редактирование: 19 Сентября 2019, 04:06:31 от Абд-ур-Рахман »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.
http://abu-umar-sahabi.livejournal.com/

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Общественники ещё до подписания соглашения выразил ли свой протест


https://youtu.be/JG-M8DuYQuQ


На встрече с муфтием
https://youtu.be/eeku636muUc


3,10
https://youtu.be/v1dlNYNaHuM


https://youtu.be/waLyRPxTXQM


https://youtu.be/pO3MLkTCNts

https://youtu.be/cyakQ1yk4Nw


В Ингушетии требуют отставки Евкурова

BBC News - Русская служба
Опубликовано: 18 янв. 2019 г.


https://www.youtube.com/watch?v=4t0S-NttQ4Y


======================================



Евкурова освистали на мемориале жертвам репрессий
23 февраля 2019, 10:59

Активисты, собравшиеся на официальные мероприятия по случаю Дня защитника Отечества и 75-летия депортации ингушей, выразили протест против совмещения праздника и траура. Выступление главы Ингушетии сопровождали свист и крики. Недовольство собравшихся заглушила громкая музыка.

Как сообщал "Кавказский узел", активист Урус Курскиев, который накануне годовщины депортации пытался провести несанкционированный марш памяти, 22 февраля получил за это трое суток административного ареста.

К сегодняшнему дню власти установили на площадке у мемориала жертвам политических репрессий в Назрани два баннера - один по случаю Дня защитника Отечества, второй по случаю 75-летия депортации ингушского народа. Когда Юнус-Бек Евкуров в начале своего выступления сказал о празднике 23 февраля, его освистали собравшиеся на мемориале активисты. Люди продолжали свистеть и кричать, когда он спускался с трибуны.

Дополнение «Кавказского узла» от 19.00 мск 23.02.2019: После того, как ведущий объявил о выступлении Юнус-Бека Евкурова, из толпы послышался свист и крик: «Долой его, долой», а по окончании речи главы республики слышны жидкие аплодисменты, следует из видео с митинга, размещенного на YouTube-канале «Фортанга Org». Речь Евкурова длилась около пяти минут (на видеозаписи – с 10-й минуты).

Забравшись на парапет фонтана, активисты развернули баннеры с надписями, осуждающими празднование Дня защитника Отечества в траурный для ингушей день. Нельзя "отмечать свадьбу и похороны в один день", заявили протестующие.

После возложения цветов люди стали требовать, чтобы дали слово старикам, однако выкрики и выступления заглушила громкая музыка. В толпе началась драка, на место приехали полицейские, и она прекратилась. Толпа скандирует "Аллаху акбар!", передал корреспондент "Кавказского узла" сегодня в 10:40 мск.

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/332119/


https://www.youtube.com/watch?v=-KI5BUsDUbQ


======================================

Ингуши не захотели совмещать праздник и траур
Caucasian Knot
Опубликовано: 23 февр. 2019 г.

https://www.youtube.com/watch?v=-KI5BUsDUbQ


=================================


Митинг в Магасе. 26.03.2019 г.

Выступление Ахмада Барахоева
https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=213

Требование отставки Евкурова и депутатов. Возвращение прямых выборов. Просьба не нарушать законы. Предостережение от пролития крови... Будем стоять до конца.

Выступление Бараха Чемурзиева (на русском):

https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=486

Евкуров полностью потерял доверие народа. О проблеме с выборами.
Свои проблемы мы сможем решить только сами. О наших проблемах знают как президент, так и правительство. Знают о коррупции... Сравнение фондов "Память" с миллиардными ресурсами с фондом "Тешам"


Выступление Малсага Ужахова о недоверии к власти и о том, что федеральная власть не обращает внимание на это недовольство

https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=982


Выступление Бекова Мурада: обращение к Путину. О коррупции. Разобщённость общества при Евкурове. Евкуров источник дескриминации федеральной власти. Требуем его отставки.
Такеж требуем отмены соглашения по границе в Чечнёй.
Исполнение закона о реабилитации репресированных районов с возвратом Пригородного района


https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=1355


Выступление Ахмада Барахоева о том, что глас народа не был услышан президентом страны. "Позор России писать такие ответы!"
Обращение к Путину: "Если вы хотите исправить ситуацию, найдите время, уважьте ингушский народ, немедленно прилетайте к нам и объясните, почему вы не видите этот народ. Я думаю, нужно уважать старейшин. Если старейшин моего тэйпа, старейшин моего народа не уважают, я этого человека не буду уважать никогда. (Крики: "Аллаху акбар") Если вы хотите, чтобы ингушский народ уважал федеральный центр, найдите способ приехать и объяснить ингушскому народу, почему нас вот так прижимают со всех сторон. Если вы решили лишить нас государственности и всех территорий, это для нас смерть. А умирать мы хотим достойно и будем убирать достойно и будем жить (крики "Аллаху акбар") только со свой государственностью и на своих землях". 

(Потом сказал о том, что из этих мест Евкуров выселял людей, а Кадыров призывает заселять эти земли)

https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=2145


Выступление Ахмада Погорова. Взывает к демонстрантам с вопросами о непризнании соглашения по земле, недоверии к Евкурову, его правительству и парламенту республики. Митингующие отвечают согласием. Говорит о позоре всех причастных к этому. Среди людей раздаётся крик: "Путину позор!". Далее пространно сказал о коррупции. О необходимости люстрации парламента. Призыв к отставке...


https://youtu.be/pJp03HBweVU?t=2542


? о проблемах Пригородного района
https://youtu.be/-KGnm2Kt1jU?t=3338


Выступление Иса Хамхоев: благодарит людей за проявленное. Покритиковал Евкурова.


https://youtu.be/-KGnm2Kt1jU?t=3756


Выступление Илеза...?


https://youtu.be/-KGnm2Kt1jU?t=4172


======================================


Митинг в Магасе 26 Марта. 2-я Част

Фортанга Org
Прямой эфир: 26 мар. 2019 г.

https://www.youtube.com/watch?v=_Ut4rh5smdM



==================================


Глава Ингушетии: я никого не предал и не передавал землю своих предков

17 ОКТ 2018, 18:30
В конце сентября в Магасе руководители Чечни и Ингушетии Рамзан Кадыров и Юнус-Бек Евкуров подписали соглашение об административной границе между республиками. Вопрос о ней оставался нерешенным с начала 1990-х годов, после распада Чечено-Ингушской АССР. Некоторые жители Ингушетии 4 октября вышли на митинг, требуя широкого обсуждения данного вопроса и выступая против ратификации соглашения в парламенте республики. В среду, 17 октября, организаторы призвали участников разойтись и возобновить митинг позже. Власти Ингушетии согласовали проведение акции в период с 31 октября по 2 ноября.

О том, почему границу было решено определить именно сейчас, кто стоит за митингами и каким видится выход из этой ситуации, в интервью ТАСС рассказал глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров.

— Самый главный вопрос, который волнует всех: почему именно сейчас встал вопрос об административной границе?

— Скажу честно, это стечение обстоятельств, никакого умысла или плана решить вопрос о границе именно сейчас не было. Сама ситуация, которая сложилась в августе в районе поселения Аршты (близ границы с Чечней произошел конфликт между местными жителями и чеченскими дорожниками — прим. ТАСС) подвела к тому, чтобы начали работу наши — в Ингушетии и Чечне — комиссии по определению административной границы. И по итогам их работы мы с главой Чечни Рамзаном Кадыровым приняли решение: давайте установим границу по ранее устоявшейся без каких-либо изменений и закроем эту тему раз и навсегда.

Еще раз отвечу всем, кто сейчас пытается спекулировать на этой теме: эта задача не была поставлена "сверху". Когда на границе сложилась конфликтная ситуация, мне позвонил полпред по СКФО Александр Матовников, побывал здесь и у Рамзана (Кадырова — прим. ТАСС), сказал: сделайте так, чтобы не было силового конфликта, проговорите вопросы между собой. И мы встретились у полпреда в тот день не для того, чтобы решение принимать, как границу проведем, а чтобы обсудить, как мирно решить проблему. Сели и договорись.

— Зачем вам четкая административная граница с Чечней, если учесть, что обе республики — регионы России?

— Речь о государственности субъектов — мы единственные регионы в стране, у которых не было административной границы. Сунженский муниципальный район Республики Ингушетия граничит с рядом муниципальных образований Чеченской Республики. А у нас получилось так, что закон о местном самоуправлении был принят в республике еще в 2009 году, а на установление административной границы мы вынуждены идти только сейчас, хотя должно быть наоборот.

— Совсем недавно Кировская область и Пермский край подписали такое же соглашение. Мы знаем, что документ готовился долго. Сколько времени ушло на подготовку соглашения и всех необходимых документов у вас?

— В той или иной степени мы работали над этим вопросом на протяжении всех 26 лет существования республики, знали все точки соприкосновения и несогласия по этому вопросу.

Мы еще когда отрабатывали закон по местному самоуправлению, полностью эту границу прошли еще раз, мы знали, где наша земля, а где территория Чечни
Можно сказать, что комплект документов фактически у нас был готов. Поэтому месяца было достаточно, чтобы поднять прежние наработки, сверить с данными нашей комиссии, исправить неточности, наложить результаты на карты, сформулировать и представить главам обоих регионов на обсуждение.

— На митинге, который проходил в Магасе, звучали упреки, что вопрос о границе с соседней республикой не обсуждался с общественностью, а вы говорите — работала комиссия, поэтому не было необходимости в широком обсуждении. Кто именно работал в ее составе?

— Состав комиссии не является тайной, он опубликован, в том числе на портале правительства республики. В него входят как чиновники, так и общественные деятели, историки и другие специалисты, причем с разными взглядами на этот вопрос.

НА ЭТУ ТЕМУ
Эксперты: границу между Чечней и Ингушетией нужно было определить давно
По поводу обвинений в том, что якобы втайне все сделано… Заседания комиссии проводились неоднократно. Даже в октябре два или три раза они (члены комиссии — прим. ТАСС) со мной этот вопрос обсуждали, проводились встречи с депутатским корпусом. Шла работа и с муниципальными образованиями, и с населением на приграничных территориях — вся республика об этом знала. Все руководители, которые отвечали за этот вопрос, по три-четыре раза сами пешком границу прошли.

По поводу широкого обсуждения... Ни в конституции республики, ни в региональных законах — нигде не прописано, что установление границ необходимо проводить путем всенародного референдума или другого широкого обсуждения. Сами посудите, неужели я как глава республики пойду на нарушение законодательства, понимая, что тема выходит на федеральный уровень?

Мы сделали все открыто и законно
Тем более на подписании соглашения присутствовали полпред президента и его юридическая служба, то есть все тщательно проверялось.

— Как вы думаете, не направлен ли протест вышедших на улицу людей против вас конкретно, против региональной власти?

— Дело не лично во мне. Это борьба с властью за власть. Действия организаторов митинга за последние полтора-два года показывают, что эти люди цепляются за любую ситуацию, чтобы показать федеральному центру: не все спокойно в республике. Пенсионное законодательство, выборы главы республики, строительство Соборной мечети в Магасе... Любая тема вызывает с их стороны вопросы и всегда воспринимается неоднозначно. Организаторы митинга — это часть представителей Духовного управления мусульман во главе с так называемым муфтием (в 2017 году муфтият в Ингушетии был ликвидирован, вместо него создано Духовное управление мусульман, в данный момент муфтият является общественной организацией — прим. ТАСС), это так называемая организация "Совет тейпов", это так называемая организация "Мехк-Кхел" (высший законосовещательный орган, "суд страны" у вайнахов — прим. ТАСС). Эти три организации давно к такой ситуации шли. Их цель — раскачать ситуацию в республике, показать, что не все так хорошо, как хотелось бы...

А что касается тех, кто попал в эту коалицию уже после подписания соглашения и принятия закона о ратификации, я склонен верить тому, что они искренне переживают за родину, их ввели в заблуждение и заставили думать, что их обманывают власти.

— Вы встречались лично с представителями этих трех организаций?

— Если бы вопрос стоял о земле, организаторы митинга пришли бы осудить этот вопрос со мной. Но у них нет желания встречаться, а те люди, которые такой встречи хотят, не могут согласовать этот вопрос с ними.

Я предлагал показать карты, документы, разъяснить — и я не против, чтобы они свои карты принесли. Приходите, приносите видеокамеры, давайте еще раз обсудим границу
И тогда будьте добры, если вы ошиблись, признайте свою неправоту или покажите нам, что мы не правы. Но открытого разговора не было, да он им и не нужен.

— Вы ожидали такой острой реакции на соглашение? Ведь со стороны многим кажется, что это формальный, чисто юридический вопрос.

— Некоторых ввели в заблуждение. Среди тех, кто сейчас высказывает недовольство, есть люди, которые реально подумали, что у них отобрали землю. Но есть и те, кто в какой-то степени обижен из-за вопросов, не имеющих отношения к границе. Они и сейчас, и раньше были недовольны... Ведь звучат призывы: все, у кого глава когда-то забрал земли, идите на митинг.

О чем я говорю? Примерно пять лет назад выяснилось, что в 2008 году, еще до моего прихода на пост главы региона, в столице Ингушетии Магасе (указ о строительстве столицы Ингушетии Магаса был подписан 15 апреля 1994 года — прим. ТАСС) было распределено — якобы роздано жителям — около 900 участков земли. Была придумана преступная схема: якобы на безвозмездной основе, с правом поручительства, за премии и "откаты" распределялись участки в городской черте. Я тогда спросил: как вы сами собираетесь здесь жить? В этих микрорайонах нет свободного места даже булочную для людей поставить, мы элементарно не знали, где строить школы. Вся земля была распределена!

НА ЭТУ ТЕМУ
Евкуров: определение границы с Чечней снизит напряженность в приграничных районах
Когда мы начали возвращать эти земли в собственность города, тоже проводился митинг, и нам пришлось объяснять: вы получили участок незаконно, за взятки. Если у вас есть подтверждение, что вы землю покупали у власти и средства пошли в бюджет, мы обязуемся эти деньги выплатить. Тем, кто платил налоги, средства вернули. И благодаря тому, что незаконно розданная земля была возвращена в собственность города, в Магасе была построена школа на 1,5 тыс. мест, есть сейчас возможность возводить другие объекты социального назначения.

Когда строился дворец спорта "Магас", тоже был митинг, вышло минимум 800 человек. Люди говорили, что это их земля, но этот дворец я строил не для себя, а для них же!

На нынешнем митинге есть некто Идрис Абадиев, самый активный выступающий. В Али-Юрте (сельское поселение в Назрановском районе Ингушетии — прим. ТАСС) когда-то был хороший завод по производству сока, который этот человек приватизировал и потом "завалил", оставив людей без работы. Местные жители жаловались, что в заброшенном здании собираются хулиганы... Сейчас мы в этом селе строим бассейн, почтовое отделение. Конечно, Абадиев сейчас на коне, на трибуне, многое забылось, и ему люди не говорят: "Слушай, ты же вчера…"

— Какой выход из ситуации вы видите? Что нужно сделать, чтобы ситуация нормализовалась? И чем, по вашим ощущениям, это может закончиться?

— Я пожелал бы всем все-таки поверить власти — мы не враги своему народу, землю не уступаем, не отдаем. Наоборот, в этом вопросе надо радоваться: в кои-то веки договорились с чеченской стороной, и спасибо Рамзану (Кадырову — прим. ТАСС), что он пошел на это соглашение.

Я обращаюсь к гражданам своей республики, чтобы они это поняли и остановились, не шли на поводу у провокаторов, поверили власти. Мы сделали все, чтобы проблем на границе и приграничных территориях, по крайней мере с Чеченской Республикой, у нас больше не было.

Я спрашиваю у несогласных: вы выходите на митинг, протестуете, а дальше-то? Хочешь вернуть все? И ты будешь спокойно спать, а жители приграничных районов будут жить в напряжении, сотрудники полиции — выезжать на разрешение конфликтов, постоянно будут напряжены посты, главы муниципальных образований?

Я пожелал бы всем все-таки поверить власти — мы не враги своему народу, землю не уступаем, не отдаем
Нам нужно, чтобы наши отношения, которые мы называем дежурным словом "братские", были по-настоящему братскими. Организаторам митинга я бы хотел предложить цивилизованный путь: собрать комиссию, оргкомитет, выслушать все стороны и выходить на решение вопроса в правовом режиме.

— Рамзан Кадыров звонил вам? У них спокойно все проходит, и вопрос об административной границе не вызвал такую реакцию.

— Мы встречались недавно в сельском поселении Аршты, еще раз все проговорили, еще раз убедились, что ни вправо, ни влево не ушли при определении границы, сделали все как и было в предыдущие годы.

— А вы не думали, что можно "откатить" все назад — отменить соглашение, чтобы люди разошлись?

— Я уже говорил, что основную часть организаторов митинга интересует не граница, не земля. Поэтому даже если мы "откатим" — через месяц будет новая волна, новая причина для недовольства. Во-вторых, когда мы обсуждали вопрос с Рамзаном, то знали, что с обеих сторон будут комментарии и разговоры, и брали этот удар на себя сознательно. И в-третьих, я прекрасно понимал, что уж у нас точно будет такой ажиотаж, даже хуже.

Я исключаю вариант "отката" назад и буду твердо на этом стоять
Иначе мне нужно и Дворец спорта со школами снести, и в дальнейшем идти на поводу у людей, которым не важна судьба республики, а которые мне будут только говорить — "вот так надо". Я не надеюсь, что когда-нибудь про меня скажут: "Вот, хороший человек". Нет у меня таких амбиций. Я это делаю искренне, от души, знаю, что я никого не предал и не передавал землю своих предков. Я делаю это, зная, что жить 26 лет без границы было неправильно.

— Вы говорите, 26 лет без границы. А что мешало определить административную границу раньше?

— Ничто не мешало установить границу. Почему не было сделано в те годы —  я не хочу сегодня говорить о том, в чем была причина. Я знаю, что по-разному подходили и с нашей, и с чеченской стороны к вопросу об установлении границы. И не всегда соглашались, в большинстве случаев не соглашались провести разделение как сейчас — "по устоявшейся". Именно это мы сейчас и решили.

— Вы внутри тяжело переживаете этот период? Кто вас поддерживает?

— Переживаю тяжело, конечно. Поддерживают меня семья, коллеги и жители республики, которые присылают очень много сообщений. Когда я выезжал в приграничные села, люди подходили и говорили: "Держитесь, вы на правильном пути". При этом я уважаю тех, кто приходит на митинг: не организаторов, а тех, кто искренне переживает за земли республики.

— Вы же понимаете, что в этом вопросе вы, по сути, ставите на карту все?

— Мне некоторые чиновники говорят: зачем нам это надо, пусть это после нас сделают другие. Но я привык выполнять задачу до конца. Прокрутив в памяти десять лет своей работы, понимаю: иногда приходилось переступать через определенные вещи, чтобы построить объекты, сделать дорогу. Иначе я бы ничего не сделал для республики, но зато был бы якобы "хорошим". Мне такое звание не нужно.

Я уважаю тех, кто приходит на митинг: не организаторов, а тех, кто искренне переживает за земли республики
Если бы изначально с организациями, которые я назвал, у меня сложились добрые отношения, этот шаг не был бы таким болезненным. Не трогал бы того же Абадиева, сказал бы — живи в свое удовольствие, не построил бы там (в Али-Юрте — прим. ТАСС) физкультурно-оздоровительный центр или бассейн для людей. Если я буду все время оглядываться, думать, что обо мне плохо скажут, — какой я тогда политик, патриот своей родины?

— Кого люди могут услышать, чье мнение достаточно авторитетно, чтобы разрешить эту ситуацию?

— Я думаю, таких людей на сегодняшний день нет. Я это понял и по выступлению Руслана Султановича Аушева (первого президента Ингушетии — прим. ТАСС). Его на митинге не услышали. Если бы Аушев сказал: власть права, граница нужна, идите домой — это был бы обратный эффект. Часть тех, кто там находится, слышит только тех, кто выходит хаять власть и оскорблять чиновников. Руслан Султанович сказал, что граница должна быть, но власти следовало все согласовать с народом. И одновременно — что все должно делаться в рамках закона, по конституции, а не на митингах. То есть поддержал и власти, и митингующих. Наверное, Руслан Султанович был вынужден это сделать, потому что организаторы митинга пригласили его не для того, чтобы он поддержал мое решение.

— Вы говорили о давлении на депутатов Народного собрания Ингушетии со стороны их родственников, тейпов. Что под этим давлением парламентарии начинают отказываться от мандатов, говорят о фальсификации результатов голосования по соглашению. Как можно гарантировать в дальнейшем качество работы законодательного органа в таких условиях?

— Давление высочайшее. Я прекрасно понимаю, что после всего этого придется заниматься нормализацией работы парламента — впереди принятие бюджета и рассмотрение других важных вопросов. Там сейчас сложилась коалиция из семи-восьми депутатов (которые выступали против закона — прим. ТАСС), но ничего страшного в этом нет. Я не думаю, что они теперь будут голосовать против всех законов подряд. Когда все уляжется, работа войдет в нормальное русло, не будет повода спорить и доказывать. А если и будет — повторюсь, не страшно.

— Очевидно, что сейчас идет информационная война — и на республиканском уровне, и в интернете, и на федеральном уровне. Проводятся мероприятия в регионах страны, где людям, не имеющим отношения к Ингушетии, рассказывают, что здесь "не все хорошо" и так далее. Вы будете принимать какие-то контрмеры?

— У нас идет эта работа, проходят сходы, встречи с общественными советами, молодежными советами. Работает координационный совет, который сегодня уже в третьем или четвертом муниципальном образовании проводит разъяснительную работу среди людей. На телевидении выступают старейшины, ведется работа в соцсетях. Мы эту работу проводим и будем проводить дальше.

— Есть ли организации, которые могут финансировать нынешние митинги и все остальное?

— Как глава республики я не могу говорить об этом. Спецслужбы работают. Понятно, что без финансирования такие вещи не проходят, хорошего финансирования. Но определять, кто и как это делает, — работа спецслужб.

— Не до конца решенным остается вопрос и по территориям на границе с Северной Осетией. Ведется ли работа в этом направлении?

— По определению границы с Северной Осетией у нас есть нормы, прописанные в конституции Ингушетии, есть законы по местному самоуправлению. По Пригородному району и черте Владикавказа, где когда-то компактно проживали ингуши, я всегда говорил: задача органов власти Республики Ингушетия — создать комфортные условия для проживания лиц ингушской или любой другой национальности, которые проживают на территории Северной Осетии. Чтобы они ни в чем не нуждались, не были ущемлены в правах. Мы работаем над этим и делаем все, чтобы люди не чувствовали давления с той или другой стороны.

Здесь я всегда нахожу полное понимание руководства Северной Осетии в том числе. И сейчас есть люди, которые пытаются стравить ингушей также и с осетинами, раскачать ситуацию в соцсетях.

— Вы выдержите все это давление? Не уйдете?

— Во-первых, нет такого в характере. Во-вторых, что значит — уйду, не уйду? Я знаю, что у меня есть работа, есть срок полномочий.

Придет мое время — я уйду. Но я буду работать до конца, это даже не обсуждается
Как я уже не раз говорил, если мне скажут, что утром я должен подать в отставку, я всю ночь еще буду работать.

— А если скажут — должен подать? Вы сделаете это?

— Если мне скажут — должен подать, никаких сомнений не должно быть. Потому что, как обычно говорят в таких случаях, я имею характер, правила приличия и поведения (точный перевод на русский ингушского понятия "эздел" — прим. ТАСС). Но я знаю одно: под давлением вот этих организаторов митинга — никогда.

Беседовали Людмила Борщева и Сергей Леваненков

https://tass.ru/interviews/5686505



« Последнее редактирование: 08 Ноября 2019, 04:24:55 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4692
Переговорный процесс между Ингушетией и Чечней по территориальному размежеванию (1991-1992)

Из книги Бексолта Сейнароева "На трудном пути создания Ингушской Республики"

При распаде единой Чечено-Ингушской Республики на два субъекта, Чеченскую и Ингушскую Республики, остро встал вопрос о территориальном размежевании.
В конце 1991 года в Ингушетию прибыла на нескольких автобусах большая чеченская делегация во главе с Председателем Мехк-Кхел Чеченской Республики Ичкерия Сейд-Ахмадом Адизовым. В здании райисполкома Сунженского района состоялась встреча этой делегации с представителями Ингушетии. На встрече от ингушской стороны присутствовали имам мечети станицы Орджоникидзевской Мухлоев Яхья Хусенович, Председатель исполкома Сунженского районного Совета народных депутатов Маштагов С, Председатель Народного Совета Ингушетии Бексолт Сейнароев и другие.


В своем вступительном слове Б. Сейнароев приветствовал делегацию братского чеченского народа. Он подчеркнул, что рад прибытию такой многочисленной делегации, поскольку это обнадеживает: наконец, представится возможность прорвать блокаду в средствах массовой информации Чечни и довести до простого чеченского народа аргументированную и четкую позицию Ингушетии по размежеванию территории между Чечней и Ингушетией. Дело в том, что средства массовой информации Чеченской Республики были для нас, ингушей, в то время совершенно недоступны, мы не имели ни малейшей возможности излагать чеченскому народу свою обоснованную и скромную позицию по данной важной для наших народов проблеме. Далее Б. Сейнароев сказал, в чем, по его мнению, необоснованность и несправедливость требований чеченских лидеров в определении границы по состоянию на 1934 год.

Глава чеченской делегации Председатель Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмад Адизов не согласился с позицией ингушей. По его мнению, граница между сторонами должна быть определена такой, какой она была в 1934 году, когда Чеченская и Ингушская автономные области были объединены.

В связи с изложенным ингушский народ сформировал делега¬цию для ведения переговоров по шариатским канонам и, таким об¬разом, наконец, решить проблему территориального размежевания между Ингушетией и Чечней в шариатском суде.
В состав ингушской делегации вошли наиболее подготовленные и известные богословы Ингушетии, крупные ученые-историки, представители национального движения за возрождение ингушской государственности.
Вот их имена.
1. Муцольгов Осман Ахлоевич — имам мечети в г. Назрань, руководитель делегации;
2. Мухлоев Яхья Хусенович — молла, имам Сунженской мечети;
3. Евлоев Суламбек Шахботович — молла, г. Назрань;
4. Цечоев Дауд Чарсиевич — молла, г. Грозный;
5. Могушков Магомед — молла, село Насыр-Корт;
6. Муталиев Тимерлан Хаджибекарович — историк, профессор, г. Грозный;
7. Мужухоев Макшарип Багаудинович — доктор исторических наук, профессор, г. Грозный;
8. Акиев Хасолт Алхастович — кандидат исторических наук, г. Грозный;
9. Умаев Юсуп Орцхоевич — станица Орджоникидзевская. Сви¬детель по станице Ассиновской;
10. Гарданов Хамар Хамидович — селение Алхасты. Свидетель по станице Нестеровской;
11. Мазиев Микаил Джабраилович — журналист, г. Назрань. Сви¬детель по орстхоевским вопросам, председатель общественной орга¬низации «Вошал»;
12. Мержоев Ахмедхан Мурцалиевич — станица Орджоникид¬зевская. Свидетель по границе Сунженского и Ачхой-Мартановско-го районов;
13. Мержоев Абдул — село Сагопши. Свидетель по границе Малгобекского района и по всем орстхоевским вопросам;
14. Мержоев Шамсутдин — село Сагопши. Свидетель по станице Ассиновской и по границе Малгобекского района;
15. Дидигов Зелимхан — г. Грозный. Свидетель по общей границе Ингушетии;
16. Гарданов Багаудин — г. Назрань. Свидетель по городу Карабулак;
17. Сусуркиев Хаджибекар — село Сагопши. Свидетель по границе Бамута и Ачхой-Мартану;
18. Мержоев Магомед-Гирей — село Сагопши. Свидетель по границе Малгобекского района, по другим орстхоевским вопросам;
19. Дербичев Магомед-Гирей Халилович — село Алхасты. Свидетель по станице Троицкой;
20. Куштов Якуб Юсупович — г. Владикавказ. Свидетель по все вопросам границы;
21. Гандалоев Баматгирей Ильясович — ответственный за организацию работы делегации при ведении переговоров по вопросам границы.

В начале января 1992 года в городе Грозный состоялась рабочая встреча руководителя ингушской делегации имама Османа-Хаджи Муцольгова и ряда имамов мечетей сел Ингушетии с руководстве Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмадом Адизовым и в муфтияте с Муфт ем Чечни Арсанукаевым Мухьмад-Баширом Тасуевичем — чел веком объективным и высокопорядочным. В организации встречи активно участвовал член Президиума Народного Совета Ингушетии Юсуп Хадисович Героев.

На предварительных встречах ингушская сторона аргументировала факт принадлежности Ингушетии территорий трех районов Назрановского, Сунженского (за исключением села Серноводское, заселенного в основном чеченцами) и Малгобекского, заселенного в основном ингушским населением.

Как мы уже отмечали, лидеры Чечни заявляли, что разъединение Чечни и Ингушетии должно осуществляться по границе, существовавшей в 1934 году при объединении советской властью Чеченской и Ингушской автономных областей. На первый взгляд, вроде бы логично, а на самом деле — экспансионистское лукавство, попытка заморочить головы простых людей ложными аргументами.

Позиция же ингушской стороны заключалась в том, что на Северном Кавказе границы, особенно в первые годы советской власти, менялись часто по усмотрению органов власти, произвольно, без учета воли проживающих там народов. Все решала другая воля политическая, партийная. Власть попросту реализовывала очередной замысел, согласно которому либо создавался, либо, наоборот упразднялся тот или иной административный округ, либо соединялся с другим, соседним.
Территория обитания этноса, сложившаяся на протяжении веков, так легко меняться не может. Рано или поздно волевые решения и произвольные действия властей по отмене «старых» границ или нарезке «новых» дают о себе знать. Происходит это, как прави¬ло, в неспокойные времена и всегда чревато социальными взрыва¬ми и политическими потрясениями.
В нашем случае необходимо было учитывать, в каких границах Чечня вошла в состав Горской Автономной Советской Социалистической Республики (ГАССР) и в каких она вышла из нее в 1922 году; в каких границах она существовала до 1929 года, когда советская власть ее объединила с Грозным и образованным в 1924 году Сунженским Казачьим округом с ингушскими селами, переименованными царской властью в казачьи станицы. Исторический подход в решении проблемы границ необходим был для того, чтобы разобраться в проблеме во всей ее глубине и сложности, и только потом вынести взвешенное и справедливое решение.
Всего четыре года, с 1929 по 1933 год, Сунженский район с ингушскими селами входил в состав новой объединенной с городом Грозным и Сунженским Казачьим округом Чечней, а во все остальные годы советской власти — это территория единой Чечено-Ингушетии.

Следует помнить и учитывать также и то, что с 1 марта 1921 года в составе Горской АССР на территории Ингушетии были образованы Ассиновская, Ачалукская, Базоркинская, Граничная, Надтеречная, Назрановская, Пседахская, Сунженская, Экажево-Сурхохинская волости (административно-территориальная единица в сель-ских местностях в России и СССР до районирования. — Б.С.) и горные Хамхинское и Цоринское общества .

Кроме того, важным фактором является и то общеизвестное обстоятельство, что за годы советской власти после восстановления в 1957 году ЧИ АССР и до развала СССР (1991) бесспорно ингушскими признавались и фактически являлись Назрановский, Сунженский и Малгобекский районы. Это подтверждается партийными и правительственными актами того времени, создававшимися избирательными округами по выборам депутатов в Верховный Совет ЧИ АССР, РСФСР, СССР, в Совет Национальностей, а также другими документами. Правоту этих документов подтверждает и национальный состав проживающего в этих районах населения — абсолютное большинство ингушей.


В официальном заключении Комиссии Совета Национальностей Верховного Совета СССР под председательством депутата А.М. Белякова от 22 ноября 1990 года по обращениям ингушского населения указано, что в настоящее время 140 тысяч ингушей живет в трех районах ЧИ АССР — в Назрановском, Малгобекском и Сунженском, а это составляет три четверти населения этих районов. Данное Заключение обсуждалось и подписано депутатами, членами этой Комиссии и руководством Чечено-Ингушетии и Северной Осетии.

Наконец, одну треть (5 тысяч кв. километров) нынешней территории Чеченской Республики составляет полученная в компенсацию отнятого в 1957 году ингушского Пригородного района территория трех районов Ставрополья (Наурского, Шелковского и Карагалинского), которые и сейчас входят в состав Чечни. Районы расположены чересполосно на сотни километров от Ингушетии. Ингуши там никогда не жили и не живут. Ингушский народ никогда и никому не давал согласия на отчуждение части своей Родины. А чужая земля ингушам не нужна.

Руководитель ингушской делегации Осман-Хаджи Муцольгов поручил члену делегации Баматгирею Ильясовичу Гандалоеву поехать в город Грозный и передать руководству Мехк-Кхел Чечни официальное приглашение ингушского народа чеченской нации для разрешения в шариатском суде всех вопросов территориально¬го размежевания между братскими народами — чеченцами и ингушами.

В Грозном во Дворце Президента Чеченской Республики Б.И. Гандалоев встретился с руководителем Мехк-Кхел Сейд-Ахма-дом Адизовым во время заседания Мехк-Кхел, на котором присутствовало не менее 50 человек, и передал приглашение на рассмотрение территориального спора между Чечней и Ингушетией по канонам шариата.
Чеченской стороне было предоставлено право выбирать место рассмотрения спора. Это могла быть либо Чечня, либо Ингушетия.

Чеченская сторона в ответ на указанное приглашение заявила, что им нужно посоветоваться с Президентом Чеченской Республики Ичкерия Джохаром Дудаевым, на что необходимо время — три дня.

Прошло три дня. По истечении согласованного срока Б.И. Гандалоев обратился за ответом. Председатель Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмад Адизов сообщил Б.И. Гандалоеву, что Президент Чеченской Республики Ичкерия Д. Дудаев не согласился с передачей спора на разрешение шариатского суда и в связи с этим предложение ингушской стороны по указанной проблеме отклоняется чеченской стороной...

Получив указанный отрицательный ответ, Гандалоев Б.И. сообщил чеченской стороне, что имам Осман-Хаджи Муцольгов просил передать руководству Мехк-Кхел Чечни и Муфтияту, что в случае отказа от приглашения на основе шариата разрешить спорные вопросы им необходимо будет заново има дылла (принять веру). Данный вывод основан на положении Ислама о том, что, если ответчик категорически отказывается от предложения истца разрешить спор в шариатском суде, то он выбывает из Ислама.
Вот так завершился переговорный процесс по территориальному размежеванию между Ингушетией и Чечней.
« Последнее редактирование: 08 Апреля 2019, 03:44:22 от Абд-ур-Рахман »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.
http://abu-umar-sahabi.livejournal.com/

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4692
« Последнее редактирование: 16 Марта 2020, 22:38:39 от abu_umar_as-sahabi »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.
http://abu-umar-sahabi.livejournal.com/

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Сенатор: недовольство решением о границах Ингушетии разжигают провокаторы из-за рубежа
5 октября 2018

Зарубежные провокаторы занимаются "спекуляциями" на ситуации, сложившейся вокруг соглашения о границе Чечни и Ингушетии. Это ведет к искусственному разжиганию недовольства, в частности, в социальных сетях, а в конечном итоге - идет во вред жителям обеих республик. Такое мнение высказал сенатор от Пермского края Андрей Климов.
...
"Мы знаем, что есть СМИ, в том числе американские иноагенты, которые на Кавказе вообще отдельно занимаются такого рода деятельностью <…> Есть большое количество злопыхателей, в том числе из дальнего зарубежья, которые с удовольствием используют такие темы в своей традиционной антироссийской деятельности. И думать, что эти соцсети захлебываются сами по себе - очень наивно", - добавил сенатор.

https://tass.ru/politika/5644581


====================


Политолог Аждар Куртов: напряженность в Ингушетии возникла из-за внешнего влияния
17 октября 2018

Напряженность в ингушском обществе после определения границы с Чечней возникла из-за внешнего влияния, такое мнение в среду озвучил ТАСС президент Московского центра публичного изучения права, историк, политолог Аждар Куртов. По мнению эксперта, ситуацией воспользовались люди, заинтересованные в смене власти в регионе.

"В данном случае внешнее влияние не просто имеет место, но и является тем катализатором, который поддерживает напряженность в обществе. По всей видимости люди, которые заинтересованы в напряженности, а через напряженность и в смене власти, в смене той политики, которая проводится в республике, они всеми путями стремятся продолжить свою деятельность", - сказал политолог.

https://tass.ru/politika/5687608


=================================


10 октября 2018
Александр Матовников... По его словам, в разжигании конфликта участвовали, в том числе, представители зарубежных стран. "Друзья" из-за кордона тоже активно сюда полезли", - добавил полпред.

https://tass.ru/politika/5694803



==========================================
==========================================
==========================================


26 сентября 2018
INTERFAX.RU - Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявил о наличии определенной напряженности в процессе определения административной границы Чечни и Ингушетии, отметив, что Владимир Путин получает всю необходимую информацию.

На вопрос, осведомлен ли президент о ситуации в Сунженском районе Ингушетии, Песков сказал: "События сейчас там разворачиваются, там есть определенная внутренняя напряженность. Конечно же, президент получает всю необходимую информацию".

https://www.interfax.ru/russia/630741

Москва. 29 марта 2019. INTERFAX.RU - В Кремле заявили, что ситуация в Ингушетии, связанная с происшествиями во время недавних массовых акций, требует внимания.
"Мы внимательно отслеживаем ситуацию в республике", - сказал пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков

https://www.interfax.ru/russia/656220



Евкуров: приказ на политические преследования оппозиции - 29 марта 2019

https://youtu.be/XCGaxvapg7M
« Последнее редактирование: 03 Декабря 2019, 03:57:31 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4692
11 ноября. 10 ч. 39 м. Длившееся всю минувшую ночь противостояние российских и чеченских войск ликвидировано к утру в результате энергичных действий руководства Чечни. Как сообщил сегодня корреспонденту ИТАР-ТАСС представитель Чеченского правительства Саид-Эмин Янарсаев, вчера в два часа ночи в Назрани побывал первый вице-премьер Чечни Яраги Мамодаев и провел переговоры с ингушской стороной во главе с Русланом Аушевым. В итоге этих переговоров был подписан протокол, в соответствии с которым обе стороны пришли к согласию, что до решения всех вопросов создания властных структур в Ингушской республике границей между Чечней и Ингушетией признается линия, разделявшая их до объединения в одну автономию в 1934 году. По словам Саид-Эмина Янарсаева, с этим протоколом был ознакомлен по телефону находящийся во Владикавказе исполняющий обязанности российского премьера Егор Гайдар.

Протокол, отражающий точку зрения на проблему чечено-ингушской границы Чеченского парламента, был подписан Яраги Мамодаевым и Русланом Аушевым. Именно исходя из этого соглашения, российские танковые подразделения начали сегодня утром выходить из Чечни.

Сам Яраги Мамодаев остается и сегодня в Назрани. Предполагается, что сегодня же он встретится там с Егором Гайдаром. На встрече, по словам Саид-Эмина Янарсаева, будут обсуждаться проблемы экономических и финансовых взаимоотношений между Россией и Чечней.

Сведения о достигнутых в Назрани соглашениях и отходе российских войск заметно ослабили напряженность в Грозном, где со вчерашнего вечера шел митинг перед зданием парламента.

11 ноября. 20 ч. 22 м. Российские войска выводятся сегодня из всех чеченских населенных пунктов и впредь размещаться в них не будут. Принципиальное соглашение об этом достигнуто в ходе сегодняшних переговоров в Назрани, в которых участвовал исполняющий обязанности российского премьер-министра Егор Гайдар. Чеченскую сторону в переговорах представлял первый вице-премьер Чечни Яраги Мамодаев.

Сразу же после своего возвращения в Грозный в эксклюзивном интервью ИТАР-ТАСС Яраги Мамодаев заявил, что весьма опасное противостояние российских и чеченских войск на территории спорных районов между Чечней и Ингушетией удалось ликвидировать, благодаря во многом конструктивной позиции Егора Гайдара и сегодняшних лидеров Ингушетии во главе с Русланом Аушевым. Мы всегда верили, сказал Яраги Мамодаев, а сегодня еще раз убедились в том, что на довольно относительных границах между чеченцами и ингушами не могут быть и не будут конфликты.

Яраги Мамадаев высоко оценил роль, которую сыграл в ослаблении напряженности участвовавший в переговорах председатель комитета по вопросам законности, правопорядка и борьбы с преступностью Российского парламента Асланбек Аслаханов.

Сегодня же вечером Яраги Мамодаев, Асланбек Аслаханов и член комиссии Верховного Совета России Сайд-Хамзат Нунуев выступили по Грозненскому телевидению. Асланбек Аслаханов в своем выступлении назвал исключительной роль председателя Верховного Совета России Руслана Хасбулатова в стабилизации взрывоопасной обстановки в регионе, сложившейся после ввода российских войск в Ингушетию. При этом он отметил, что Верховный Совет России о вводе этих войск узнал только после телефонного звонка из Назрани Руслана Аушева. Продолжая эту тему, Саид-Хамзат Нунуев сказал, что весьма обеспокоен тем обстоятельством, что в России активизировались силы, желающие любой ценой нажить политический капитал. "Меня очень волнует, - сказал он, - что национальную политику поручено проводить Сергею Шахраю, который и год назад категорически был против отмены чрезвычайного положения в Чечне".

Из этого телевизионного выступления стало также известно, что российские генералы, ингуши по национальности, Руслан Аушев, возглавляющий сейчас временную администрацию в Ингушетии, и комендант Ингушетии Муса Цечоев были категорически против введения российских войск в Ингушетии и их передислокации к границам Чечни. Они даже приняли специальное заявление по этому поводу.


==================


https://www.irakly.info/1992-t773-20.html
ШОЙГУ Сергей Кужугетович,

председатель Госкомитета РФ по чрезвычайным ситуациям.

- Не было ли у Вас информации о том, что в зону конфликта приезжали Дудаев или Сосланбеков?

- В отношении Дудаева мне ничего неизвестно, а вот Сосланбеков приезжал, по-моему, 5 ноября. Войска уже стояли на Черменском кругу, когда он там появился. Я с ним ранее знаком не был. С ним еще кто-то приезжал, но он в основном общался с Хетагуровым. Он говорил, что приехал осуществлять миротворческие функции. Сосланбеков просил, чтобы его пропустили во Владикавказ для встречи с председателем Верховного Совета СОССР Галазовым А.Х. Позднее, числа 14-15 ноября, когда положение удалось более-менее стабилизировать, он приезжал во Владикавказ и встречался с руководством Северной Осетии. Я на этой встрече не присутствовал.
« Последнее редактирование: 13 Марта 2019, 20:39:58 от abu_umar_as-sahabi »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.
http://abu-umar-sahabi.livejournal.com/

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Граница времен. Как протесты меняют ингушское общество
Константин Казенин
Ирина Стародубровская

28 марта 2019, 13:25

Введение (И. Стародубровская)

1. Спор о границе: предыстория (К. Казенин)

2. Ингушетия: традиционная и не очень (И. Стародубровская)

3. Массовые протесты осенью 2018 года: основные тенденции (К. Казенин)

3.1. Характеристика основных событий

3.2. Консолидация общественности вокруг вопроса о границе

3.3. Митинг: механизмы самоорганизации

3.4. Общественная активность после митинга

4. Общество после протестов: quo vadis? (И. Стародубровская)

Заключение. Что дальше? (И. Стародубровская)

 
Введение
Ингушские протесты стали неожиданностью не только для политиков, но и для экспертов. Откуда в маленькой, сельской, традиционной Ингушетии возник потенциал для столь активного, хорошо организованного общественного движения? И вообще, что это за движение? Наблюдателей удивляло смешение в нем вроде бы архаичных черт – старейшины, тейпы, огороженное ленточкой место для женщин, апелляция к шариату – с вполне современными технологиями мобилизации и инструментами – вплоть до обращения в Европейский суд. Разобраться в подобном сложном и нелинейном процессе – вызов для любого исследователя Северного Кавказа. И мы решили попробовать.

Исследованиями в Ингушетии мы занимались меньше, чем в некоторых других северокавказских республиках – например, в Дагестане или в КЧР. В то же время, в последние годы мы уделяли этой республике повышенное внимание. Полевые исследования в 2016-2017 годах дали возможность не только встретиться с представителями ингушской интеллигенции и лидерами гражданского общества, но также понаблюдать жизнь и поговорить с жителями нескольких городских и сельских населенных пунктов – Али-Юрт, Верхние Ачалуки, город Сунжа. Общение с молодежью, в том числе принадлежащей к разным религиозным течениям, позволило дополнить картину.

Данный доклад подготовлен на основе полевого материала, собранного в республике в феврале 2019 года. Нашими собеседниками были как лидеры протеста и его рядовые участники, так и представители органов власти, бюджетного сектора, некоммерческих организаций, просто городские и сельские жители, не принимавшие непосредственного участия в митингах – всего примерно 20 человек. Кроме того, несколько интервью были проведены с представителями ингушской диаспоры в Москве, а также с чеченцами в Чечне и Дагестане – для понимания восприятия протестов по другую сторону региональной границы. В результате сложилась пестрая и противоречивая мозаика оценок и мнений, которые мы анализируем ниже. Кроме того, при подготовке доклада использовались исторические источники, материалы СМИ и социальных сетей.

Последние события в Ингушетии показывают, что доклад, подготовленный по итогам предыдущего раунда протестов, не теряет своей актуальности. Новый митинг в Магасе 26 марта в ответ на попытку властей изменить закон о референдуме, исключив из него необходимость народного волеизъявления по вопросам изменения границ; консолидация протестов вокруг политических требований; нарастание опасности насильственных действий - все это подтверждает обоснованность сделанных в на основе анализа ситуации в республике выводов об угрозах и рисках различных вариантов политики в отношении ингушской оппозиции. Надеемся, что публикация нашего доклада внесёт свой вклад в мирное и взаимоприемлемое разрешение конфликта в республике.

1. Спор о границе: предыстория
На территории, по которой должна пройти вызывающая сегодня споры граница между Чечней и Ингушетией, национально-территориальное деление возникло с приходом на Северный Кавказ советской власти. Границы национально-территориальных образований с тех пор там многократно менялись. Отчасти менялся и национальный состав населения.

Горская АССР, созданная Советами на Северном Кавказе в 1921 году, включала в себя ряд национальных округов, границы которых примерно соответствовали расселению разных этносов Северного Кавказа1. Территория нынешних Чеченской Республики и Республики Ингушетия в основном делилась между тремя округами в составе Горской АССР – Чеченским, Ингушским и Сунженским казачьим округом. В состав Ингушского округа входила тогда также часть земель, ныне относящихся к Пригородному району Северной Осетии. Распад Горской АССР начался уже через полтора год после ее образования. Одним из первых в 1922 году из ее состава вышел Чеченский округ. Ингушский и Сунженский казачий округа «дожили» в составе Горской республики до самого ее расформирования в июле 1924 года. Тогда оба эти образования получили статус автономных округов в составе Северо-Кавказского края. При этом Сунженский казачий округ занимал значительные территории вокруг северной части нынешней линии соприкосновения Республики Ингушетия и Чеченской Республики. Из крупных населенных пунктов нынешней Чечни в его состав входила станица Ассиновская, а из крупных населенных пунктов нынешней Ингушетии – города Карабулак (тогда станица Карабулакская), Сунжа (тогда станица Слепцовская, позднее станица Орджоникидзевская), станицы Вознесенская, Нестеровская, Троицкая. Во всех этих населенных пунктах тогда преобладало русское (казачье) население.

По-видимому, первым решением о границах, которое оказалось значимым для сегодняшних споров о территориальном размежевании между двумя регионами, стало упразднение в 1929 году Сунженского казачьего округа. Значительная часть его территории была тогда разделена между Чеченской и Ингушской автономными областями. Следует подчеркнуть, что проведение новых границ уже не могло осуществляться по этническому принципу, потому что как чеченцы, так и ингуши практически во всех населенных пунктах, входивших в состав упраздняемого Сунженского округа, составляли малый процент жителей. К Чеченской автономной области был отнесен ряд населенных пунктов бывшего Сунженского округа, которые сейчас административно относятся к Ингушетии. Это были, в частности, такие крупные селения, как станицы Вознесенская и Слепцовская. Также к чеченской автономии была отнесена значительная часть земель к северо-западу от нынешней границы между регионами (ныне эти земли относятся к Сунженскому и Малгобекскому районам Ингушетии). В рамках этих границ Ингушская и Чеченская автономные области существовали до 1934 года, когда они были объединены в Чечено-Ингушскую автономную область (позднее – автономную республику). Тем самым возвращение к границе, существовавшей в 1934 году, закрепляло бы за Чечней значительно больше территорий, чем она имеет на сегодняшний день.

Примечательно, что тема границ, существовавших перед объединением чеченской и ингушской автономий, неоднократно возникала в ходе нынешних споров о границе. Так, чеченский историк, доцент Чеченского госуниверситета Сайпуди Натаев в октябре 2018 года утверждал: «Если в реальности - надо смотреть на 1934 год, на момент объединения Чечни и Ингушетии»2. С другой стороны, его ингушский коллега, сотрудник Ингушского НИИ гуманитарных исследований Нурдин Кодзоев еще в 2013, комментируя исторические истоки споров о границе, утверждал, что передача части территории Сунженского округа чеченской автономии в 1929 году была «репрессивным актом»3. Можно предполагать, что в высказывании главы Чечни Рамзана Кадырова в 2012 году о том, что у руководства Чечни имеются архивные данные, подтверждающие принадлежность Чечне Сунженского и части Малгобекского районов Ингушетии (см. ниже), также имелась в виду граница 1929-1934 годов. Однако, как видим, ссылка на эту границу не принимается однозначно всеми сторонами в нынешних территориальных спорах.

После 1934 года и вплоть до распада СССР Чечня и Ингушетия никогда не существовали в качестве отдельных образований, вопрос о границах между ними, соответственно, в этот период не ставился. Значительные изменения административно-территориальных границ, осуществленные после депортации чеченцев и ингушей в 1944 году, а затем при восстановлении Чечено-Ингушской АССР в 1957 году, никак не касались чечено-ингушской границы. Однако необходимо отметить две особенности территориальных межеваний 1940-1950-х годов, важные в контексте сегодняшних споров о границе между Чечней и Ингушетий.

Первая особенность состоит в том, что деление Чечено-Ингушской автономии на районы не соответствовало делению на округа, существовавшие до создания объединенной Чечено-Ингушетии в 1934 году. Также это деление на районы не осуществлялось по этническому принципу, так что Чечено-Ингушская автономия не могла быть условно поделена на «чеченские» и «ингушские» районы. Это было связано в первую очередь со смешанным национальным составом населения как раз вблизи нынешнего пограничья между республиками, в густонаселенной зоне к востоку от Назрани и к западу от нынешнего Ачхой-Мартановского района Чечни. В последние десятилетия существования СССР там бок о бок жили русские, ингуши, чеченцы. При этом состав населения менялся: значительное количество чеченцев и ингушей поселились там после возвращения из депортации; одновременно в последние советские десятилетия оттуда начался отток русского населения4. Бóльшая часть этой многонациональной территории входила в состав Сунженского района ЧИАССР. На таком фоне при разделении Чечни и Ингушетии не было возможности провести их границы просто по границам существовавших перед этим «советских» районов с учетом их национального состава. А любой другой вариант автоматически оказывался более сложным, потенциально спорным.

Следует также упомянуть, что этническая принадлежность части вайнахского населения, проживающего на данной территории, вызывает определенные споры. Речь идет о субэтносе «орстхо», к которому в царской России применялся также этноним «карабулаки». В Ингушетии к этому субэтносу относится несколько тейпов, включая один весьма многочисленный. Среди северокавказских ученых и общественных активистов, выступающих по тематике межрегиональных границ, имеет определенное распространение та точка зрения, что «орстхо» ближе чеченцам, чем ингушам, или, по крайней мере, «равноудалены» от них и что решение вопроса о региональной принадлежности территории, о которой идет речь, должно быть предметом самостоятельного решения «орстхо». При этом в публичном пространстве Ингушетии популярна и другая точка зрения, согласно которой «орстхо» на сегодня в культурном и языковом отношении достаточно глубоко интегрированы в социум того региона, в котором они проживают – частично Ингушетии, частично Чечни. Не пытаясь оценить, какая из этих точек зрения ближе к истине, отметим, что по крайней мере в Ингушетии представители «орстхо» на сегодня в организационном плане не образуют единой общности, от которой можно было бы ожидать солидарной позиции по вопросу региональных границ. Это проявилось, в частности, в том, что разные представители тейпов, относящихся к «орстхо», по-разному реагировали на протесты в Ингушетии по поводу соглашения о межрегиональных границах: некоторые дистанцировались от этих протестов, а некоторые относились к ним позитивно. Стоит также отметить, что свидетельством достаточно глубокой интегрированности многих представителей «орстхо» в ингушский социум на сегодня можно считать распространенность браков, заключаемых между ними и ингушами, при редкости межнациональных браков в Ингушетии.

Вторая особенность состоит в том, административно-территориальное деление, принятое после возвращения чеченцев и ингушей из депортации в 1957 году, среди ингушей на протяжении десятилетий вызывало и продолжает вызывать критику. Это связано прежде всего с тем, что в восстановленную после возвращения из депортации Чечено-Ингушетию не была включена значительная территория проживания ингушей, до депортации входившая в состав этой автономии. Речь идет о прилегающем к Владикавказу Пригородном районе, который до 1944 года входил в Чечено-Ингушскую АССР, затем был включен в состав Северной Осетии, а в 1957 году был сохранен в ее составе, хотя возвращению в район ингушей власти не препятствовали. Острота проблемы Пригородного района для ингушского населения стала еще более очевидной после кровавого конфликта, который имел там место в октябре-ноябре 1992 года и после которого район покинули десятки тысяч ингушей. Спор о границе Ингушетии с Чечней, разумеется, не имел прямого отношения к тем трагическим событиям. Однако долговременным эффектом произошедшего в Пригородном стало повышенное напряжение, с которым в ингушском обществе воспринимается все то, что касается территории и границ региона.

Резюмируем основные особенности советского периода истории, которые актуальны для современных споров вокруг границы Чечни и Ингушетии.

До объединения Чечни и Ингушетии в единое административно-территориальное образование их границы неоднократно менялись; тем самым не имелось такого исторического состояния границы, которое при постсоветском территориальном разделе могло бы быть безоговорочно принято за основу.

В объединенной Чечено-Ингушетии границы районов не были проведены по этническим границам: последние там не всегда могли быть четко определены из-за смешанного проживания основных этносов на ряде территорий; тем самым советские «районные» границы также трудно было принять за основу при территориальном межевании после распада СССР.

Особенности исторического пути ингушского этноса в советское и раннее постсоветское время обусловили острое восприятие в его среде всех вопросов, касающихся межрегиональных границ.

В целом, таким образом, можно говорить о том, что советское «наследие» в вопросе о границах было скорее источником проблем, чем их решения.

Сразу после распада СССР события в Ингушетии и в Чечне стали развиваться предельно драматично. На фоне первого серьезного всплеска сепаратизма в Чечне осенью 1991 года, в Ингушетии 30 ноября состоялся всенародный референдум, на котором абсолютное большинство населения проголосовало за создание Республики Ингушетия в составе РСФСР. Через год, 10 декабря 1992 года решение о создании нового субъекта федерации утвердил Съезд народных депутатов РФ. К тому времени в республике уже находились десятки тысяч вынужденных переселенцев из Пригородного района. Чуть позже, с началом масштабных военных действий в Чечне, в новообразованную республику хлынул поток вынужденных переселенцев и оттуда.

Официальной демаркации границы с Чечней после официального образования Республики Ингушетия не произошло. Это и не было возможным с учетом того, что фактическая власть в Чечне тогда уже была у сепаратистов, не признаваемых Кремлем. Однако фактическое разделение территорий, подконтрольных Грозному и Республике Ингушетия, произошло достаточно быстро и практически не вызвало конфликтов. Оно не соответствовало ни границе 1929-1934 годов, ни каким-либо другим вариантам размежевания, которые ранее были официально закреплены. Из населенных пунктов Сунженского района бывшей ЧИАССР под контролем сепаратистов оказались два самых восточных – Серноводское и Ассиновская. Остальные вошли в состав Ингушетии, включая станицу Орджоникидзевскую, которая в 1929-1934 годах была в составе Чеченской автономной области (к моменту распада СССР это было одно из самых крупных сельских поселений на Северном Кавказе: по Всесоюзной переписи населения 1989 года там проживало более 17 тысяч человек). В 1990-е годы и в составе Ингушетии, и на территории, контролируемой сепаратистами, действовали администрации Сунженского района, территории полномочий двух администраций были разделены лишь неформально.

23 июля 1993 года в Грозном глава сепаратистской Ичкерии Джохар Дудаев и первый президент Ингушетии Руслан Аушев подписали «Договор между Чеченской Республикой и Ингушской Республикой о принципах определения границ их территорий». В нем стороны принимали обязательство в будущем не проводить границу без взаимного согласия и не допускать в переговорах о границе участия или посредничества «какой-либо третьей стороны» (под таковой, разумеется, имелся в виду Кремль).

В 2003 году, перед проведением в Чечне референдума по принятию конституции республики, в опубликованном проекте конституции среди районов Чеченской Республики был назван и Сунженский. Руководство Ингушетии не было согласно с этим решением. За две недели до референдума, 10 марта 2003 года, тогдашний президент Ингушетии Мурат Зязиков встретился с главой администрации Чечни Ахмадом Кадыровым в Магасе. По результатам встречи был подписан протокол, в котором утверждалось: «Положение проекта Конституции Чеченской Республики о том, что в составе Чеченской Республики находится Сунженский район, фактически относится только в населенным пунктам Серноводское и Ассиновская. На остальную территорию одноименного Сунженского района Республики Ингушетия действие Конституции Чеченской Республики не распространяется». Таким образом было закреплено то разделение территории бывшего Сунженского района ЧИАССР, которое неформально было осуществлено еще во времена Аушева и Дудаева. В том же протоколе руководители двух республик обращались к президенту РФ с просьбой о возобновлении деятельности Государственной комиссии по определению административной границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой.

Затем в течение шести лет каких-либо дальнейших шагов по прояснению ситуации с границей предпринято не было. Можно предположить, что федеральный центр в то время намеренно отказывался «форсировать» решение вопроса о границе. Причина могла состоять в том, что «закрепление» границы Ингушетии на востоке региона (по линии соприкосновения с Чечней) ставило бы вопрос и о западной границе этой республики, включая Пригородный район. Однако в середине 2000-х годов положение в районе еще оставалось достаточно сложным, и, хотя его региональная принадлежность на тот момент уже не была предметом дискуссий, дополнительно привлекать внимание к статусу района федеральный центр, видимо, избегал. Возможно, по этой же причине в Ингушетии с большой задержкой по сравнению с другими регионами России были принят региональный закон, определяющий состав и границы муниципальных образований. Народное собрание Ингушетии проголосовало за этот закон 19 февраля 2009 года. Этот закон подтверждал вхождение в состав Ингушетии только тех районов, которые фактически находились тогда под ее юрисдикцией. Состав населенных пунктов Сунженского района Ингушетии, согласно этому закону, также соответствовал соглашению 2003 года. Почти одновременно, 12 февраля того же года, парламент Чеченской Республик принял закон «Об образовании муниципального образования Сунженский район и муниципальных образований, входящих в его состав, установлении их границ и наделении их соответствующим статусом муниципального района и сельского поселения». Согласно этому закону, в состав Сунженского района Чечни включались только два сельских поселения – Ассиновское и Серноводское. Тем самым руководство Чечни подтверждало отсутствие у него намерений пересматривать фактически произведенный в начале 1990-х «раздел» бывшего Сунженского района ЧИАССР.

Однако уже в 2012 году вопрос о границе между двумя регионами актуализовался вновь, в этот раз уже в конфликтом контексте. Тогда имело место публичное обострение отношений между главой Ингушетии Юнус-Беком Евкуровым и главой Чечни Рамзаном Кадыровым, одной из причин которого, возможно, были действия силовиков из Чечни на территории Ингушетии, не одобряемые руководством этой республики5. 4 августа 2012 года Рамзан Кадыров выступил с критикой в адрес Юнус-Бека Евкурова, оценив противостояние властей Ингушетии терроризму как недостаточно жесткое. Именно на этом фоне начались активные действия официального Грозного в вопросе о границе. В том же августе Кадыров заявил о необходимости ее демаркации6, указав на то, что в отсутствии линии демаркации происходит «захват земель». В сентябре Кадыров создал в Чечне комиссию по подготовке предложений по границе с Ингушетией. Тогда же он заявил, что руководство Чечни обладает архивными документами, подтверждающими принадлежность Чечне Сунженского и части Малгобекского районов Ингушетии7 (по-видимому, Кадыров имел в виду включение земель Сунженского казачьего округа в состав Чеченской АО в 1929 году – см. выше). Вскоре после этого, 18 октября 2012 года, парламент Чечни внес изменения в принятый в 2009 году республиканский закон об образовании Сунженского района. В новой редакции в качестве сельских поселений Сунженского района Чечни были перечислены практически все сельские поселения, входящие в состав Сунженского района Ингушетии. Так было обеспечено юридическое оформление заявленных территориальных претензий. Но о немедленном отторжении спорных земель от Ингушетии речь не шла: в новой версии закона указывалось, что утверждение границ района, а также муниципальных образований в его составе и организация там местного самоуправления в соответствии с законом Чеченской Республики «осуществляются после установления в порядке, предусмотренном федеральным законодательством, административной границы между Чеченской Республикой и Республикой Ингушетия».

Комиссия по определению границы была создана и в Ингушетии. В ноябре 2012 года Евкуров сообщил, что и чеченская, и ингушская комиссии направили свои предложения в федеральный центр. Однако в последующем году напряженность вокруг границы продолжала нарастать. Она была связана в первую очередь с установлением чеченскими силовиками поста в лесной приграничной зоне, который, с точки зрения ингушских чиновников, находился на территории Ингушетии. Кроме того, противоречия между чиновниками двух регионов вызвали действия сотрудников МВД Чечни в селе Аршты Сунженского района Ингушетии в апреле 2013 года. Официальной причиной их появления в селе была названа операция по поимке членов бандподполья. Однако источник в Совете безопасности Ингушетии заявил тогда СМИ, что истинной целью силовиков была организация в селе митинга за включение села в состав Чечни. Это действия источник в ингушском Совбезе назвал «фарсом», призванным имитировать «волю народа»8. При пересечении административной границы чеченскими силовиками произошла потасовка между работниками МВД Чечни и сотрудниками патрульно-постовой службы МВД Ингушетии, в результате чего пострадали шесть человек. Евкуров после этого потребовал от руководства регионального МВД не допускать силовиков соседнего региона к проведению спецопераций и других мероприятий на территории Ингушетии без предварительного согласования.

После весны 2013 года тема границы вновь постепенно стала уходить из публичного пространства. Можно предположить, что федеральный центр на тот момент опасался продолжения споров вокруг территориального размежевания двух субъектов и приложил усилия к тому, чтобы их «остудить». Еще в 2012 году тогдашний полномочный представитель президента РФ в Северо-Кавказском федеральном округе, вице-премьер Александр Хлопонин потребовал от глав Чечни и Ингушетии «с публичного пространства выйти, остановить эту тему раз и навсегда» *.

* Хлопонин потребовал прекратить споры о границе Чечни и Ингушетии // РИА Новости, 7 сентября 2012 г. https://ria.ru/20120907/745208687.html

Он также заявил, что работу по установлению границы должны продолжить рабочие группы. Но их деятельность до 2018 года практически не становилась достоянием гласности.

Резюмируя основные особенности развития ситуации с территориальным размежеванием Ингушетии и Чечни в постсоветское время до 2018 года, можно отметить следующее.

Фактическое размежевание после распада СССР и ЧИАССР произошло очень быстро, в ходе него не возникло конфликтов, впоследствии вплоть до сегодняшнего дня ни один населенный пункт не поменял региональной «прописки», установленной этим размежеванием.

Данное размежевание не имело твердых исторических оснований: в первую очередь, оно не воспроизводило какого-либо варианта размежевания, официально существовавшего раньше; поэтому оно оказалось уязвимо для критики, звучавшей главным образом с чеченской стороны.

Споры о границах активизировались на фоне конфликтов между руководством двух регионов; после наиболее заметного обострения, случившегося в 2012-2013 годах, напряженность вокруг этой темы в публичном пространстве стала спадать, однако подвижек в решении конкретных вопросов, связанных с границей, до 2018 года достигнуто не было.

 
2. Ингушетия: традиционная и не очень
Республика Ингушетия – самый молодой субъект Российской Федерации. Он создан 4 июня 1992 года по результатам референдума, поддержавшего восстановление ингушской государственности. В то время как Чечня после развала СССР взяла курс на отделение и создание независимого государства, Ингушетия с самого начала выбрала политическую линию на сохранение в составе России. На настоящий момент Ингушетия является самым маленьким и самым густонаселенным субъектом РФ. Ее население составляет примерно 5% от общей численности населения СКФО, тогда как территория – лишь около 2%.

Однако особенности Ингушетии не сводятся к приведенным выше характеристикам. Ингушетию также можно назвать территорией, где в наибольшей мере сохранились традиции, адаты, вековые устои, регулирующие человеческую жизнь от рождения до смерти. Если на Северо-Западный Кавказ большое влияние оказала советская модернизация, Чечня была потрясена длительной войной, а в Дагестане стремительная урбанизация буквально взорвала изнутри традиционные нормы и структуры, Ингушетия во многом оказалась в стороне или почти в стороне от всех этих перемен. «Вся семейно-бытовая сторона жизни ингушей (от рождения до смерти) строго регламентируется нормами ингушской этики и этикета, законами шариата и нормами мусульманской этики, традициями и обычаями» (Павлова О.С. (2012) Ингушский этнос на современном этапе: черты социально-психологического портрета. – М.: Форум. С. 238).

Нельзя сказать, что на других северокавказских территориях подобный образ жизни вообще не сохранился. Однако там он не является столь универсальным. Хотя традиционные нормы и практики так или иначе присутствуют в жизни всех северокавказских народов, они активно размываются под воздействием быстрых социальных изменений; им противостоят другие жизненные модели, основанные на альтернативных ценностях и смыслах. Особенно явно это наблюдается в городах. Консервация традиционного уклада происходит в основном в отдельных анклавах. В Ингушетии же подобное устройство социальной жизни доминирует.

Это определяется в первую очередь преимущественно сельским жизненным укладом, аграрной занятостью. Промышленность, связанная в основном с нефтедобычей и нефтепереработкой, даже в советский период была развита достаточно слабо, в настоящее время ее влияние еще более снизилось. Хотя формально считается, что 60% населения республики проживает в городах, на практике разница между городскими и сельскими населенными пунктами на территории Ингушетии не принципиальна. Единственным населенным пунктом, который по внешнему облику и принципам расселения может быть отнесен к действительно городским, является Магас. Однако в этой созданной «с нуля» региональной столице проживает на настоящий момент менее 2% населения республики.

В то же время в постсоветский период Ингушетия оказалась во многом отрезана от модернизационного влияния крупных северокавказских городов. Грозный был разрушен войной, а территориально расположенный совсем близко Владикавказ в результате острого конфликта 1992 года перестал быть значимым «центром притяжения» для ингушей. По имеющейся информации, жители Ингушетии (и то не все) используют этот город как источник более качественных товаров и услуг – ездят туда за покупками, пользуются бытовыми услугами (парикмахерскими, химчистками), могут проводить в нем свободное время. Однако в массе своей не селятся там, не работают и не отправляют туда детей учиться. Даже те из ингушей, кто проживает в Пригородном районе Северной Осетии (на той территории, из-за которой и разгорелся конфликт 1992 года), в большей мере ориентированы на социальные связи на территории Ингушетии.

Что означает эта традиционность на практике?

Во-первых, личность по-прежнему во многом растворена в различного вида коллективностях, в кровнородственных и территориальных объединениях.

Так, значительная часть ингушей в республике по-прежнему компактно проживают тейпами – кровнородственными объединениями. Целые улицы или кварталы могут занимать члены одной фамилии. Причем это характерно как для сельских, так и для городских населенных пунктов (кроме Магаса). В других регионах подобная модель расселения, распространенная в прошлом, становится скорее исключением. Очевидно, территориальная концентрация людей, связанных кровнородственными узами, повышает роль тейпа в жизни каждого конкретного индивида, за тейпом по-прежнему сохраняются определенные регулирующие функции.

То же можно сказать и о территориальной общине, регулятивные механизмы в которой аналогичны используемым в рамках тейпа. «Если там что-то где-то нарушил, он больше боится не закона, можно сказать, а сельского коллектива. Потому что, если эти его во всем ограничат, не будут к нему ходить, общаться с ним не будут…, это для него уже самая такая мера наказания… Ему здесь жить. Ему надо сына женить. Ему надо дочку выдать. И кто умрет, похоронить надо. Мнение, общение. … И вот это воздействие настолько на него действует, что он от всего отказывается… Это реальный рычаг, реальное воздействие. Так всегда было» (муж., стар. возр., 2016(1)).

Все это ведет к тому, что общественное мнение оказывается доминирующим фактором, определяющим поступки человека. «Общественное мнение здесь очень, очень сильно влияет на жизнь ингушей» (муж., сред. возр., 2016(1)). Любое отклонение от общепринятого – не важно, в серьезном или в мелочах – вызывает осуждение, может привести к кривотолкам. «Элементарно стиль одежды. Желательно, чтобы ты не выделялся особо из толпы. Потому, что это приведет к взглядам, какие-то там толки [пойдут]. Вот это давление, оно чувствуется» (жен., мол. возр., 2016).

Во-вторых, сохраняют свою силу поколенческие и гендерные иерархии. «Отношения в ингушской семье строятся в соответствии с гендерными ролями и возрастом ее членов и заключаются в главенствующей роли старших над младшими, мужчин над женщинами» (Павлова О.С. (2012) Ингушский этнос на современном этапе: черты социально-психологического портрета. – М.: Форум. С. 254).

Безоговорочное подчинение младших старшим, являющееся одной из несущих конструкций традиционного общества, в Ингушетии носит практически универсальный характер. «Самой главной традицией ингуши называют уважение к старшим. Геронтократия – один из основополагающих принципов ингушской культуры. Смысл этой традиции заключается в почитании старших по возрасту, старых и мудрых людей, в беспрекословном выполнении их указаний» (Павлова О.С. (2012) Ингушский этнос на современном этапе: черты социально-психологического портрета. – М.: Форум. С. 160).

Наши собеседники особо подчеркивали доминирование старших в семье. «[Власть родителей] – для меня она неисчерпаема. Она вообще не обсуждается – власть что матери, что отца. Для меня не обсуждается» (муж., сред. возр., 2016(2)). Причем эта власть не зависит от возраста ребенка. Считается, что все серьезные вопросы – выбор работы, переезд, крупные покупки – даже взрослый и самостоятельный сын должен согласовывать со старшими. «У нас как. Вот если даже человек машину покупает, на работу устраивается, если он где-то там не мелочные, серьезные жизненные вопросы, любой жизненный серьезный вопрос [решает] – он должен это обсудить со старшим: с отцом, со старшим братом, с дядькой. … Потому что старшие – они, все-таки, больше видят… В основном должен он соглашаться с ними» (муж., стар. возр., 2016(1)).

Подобная непререкаемость авторитета старших серьезно влияет на консервацию традиционного жизненного уклада. То, что отличается от образа жизни предков, их установок и ценностей, вызывает подозрение и неприятие. «Подход какой здесь у нас: мы все очень [уважительно] относимся к предшествующему поколению, к отцам. Почему наши отцы так не делали? Если бы это было неправильно, отцы бы так не делали» (муж., сред. возр., 2016(1)). Принятые способы воспитания также идеализируются, младшие в собственных семьях стремятся воспроизводить те же модели межпоколенческих отношений, которые складывались у них с отцами. «Все-таки я сейчас убеждаюсь, что воспитание отца – это наиболее оптимальное, что бы я мог получить в этой жизни. … Я так же буду воспитывать своих сыновей» (муж., сред. возр., 2016(1)).

Гендерные иерархии в обществе тоже в целом сохраняются. Причем, по ощущению тех, кто имеет возможность сравнивать, в более жестком виде, чем в других республиках. «Если даже в том же Дагестане, я там спокойно, расслабленно себя ощущала, то здесь нет. … Тут этой какой-то свободы, ее меньше. И контролировать женщин легче». (жен., мол. возр., 2016). Женщинам не только могут не позволить работать или ограничить свободу передвижения, но и, например, часто не разрешают водить машину. И даже те, кто получил права, стараются минимизировать время за рулем. «Ты ощущаешь вот это вот отношение. То есть женщина за рулем – к ней уже отношение другое. А этого не хотелось бы» (жен., мол. возр., 2016).

В-третьих, для достижения послушания по-прежнему распространены архаичные силовые методы воздействия. Подтверждением безоговорочного доминирования старших является их право «вырубить» любого младшего в семье: физически наказать взрослого сына или брата. В одном из интервью рассказывали (можно сказать, с гордостью), как старший брат, которому было 90 лет, публично избил младшего, семидесятипятилетнего, в магазине посохом. В некоторых сельских сообществах утверждалось, что молодой человек может быть физически наказан по решению старейшин за непослушание или какую-либо провинность. «Молодежь выстраивают, кого надо бить – побьют» (муж., стар. возр., 2019(1)) Многие информанты подтверждали распространенность подобных практик. «Это не повальное. Я не могу сказать, что это повальное. Но это имеет место быть» (жен., мол. возр., 2016).

Практически нормой считается физическое наказание детей13. «Может быть, даже есть такие семьи, где отец или мать побоится, скажем, наказать своего отпрыска. Ну, цивилизация, что поделаешь… Может быть, есть такие семьи, но я не встречал» (муж., сред. возр., 2016(2)). Не вызывает возмущения, даже если ребенка накажет чужой мужчина. Наш собеседник рассказывал, как сам попросил учителя в школе физически наказать сына, когда тот хулиганил на уроках. «Он, действительно, после этого ремнем отходил его. Школа, я скажу вам, из этого получилась такая, классный урок у него. Отличным стал парень после этого, отличным» (муж., сред. возр., 2016(2)). Насилие в отношении других членов семьи также достаточно распространено. «Проблема семейного насилия есть. В основном это насилие над женщиной, естественно» (жен., мол. возр., 2016).

В-четвертых, жесткая регламентация повседневной жизни поддерживается более широким, чем на других территориях, распространением обычаев избегания. Так, в Ингушетии является нормой, когда зять с тещей не встречаются и не разговаривают в течение всей жизни. Муж и жена также ограничивают общение на публике – «и в настоящее время в республике практически невозможно увидеть мужа и жену, идущих вместе, например, в магазин. Это недостойно мужчины. … Неприличным считается, когда мужчина несет сумки за женой»14. Отец держит дистанцию с детьми, может вообще напрямую с ними не общаться. «[Отец] меня воспитывал строго, ни один раз он меня не приласкал за всю свою жизнь. Я не помню, чтобы он со мной говорил дольше пяти минут. Он всегда держал субординацию со мной и братом» (муж., сред. возр., 2016(1)).

Тем не менее, не смотря на ограниченность «внешнего» влияния на уклад жизни в республике, окружающий мир так или иначе воздействует на местный социум, вызывая его постепенную трансформацию. Здесь можно выделить несколько направлений подобного влияния.

Высокая рождаемость и ограниченность возможностей трудоустройства стимулируют масштабную трудовую миграцию за пределы республики. Значительная часть ингушей, особенно мужчин, имеют миграционный опыт. Также распространена и образовательная миграция. Выход за рамки локальных норм и правил дает возможность переосмыслить привычные жизненные практики, получить представление об альтернативных идеях и образах жизни. Например, в религиозных вопросах. «Если бы я не выезжал, если я не учился бы, я бы не видел, что в Ростове, в Красноярске, Абакане, Москве, Пятигорске, Дагестане, во Владикавказе том же самом тарикатов нет. Есть Коран и Сунна» (муж., сред. возр., 2016(1)). Но новый опыт может накапливаться и в любых других сферах.

Какое это оказывает влияние на ситуацию в Ингушетии? Однозначно ответить на этот вопрос сложно. С одной стороны, существование подобной миграционной «отдушины», позволяющий на время отвлечься от общественного давления и регламентации жизни, может способствовать консервации традиционных отношений внутри республики. С другой стороны, новый опыт может переноситься обратно в республику, стимулируя их трансформацию.

Конфликты, затронувшие республику в 1990-е годы, также не могли не повлиять на ее жизненный уклад. В этот период Ингушетия была вынуждена принять две крупные волны беженцев: из Пригородного района и из Чечни (как чеченцев, так и живших в Чечне ингушей). Роль мигрантов в модернизации жизни в республике достаточно велика. По свидетельству очевидцев, до этого в Ингушетии практически не развивались общепит и бытовые услуги. Было непонятно, как человек пойдет есть в ресторан – его что, дома не кормят? Культуру кафе, парикмахерских, других общественных услуг привнесли в ингушское общество именно беженцы из Чечни. А затем местные ингуши, стимулируемые стремлением «быть не хуже», также стали развивать этот сектор экономики. После прекращения военных действий чеченцы в основном вернулись на родину, а «чеченские» ингуши в массе своей остались в республике, сохраняя несколько иные представления и опыт жизни в крупном городе, каковым до чеченских войн являлся Грозный.

Кроме того, как реакция на возникающие проблемы как гуманитарного, так и правозащитного характера в республике стали возникать разнообразные общественные организации. Они включались в жизнь общероссийского гражданского общества, взаимодействовали с зарубежными донорами. То есть, оставаясь частью ингушского социума, в то же время функционировали в среде, серьезно отличающейся от доминирующей в республике. Такая жизнь «в разных мирах» активной, интеллектуальной части общества также влияла на процессы социальной модернизации. В то же время развитие гражданского общества способствовало появлению лидеров, формированию авторитета не только на традиционных основаниях, но и на базе индивидуального вклада в решение актуальных для общества проблем, вне привычных возрастных и гендерных рамок.

Серьезное воздействие на традиционные основы жизни в Ингушетии оказал религиозный раскол между «суфиями» и «салафитами», характерный для всего Северного Кавказа. В период чеченских войн он стимулировался в первую очередь извне. Радикализация, в том числе проявлявшаяся в вооруженных насильственных действиях, была связана в основном с ситуацией в соседней республике. Попытки справиться с этой проблемой силовым образом, в процессе чего под пресс часто попадали невинные люди, привела к запуску спирали насилия, поддерживаемой сохраняющими свою актуальность обычаями кровной мести. «Ну конечно, брат пойдет за брата мстить, например. Ну у нас, как говорится, кровная месть еще живая» (муж., сред. возр., 2016(2)). Однако, после того, как связанный с этим всплеск насилия удалось подавить, размежевание не исчезло, хотя и приняло более мягкие формы.

На самом деле, противостояние суфиев и салафитов наложилось на характерные для Ингушетии традиционные размежевания в данной сфере. «Верующие ингуши принадлежат к двум суфийским орденам, или тарикатам (араб. «дорога», «путь» - метод мистического познания Истины) – накшбандий и кадырий, в свою очередь подразделяющихся на братства – вирд’ы (его члены дают обет придерживаться пути предложенного шейхом), которые различаются особенностями совершения обряда зикр (радение) и некоторыми ритуалами, разработанными их устазами (основателями религиозного направления). Деления на братства и вирды делает более сложной структуру ингушского общества, которую издавна формировали связи и отношения между и внутри семейно-родственных групп – тайпов»15. Некоторые вирды обладают существенной спецификой. Так, кадерийское братство баталхаджинцев характеризуется высокой степенью замкнутости, эндогамией, жестким контролем за своими членами и рядом других особенностей.

По мнению М. Албогачиевой, подобное религиозное разделение не приводит к серьезным проблемам. «На этой почве в семьях иногда возникают некоторые разногласия, но они не столь существенны и не приводят к серьезным последствиям»16. В то же время многие наши собеседники оценивали ситуацию как более острую, считая, что сторонники разных тарикатов нередко конфликтуют между собой. «Они все время соперничали, иногда доходило даже до вражды» (муж., стар. возр., 2016(2)).

При этом было бы неправильно сводить конфликт суфиев и салафитов лишь к воспроизводству старого противостояния в новой форме (хотя этот момент в Ингушетии также присутствует). В качестве одной из основных причин отхода от суфизма многие наши собеседники отмечали наличие в нем фольклорных, сказочных элементов17 и неисламских  ритуалов (таких, как громкий зикр). «Этот переход, он получился от того, что люди получили доступ к знаниям» (муж., стар. возр., 2016(2)); «Просто появились молодые люди, которые начали соображать. Не фанатично настроенные, начали соображать в этом деле. Мол как это так – оживить человека, допустим?» (муж., сред. возр., 2016(2)). Тем не менее, неудовлетворенность традиционными иерархиями и социальный протест играли в этом процессе не последнюю роль.

Вообще в Ингушетии не принято выступать против традиций. И от салафитов приходится слышать, что для ингушского общества характерны «красивые» правила и нормы, которые никак не затрагиваются несогласием по религиозным вопросам. Более того, различия между ингушским адатом и шариатом стремятся затушевать, говоря не о противоречиях, а о «несостыковках». Тем не менее, пусть и не так решительно, как в других республиках, но салафиты в Ингушетии также по факту отказываются от части традиционных установлений. Так, даже если общественное мнение в рамках тейпа настроено критически по отношению к этому Исламскому течению, салафиты под его воздействием не меняют своих взглядов. «Но лично я на свой тейп не посмотрю, если будет стоять вопрос моей связи с Богом. Я лучше Бога выберу» (муж., сред. возр., 2016(2)). Салафиты соблюдают не все характерные для ингушского общества обычаи избегания. Некоторые из них даже признавались, что общаются с тещей, хотя среди ингушей это категорически не принято.

Достаточно явно проявляется в религиозном размежевании и роль межпоколенческого разрыва и конфликта. «Это движение и здесь началось, это чисто межпоколенческое» (муж., сред. возр., 2016(3)). Молодежь не довольна, что старшие, которые, по их словам, всю жизнь пили, к Исламу никакого отношения не имели, к старости только стали худо-бедно делать намаз, указывает им, как жить. «[Раньше] молодежь не была религиозной, а старики религиозные. Поэтому уважение к ним было больше. А сейчас молодежь более религиозна, чем старые. Поэтому субординация, она нарушилась» (муж., стар. возр., 2016(2)). Не меньшее возмущение молодежи вызывают и факты влияния на общественную и религиозную позицию «официального» духовенства материальных интересов, родственных связей, толкуемые ими как ложь и лицемерие.

Обращает на себя внимание, что отношения между разными религиозными направлениями в молодежной и «взрослой» среде существенно различаются. «Никаких вопросов в молодежной среде – тарикатский ты, накшбандийский – особых таких нету. … Взрослая среда – это другой вопрос. Они очень ревностно к этому относятся. Очень ревностно – и оскорбляют, и выгоняют из дому, и спорят, и так далее. Ну, много чего бывает» (муж., мол. возр., 2017)18.

Религиозный раскол оказывает влияние и на гендерные иерархии. С одной стороны, в чем-то они ужесточаются. Молодые женщины жалуются, что, наслушавшись модных салафитских проповедников, мужья запрещают женам работать, заставляют их сидеть дома. С другой стороны, в республике наблюдаются первые ростки движения Исламского феминизма. Распространена ситуация, когда девушки одевают хиджаб вопреки воле родителей, и те вынуждены с этим смиряться.

Наконец, процессы глобализации также не могут не воздействовать на социальную ситуацию в республике. «Естественно, идет другое воспитание. Потому что дети живут в другом мире. Они получают другую информацию. И окружены другим миром. Раньше этого не было» (жен., сред. возр., 2017(1)). В современном мире, физически находясь в любой его точке, можно быть частью самых разнообразных виртуальных сообществ. И это существенно влияет на модернизацию жизни в первую очередь молодых людей. В самых разных ее аспектах. Так, социальные сети активно используются в общении. «Раньше знакомились как? Вот тебе посоветует родственник: у меня там такая-то девушка, можно было бы… И ты едешь к ним, знакомишься с ней, говоришь с ней… Сейчас знакомства идут в основном через телефоны, интернеты, сейчас знакомства вот так идут» (муж., стар. возр., 2016(1)). Но не только – интернет играет немалую роль в проникновении новых знаний, новых идеологий, в дифференциации взглядов и подходов к жизни. «Сейчас молодежь просвещенная. Сейчас молодежь – интернет знаете, да, какая социальная сеть? Сейчас у нас в Катаре, в Бахрейне, в Дубае, в Саудовской Аравии – в Мекке, в Эль-Рияде – сидят шейхи с такими глубокими знаниями, вот шейх, который по Сунне все. У них есть свои сайты, есть свои приемники вопросов. Ты задаешь вопрос – через три дня у тебя ответ» (муж., сред. возр., 2017).

Таким образом, неизменность и традиционность ингушского общества не следует преувеличивать. Процессы дифференциации, усложнения, распада прежде монолитных структур столь же характерны для него, как и для других северокавказских социумов, хотя и протекают они несколько медленнее. Трансформации подвергаются и поколенческие, и гендерные отношения. Причем, по мнению наших собеседников, изменения стали заметны именно в последние годы. «Сейчас уже, наблюдая за нынешней молодежью, ты видишь, что, допустим, они уже позволяют себе много того, что ты где-то не мог себе позволить. Это есть, это имеет место быть. … Родители уже, поколения помоложе чем наши родители, уже более свободно на все смотрят и стараются больше давать детям образования, а человек, получая образование, получает какие-то свободы» (жен., мол. возр., 2016); «Конечно, много еще остается по-старому. Но дают большую свободу» (жен., мол. возр., 2019(1)).

Многие обращали внимание на ослабление поколенческих иерархий. «Разница в чем. Старшие, как они по тому руслу, по которому жили, они и идут, а младшие уже по-современному как-то рассматривают все это» (муж., стар. возр., 2016(1)). Молодежь постепенно получает право голоса. «Сейчас молодежь может возразить родителям» (жен., сред. возр., 2017 (2)). Однако эволюция межпоколненческих отношений проявляется не только в подобных открытых формах. Распространение получает «ритуальное послушание»19 - молодые «не будут просто перечить, они сделают по-своему» (муж., сред. возр., 2016(3)). Гендерные отношения также не остаются неизменными – женщины часто становятся основными «добытчиками» в семье, и это не может не влиять на существующие иерархии. «Мне кажется, все-таки женщины уже, скажем так образно, больше уже начинают поднимать голову» (жен., мол. возр., 2016).

Семья все больше выделяется из кровнородственной группы. По рассказам собеседников, родственники могут в первую очередь влиять на принятие решения в неполных семьях. Если жив отец, он обычно является конечной инстанцией в решении важных вопросов, хотя традиционно будет советоваться со своими «старшими» - своим отцом, старшим братом. Подобные процессы влияют и на положение женщины. «Раньше, если женщина выходила замуж, она выходила замуж за целую семью. Не за одного человека, а за всю его семью. Теперь вот, по моим наблюдениям, родственники мужа – они дают большую свободу» (жен., мол. возр., 2019).

Постепенно размывается компактное проживание фамилиями – оно сохраняется в старых частях населенных пунктов, но не соблюдается в новых. И чем быстрее растет населенный пункт, тем меньше в нем роль прежних моделей расселения. Традиционный контроль над процессами переселения в территориальные общины утерян достаточно давно – сейчас землю можно получить через администрацию или купить. «А раньше этого не было. Раньше без разрешения старейшин, старших в село никто не мог переселяться» (муж., стар. возр., 2016(1)). Религиозные размежевания также ослабляют регулирующую роль тейпов. Весь этот комплекс изменений был суммирован в следующей фразе одного из наших собеседников: «Твоя семья и есть твой тейп» (муж., сред. возр., 2016(3)).

Но и отношения в самих семьях существенно дифференцируются. В разговорах упоминались семьи с «европейским» и «традиционным» воспитанием. В первых меньше внимания уделяется передаче традиционных ингушских норм, больше возможны проявления индивидуализма. Во-вторых, «права нету» настаивать на своем мнении. В более прогрессивных семьях начинают отмирать некоторые обычаи избегания – например, мать позволяет детям нежно относиться к их собственным детям в своем присутствии, чего ее родители ей категорически не разрешали. В целом меняются подходы к воспитанию детей. «Что касается детей, то сейчас их не наказывают. Если за какую-то провинность моё поколение было вынуждено подвергаться порке ремнём или специально подготовленной палкой (мы эту палку всё время куда-то прятали, чтобы родители не нашли), а также стоять в углу на коленях - на соли - по несколько часов, то сейчас редко кто даже пощёчину даёт своему ребёнку» (жен., мол. возр., 2019(2)).

Собеседники отмечали также усиливающуюся дифференциацию между городскими и сельскими населенными пунктами, даже расположенными по соседству. В первых меньше регулирующего влияния местного сообщества, большая дифференциация образов жизни, дети лучше говорят на русском языке, чем их сельские соседи.

Все эти сложные и неоднозначные процессы социальной трансформации нашли отражение в эволюции системы социального регулирования в ингушском обществе. Как и другие северокавказские социумы, Ингушетия существует в состоянии полиюридизма, когда в качестве регуляторов выступает не только светское российское законодательство, но и традиционное право – адат, а также религиозные нормы – шариат.

Соотношение между различными регуляторами в разных республиках складывается неодинаково. Большая традиционность ингушей сказывается в том, что здесь по-прежнему люди в основном живут по адатам. И это поддерживает авторитет старших. «Адаты нам говорят, чтобы мы по-любому решали свои вопросы междутейповые и там междусемейные в соответствии со старшими. И мы должны по-любому прийти к старшему и у него спросить, что он думает и как нам поступать в этой ситуации. Соответственно, он даст нам свой мудрый совет с высоты своих лет, и уже будут прислушиваться к нему» (муж., мол. возр., 2017). Даже те, кто являются практикующими мусульманами, далеко не всегда признают приоритет норм шариата в своей жизни. «По шариату дети [в ситуации развода] должны оставаться с матерью, но по адату, так как это мои дети, так как я за них отвечаю и перед Господом, и перед своими, за их воспитание, за этих детей, я выберу, чтобы они остались у меня. И никакие силы у меня этих детей не отберут» (муж., сред. возр., 2016(1)).

В то же время для общества в переходном состоянии характерна высокая степень утилитарности в решении вопроса о том, к каким регулирующим нормам обращаться в тех или иных ситуациях. Люди подходят к этой проблеме оппортунистически, то есть выбирают в первую очередь то, что им на данный момент наиболее выгодно. В разговорах приводилось немало примеров, как в тех же ситуациях развода женщины, которые хотели оставить у себя детей, апеллировали к шариату либо обращались российские суды и успешно решали дело в свою пользу.

Наконец, в условиях все большей дифференциации ценностей, образов жизни, идеологий в сознании людей возрастает роль религии как некоего объединяющего начала, позволяющего сохранить интегрированность ингушского народа. «Нас всех объединяет вера – это самое главное» (жен., сред. возр., 2017 (3)). В результате повышается престиж норм шариата. На прямой вопрос: что важнее – адат или шариат – собеседники практически единодушно отдавали предпочтение шариату, хотя, как было показано выше, это не всегда определяло практические действия при решении конкретных вопросов.

 

 

3. Массовые протесты осенью 2018 года: основные тенденции
 

3.1. Характеристика основных событий
 

Ниже в хронологическом порядке кратко характеризуются основные события, имеющие отношения к массовым протестам в Ингушетии по поводу соглашения о границе в 2018 году.

В августе 2018 в интернете появилась информация от неофициальных источников в Ингушетии, согласно которой, в лесном массиве близ села Аршты Сунженского района этой республики рабочие строительных организаций из Чечни начали строить автодорогу. Позднее в том же месяце, также со ссылкой на неофициальные ингушские источники, стала появляться информация о строительстве в том районе работниками силовых структур Чечни новых блок-постов. Пресс-секретарь главы Чечни Альви Керимов подтвердил проведение дорожно-строительных работ, но подчеркнул, что речь идет исключительно о восстановлении разрушенных войной коммуникаций, а не о несогласованном изменении границы.

9 сентября Народное Собрание Ингушетии наделило Юнус-Бека Евкурова полномочиями главы региона на третий срок. В тот же день Евкуров заявил журналистам, что ситуация на административной границе Чечни и Ингушетии не выходит из-под контроля.

26 сентября Юнус-Бек Евкуров и глава Чечни Рамзан Кадыров в присутствии полномочного представителя президента РФ в СКФО Александра Матовникова в Магасе подписали соглашение об административной границе между республиками. Комментируя соглашение, лидеры регионов заявили, что оно предполагает равноценный территориальный обмен, при этом ни один населенный пункт не меняет своей региональной принадлежности. Официальные сообщения о том, как именно прошла граница по новому соглашению, не отличались конкретностью. Лишь через несколько дней в сети появился анализ приложений к соглашению, сделанный профессиональными картографами. Судя по нему, за исключением обмена ненаселенными территориями в южной и северной частях линии соприкосновения двух регионов, утвержденная граница соответствовала сформировавшемуся еще в 1990-е годы неформальному межеванию.

4 октября, в день, когда Народное Собрание Ингушетии должно было рассматривать вопрос об утверждении соглашения о границе, в столице республики Магасе начался стихийный митинг против данного соглашения. Попытка Евкурова поговорить с митингующими привела к обострению ситуации, глава Ингушетии покинул место проведения митинга. Митингующие разбили палаточный лагерь, часть из них осталась ночевать на площади. По сообщению пресс-службы Народного Собрания, 17 депутатов из 25 проголосовало за утверждение соглашения. Участники митинга заявили о фальсификации голосования, а также потребовали проведения референдума по вопросу о границе и отставки главы региона.

6 октября правительство Ингушетии официально согласовало проведение митинга в Магасе с 8 по 15 октября. В тот же день ожидалось проведение повторного голосования об утверждении соглашения о границе в Народном Собрании Ингушетии, однако оно не состоялось из-за отсутствия кворума.

8 октября в Пятигорске состоялась встреча организаторов протестного митинга с полпредом Александром Матовниковым. Активисты, участвовавшие во встрече, рассказали митингующим, что она прошла конструктивно и что в ближайшее время ожидается визит в Ингушетию спикера парламента Чечни Магомеда Даудова и муфтия этой республики Салаха Межиева.

9 октября стало известно о начала проверки Следственным комитетом России заявлений ряда депутатов Народного Собрания Ингушетии о фальсификации результатов голосования по соглашению о границе.

16 октября в Пятигорске состоялась вторая встреча представителей митингующих с полпредом Матовниковым и начальником Управления по внутренней политике Администрации президента РФ Андреем Яриным. На ней федеральные чиновники подчеркнули, что разграничение территории регионов проведено в соответствии с законом, но признали, что в принятых документах могут быть недоработки и что оставшиеся спорные вопросы могут быть решены путем взаимодействия представителей двух регионов в рамках закона. Такая позиция не встретила понимания у лидеров протеста. Один из членов делегации митингующих сообщил на своей странице в Facebook, что встреча «завершилась ничем». В заявлении оргкомитета митинга в тот же день утверждалось, что делегация «покинула встречу».

17 октября истек согласованный с властью срок проведения митинга. Организаторы предложили участникам разойтись и принять участие в подготовке Всемирного конгресса ингушского народа. Также было объявлено, что проведение митинга вновь согласовано с 31 октября по 2 ноября.

В 20-х числах октября Рамзан Кадыров, Магомед Даудов и Салих Межидов неформально посещали Ингушетию, где встречались с лидерами протеста. Ни один из посещенных ими лидеров от дальнейшего участия в борьбе за отмену соглашения о границе не отказался.

30 октября Конституционный суд Ингушетии признал республиканский закон об установлении границ с Чеченской Республикой не соответствующим Конституции Республики Ингушетия.

31 октября Всемирный конгресс ингушского народа выступил против подписанного соглашения о границах. В тот же день на возобновившемся митинге в Магасе объявлено о его досрочном прекращении в связи с решением Всемирного конгресса ингушского народа добиваться отмены соглашения о границе юридическими методами.

6 декабря Конституционный суд России признал соглашение о границах соответствующим Конституции РФ.

 

3.2. Консолидация общественности вокруг вопроса о границе
 

Информацию о строительстве дороги в районе села Аршты, всколыхнувшую в августе ингушскую общественность, первыми опубликовали члены ингушских НКО этнокультурного профиля, случайно ставшие свидетелями дорожно-строительных работ. Информация о строительстве дороги первоначально была весьма противоречивой, потому что оно шло на ненаселенной территории, труднодоступной в транспортном отношении со стороны Ингушетии (доступ на многие части этой территории осложнен также в связи с тем, что после военных действий 1990-х – начала 2000-х годов там не было завершено разминирование). Уточнить информацию и довести до широких кругов жителей республики взялась группа молодых активистов, совершивших в августе несколько выездов в район строительства и рассказавших об увиденном в соцсетях. Их сообщения вызвали в ингушской блогосфере довольно большой резонанс, дополнительно усиленный памятью о силовых инцидентах, имевших место на той же территории в 2012-2013 гг. (см. выше). В сети циркулировали также противоречивые сообщения о действии режима контртеррористической операции на территории, где строится дорога20. Все это создавало в Ингушетии крайне негативный, тревожный информационный фон вокруг происходящего.

Важно подчеркнуть, что изначально попытка выяснить происходящее в приграничной лесополосе была частной инициативой, за которой не стояли ни власти Ингушетии, ни представители духовенства, ни какие-либо традиционные (тейповые) структуры ингушского общества. Основным каналом распространения информации о строительстве дороги стали социальные сети, главным образом Фейсбук и Инстаграм.

Вскоре на сообщения о строительстве дороги отреагировало общественное движение «Опора Ингушетии», в заявлении которого от 29 августа говорилось, что некоторые чеченские чиновники «пренебрегают братскими и добрососедскими отношениями между народами и ставят эти отношения под угрозу». В заявлении отмечалось, что работы по строительству дороги недопустимы не только потому, что без согласования проводятся на территории Ингушетии, но и потому, что дорога строится на территории государственного природного заповедника «Эрзи». Кроме того, «Опора Ингушетии» в своем заявлении напомнила о законе Чеченской Республики от 2012 года, включающем в Сунженский район Чечни сельские поселения Ингушетии (см. о нем выше). В заявлении говорилось, что этот закон «до сих пор не отменен, несмотря на многократные обещания чеченской стороны». Тем самым вопрос о строительстве дороги сразу оказался связан со всем комплексом территориальных противоречий между регионами, возникших ранее.

ОД «Опора Ингушетии», первым заявившее протест по поводу строительства дороги, ранее в основном занималось проблематикой, связанной с памятью жертв депортации ингушей, реабилитацией жертв сталинской политики на Северном Кавказе. Это движение также было известно достаточно напряженными взаимоотношениями с властями Ингушетии. По заявлениям представителей организации, региональные чиновники до осени 2018 года чинили им препятствия в проведении мероприятий.

Актив «Опоры Ингушетии» в значительной мере состоял из людей молодого и среднего поколения. Условно в том сообществе, которое в течение ряда лет перед протестами осени 2018 года сформировалось вокруг этой организации, можно выделить три группы (отчасти пересекающиеся). Во-первых, это правозащитники, длительное время занимавшиеся в регионе не только проблемами, связанными с последствиями депортации ингушей, но и вопросами контроля за деятельностью правоохранительных органов, антикоррупционной тематикой (часто это работа велась ими в тесном взаимодействии с правозащитными организациями общероссийского уровня). Во-вторых, это предприниматели, сочетавшие бизнес с общественной активностью, имеющие опыт организации в республике различных дискуссионных площадок, обучающих бизнес-семинаров, а также благотворительной деятельности. В-третьих, это уроженцы Ингушетии, много лет проведшие в других регионах России, имеющие там определенную «историю успеха» и в настоящее время ищущие возможность приложить свои силы у себя на родине. Иными словами, с первых дней в публичном обсуждении темы границы инициативу захватили те представители местного общества, которые не имели тесных связей с руководством республики, обладали широкими контактами за пределами региона и имели опыт публичной деятельности у себя на родине. Еще одна важная особенность этого общественного сегмента состояла в том, что его представители, делая акцент на «ингушский патриотизм» и этническую солидарность, в своей деятельности, как правило, не опирались на традиционные тейповые структуры местного социума и сами, прежде всего в силу возраста, в большинстве своем не имели статуса «старших» в своих тейпах. В целом, таким образом, можно сказать, что активисты, первоначально поднявшие тему границы и этнической солидарности в отстаивании территории региона, относились к наиболее «модернизированной» части ингушского общества. Это обстоятельство заметно повлияло и на форму, и на содержание дальнейших протестов.

Однако едва ли не большее влияние на последующие события оказало другое обстоятельство: уже в сентябре, до массовых протестов, солидарную позицию по поводу границы высказали гораздо более широкие круги ингушской общественности по сравнению с теми, кто изначально привлек массовое внимание на строительство дороги. В сентябре, еще до подписания главами Чечни и Ингушетии соглашения о демаркации границы, среди ингушской общественности возникла идея проведения форума по вопросу о границах. Среди выразивших готовность к участию в нем были и те, кого ранее разделяли серьезные взаимные противоречия. Наряду с перечисленными выше группами общественников, близких «Опоре Ингушетии», к общему протесту по поводу происходящего на этапе подготовки форума, в частности, присоединились:

- Старейшины ингушских тейпов и другие общественники старшего поколения. Здесь следует отметить, что в среде людей старшего возраста, выступающих в качестве публичных представителей своих тейпов, еще до событий лета-осени 2018 года в Ингушетии имел место значительный раскол. Первым его серьезным свидетельством стало создание в 2015 году Совета тейпов ингушского народа как организации, альтернативной Совету тейпов при Главе Ингушетии. Первоначально в него вошли старшие представители 11 тейпов. Назвав «официальный» совет тейпов неэффективным, Совет тейпов сразу встал в оппозицию главе региона, прежде всего вступая против коррупции и критикуя ситуацию в Пригородном районе. Летом 2018 года Совет тейпов также выступал против того, чтобы Юнус-Бек Евкуров возглавил региона на третий срок. Состав «неофициального» Совета тейпов с момента его основания расширялся, но заметное количество общественников старшего поколения находилось и в Совете тейпов при главе региона. Вопрос о границе серьезно изменил баланс между «привластными» и «оппозиционными» тейповыми лидерами: против изменения границ выступили старшие представители абсолютного большинства тейпов, включая тех, кто ранее не имел отношения к «оппозиционному» Совету тейпов. Эта солидарность была очевидна уже в сентябре, о чем говорит появившееся тогда большое количество видеообращений глав различных ингушских «фамилий».

Религиозные деятели, как близкие муфтияту республики, так и открыто оппозиционные ему. Здесь, по свидетельству участников непубличных консультаций общественников, состоявшихся в августе, преодолеть имеющиеся противоречия было наиболее сложно. Более того, свои причины не солидаризоваться с протестами по поводу ситуации с границей имели как представители муфтията, так и их оппоненты. Для муфтията, несмотря на многолетний острый конфликт этой организации с главой региона, очевидная сложность ситуации состояла в том, что в своем противостоянии с главой региона муфтий Иса Хамхоев неоднократно получал поддержку от официального Грозного, в связи с чем многие в регионе ожидали, что муфтият не будет публично противостоять закреплению каких-либо земель в границах Чечни. Что касается Исламских деятелей, не признававших авторитет муфтията, то, по имеющейся информации, они серьезно опасались того, что протест могли связать с религиозным размежеванием, не желали конфликта (фитны) между мусульманами. Кроме того, дополнительным поводом для того, чтобы дистанцироваться от протестов, для них могло стать участие в протестах муфтия. Однако эти факторы, насколько можно судить, оказались действенными далеко не для всех, потому что и многие сторонники муфтията, включая самого Хамхоева, и многие верующие, не близкие муфтияту, включая ряд имамов, участвовали в митинге.

Активисты, начавшие в сентябре подготовку форума по вопросу о границе, объясняли такую солидарность прежде тем, что разные группы общественников объединяла тревога за ситуацию в зоне территориальных споров и память о том, как несколькими годами ранее происходящее там несло прямые угрозы силового противостояния: «Наша цель была – не дать убить нашу молодежь… Нам очень тяжело далось… Когда форум (готовился), здесь вопрос стоял: как посадить за стол людей, которые не разговаривают? Мы собрались и три с половиной часа говорили, чтобы записать пять минут (видеообращения). Кто-то вставал и уходил, кого-то возвращали, кто-то не вернулся…» (муж., средний возраст, 2019(2)).

Таким образом, можно констатировать, что вопрос о границах, вновь актуализовавшийся в августе-сентябре 2018 года, привел к консолидации весьма разнообразных общественных сил – молодых предпринимателей и старейшин тейпов, активистов НКО и религиозных деятелей. Более того, неприятие изменения неформально установленных границ региона привело к союзу между рядом общественных групп, находившихся до этого в конфликте друг с другом.

Необходимо добавить, что консолидация вокруг вопроса о границе практически с самого начала была и консолидацией против региональной власти. Во многом это было обусловлено тем, как последняя реагировала на появление в публичном пространстве новостей о пограничных проблемах. В самые первые дни после того, как Ингушетию всколыхнули известия о строительстве дороги, ингушские должностные лица заявляли о своей готовности разобраться в складывающейся ситуации. Так, министр по национальной политике Ингушетии Муслим Яндиев в августе заявлял: «Если дорога будет проходить по нашей территории без согласования с нами, это неправильно. Никаких односторонних доводов не может быть. Это наши братья, но все должно быть по правилам». Однако позднее в августе-сентябре публичная официальная реакция на происходящее становилась все менее активной, что давало поводы упрекать региональные власти в бездействии и нежелании защищать территориальные интересы республики.

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
3.3. Митинг: механизмы самоорганизации
 
Выступления, шедшие в Ингушетии несколько недель после подписания Рамзаном Кадыровым и Юнус-Беком Евкуровым соглашения о границе, были самыми массовыми акциями за всю постсоветскую историю Ингушетии и одними из самых массовых в постсоветской истории всего Северного Кавказа. Поэтому вопрос о том, как он был организован, – один из наиболее важных для осмысления этого явления.

Связана эта массовая мобилизация была, во-первых, с социальными сетями, где за месяц с лишним обсуждений вопроса о границе разрослись сообщества, участвующие в нем, возникли многочисленные публичные группы, посвященные этой тематике. Интересно при этом, что возникшие в социальных сетях сообщества не были организованы не только по-родственному, но и по территориальному признаку. В основном в них были совместно представлены жители разных населенных пунктов и представители разных фамилий Ингушетии. По свидетельствам участников митинга, проживающих в Пригородном районе Северной Осетии, «адресных» усилий по привлечению его жителей на это мероприятие не требовалось: они отозвались на призывы, звучавшие в общеингушских группах в соцсетях. В целом разные опрошенные наблюдатели сходятся во мнении, что к моменту начала протестных акций 4 октября интернет-аудитория, регулярно следящая за новостями о «пограничном» вопросе и готовая откликнуться на призывы лидеров протеста, составляла десятки тысяч человек.

Во-вторых, заметную роль в привлечении жителей республики на митинг сыграли общественные организации. Их роль не сводилась к тому, чтобы привести на митинг своих сторонников. В течение митинга активисты неоднократно объезжали населенные пункты республики с призывом прийти на пятничную молитву на площадь в Магасе. Именно в пятничные дни митинг был наиболее массовым.

В-третьих, работали и механизмы «тейповой» мобилизации. В основном старт им был дан публиковавшимися в сентябре видеозаявлениями тейповых лидеров по поводу границы. Для некоторых жителей республики основным аргументом за участие в митинге была именно позиция наиболее авторитетных для них старейшин, участие родственников в протестах.

Наконец, есть свидетельства того, что «мобилизация снизу» могла идти и самостоятельно, без участия каких-либо лидеров общественного мнения. Об этом свидетельствуют, в частности, данные о сходах граждан по вопросу о границе, которые прошли почти во всех населенных пунктах Ингушетии в сентябре – октябре. Во многих случаях эти сходы были организованы по инициативе властей, однако среди их участников образовывались группы тех, кто активно выступал против соглашения о границе. Отчасти это могло происходить в результате целенаправленной работы представителей оппозиции в тех селах, к которых намечались сходы, а отчасти – стихийно.

Эта общественная активизация шла на фоне явного отсутствия единства в региональных «верхах». Во время рассмотрения вопроса о границе в Народном Собрании Ингушетии, ряд депутатов заколебались в своей позиции относительно договора с Чечней, который был вынесен на утверждение республиканского парламента. Некоторые из депутатов выходили к митингующим и заявляли, что голосовали против договора, некоторые под теми или иными предлогами избегали участвовать в голосовании или по неформальным каналам сообщали об оказываемом на них давлении. Также важным свидетельством того, что в системе органов власти Ингушетии поддержка соглашения была неполной, стало признание договора незаконным Конституционным судом Ингушетии (позднее законность договора подтвердил Конституционный суд России, чем была создана достаточно нестандартная юридическая коллизия). Следует подчеркнуть, что до событий осени 2018 года наблюдатели единодушно характеризовали как Народное Собрание, так и Конституционный суд Ингушетии в качестве органов власти, полностью лояльных главе региона. Известно было также, что Евкуров всегда проявлял большое внимание к процессу формирования депутатского корпуса. Эти обстоятельства, а также то, что депутаты, не поддержавшие законопроект, не выстроили какой-либо последовательной линии политического поведения, а скорее демонстрировали колебания на эмоциональной волне, делает крайне сомнительными предположения о том, что «фронда» в органах власти была инспирирована какими-либо политическими противниками Евкурова и стала частью некой политтехнологической игры.

После старта массовых протестов 4 октября довольно стремительно произошел ряд изменений как в руководстве протеста, так и в составе «рядовых» протестующих. Рассмотрим изменения на двух этих «уровнях» отдельно.

В руководстве протеста, насколько можно судить, в целом уменьшилась самостоятельная роль каких-либо отдельных движений и организаций. Сформировался неформальный оргкомитет митинга, в который вошли многие общественники из числа поднимавших вопрос о границе еще в августе. Взаимодействие внутри комитета шло в большей степени на личностном уровне, чем на уровне организаций. Именно оргкомитет митинга вел дальнейшие переговоры с властями по поводу условий проведения протестных акций, а также формировал делегацию для встречи с полпредом президента РФ в СКФО.

Что касается ситуации среди рядовых участников протеста, то здесь в ходе митингов можно было наблюдать возникновение двух существенных разделений.

Во-первых, имело место разделение на сторонников легального, мирного протеста и на тех, кто считал возможным или даже желательным применение более радикальных способов борьбы. То, что по этому вопросу среди участников протеста мнения были разными, стало предельно ясно после того, как организаторы митинга, уже после его начала, официально согласовали его проведение. По имеющимся у нас свидетельствам, некоторые рядовые участники, заявлявшие о такой своей готовности, покинули митинг после его «легализации». Так или иначе, установка на соблюдение закона возобладала, и массовые протесты до их окончания шли в легальном поле. Вопрос, который остается открытым, состоит в том, какова будет дальнейшая траектория не согласившихся с «легализацией» митинга. Не только их «стартовый» настрой, но и их «выпадение» из публичной общественной активности после ухода с митинга заставляет особенно внимательно относиться к рискам радикализации этой части населения.

Во-вторых, можно говорить и о разделении участников митингов на тех, кто считал нужным ограничить тематику митингов вопросом о границах, и тех, кто поддерживал также антикоррупционную и антиевкуровскую направленность митингов. По-видимому, некоторые участники после первых дней протестных акций позднее покинули их потому, что видели на митинге слишком много «политики», не связанной с проблемой границ: «Мы, как послушали, поняли, что тут не про землю, как мы думали, тут пошла политика» (муж, стар возраст, 2019(2)).

Несмотря на эти расхождения среди участников митинга, его массовость была сохранена. То есть установка на действия в соответствии с законом и на выдвижения политических требований, не исчерпывающихся тематикой границы, оказалась близка значительному числу участников митинга.


3.4. Общественная активность после митинга
 
После завершения массовых акций «градус» публичного противостояния в регионе снизился. Это снижение вполне закономерно на фоне решения организаторов протеста добиваться отмены соглашения о границе юридическими методами. Вместе с тем, очевидно, что общественная активность, связанная с вопросом о границе, не прекратилась, а лишь обрела иные формы, в которых она наверняка будет оказывать в обозримом будущем серьезное влияние на ситуацию в регионе. Здесь мы кратко охарактеризуем основные тенденции «послемитинговой» общественной активности.

Прежде всего, следует отметить, что протест «институционализировался» через постоянно действующие общественные структуры, возникшие или укрепившие свое влияние в дни митингов. Ключевую роль среди таких структур по-прежнему выполняет Совет тейпов, состав которого, напомним, осенью заметно расширился: сейчас в качестве членов или наблюдателей там присутствуют представители почти всех ингушских фамилий. Регулярно заседает президиум Совета тейпов, в который входят некоторые из лидеров осенних протестов. В качестве площадки, объединившей почти всех основных активистов осеннего митинга, регулярно собирается Комитета национального единства ингушского народа. Оппозиционные активисты сохраняют также присутствие в интернете, где продолжают действовать многочисленные группы, объединившие осенью лидеров и рядовых участников митинга. Можно сказать, что и сегодня в оппозиционном спектре региона наблюдаются и «старые» (тейповые), и более современные механизмы самоорганизации. При этом один из наиболее заметных результатов осенних событий состоит в том, что большое количество общественников, до этого в основном дистанцировавшиеся от прямого участия в политической борьбе, теперь постоянно вовлечены в публичную деятельность именно политического характера.

Основные цели, декларируемые на сегодня оппозиционными активистами, по-прежнему состоят в отмене соглашения о границе и отставке главы региона. Основные методы, которыми предполагается добиваться этих целей, - юридические. Заявлено, в частности, о подготовке документов на проведение республиканского референдума по указанным вопросам. Также общественники внимательно отслеживают процессуальные действия по заявлению о возможных фальсификациях результатов голосования за утверждение соглашения о границе в Народном Собрании. Идет и поиск неформальных путей решения вопроса о границе, использующих традиционные для Кавказа методы урегулирования конфликтов. Одновременно наблюдается некоторое расширение оппозиционной повестки, прежде всего за счет антикоррупционной тематики.

Хотя состав «флагманских» общественных структур, продолжающих требовать отмены соглашения о границе, на ближайшее будущее представляется достаточно стабильным, уже сейчас налицо определенное нарушение единства в рядах оппозиционных общественников. Так, некоторые из активистов, с момента основания Совета тейпов участвовавших в его работе, сохранив жесткую позицию по вопросу о границах, оказались в состоянии конфликта с лидерами «Опоры Ингушетии». Одновременно муфтият республики, не образуя союза с указанными оппозиционными структурами, сохранил крайне критическое отношение к руководству региона и, в частности, к соглашению о границе, что было подтверждено на недавно прошедшем Съезде мусульман Ингушетии.

В целом, таким образом, после этапа максимальной консолидации оппонентов главы региона, наблюдавшейся в ходе осенних митингов, идет определенное усложнение «ландшафта» гражданского общества, при сохранении ключевых общих политических требований, заявленных осенью 2018 года. Это усложнение, как и общий рост общественной активности в регионе, можно считать совершившимся фактом, важным вне зависимости от того, выполнима ли на сегодня конкретная политическая программа оппонентов регионального руководства.

В заключение отметим, что характер послемитинговой общественной активности в сегодняшней Ингушетии в целом позволяет надеяться на развитие имеющегося конфликта по мирному, цивилизованному пути. Однако следует помнить о тех факторах, которые несут в себе угрозу менее благоприятного хода событий. С одной стороны, таким фактором могут стать неправовые репрессии против общественных активистов. Примерами таких репрессий, пока не массовых, являются увольнения заметных участников протеста с должностей в государственных структурах. С другой стороны, отсутствие системной работы – как власти, так и активистов - с радикальной частью протестующих, покинувших в октябре митинг в знак несогласия с официальным согласованием его проведения, может обернуться распространением в этой части ингушского социума деструктивных, опасных для мирного развития идей.


4. Общество после протестов: quo vadis?

Наиболее оригинальный ответ на вопрос о том, что изменилось в ингушском обществе по итогам протеста, дал один из наших собеседников, рассказавший то ли анекдот, то ли современную притчу. Стоят два школьника перед контрольной по английскому. Совсем не готовы, ничего по-английски не знают. Один говорит другому: «Я слышал, что в соседнем классе одному дали дубиной по голове, и он сразу по-английски заговорил. Ударь меня – может, я тоже заговорю». А другой сомневается: «А вдруг ты в результате русский забудешь, а по-английски не заговоришь?».

При всей внешней незамысловатости этой истории на самом деле в ней заложена достаточно глубокая идея. Собственно, мы разговариваем друг с другом не просто словами, а культурными контекстами. Даже одни и те же слова могут значить разное и восприниматься по-разному в зависимости от системы правил и норм, предрассудков и стереотипов, в контексте которых мы ими оперируем. В традиционном обществе эта система может быть очень сложна, но при этом она вполне однозначна – правила для тех, кто «внутри», в общем-то понятны и трактуются схоже. Не случайно в подобном социуме с подозрением относятся к межэтническим бракам – разница традиций и обычаев означает, что изначально у молодых не будет общего «языка» ни между собой, ни с окружающими, и это может существенно осложнить семейную жизнь.

Однако по мере усложнения общества подобная ясность и определенность теряется – люди начинают ориентироваться на разную нормативность и перестают столь легко понимать и прогнозировать действия друг друга. Осознание этого действительно может восприниматься как удар дубинкой по голове, в результате которого старый язык оказывается утерян, а новый – не выучен. В социологии подобное состояние общества называется социальной дезорганизацией или аномией. Прежние нормы жизни и «правила игры» разрушаются, новые еще не сформировались, люди оказываются в «нормативной яме», в ситуации неопределенности, воспринимаемой как чрезвычайно дискомфортная. Нам приходилось много писать об аномии применительно к Дагестану21. Аналогичное восприятие ситуации в Ингушетии показывает, что, судя по всему, общество действительно вступает в период необратимых трансформаций.

Какую роль сыграли протесты в этом процессе? Безусловно, несколько недель гражданской активности не могут радикально трансформировать социум. Но могут способствовать кристаллизации уже накопленных изменений и послужить их катализатором. Протесты позволили выплеснуться на поверхность тому, что исподволь накапливалось в обществе до их начала. И для многих это оказалось шоком – как удар дубинкой по голове.

Любопытно, что влияние протестной активности на ингушское общество оценивается нашими собеседниками диаметрально противоположным образом – лидеры протеста говорят о новом единстве и рождении ингушской нации, тогда как те, кто не столь серьезно вовлечен в общественную деятельность, видят в этом скорее новые размежевания, конфликты, войну компроматов и другие столь же негативные последствия. Причем, судя по всему, правы обе стороны.

Действительно, вокруг вопроса о границах было достигнуто впечатляющее единение. Противостоявшие друг другу общественные движения, активисты, годами не здоровавшиеся и не подававшие друг другу руки, вместе возглавили протест и обеспечивали его организацию. Молодежь и старшие, суфии и салафиты – все постарались перешагнуть через разделявшие их проблемы и предрассудки. Символом этого процесса стала фигура авторитетнейшего старейшины Ахмеда Барахоева, публично попросившего прощения у салафитской молодежи за несправедливое к ней отношение. «Какая мне разница, салафит он или нет? Он ингуш, он мой сын»22. На площади читали намаз, произносили проповеди (хутбы) имамы разных религиозных направлений, и это не вызывало никакого противодействия у верующих. И все же, оценивая характер подобного единства, необходимо обратить внимание на два момента.

С одной стороны, это единство строилось не на единообразии, предписанном традиционными регуляторами. Оно было осознанным объединением разных групп с дифференцированными интересами, сознательно выбравших подобную стратегию. Тем самым оно показало наличие достаточно сложно организованного общества, стратифицированного по разным основаниям – как примордиальным (традиционным), так и социальным и идеологическим, а также способность групп в рамках этого общества принимать сознательные решения вне рамок традиционных регуляторов. Традиционность формата митинга, который некоторые сравнивали с организацией тазията – соболезнования родственникам умершего – была в большей мере конструированием традиций, чем их реальным воплощением.

С другой стороны, новые формы объединения сопровождались новыми размежеваниями. И эти размежевания были многообразны: между сторонниками власти и оппозиции в рамках тейпов; между более и менее радикальными группами молодежи на площади; между теми, кто настаивал на ограничении требований митинга земельными вопросами, и теми, кто требовал политических лозунгов (отставки главы, свободных выборов). Единение между разными Исламскими течениями в ходе митинга сопровождалось расколом в каждом из них по вопросу допустимости митингов в принципе. Общественную активность не поддержали ключевые фигуры салафитского лагеря, тогда как их сторонники были среди наиболее активных участников протеста. По словам наших собеседников, некоторые суфийские имамы, особенно молодые, стали высказываться за отказ от фольклорных элементов в рамках тариката, что сближает их религиозную позицию с салафитской, но является предвестником новых размежеваний среди суфиев.

Таким образом, наиболее правильно было бы определить происходящее в ингушском обществе в ходе протестов не как просто усиление единства или размежевания, а как реконфигурацию, причем из протестов общество вышло более дифференцированным и сложно организованным, чем оно вошло в него, и есть предпосылки для дальнейшего его усложнения. Это становится еще более заметным, если рассмотреть влияние протеста на отдельные традиционные институты, сохранившиеся в ингушском обществе.

В наибольшей мере обращает на себя внимание трансформация традиционных поколенческих иерархий, которая проявилась по нескольким направлениям.

Во-первых, отношение к старшим становится менее «категориальным», оно индивидуализируется в зависимости от того, можно ли этого старшего считать «патриотом». «Молодежь стала понимать, что есть люди старшие действительно уважаемые, с принципиальной позицией, а есть люди старшие – просто старые, скажем так». Причем это внутреннее отношение проявляется и в соблюдении правил ингушского этикета. «Раньше я старалась быть любезной и вежливой со всеми – кавказская черта. А сейчас, если человек – я знаю – себя повел малодушно в этой ситуации – ну максимум, что я могу из себя выдавить – ну поздороваться с ним я поздороваюсь. Но я уже не считаю нужным любезничать с ним или там расспрашивать, как родные – как у нас положено. … Я не хочу даже себя заставлять. … Даже если он старший, я поздороваюсь просто… и пойду. Не буду с ним любезна. Как я была раньше. Чисто дежурное приветствие» (жен., сред. возр., 2019(1)).

Во-вторых, накапливаемые у молодежи в предшествующий период ощущения отчуждения и протеста – обратная сторона невозможности в рамках традиционных иерархий открыто высказать свое мнение – выплеснулись в общественное поле. Особенно заметно это при анализе социальных сетей. «Ингушская молодежь вынуждена мириться с плачевным состоянием дел во всех сферах жизни республики. Они видят только обман, отсутствие возможностей, лицемерие “старших” и “имамов”, которые обслуживают власть»; «Собрали Советы тейпов и т.д., которые и занимаются популизмом и политической проституцией, все эти партии, они уже пережили себя, молодежь должна брать в свои руки полный общественный контроль над мэром, депутатами, барыгами и т.д.». Но даже если не принимать во внимание подобные крайности, идея о том, что молодежи следует более заметно участвовать в жизни республики, выдвигаться в органы власти, становится среди активных участников протеста практически общим местом. «Очень сильно задумались. По крайней мере, очень много голосов слышалось по поводу того, что зря мы упустили муниципальные выборы» (муж., сред. возр., 2019(1)).

В-третьих, протест заставил многих молодых людей на основе личного выбора определиться со своей общественной позицией. В условиях, когда часть популярных религиозных деятелей не высказалась по вопросу о митингах или выразила свое отрицательное отношение, вместо ориентации на признанные авторитеты молодежи пришлось самой принимать решение. Некоторые наши собеседники говорили, что первоначально такая ситуация вызвала растерянность, выявила неготовность к подобной самостоятельности. Однако постепенно молодые люди вынуждены были сделать свой выбор. «Очень многие его [Хамзата Чумакова] последователи там стояли, несмотря на то, что он запретил» (жен., сред. возр., 2019(1)).

Какой прогноз можно дать в отношении дальнейшей эволюции этого института? Маргарет Мид, которая по результатам молодежных бунтов конца 1960-х годов в Европе представила блестящий анализ характера межпоколенческих взаимоотношений23, выделяла три их модели:

Полное доминирование старшего поколения. Эта модель, по словам Мид, характеризуется чувством вневременности и всепобеждающего обычая.

Ситуация, когда и старые, и молодые считают естественным отличие форм поведения у каждого следующего поколения по сравнению с предыдущим. Однако изменения в рамках этой модели соседствуют с сохранением неких незыблемых общих основ, а их допустимость и границы по-прежнему устанавливаются старшими. Мид называет это изменениями в пределах неизменного.

Эмансипация молодежи от ограничений, накладываемых старшими. Теперь уже в большей мере не младшие учатся у старших, а, наоборот – старшие у младших. В то же время в описании этой модели у Мид проглядывает ощущение отчуждения и угрозы: «дети на наших глазах становятся совсем чужими, подростков, собирающихся на углах улиц, следует бояться, как передовых отрядов вторгшихся армий»24.

Очевидно, первая модель в целом соответствует традиционным характеристикам ингушского общества. Однако, как показал анализ в первой части доклада, она в определенной мере стала приобретать формальный, ритуальный характер. В рамках митингов проявилась уже скорее вторая модель. С согласия старших более молодые лидеры активно выполняла регулирующие функции, брала на себя инициативу. «Вот в первый день я стоял именно на входящей зоне, чтобы показать пример остальным, что граница старший – младший – все, здесь стерта уже. … Они видели, как я старикам говорил: “Я вас очень прошу, у нас здесь такие правила…”» (муж., сред. возр., 2019(1)). Старшие признавали преимущества молодежи в некоторых моментах и при этом подчеркивали сохраняющееся единство поколений. «Да, сейчас двадцать первый век, и наши дети больше осознают, понимают. Но первое, что в них сохранилось – уважение к старшим»25.

Собственно, основной вопрос состоит в том, выйдут ли межпоколенческие отношения на волне общественного подъема за рамки изменений в пределах неизменного. Пока старшие, авторитетные члены общества смогли удержать ход протестов под своим контролем, хотя далеко не все были согласны с умеренным характером проводимых акций. Базовые элементы традиционной ингушской культуры работают на то, что подобный контроль сохранится и в дальнейшем. В то же время накопленный протестный потенциал вкупе с тем, что мирные акции не смогли в короткие сроки решить вопрос о границе, сохраняет возможность и другого сценария – молодежь может попробовать взять протестную активность в свои руки. Чрезвычайно важно при подобном развитии событий сделать все, чтобы избежать всплесков неконтролируемой агрессии и насилия.

Гендерные иерархии были, судя по всему, затронуты протестами меньше, чем поколенческие. Женщины достаточно массово участвовали в протестной активности, несколько женщин были среди лидеров протеста. Одна из них – журналистка Изабелла Евлоева – даже в какой-то мере стала его символом. «Когда митинг еще не разрешили, женщины тут даже ночевали. В первые дни лил проливной дождь, от холода пар изо рта шел. А ведь накануне было тепло, многие пришли в блузках. Но они боялись, что если уйдут, то митинг разгонят. Женщина у нас неприкосновенна: ее нельзя трогать, оскорблять. Из-за этого они остались, чтобы мужчин охранять. Даже старушки»26.

Впрочем, все это вполне вписывается в одну из фактически сложившихся в Ингушетии гендерных моделей, когда женщина на работе, например, может играть активную роль, проявлять инициативу, а в семейной жизни продолжает занимать традиционно подчиненное место. Мужья, члены семьи публичных фигур общественного протеста поддерживали их деятельность, то есть формально гендерные иерархии не нарушались. Понимание существующих здесь ограничений было характерно и для самих женщин-лидеров. «Вот сегодня создается какая-то ситуация, какая-то обстановка, где я как женщина оказываюсь. И я должна понимать, что сегодня не митинг. И сегодня то, что я буду говорить, и то, что я говорила в те дни, сегодня это должно быть на два тона ниже, сдержаннее. И это нужно понимать, потому что… преобладает мнение, что все-таки женщине не место в политике, женщине не место на митингах, ее место дома, с детьми. В лучшем случае она должна работать. Да, где-то она там работает, где-то она там зарабатывает деньги, но не так, чтобы это кричало. Не так, чтобы это было очень заметно» (жен., сред. возр., 2019(2)).

Активное участие женщин в протесте вызывало далеко не однозначную реакцию в ингушском обществе. В их адрес раздавалась постоянная критика, вплоть до оскорблений. Их обвиняли в том, что, выйдя на площадь, они нарушили ингушские адаты, стали проявлять инициативу, хотя должны быть позади мужчин. В то же время, по их собственным свидетельствам, в ходе митинга ситуация в этом отношении менялась. «Мужчины, и даже взрослые там, старики – подходят, благодарят» (жен., сред. возр., 2019(1)) Некоторые религиозные деятели осуждали митинги в первую очередь потому, что там не удается обеспечить полное разделение мужчин и женщин, хотя в определенной мере это правило было соблюдено «Были для них [женщин] созданы условия, чтобы они не смешивались. Не обтирались. … И когда бывали такие ситуации, что я была в толпе, и там все мужчины вокруг меня, и мне, естественно, неприятно, что где-то могут меня коснуться, они сами, чужие мужчины, берегли мои границы» (жен., сред. возр., 2019(1)).

Тем не менее, нельзя сказать, что гендерные иерархии вообще не были затронуты происходящими событиями. Практически все женщины – активные участницы протеста соглашались, что митинги легитимировали роль женщины в общественной сфере. «Мнение, что женщине не место в общественной жизни, тоже поменялось» (жен., сред. возр., 2019(1)); «И если я сегодня пойду на выборы или там девочки пойдут на выборы, у нас поддержка тех же мужчин будет» (жен., сред. возр., 2019(2)). Некоторые из них считают даже, что произошли более радикальные сдвиги. «Это понимание того, что женщина – она уже по умолчанию как-то ниже…, а вот мужчина по умолчанию, по рождению уже выше – оно поменялось» (жен., сред. возр., 2019(1)). Однако с этим согласны не все. «Я бы не сказала однозначно, что оно [отношение мужчин] изменилось» (жен., сред. возр., 2019(2)).

Серьезную проверку на прочность в ходе протестов проходили традиционные ингушские кровнородственные объединения – тейпы (или тайпа). Фактически узы родства столкнулись здесь с материальными и статусными интересами. Некоторыми тейпами было принято решение об исключении из своего состава членов элиты, поддержавших решение о границе, в частности депутатов, проголосовавших за его принятие. Но действительно ли подобная санкция по-прежнему является серьезной? Хотя, судя по отзывам наших собеседников, это решение вызвало существенный дискомфорт по меньшей мере у некоторых исключенных, никто в результате не отказался от своей должности, никто не поменял свою позицию по вопросу о границе. Элитная солидарность оказалась важнее. «Оно [исключение] как бы было инструментом давления, это явление, но, тем не менее, оно не дало все равно такого эффекта, которое могло бы дать, допустим, 30 лет назад. … В любом случае не борьба за власть, но желание остаться у власти, оно превалировало над страхом [быть исключенным]» (жен., сред. возр., 2019(1)).

Судя по всему, здесь существенную роль сыграли два фактора.

Во-первых, тейп уже не играет столь принципиальной роли в жизни индивида, как раньше. Как сказал один из наших собеседников, раньше исключение было связано и с порицанием, и с выживанием – не так-то просто было прожить без поддержки кровнородственной группы. Теперь – это только порицание. «Оно конечно бьет, исключение, но оно не меняет сильно много в жизни этих людей. Потому что мы живем сейчас не тейповым строем. Как бы ни говорили, у нас жизнь очень сильно поменялась. В повседневной жизни человека этот тейп, он не играет роли большой» (жен., сред. возр., 2019(1)) Собственно, о снижении роли тейпов у вайнахов говорили многие эксперты, однако теперь это стало еще более очевидным.

Во-вторых, далеко не все уверены, что связанные с исключением санкции будут реально действенными. Власть и деньги могут оказаться важнее. «Мы сохраняли эту свою ингушскость, и очень печально видеть, как все это слетает как луковая шелуха, когда появляются шкурные интересы» (жен., сред. возр., 2019(3)). В ходе исследования мы сами столкнулись с ситуацией, когда не все члены тейпа считают себя связанными решением о бойкоте. «Близкие, они там сказали… - мы с ним делов не будем иметь. … Да ради Бога, ты с ним не дружи, я с ним буду дружить» (муж., стар. возр., 2019(2)).


Заключение. Что дальше?
 
Прогнозы – дело неблагодарное. Особенно в такой сложной ситуации. Тем не менее, в заключение анализа хочется порассуждать о возможных альтернативах и развилках, которые будут так или иначе определять ближайшее будущее Ингушетии. Наши собеседники очень по-разному воспринимали влияние протестов: некоторые считали, что этот национальный подъем серьезно изменил ингушское общество, и возврата к прошлому уже нет; другие же предполагали, что все вернется на круги своя, и даже памяти об этих событиях особо не останется.

Для оценки перспектив необходимо понимать, что, собственно, поводом для протестов стала земля не в ее утилитарном (на спорном участке никто не живет, и его экономический потенциал далеко не очевиден), а в ее символическом значении. Изменение границы актуализировало в сознании ингушей те проблемы, обиды и опасения, которые накапливались в предшествующие годы, ситуация с землей послужила лишь катализатором. Не случайно вопрос о земле обычно вписывался в некоторую логику восприятия существующих несправедливостей. Например: денег нет – работы нет – возможностей для продвижения нет – перспектив для детей нет – теперь еще и землю отняли. Или: мы граждане второго сорта – в других регионах преследуют – здесь даже электричество нужного напряжения обеспечить не могут – плюс территорию отнимают («как индейцы в резервации»).

Среди активистов в покушении на землю видели угрозу молодой ингушской государственности, опасность поглощения Ингушетии соседней Чечней. «Я боялась, что это послужит объединению наших республик. Я не хочу, чтобы моим главой был Кадыров, я не хочу тирании. Я человек свободный, я привыкла выражать свою позицию. И я знаю, что творится в Чечне» (жен., сред. возр., 2019(1)). Кроме того, пересмотр границ актуализировал травму, связанную с ситуацией в Пригородном районе, и был воспринят как еще один шаг в лишении ингушей их исконных земель.

В то же время протестная мобилизация породила надежды и прогнозы, связанные с новым состоянием ингушского общества: с его не имевших ранее прецедентов объединением, преодолением традиционных размежеваний; с его большей осознанностью и политической активностью; с его способностью использовать весь спектр методов и рычагов для достижения важных для ингушей целей. «Общество, оно стало не бояться высказывать свою точку зрения. … Основная масса, она стала более политизированной» (жен., сред. возр., 2019(1)); «Очень сильно пересмотрели многие свои тезисы национальной идеи, государственности, угроз, каких-то там внешних угроз, ценности гражданских институтов» (муж., сред. возр., 2019(1)).

Собственно, перспективы во многом зависят от того, что будет дальше с актуализированными обидами и возникшими надеждами. И это в значительной степени будет зависеть от политики властей, в первую очередь федеральных. В этой ситуации у федерального центра есть целый набор возможных альтернативных реакций на происходящее в республике:

вести диалог с ингушским гражданским обществом о границе или, по крайней мере, не мешать возможному продолжению диалога между ингушскими лидерами общественного мнения и руководством Чечни;

«закрыть» вопрос о границе, но пойти навстречу ингушской общественности в других их требованиях – в части выборов регионального главы, например;

не затрагивая политическую повестку, попытаться сделать определенные шаги в решении социально-экономических проблем республики;

пустить ситуацию на самотек, считая, что пик протестов прошел, и все успокоится само собой;

попытаться подавить центры протеста – те общественные организации и региональные структуры, которые возглавили или поддержали протест, обеспечив его столь массовые масштабы.

Каждая из этих альтернатив имеет для федерального центра некоторые плюсы, но также несет в себе определённые риски. Каков же баланс плюсов и минусов в каждом случае?

Диалог с лидерами протестов (что, собственно, является нормальным в любом демократическом обществе) может восприниматься в российском контексте как уступка под давлением, которая способна спровоцировать массовые общественные движения в других регионах. В то же время это означает высокую вероятность сохранения ингушского протестного движения в его подконтрольных, институциализированных формах. Остановимся на этом важном моменте подробнее.

Отличительной чертой ингушских протестов был высокий уровень их организации и самоорганизации, позволивший обеспечить отсутствие серьезных провокаций, стихийных выплесков агрессии, насильственных действий. Лидеры протеста смогли удержать движение в контролируемых, умеренных рамках. «Был путь, скажем так, радикально-агрессивный и умеренно-правовой, грамотный. Мы выбрали, по крайней мере тот актив, который изначально находился, вот этот путь» (муж., сред. возр., 2019(1)). В то же время были и другие возможные варианты развития событий. Звучали предложения не соглашаться на изменение места митинга, не идти на переговоры с властью, чуть ли ни захватывать общественные здания. Этого удалось не допустить. Хотя часть протестующих, не довольные «соглашательством» лидеров, в результате покинула митинг.

Продолжение в той или иной форме диалога федерального центра с лидерами ингушского общественного мнения могло бы послужить сигналом, что мирный и организованный характер протестов был оценен, и именно в подобных случаях требования общественности могут в некоторой степени повлиять на государственную политику.

Есть сомнения в том, что попытка отвлечь население от политических вопросов новыми инвестициями в экономику и социальную сферу региона могла бы быть стратегически успешной. В последние годы в республике осуществляется достаточно быстрое развитие инфраструктуры – обычным элементом пейзажа становятся вновь построенные детские сады, школы, спортивные центры. Тем не менее, это не смогло всерьез изменить социальную ситуацию, не предотвратило всплеска протестных настроений. Более того, расширение масштабов строительства делает более наглядной коррупцию в республиканской элите, неравномерность доступа к бюджетным потокам. Без серьезной (не формальной) антикоррупционной составляющей, без определенного контроля местных сообществ за расходованием бюджетных средств (что предполагает участие тех же гражданских лидеров), увеличение вложений вряд ли даст ожидаемый эффект.

Вариант «пустить ситуацию на самотек», как представляется, в краткосрочной перспективе не несет особых рисков. Общественный подъем действительно остался в прошлом, а после решения российского Конституционного суда во многом сменился депрессивными настроениями. Переход решения вопроса о границе в институциализированное русло означает достаточно длительный и вялотекущий процесс, который вряд ли будет способен оказать серьезное влияние на текущую политику. В то же время здесь имеются определенные среднесрочные риски, связанные с тем, что умеренная, осуществляемая в рамках закона борьба за свои права продемонстрирует неэффективность. Тем самым лидеры, настаивавшие на подобном характере протестов и оказавшиеся способными удержать его в этих рамках, могут начать терять свою популярность и авторитет. Вполне возможно, что им на смену будут приходить новые, более радикальные фигуры из молодежной среды, и при появлении протестных поводов ситуация может выйти из-под контроля.

Риски существенно возрастают, если федеральный центр попытается так или иначе подавить те центры протеста, которые, собственно, и определили его текущие формы. Опасения подобного развития ситуации существуют в Ингушетии уже на настоящий момент. В этих условиях делигитимация существующих лидеров и радикализация протеста могут стать уже не среднесрочными, а краткосрочными, текущими рисками. Такой сценарий представляется наиболее негативным из всех возможных альтернатив.



Примечания
 

1 Карпов Ю.Ю. Национальный ресурс в политике государства: диалоги центра и автономий Северного Кавказа в 1920–1930-е годы // Общество как объект и субъект власти. Очерки политической антропологии Кавказа. СПб., 2012. С. 299–37.

2 Ученые и диаспора объяснили действия Кадырова по определению границы с Ингушетий // Кавказский узел, 15 октября 2018 г. https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/326652/

3 http://natpressru.info/index.php?newsid=8173

4 Белозеров С.В. Этническая карта Северного Кавказа. М.: О.Г.И., 2005. С. 146-160, 231-247

5 Гришина Ю. Кадыров и Евкуров не поделили террористов // Независимая газета, 06.08.2012 http://www.ng.ru/regions/2012-08-06/1_conflict.html

6 Кадыров требует обозначить чечено-ингушскую границу // Русская служба BBC, 27 августа 2012 г. https://www.bbc.com/russian/russia/2012/08/120827_kadyrov_border_dispute.shtml#

7 Кадыров заявил о правах Чечни на Сунженский и частично Малгобекский районы Ингушетии // Кавказский узел, 4 сентября 2012 г. https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/212157/

8 Кавказский узел, 19 апреля 2013 г. https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/223084/

9 Хлопонин потребовал прекратить споры о границе Чечни и Ингушетии // РИА Новости, 7 сентября 2012 г. https://ria.ru/20120907/745208687.html

10 Павлова О.С. (2012) Ингушский этнос на современном этапе: черты социально-психологического портрета. – М.: Форум. С. 238.

11 Там же. С. 254.

12 Там же. С. 160.

13 Часто утверждается, что в соответствии с адатами физические наказания детей не допускались. Возможно, в прошлом это было именно так. Однако в современных условиях подобные практики связывают именно с традиционным укладом жизни. «Насилие есть там, где больше придерживаются адатов, и причем там это считается нормой» (жен., мол. возр., 2016).

14 Там же. С. 255-256.

15 Албогачиева М.С-Г. Ингуши в ХХ веке: этнографические аспекты религиозных практик // Северный Кавказ: Традиционное сельское сообщество – социальные роли, общественное мнение, властные отношения. – СПб.: Наука, 2007. С. 75.

16 Там же. С. 88.

17 Так, шейхи в тарикатах наделялись сверхъестественными свойствами. Вот один из примеров. «О Батал-Хаджи говорили, что он обладает сверхъестественными способностями, что он в течение 2-3 часов мог проехать 200 верст и вернуться обратно; невидимым ходил среди людей… Батал-Хаджи обладал даром ясновидения…» (Албогачиева М. С.- Г. О некоторых особенностях братства Батал-Хаджи Белхороева // PaxIslamica. №1-2 (8-9). 2012. С. 9).

18 Межпоколенческие споры по религиозным вопросам могут происходить даже публично, при внешних наблюдателях.

«Мать (сред. возр.): Вирд не меняется. Он рождается в этом вирде. Он умирает в этом вирде. Этот вирд передается его детям. Его дети передают своим детям. Вирд ни один человек не имеет права поменять. Вирд остается вирдом.

Сын (мол. возр.): Человек может следовать за Пророком – и все. Нам Пророк ﷺ сам идеальный пример. Мы должны стараться быть похожими на него. А люди, наоборот, забыли про Пророка ﷺ и больше восхваляют устаза. Вот в чем проблема» (2017).

19 Термин «ритуальное послушание» предложила Наима Нефляшева, описывая позднесоветские социальные практики адыгов в разговоре с одним из авторов данного доклада.

20 Кавказский узел. Жители Ингушетии и Чечни рассказали о ситуации на границе республик. Кавказский узел, 17 сентября 2018 г. http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/325481

21 Например: Стародубровская И. (2015) Неформальные институты и радикальные идеологии в условиях институциональной трансформации // Экономическая политика.№ 3. С. 68-88.

22 Ахмедова М. Если бы Россия была чуть справедливее// http://expert.ru/russian_reporter/2018/21/esli-byi-rossiya-byila-chut-spravedlivee/

23 См.: Мид М. (1988) Культура и преемственность. Исследование конфликта между поколениями // Мид М. Культура и мир детства. М: Наука: 1988. С. 322-361. Мид выделяет три типа культуры с точки зрения модели поколенческих отношений – постфигуративный, где дети прежде всего учатся у своих предшественников; кофигуративный, где и дети и взрослые учатся у сверстников; и префигуративный, где взрослые учатся у своих детей.

24 Там же. С. 360.

25 Ахмедова М. Если бы Россия была чуть справедливее // http://expert.ru/russian_reporter/2018/21/esli-byi-rossiya-byila-chut-spravedlivee/

26 Севриновский В. Как ингуши поменяли все и не извинились // https://batenka.ru/protection/war/protest-in-ingushetia/

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Жители Ингушетии снова вышли на митинг против власти
26 марта 2019



В столице Ингушетии во вторник проходит новый митинг, организованный противниками руководства республики. Собравшиеся протестуют против внесения изменений в закон о проведении референдумов.

Митинг, который был согласован властями в последний момент, проходит в центре Магаса перед зданием национальной телерадиокомпании "Ингушетия". Согласно трансляции, которую ведет канал "ФортангаORG" в YouTube, в акции протеста принимают участие тысячи человек.

Один из организаторов митинга, руководитель правозащитной организации "Машр" Магомед Муцольгов в беседе с Русской службой Би-би-си оценил число собравшихся в 30 тысяч.

Открытие сделано в месте археологических раскопок Зультепек-Текоак в районе древнего государства Тлашкала


Правозащитник также сообщил, что площадь окружена полицией, в районе проведения митинга отключили мобильный интернет.

"Людей много, они хорошо настроены. Силовики тут со вчерашней ночи, все нормально. Реакции властей нет, но они тут и не нужны, никто не ждет никаких властей. Все ждут только одного - отставки [главы Ингушетии Юнус-Бека] Евкурова", - заявил Муцольгов.


Собравшиеся держат в руках флаги республики, старшие участники акции расположились на стульях вокруг сцены.

Выступающие говорят о недоверии региональной власти, необходимости отмены соглашений о границе с Чечней и реализации закона о реабилитации депортированных народов.

Звучат также требования отставки главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, роспуска республиканского правительства и возвращения прямых выборов главы региона.





Правозащитник Магомед Муцольгов в своем блоге сообщил, что вопрос о доверии Евкурову был вынесен на всеобщее голосование на митинге - и участники выразили главе республики недоверие.

Член Ингушского комитета национального единства (ИКНЕ) Мусса Мальсагов заявил, что митинг будет продолжаться до тех пор, пока руководство Ингушетии не будет отправлено в отставку.

https://ichef.bbci.co.uk/news/624/cpsprodpb/12AF0/production/_106182567_tass_32336776-1.jpg

Параллельно с митингом в Магасе прошли одиночные пикеты в Москве.

Власти Ингушетии сначала согласовали проведение митинга не в столице республики, как планировали организаторы, а в Назрани. Активисты пытались обжаловать это решение в суде, а затем подали повторную заявку на проведение трехдневного митинга в Магасе.

Накануне, 25 марта, стало известно, что правительство Ингушетии согласовало однодневный митинг в столице республики.


Участник одиночного пикета в Москве

Законопроект "О референдуме Республики Ингушетия", который внес в республиканский парламент Евкуров, предлагал упразднить норму об обязательном вынесении на референдум вопросов об изменении статуса, наименования республики, ее разделения или объединения с другими субъектами, изменения ее территории или границ.

Документ был принят народным собранием Ингушетии в первом чтении 28 февраля и готовился к рассмотрению с учетом поправок и дополнений 28 марта. Однако 20 марта Евкуров отозвал документ из парламента, объяснив это тем, что он "вызвал неоднозначную реакцию в регионе".

"Бурный, местами негативный общественный резонанс", как заявил Евкуров, спровоцировала "недостаточная информационно-разъяснительная работа со стороны разработчиков законопроекта и депутатов".

В понедельник в эфире телеканала "Ингушетия" Евкуров заявил, что перед повторным внесением в парламент поправки к закону обсудят на общественных слушаниях, который начнутся на этой неделе.

Действующий закон о референдумах в Ингушетии был принят в 1997 году и именно на его положение ссылались противники соглашения об изменении границы между Чечней и Ингушетией осенью прошлого года.

26 сентября 2018 года Евкуров и глава Чечни Рамзан Кадыров подписали соглашение о закреплении границы между регионами. Ингушетия отдала Чечне участок Сунженского района, что вызвало недовольство жителей Ингушетии.

Тогда многотысячные протесты в Магасе продолжались две недели.

В октябре конституционный суд Ингушетии по запросу группы депутатов регионального парламента признал закон об установлении границы с Чечней неправомерным и заключил, что соглашение от 26 сентября необходимо утвердить на референдуме.

Однако в декабре конституционный суд России признал соглашение между Чечней и Ингушетией об административной границе законным.

https://www.bbc.com/russian/news-47702974



=================================



«Или оставить человека, который кровью истекает, или разгонять митинг». Полицейский из Ингушетии рассказывает об увольнении коллег после столкновений с протестующими

Анна Козкина, 
Максим Литаврин
29 марта 2019, 19:51



29 марта бывший пресс-секретарь главы Ингушетии адвокат Калой Ахильгов рассказал о массовом увольнении ингушских полицейских, которые отказались выполнять приказ и участвовать в разгоне митингующих в Магасе. «Медиазона» поговорила с сотрудником батальона ППС о том, что привело к увольнению его товарищей и как они воспринимают происходящее в республике.

29 марта бывший пресс-секретарь главы Ингушетии адвокат Калой Ахильгов рассказал «МБХ медиа» о расформировании ингушского батальона патрульно-постовой службы из-за невыполнения приказа во время акции протеста в Магасе. По словам Ахильгова, уволены 19 сотрудников отдельного батальона по административной границе республики Ингушетии, которые отказались разгонять митингующих. «Жертв среди митингующих не было благодаря этому полку, который не дал большому количеству росгвардейцев пройти на территорию, где находились митингующие», — сказал адвокат.

Действующий сотрудник этого батальона, пожелавший сохранить анонимность, сообщил «Медиазоне», что уволены не 19, а 17 его коллег. Он подтвердил, что батальон фактически расформирован — часть личного состава направили на службу в Сунженский РОВД, другую — в Назрановский. По его словам, прямого приказа разогнать митингующих сотрудникам ППС не давали — но ранним утром 27 марта им поступило распоряжение не мешать силовикам, которые прибыли из других регионов, чтобы зачистить площадь от демонстрантов. Однако ингушские полицейские вмешались в ситуацию, когда приезжие силовики не справились с напором толпы. По словам собеседника «Медиазоны», его уволенные коллеги надеются, что им удастся восстановиться на службе.

Когда был отдан приказ, чтобы разогнать митингующих, как бы сделать кольцо и разогнать их, когда приезжие сотрудники правоохранительных органов начали подбегать — как видно на этих видеороликах — полетели стулья и так далее. Эти же сотрудники, которых уволили сегодня, они встали посередине этих митингующих и этих приезжих сотрудников, чтобы обошлось без кровопролития.

После чего наши же сотрудники отдельного батальона наоборот вытаскивали из этой толпы этих приезжих омоновцев, бойцов СОБРа. Они сами их вытаскивали из этой толпы, то есть они им помогали. А сейчас такая тема — [якобы] не подчинились какому-то приказу наши сотрудники.

Просто те, кто там не побывал именно в этот момент в этой панике, тот все равно не поймет. Там что было — по ходу дела все было. Или вот этих полицейских, омоновцев нужно оставить, которые там лежат, кричат: «Помогите, туда-сюда, вытащите нас из этой толпы» — или же разгонять этих митингующих. То есть с полной уверенностью могу сказать, что наши сотрудники по мере возможностей попытались сделать то, чтобы все обошлось без кровопролития.

Эти сотрудники, наши сотрудники, стояли где-то в 50 метрах, а приказ был отдан заезжим этим сотрудникам — СОБРу, омоновцам. То есть нашим было сказано, чтобы они не вмешивались. Но как начали избивать тех сотрудников, тогда уже начали наши подбегать и вытаскивать оттуда их. Их нельзя было оставить среди этой толпы — их бы просто задавили. Наоборот, наши сотрудники им помогли, вытаскивали их оттуда. И стояли посреди них и гражданских. Сейчас выходит так, что они воспрепятствовали этому разгону митинга.

Их уволили просто ни за что. Просто знаете, эти ребята буквально часа два назад вышли с этого двора, где мы работаем, и ушли — очень было обидно на них смотреть. Хотели по-хорошему, сделали так, что получилось по-другому. Они до последнего даже сами просили разойтись митингующих. По-любому сотрудник полиции должен минимизировать всю эту ситуацию по мере возможностей — чтобы без жертв обошлось, грубо говоря. И сейчас получается так, что говорят: «Не вмешивайтесь». «Хорошо, мы не вмешиваемся». Если бы, грубо говоря, там погиб бы хоть один сотрудник — к нам бы тоже были бы вопросы: почему вы не предотвратили, почему не вмешались. То есть и с той, и с этой стороны нас оставили в безвыходном положении, просто-напросто загнали в угол. И уволили.


 
В нашем батальоне по штату 375 человек. Это огромная потеря для нас, страшная потеря. Наш батальон сегодня же расформировали. Половину отдали под руководство Сунженского РОВД, а половину — в Назрановское РОВД. Их распоряжение. И этому батальону в мае должно было исполниться 26 лет.

Приказ об их увольнении был отдан свыше, оттуда, где вы сейчас находитесь (из Москвы — МЗ). Вот так говорят. Если приказ отдан — то вы уже сами понимаете.

28 марта ингушский телеграм-канал «ФортангаORG» сообщил об отставке 50-летнего главы МВД Ингушетии Дмитрия Кавы. «По неподтвержденным данным, министр внутренних дел Ингушетии Дмитрий Кава ушел в отпуск с последующим переходом на другую должность. Исполнять обязанности министра назначен заместитель министра ВД по Ингушетии Юрий Муравьев», — написал телеграм-канал.

Позже источники «Коммерсанта», близкие к МВД, сообщили, что глава МВД Ингушетии ушел в отпуск и, возможно, не вернется из него. «Уже дана команда готовить документы для его увольнения или перевода»,— утверждает источник «Коммерсанта» в силовых структурах. Также собеседники газеты подтвердили, что временно исполняющим обязанности министра стал Юрий Муравьев, который сейчас возглавляет следственное управление МВД республики.

Как отмечал «Коммерсант», источники, близкие к правоохранительным органам, считают, что ингушские полицейские «помешали законному наведению порядка»: «В республике живет всего 500 тысяч человек. Многие местные полицейские просто вступались за своих родственников. А когда острая фаза миновала, просто исчезли с места событий».

Мы за все это время — в 2018 году первый митинг тут был — старались по мере возможности с красивой стороны с красивой речью все это предотвратить, чтобы и со стороны сотрудников правоохранительных органов, и со стороны гражданских лиц не было никаких потерь. Люди должны понимать — и приезжие сотрудники, те, кто отдают команды на разгон с применением силы — что среди этих митингующих у нас есть родственники, у нас родственные связи очень близкие. Это вообще не та ситуация, которая происходит на митингах в Москве и в Питере, совсем другое. Опять же, повторюсь, сотрудник правоохранительных органов по мере возможности речью даже должен минимизировать всю эту ситуацию.

Надеемся на то, что руководство Ингушетии одумается, проснется и как бы постарается исправить все это решение, все эти действия неправомерные по отношению к сотрудникам. А насчет этих ребят я что могу сказать… Смотрите, вас уволили просто ни за что. Вы же тоже будете судиться, [если вас уволят], постараетесь обратно выйти на работу? Вот точно такая же позиция и у них сейчас. У них очень плохое настроение, вот так вот.

Подчеркните то, что когда все это началось, когда стало очень горячим, наоборот, наши сотрудники потом только подбежали, начали их вытаскивать оттуда. До этого они не вмешивались туда. Они подчинялись приказу, но когда началось все это, начали вытаскивать сотрудников, попытались минимизировать.

Или вам нужно оставить человека, который кровью истекает, или разгонять митингующих. Я думаю, вполне разумно вытащить человека сначала оттуда. Вот эта ситуация. Кстати, наши сотрудники тоже немало получили — и стулья, и трубами, и всем, что угодно. Но несмотря на это, вытащили все-таки.

Если у них спросить, получается так, что самовольно как бы начали действовать. [Но] пока человек сам не окажется в такой ситуации, даже рядом, пока он не будет стоять и видеть это все, он все, что угодно, будет говорить.

Мы уже трое-четверо суток тут не спим нормально. Находимся в казарменном положении.

https://zona.media/article/2019/03/29/pps-magas


=================================


Как разгоняли митинг в Ингушетии. Откровения уволенного полицейского
Максим Шевченко
Опубликовано: 7 апр. 2019 г.

https://www.youtube.com/watch?v=bFzis3EQJgc
« Последнее редактирование: 11 Мая 2019, 02:15:28 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Адам Бадт: Ингуши, держитесь! Обращение "Запрещенного Кавказа"
AB&BA true
Опубликовано: 6 апр. 2019 г.


https://youtu.be/Qi3Phw79A0E



Адам Бадт: Протесты в Ингушетии... ответ критикам
AB&BA true
Опубликовано: 7 апр. 2019 г.


https://youtu.be/kN_SBv9U0bM



К вопросу об ингушской, чеченской, российской земле... о земле вообще
AB&BA true
Опубликовано: 14 апр. 2019 г.
https://www.youtube.com/watch?v=sPV4WQcM18c


====================================


Альберт Муцаев
Вчера в 00:27 ·
НОХЧИЙ!

Есть человек, имя которого Адам Бадт. Он у меня числится среди друзей. Ведёт этот Адам Бадт. программу под названием "Запрещённый Кавказ"!
Конечно, он хороший аналитик, журналист, ведущий своей программы.
Имея такой багаж всевозможных плюсов, он В ПРИНЦИПЕ не может не понимать, что акции, организованные ингушскими активистами, носят чисто античеченский характер.
Часа 2 назад он опубликовал на своей странице видеоролик под названием "Ингуши, держитесь!" (Обращение). Как видите, и стилистически, и грамматически название написано правильно. Запятая обособляет слово-обращение. В конце заголовка положенный восклицательный знак.
После появления этой публикации я попытался узнать у автора "обращения" о том, какую он преследует цель. Повторил свой вопрос дважды. Но ответа не поступило.
Теперь о самом "обращении" и его латентной стороне...
Что внутри? К чему призывает? Чего желает изловить в мутной водице античеченской истерии эта персона?!!!
Ясное дело! Формально - поддерживает борьбу "протестантов" за свои конституционные права. А на деле ярко показывает свою античеченскую сущность. Он за то, чтобы чеченцев лишили части своей исконной Родины.
Сказанное - только лишь верхняя часть айсберга. В подводной же части ОЧЕНЬ ПОХОЖЕ, что он С ЧУВСТВОМ (он так умеет делать, ораторствуя у микрофона) и усердием создаёт эмоционально-психологическое поле для столкновения ТЕПЕРЬ УЖЕ двух соседних народов.
У меня только один вопрос - это его собственное желание или такая поставлена перед ним задача третьими силами.

Так или иначе, убеждён, что персона Адам Бадт для чеченцев должна стать нерукопожатной!


https://www.facebook.com/albert.mucaev/posts/2014536665339911






=================================



Закаев на митинге ингушей в Лондоне 28 апреля 2019 г.

https://youtu.be/mQl3T246hsw


ПЕРЕВОД РЕЧИ #Закаева_Ахмада НА МИТИНГЕ В ЛОНДОНЕ

""Салам мошал всем ингушам, чеченцам, всем вайнахам, мусульманам.
Да благословит Аллах это собрание. Я хочу прямо высказаться чеченцам и ингушам и всем переживающим мусульманам. Сегодня мы сюда пришли, чтобы поддержать требования наших братьев ингушей. Оказать им свою помощь. Все их политические требования мы поддерживаем. Они говорят о том, о чём болят их сердца, чем болеет народ. И в этом мы с ними.
Права, хочу заверить: людям, которые хотят посеять раздор среди нас, врагам наших народов, с дозволения Аллаха, не удастся среди ингушей и чеченцев посеять несправедливость и раздор. И мы не допустим этого раздора между собой. И несправедливость также не допустим. Мы едины. Наш народ... Даже если и два народа, то они из самых родственных между собой народов, мусульмане и вайнахи. Аллах обязал нас между собой беречь братство, к кому призывают также и наши адаты.
А если же это подрастающее поклонение, как говорил об этом ранее Иса, будет расти, войдет в завтрашний день, с иным пониманием, без должного различия между тем, кто является их врагом, роднёй, братом и другом, если они сойдут с этого, то ими будет легко манипулировать и легко будет уничтожить.
Ради этого всё это (?) и вышло наружу. И этому подрастающему поколению хочется сказать:
Нашим отцам с седьмого колена... Хайраддину ли, Юнусу ли, и иным старшим среди нас от ингушей досталось братство и мы вам также протягиваем (руку) братства. И хранить это братство, и пройти с ним далее да дарует вам Аллах веры и терпения. Да объединит нас Аллах, и да благословит. А эти мирские дела, этот раздор, который посеяли между нами наши враги, мы сможем преодолеть, ибо мы едины, в плохом и хорошем едины и не быть таковыми не можем. И да благословит Аллах"

https://youtu.be/mQl3T246hsw

PS:

Аллах1 ряз халв х1ун Ахьмад! Благодаря таким как ты ещё есть надежда на настоящее братстве между нами. Да хранит тебя Аллах


=============================


Ингуш: Ахмад Закаев пришёл обсуждать не земли, а поддержать ингушей в их полит. борьбе

https://youtu.be/s1rn-vFWWlA



РЕАКЦИЯ ЧЕЧЕНЦЕВ НА СЛОВА ПОДДЕРЖКИ ЗАКАЕВА ОТНОСИТЕЛЬНО ТРЕБОВАНИЙ МИТИНГОВАВШИХ В ЛОНДОНЕ ИНГУШЕЙ

https://youloy-ruslan.livejournal.com/208347.html
« Последнее редактирование: 12 Мая 2019, 04:01:59 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Жена главы "Опоры Ингушетии" Чемурзиева рассказала об обыске
03 апреля 2019, 14:07

Силовики, которые обыскали дом организатора митинга в Магасе Бараха Чемурзиева, вели себя корректно и заверили, что увозят его на допрос, рассказала "Кавказскому узлу" супруга активиста.

Как писал "Кавказский узел", сегодня утром силовики увезли семерых ингушских оппозиционеров: Ахмета Погорова, Бараха Чемурзиева, Мусу Мальсагова, Багаудина Хаутиева, Зарифу Саутиеву, Ахмеда Барахоева и Малсага Ужахова. По предварительным данным, Бараха Чемурзиева и других активистов доставили в суд, сообщил источник "Кавказского узла" в Ингушетии.

Обыск в доме председателя движения "Опора Ингушетии" Бараха Чемурзиева начался сегодня в 05.00 мск, рассказала корреспонденту "Кавказского узла" жена активиста.

По ее словам, правоохранители вели себя корректно и вежливо, но изъяли телефоны и другую технику. "Они забрали все телефоны, даже спутниковую приставку и ноутбук ребенка. Поэтому никто не может до нас дозвониться, и мы тоже. Всё изъяли", - рассказала женщина.

Один из сотрудников, проводивших обыск, был в маске, уточнила она. "Остальные без масок. Я спросила, в чем причина визита, в чем обвиняют Бараха. Один из них сказал, что в государственном перевороте", - сказала жена Бараха Чемурзиева.

Барах Чемурзиев, по ее словам, согласился с протоколом обыска. "Он прочитал и сказал, что всё нормально, и подписал. Куда увезли, не знаю, но сказали, что на допрос. Они не задержали его. Понятые были не местные, какие-то свои у них", - сообщила супруга Чемурзиева.

Согласно протоколу обыска, копия которого имеется в распоряжении "Кавказского узла", понятыми при обыске у Чемурзиева были два жителя Владикавказа. Обыск длился четыре часа, им руководил следователь по особо важным делам Главного следственного управления СКР по СКФО.

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/333815/


====================================



Записки из СИЗО-1 города Нальчик
27-05-2019

Paragraphs публикует записки одного из лидеров ингушского протеста Бараха Чемурзиева, написанные им в нальчикском СИЗО. Чемурзиев стал одной из ключевых фигур в протесте, занимался антикоррупционными расследованиями деятельности руководства Ингушетии. Он был арестован 3 апреля, во время первой волны задержаний в республике.



-------------------------------------- -----------------------------------

Третьего апреля этого года лидеры Ингушского комитета национального единства рано утром были похищены сотрудниками Росгвардии и доставлены на военную базу Росгвардии РФ в городе Назрани. Туда же приехали участковые инспекторы МВД РФ по РИ. Под надзором бойцов Росгвардии несчастные полицейские составляли протоколы об административных нарушениях в отношении не менее 20 участников митинга, прошедшего 27 марта в Магасе. Под усиленным конвоем из десятка бойцов Росгвардии в масках и полной боевой экипировке, задержанные были доставлены с военной базы в Магасский районный суд.

Хочется отметить, что все перемещения задержанных проходили только под контролем бойцов Росгвардии: сотрудники МВД Ингушетии были в роли статистов и покорно выполняли свою незавидную роль.

Ахмед Барахоев, Муса Мальсагов и Барах Чемурзиев были приговорены к 10 суткам административного ареста. Во время слушания дела Чемурзиев заявил судье Панченко, что ему требуется защитник, что он был похищен из дома людьми в масках, которые и сейчас находятся за его спиной в зале суда. Однако судья Панченко даже не поднял глаза на бойцов Росгвардии, окруживших Чемурзиева.

После судилища, все трое были доставлены на поле за базой Росгвардии, посажены в вертолет и доставлены в Нальчик – на военный аэродром. Хотелось бы отметить, что весь спектакль с поездками по Назрани, с вертолетной прогулкой, совершался в атмосфере полного молчания со стороны бойцов Росгвардии. Создавалось впечатление, что арестованных лидеров протеста хотят запугать, держа их в состоянии неопределенности за свою судьбу.

В Нальчике на аэродроме к вертолету подъехал «автозак» МВД РФ по КБР, в фургоне которого и прошла передача арестованных сотрудникам спецприемника №1 МВД РФ по КБР.

-------------------------------------- -----------------------------------

С первой минуты нахождения в спецприемнике, а затем в ИВС, поразило отношение сотрудников и остальных арестованных к лидерам ингушского протеста – к ним испытывали почтение и уважение. Жители КБР вне зависимости от того, кем они работали: рядовые сотрудники, старшие офицеры МВД – поддерживали ингушских общественников и искренне выражали свое уважение и восхищение их борьбой за права своего народа. Чувствовалось, что проблемы ингушей не являются чем-то особенным. Что такие проблемы есть и у них.

Дежурным одной из смен работал осетин Алан. Уже к окончанию срока административного заключения он сказал Мусе Мальсагову: «После знакомства с вами я изменил свое отношение к ингушам в лучшую сторону».

13 апреля в 08.00 часов заканчивался срок административного ареста Ахмеда Барахоева и Мусы Мальсагова. Они готовились к выходу на свободу и встрече с родственниками. Однако их надежды не оправдались. 12 апреля ночью, после отбоя, в их камеры вошли сотрудники МВД и отвели на третий этаж этого же здания – туда, где размещался уголовный розыск КБР. Здесь, уже на правах хозяев, разместилась часть следственной группы Следственного комитета России по СКФО. Следователи зачитали Ахмеду, Мусе и Бараху, что они задерживаются в порядке ст.91–92 УПК РФ на 48 часов. Чуда не произошло – тревожные ожидания не обманули. Задержанных, уже по уголовному делу по ч.3 ст.33, ч.2 ст.318 УК РФ, отвели в ИВС и поместили в одиночные камеры.

-------------------------------------- -----------------------------------

Дело в том, что Ахмет, Муса и Барах уже знали, что на втором этаже ИВС и в СИЗО-1 содержатся задержанные по уголовному делу молодые люди. Зная это, мы гадали, почему их арестовали по административному делу, а молодежь – сразу по уголовному делу. Разгадка была очень простая – следователи надеялись, что пока лидеры протеста находятся под административным арестом, они допросят молодежь, получат от них показания, что именно лидеры протеста организовали нападение на бойцов Росгвардии и предъявят обвинение Ахмету, Мусе и Бараху.

Однако вышла накладочка: никто из задержанных парней не дал показания против лидеров протеста. Тем не менее задачу, поставленную золотозвездными генералами, надо было выполнять, и в суд ушло обвинение, в котором не было ни одного маломальского доказательства, что Барахоев, Мальсагов и Чемурзиев совершили преступления, предусмотренные ст.318 УК РФ.

-------------------------------------- -----------------------------------

Появление Ахмета Барахоева в СИЗО произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Вся тюрьма пришла в движение: из каждого окна звучали крики задержанных, которые приветствовали Ахмета.

Вслед за его именем прозвучал возглас десятков задержанных «Аллаху Акбар» и одновременно проклятия в адрес Евкурова. Через несколько дней следователи Следственного комитета, встревоженные популярностью Барахоева, перевели его в СИЗО г.Владикавказа, подальше от остальных обвиняемых. С момента появления ингушей в СИЗО и до настоящего времени, ингушская тема является главной и в самом СИЗО, и в городе Нальчике. Лидеров протеста знают по именам.

Задержанные гордятся тем, что сидят с ними в одних камерах. Только единодушная поддержка ингушского народа со стороны кабардинцев и балкарцев, с одной стороны, и презрение к главе Ингушетии. Можно смело утверждать, что Евкуров – самая ненавистная фигура не только в Ингушетии, но теперь уже и в КБР.

-------------------------------------- -----------------------------------

Если «золотозвездные» генералы считают, что, заключив лидеров протеста в тюрьмы, остановят народное движение – то они ошибаются. Борьба будет продолжаться и в стенах тюрьмы. Это не конец. Это начало нового этапа, нового более высокого уровня борьбы.

Уже задержано более 25 жителей Ингушетии. Все они обвинены в совершении преступления по ст.318 ч.2. Это тяжкое преступление, и санкции очень суровые – до 10 лет. Но в отношении большинства обвиняемых нет доказательств. Нет сомнений, что происходящее – политическая расправа над лидерами народного протеста. Но глава Ингушетии не понимает своим скудным умом, что масштабный процесс против своего же народа поставит жирный крест на его карьере главы субъекта страны.

«Дон Кихот Ингушский».

-------------------------------------- -----------------------------------

Первое знакомство с СИЗО-1 г.Нальчика – шок. Такое ощущение, что здание СИЗО является сосредоточением человеческих страданий, собранных со всей республики. Ветер несправедливости гуляет по «хатам» СИЗО. Он осушает души задержанных. Они не верят в справедливость существующего государства, в справедливость судебной системы и ее великодушие. Только вера в собственные силы и вера в справедливость в ином мире.

90% обвиняемых, сидящих в СИЗО – молодые люди, обвиненные по ст.228 «Хранение, употребление, распространение, сбыт наркотиков». Возраст – от 18 до 35 лет. Это не проблема этих людей – это приговор правоохранительной системе КБР. Это показатель ее неэффективности, некомпетентности и коррумпированности ее сотрудников. Сидят только наркоманы и мелкие сбытчики: ни одного крупного дилера.

-------------------------------------- -----------------------------------

Вся эта история с задержанием жителей Ингушетии, их перевозка военными вертолетами, содержание в СИЗО КБР и судилище, ярко демонстрируют – национальных республик уже давно не существует. Да, по форме признаки есть: название, герб, флаг, гимн. Но, по сути, это все что угодно, но не национальные республики.

Их можно назвать приставствами, можно назвать колониями, но национальных республик уже нет. Власть в республиках принадлежит кому угодно, но не самим жителям, не депутатам региональных парламентов, не сотрудникам республиканских органов правопорядка. Все они – просто статисты, массовка, исполняющие второстепенные роли, вроде роли «Кушать подано».

Юридически республики еще существуют, но фактически их нет. Поэтому, если завтра статус республики изменится на статус области или района – никто даже не заметит разницы.

-------------------------------------- -----------------------------------

Москва простит Евкурову все: и тотальную коррупцию, и хищения бюджетных средств, и узурпацию власти. Но Москва никогда не простит главе субъекта потерю контроля над населением республики. А именно это и произошло в Ингушетии – Евкуров оказался не готов к нештатной ситуации.

События осени 2018 – марта 2019 г. ярко показали: у главы РИ нет команды, нет стратегии, нет тактики. Он не смог преодолеть общественно-политический кризис в течение шести месяцев и договориться с лидерами протеста. Переход санкционированного митинга в столкновение с бойцами Росгвардии, приведшее на ровном месте к серьезным последствиям. Затем вывоз более 25 жителей Ингушетии в соседнюю республику, который произошел после того, как Евкуров обратился за помощью в СКФО и Москву.  Все это доказало руководству СКФО, что глава РИ беспомощен и не компетентен. Поэтому органы власти СКФО, отодвинув Евкурова в сторону, взяли ситуацию под свой контроль и фактически осуществляют внешнее управление. Банкротство проекта «Евкуров» – вопрос времени.

Барах Чемурзиев

(Материал подготовлен при участии Изабеллы Евлоевой).

https://paragraphs.online/article/387-zapiski-iz-sizo-1-goroda-nalchik


================================


Защита заявила об ухудшении состояния Малсага Ужахова
14 августа 2019, 01:10

Глава Совета тейпов ингушского народа Малсаг Ужахов не получает в СИЗО всех лекарств, необходимых ему в связи с рядом тяжелых заболеваний. Свидания с родными активисту на время следствия запрещены, рассказал "Кавказскому узлу" его адвокат.

Как писал "Кавказский узел", три лидера протестов в Ингушетии - Ахмед Барахоев, Муса Мальсагов и Барах Чемурзиев – арестованы по уголовному делу о призывах к массовым беспорядкам и о насилии по отношению к представителю власти. По делу о нападении на полицейских арестованы и глава Совета тейпов Ингушетии Малсаг Ужахов, и координатор организации "Выбор Ингушетии" Исмаил Нальгиев.  Правозащитный центр "Мемориал" признал всех пятерых политзаключенными. Все пятеро находятся под арестом за пределами Ингушетии: Малсаг Ужахов и Ахмед Барахоев содержатся в СИЗО Владикавказа, остальные арестованные активисты - в Нальчике. 5 июня суд продлил Ужахову арест до 25 сентября.

26 марта жители Ингушетии без разрешения властей продлили акцию протеста на площади в Магасе, что привело к стычкам с силовиками на следующий день. С начала апреля в республике начались аресты оппозиционеров. Согласно подсчетам "Кавказского узла", не менее 96 активистов подверглись преследованиям после массовых мартовских протестов в Ингушетии, в отношении по меньшей мере 29 из них возбуждены уголовные дела.

Глава Совета тейпов ингушского народа Малсаг Ужахов старается держаться бодро, но внешне выглядит изможденным, рассказал адвокат активиста Джабраил Куриев после встречи с подзащитным.

"Со времени последнего посещения десять дней назад Малсаг осунулся, похудел. Возможно, на его самочувствии сказывается еще и тот факт, что у него закончились некоторые лекарства. У моего подзащитного целый букет серьезных заболеваний. Ему ежедневно приходится принимать целую горсть лекарственных препаратов. В связи с тем, что недавно ему удалили щитовидную железу, приходится ко всем лекарствам принимать еще и гормональные препараты. И если заканчивается какое-то лекарство, то возникает сбой в организме, что сразу же сказывается на общем состоянии его здоровья", - сказал Куриев корреспонденту "Кавказского узла".

По словам защитника, Ужахов страдает от гипертонии, заболевания сердца и диабета. Адвокат неоднократно требовал смягчить активисту меру пресечения, указывая на его преклонный возраст и состояние здоровья. Суд признал, что следствие не представило никаких доказательств вины Ужахова, однако арест ему продлили, отметил Куриев.


"Если необходимы какие-то меры пресечения, то защита, исходя из характера заболеваний, настаивает на домашнем аресте или подписке о невыезде. Мой подзащитный находится на диспансерном учете по двум заболеваниям с 2000 года, он должен постоянно находиться под наблюдением врача. Надо сказать, что с просьбой перевести Ужахова под домашний арест к суду в свое время обратились уважаемые люди Ингушетии. Суд в своем решении указывает, что этот факт принят во внимание, однако оставляет Ужахова под стражей", - добавил адвокат.

На время следствия Малсагу Ужахову запрещено видеться с родными. "Он не жалуется на условия содержания в СИЗО, отмечая чистоту и порядок в камере. Раньше он находился в камере один, а сейчас у него двое сокамерников, с которыми у него сложились добрые отношения. Малсаг также отмечает уважительное отношение к нему сотрудников СИЗО", - рассказал Джабраил Куриев.

https://www.kavkaz-uzel.eu/articles/339049/
« Последнее редактирование: 22 Января 2020, 12:40:29 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
На митинг в Магас приехал Руслан Аушев – первый президент в Ингушетии. Он поддержал протестующих
7 Октябрь 2018 года
ОБНОВЛЕНО 7 Октябрь 2018 года
Тимур Олевский



В столицу Ингушетии Магас для выступления на митинге приехал первый президент республики Руслан Аушев, сообщает корреспондент Настоящего Времени Тимур Олевский со ссылкой на организаторов митинга и источник, близкий к руководству.

Выступая на митинге, Аушев поддержал протестующих.

https://www.youtube.com/watch?v=JqNngiE_ZuI

"Решения надо согласовывать по вайнахскому обычаю, по традиции – со своим народом. Если это брат передает землю брату, он должен согласовать со своей семьей. Если тейп передает другому тейпу, он должен согласовать со своим тейпом. Вдруг кому-то эта земля нужна. (...) Нельзя в таком экстренном порядке такие решения принимать. Я не говорю сейчас за чеченскую сторону. Но как первый президент я хочу сказать, что руководство республики сегодня совершило ошибку. Надо было этот вопрос согласовать с народом", – сказал Аушев.

Аушев приехал к зданию парламента, где митингуют против обмена территориями с Чечней. Накануне об этом заявил глава республики Юнус-Бек Евкуров.

Акция протеста в центре Магаса продолжается четвертые сутки. Участники митинга требуют отменить закон о пересмотре границы между Чечней и Ингушетией и вынести вопрос о передаче территорий на республиканский референдум. Часть собравшихся добивается отставки главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, другие считают, что это не акция оппозиции, и главным требованием может быть только вопрос о референдуме.

Утром в субботу, 6 октября в районе проведения акции оппозиции закрылись практически все кафе и магазины. Как рассказали корреспонденту НВ работники закрывшихся заведений, это было сделано по распоряжению главы республики Юнус-Бека Евкурова.

Протестующие жаловались, что в республики фактически не работает мобильный интернет и сотовая связь. Жители домов по соседству с местом проведения митинга открывают в своих квартирах Wi-Fi-точки, чтобы участники акции могли подключиться к интернету, рассказал корреспондент НВ.

Закон об определении границы подписали главы Ингушетии Юнус-Бек Евкуров и Чечни Рамзан Кадыров 26 сентября. 4 октября депутаты ингушского республиканского парламента ратифицировали соглашение. Заседание Народного собрания проходило на фоне стихийной акции протеста. Некоторые депутаты позже заявили, что их голоса сфальсифицировали и потребовали повторного голосования.

 EMBED  SHARE
"Интернет в Ингушетии практически отключен". Организаторы протестов в Ингушетии пожаловались на цензуру на телевидении
 EMBED  SHARE
Код скопирован в буфер обмена

<iframe src="https://www.currenttime.tv/embed/player/0/29528172.html?type=video" frameborder="0" scrolling="no" width="640" height="360" allowfullscreen></iframe>
 
ширина
640
 px  высота
360
 px
Поделиться в Facebook
Поделиться в Twitter
The URL has been copied to your clipboard

https://www.currenttime.tv/a/29528172.html
 
No media source currently available

0:00 0:06:37
3:13
Глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров выходил к протестующим в первый день митинга, но публично высказался об акции только на третий день. Он считает, что люди вышли на улицы из-за призывов в мечетях.

"Порядка 25 имамов в населенных пунктах призывают в мечетях, чтобы эти люди вышли на митинг. Сами участвуют в этих митингах. Разве так можно? Стариков вытаскивают. И все это именем Всевышнего, именем пророка", – сказал Евкуров в разговоре с РИА Новости.

Он утверждает, что на депутатов регионального парламента, которые заявили о подделке результатов голосования, давят религиозные лидеры.

"Была бы эта ситуация без религиозного подтекста, конечно, власть бы понимала, что делать. А сегодня, когда священнослужители, имамы населённых пунктов стоят за этим, сам муфтий и его окружение стоят за этим, очень сложно принимать решение для власти", – заявил Евкуров.

https://www.currenttime.tv/a/29530228.html

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
Глушат и задерживают. Реакция властей на митинги в Ингушетии

BBC News - Русская служба
Опубликовано: 3 апр. 2019 г.

https://www.youtube.com/watch?v=Ct96AOnKSvc


Протесты в Ингушетии: отключение интернета, обыски и задержания
Елизавета Фохт, Виктор Нехезин
Би-би-си
3 апреля 2019

В Ингушетии, где с марта проходили массовые протесты, с вечера вторника нет мобильного интернета, сообщают местные СМИ. Кроме того, местные активисты говорят, что к лидерам ингушской оппозиции в среду утром пришли с обысками.

В частности, глава местного отделения партии "Яблоко" Руслан Муцольгов заявил изданию Znak.com, что обыски проходят у семи человек. Он также утверждает, что уже начались задержания. Официально эта информация не подтверждена.

Позже Муцольгов сообщил, что за участие в акциях протеста на 10 суток арестованы председатель Совета тейпов Ингушетии Малсаг Ужахов и член Ингушского комитета национального единства Муса Мальсагов и оппозиционер Ахмед Барахоев. Их признали нарушителями порядка проведения митингов, пишет "Кавказский узел". Улицы у районных судов с утра оцеплена бронетехникой, сообщает издание.

Накануне Магасский районный суд Ингушетии арестовал на 10 суток четверых активистов, а еще двоих оштрафовал на 20 тысяч рублей. Они были признаны участниками перекрытия трассы "Кавказ", которое произошло 27 марта после митинга в Магасе.

Местные СМИ также пишут, что в республике с вечера 2 апреля пропал мобильный интернет. Такое уже случалось в марте, когда очередные массовые протесты в Ингушетии только начинались.

Как выяснила Би-би-си, "Мегафону" было известно о перебоях в работе мобильного интернета во время митингов протестов в марте - но пользователям о них не сообщали. Отключение интернета могло произойти по запросу правоохранительных органов, говорит источник Би-би-си. Новая волна протестов уже привела к отставке главы МВД республики.

Серия протестов в Ингушетии началась после того, как 26 сентября 2018 года глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров и глава Чечни Рамзан Кадыров подписали соглашение о закреплении границы между регионами. Ингушетия отдала Чечне участок Сунженского района, что вызвало недовольство жителей Ингушетии. Начавшиеся в октябре многотысячные протесты в Магасе продолжались две недели. На прошлой неделе жители республики вновь вышли на улицы.

Отключение интернета
По словам собеседников Би-би-си из числа протестующих, в марте мобильный интернет в Ингушетии не работал три дня, начиная с митинга 26 марта. К первому апреля связь восстановилась.

Осенью во время первых акций протеста в республике также полностью отключилась 3G/4G связь. Операторы "большой тройки" - МТС, "Мегафон" и "Билайн" - тогда отказывались признать возникновение каких-либо технических проблем как в разговоре со СМИ, так и в ответ на жалобы абонентов.

Оказалось, что отсутствие интернета действительно не связано с техническими проблемами. Газета "Коммерсант" и агентство Рейтер в ноябре рассказывали об ответах Роскомнадзора на обращения жителей республики, которые жаловались на действия операторов. Из писем следует, что сотовые компании следовали статье 64 российского закона "О связи". Она позволяет отключать сети на основании "мотивированного решения правоохранительных органов".

Источник, знакомый с деталями блокировки сотовой связи во время мартовских митингов, но не уполномоченный рассказывать о них в СМИ, сказал Би-би-си, что и новые отключения связаны с запросом со стороны правоохранительных органов.

Роскомнадзор в письмах абонентам не уточнял, какая именно структура просила о блокировках. Но, как сообщили "Ведомости" в конце марта, житель республики Мурад Хазбиев, недовольный перебоями с интернетом как осенью, так и весной, подал в Магасский районный суд иск к ФСБ и МВД.

Он потребовал признать незаконными действия, приведшие к приостановлению оказания услуг. В качестве третьих лиц в иске фигурируют "Мегафон" и Роскомнадзор.

Операторы мобильной связи мартовские отключения никак не объясняли. Активисты жаловались на то, что во время акций в Магасе, столице Ингушетии, не работал не только мобильный, но и проводной интернет. Директор филиала "Ростелеком" в Ингушетии Башир Хашагульгов, правда, назвал отсутствие проводного интернета последствиями аварии на магистральной линии и сообщил, что работа сети была быстро восстановлена.

Роскомнадзор, отвечая на вопрос Би-би-си о мартовских перебоях с интернетом в республике, заявил, что "не располагает информацией об аварийных ситуациях на сетях связи общего пользования в республике Ингушетия, которые привели к прекращению оказания услуг связи для абонентов региона".

"Иное находится за пределами наших компетенций", - заявили в ведомстве.

Как следует из корпоративной переписки и данных внутреннего портала "Мегафона" (копии есть в распоряжении Би-би-си), специалистам оператора было известно о проблемах. При этом сотрудникам колл-центра, как и в октябре, разослали инструкцию по общению с недовольными абонентами.

"Коллеги, если обращаются клиенты Ингушетии и жалуются на неработоспособность интернета, ответ [должен быть таким]: Спасибо вам, что сообщили! Трудностей в предоставлении услуг со стороны компании не зафиксировано. Вашу информацию направили профильным специалистам для проверки", - говорится в письме, которое 28 марта получили сотрудники кавказского филиала "Мегафона".

При этом в этот же день на внутреннем портале с информацией для сотрудников была создана страница с заголовком "Открыта авария, влияющая на неработоспособность базовых станций 3G/4G в республике Ингушетия".

Пресс-служба оператора отказалась комментировать содержание внутренних документов, а также ситуацию с отключениями интернета в целом.

Представители МТС и "Билайна" также отказались от каких-либо комментариев о ситуации со связью в Ингушетии.

Запрет нового митинга и уголовные дела
Новая волна протестов в Ингушетии началась в связи с планами властей республики изменить местное законодательство таким образом, чтобы вопрос об изменении территории Ингушетии не надо было выносить на референдум.

Новая редакция закона "О референдуме Республики Ингушетия" была принята народным собранием Ингушетии в первом чтении 28 февраля этого года. 28 марта должно было состояться второе чтение. Однако 20 марта глава республики Юнус-Бек Евкуров отозвал документ из парламента, объяснив это тем, что тот "вызвал неоднозначную реакцию в регионе".

Несмотря на этот шаг главы республики, инициативная группа решила все равно созвать митинг 26 марта - и власти согласовали его проведение. На акцию пришло от четырех тысяч (под данным властей) до 30 тысяч человек (оценка организаторов митинга).

После истечения заявленной продолжительности митинга часть его участников отказалась расходиться и объявила акцию бессрочной. При этом к протестам против передачи ингушских земель Чечне добавились требования отставки главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова.

Сотрудники силовых структур несколько раз пытались разогнать стихийную акцию протеста, но каждый раз встречали отпор.

Как разгоняли митинг в Ингушетии
В итоге организаторам митинга удалось уговорить людей разойтись - но только на следующий день и после того, как внушительная толпа манифестантов на несколько часов перекрыла движение по федеральной трассе "Кавказ", соорудив из камней и строительного мусора импровизированную баррикаду.

Следственный комитет Ингушетии возбудил уголовное дело о призывах к массовым беспорядкам, несколько ингушских активистов сообщили, что им уже пришли повестки о вызове на допрос в качестве свидетелей.

В понедельник, 1 апреля, стало известно, что власти Ингушетии не согласовали проведение следующего митинга, который планировалось провести с 5 по 9 апреля в Магасе. В опубликованном организаторами митинга официальном ответе говорится, что уведомление было подано с нарушением срока - меньше чем за 10 дней до планируемой акции.

Один из организаторов митинга Ахмед Барахоев в видеообращении, опубликованном ингушским телеграм-каналом "ФортангORG", призвал своих сторонников проявить терпение. Отдельно он обратился к молодежи, призвав ее "не торопиться и прислушиваться к старшим". "Когда нужно будет выйти на митинг, обязательно выйдем. Выставим свои требования и отправим подальше врагов", - уверен Барахоев.

По словам другого участника инициативной группы по организации митинга Бараха Чемурзиева, которого цитирует "МБХ медиа", новое уведомление будет подано на проведение митинга 10-го или 11 апреля.

Увольнение главы МВД
С 29 марта в республике начали распространятся слухи о том, что из-за событий в Магасе покинул свой пост глава МВД Ингушетии Дмитрий Кава - телеграм-канал "ФортангORG" писал о том, что генерал-лейтенант написал заявление об отпуске с последующим увольнением.

В понедельник эту информацию подтвердили источники ТАССа и Интерфакса. "Кава подал прошение об отставке на фоне событий в Магасе", - цитировало агентство Интерфакс слова своего источника в силовых структурах Северо-Кавказского федерального округа. По информации агентства ТАСС, причины увольнения Кавы не называются, в данный момент он находится в отпуске.

Один из организаторов митинга на прошлой неделе Магомед Муцольгов убежден, что уход Кавы связан с его отказом применять силу против участников митинга.

Несмотря на эти сообщения, в понедельник на официальном сайте республиканского МВД Дмитрий Кава все еще значился главой министерства.

Тем не менее, по сообщению издания "МК Ставрополь (Кавказ)", еще в субботу временно исполнять обязанности главы МВД поручили заместителю Кавы, начальнику следственного управления МВД Ингушетии Юрию Муравьеву.

Ранее стало известно, что в Ингушетии был расформирован батальон полиции, работавший на митингах в Магасе 26 и 27 марта. По сообщениям разных источников, уволены 17 или 19 полицейских. Также разнятся версии этого решения руководства МВД.

Согласно одной из них, полицейские отказались разгонять митинг. По другой версии (ее приводит "Медиазона" со ссылкой на анонимного сотрудника ППС Ингушетии), местным полицейским наоборот было приказано не вмешиваться в происходящее, однако они по собственной инициативе пытались вытащить из толпы приезжих омоновцев и бойцов СОБРа.

https://www.bbc.com/russian/features-47779672

===================================

В Ингушетии преследуют лидеров протестов

BBC News - Русская служба
Опубликовано: 15 апр. 2019 г.

https://youtu.be/_F1hx4GAlYw



"Ахмед был готов к продолжению банкета": что происходит с лидерами протестов в Ингушетии
15 апреля 2019
Поделиться сообщением в Facebook Поделиться сообщением в Twitter Поделиться сообщением в ВКонтакте Поделиться сообщением в Telegram Поделиться

В понедельник в Ингушетии провели обыск у правозащитника Магомеда Муцольгова. А накануне были арестованы трое лидеров протестного движения, подозреваемых по делу о стычках с силовиками во время мартовской акции протеста в столице Ингушетии.

Утром в понедельник сотрудники правоохранительных органов пришли с обыском в дом главы правозащитной организации "Машр" Магомеда Муцольгова. Он был одним из организаторов митинга, состоявшегося в Магасе 26-27 марта.

Как рассказал Би-би-си его брат, председатель ингушского регионального отделения партии "Яблоко" Руслан Муцольгов, обыск проводился в рамках уголовного дела о нападении на представителей власти (часть 2 статьи 318 УК РФ) и призывах к массовым беспорядкам (часть 3 статьи 212 УК РФ), которое Следственный комитет России (СКР) возбудил после митинга в Магасе в конце марта.

"В районе семи утра силовики окружили дом Магомеда, там же находится правозащитная организация "Машр". Предъявили постановление на обыск, которое было выдано именно следствием, не судебное", - рассказал Муцольгов.

По его словам, силовики иъяли регистраторы видеонаблюдения, телефоны, документы "Машра" и брошюры. "Карту Ингушетии сняли, изъяли - там те территории, которые были потеряны в течение последних 100 лет", - добавил он.

Руководитель отделения "Мемориала" в Назрани Тимур Акиев сообщил изданию "Медиазона", что в обыске участвовали следователь главного следственного управления СКР по Северо-Кавказскому федеральному округу и еще около 20 силовиков. К какому именно ведомству они относятся, Акиев не уточнил.

Магомеда Муцольгова после обыска задерживать не стали. "[Силовики обыскали] мой дом, дома родителей, брата, а также офис организации", - пояснил он изданию "Кавказский узел", отметив, что проводившие обыск силовики вели себя корректно и аккуратно.

"Магомед чувствует себя хорошо, мы будем принимать меры в правовом поле, - рассказал Би-би-си Руслан Муцольгов. - Во-первых, если это был обыск, который был санкционирован следствием, а не судом, значит, они по закону в течение суток должны выходить в суд о признании обыска законным. Мы попросили, чтобы нас в обязательном порядке уведомили о месте, в какой суд они собираются обращаться для того, чтобы мы могли защищаться правовыми методами".

СКР и власти Ингушетии пока не прокомментировали обыск у Муцольгова.

Советник главы Ингушетии Борис Краснов сказал Би-би-си, что все действия, которые проводились накануне и в понедельник, находятся в плоскости правоохранительных органов: "Здесь никакой роли или участия представителей руководства республики не может быть".

Спикер парламента Ингушетии Зелимхан Евлоев не ответил на звонок Русской службы Би-би-си.

Аресты в Нальчике
В воскресенье Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарии арестовал троих лидеров протестов в Ингушетии по делу о столкновениях с силовиками во время акции протеста, которая началась 26 марта и затянулась на сутки, несмотря на сопротивление властей.

Старейшина Ахмед Барахоев, председатель общественного движения "Опора Ингушетии" Барах Чемурзиев и его заместитель Муса Мальсагов взяты судом под стражу на два месяца.

Все трое были задержаны за день до этого, когда у них закончился срок административного ареста, наложенного за участие в акции. Они были арестованы на 10 суток по административной статье об организации митинга без согласования с властями.

То, что дело против них не ограничится административным арестом, было ожидаемо, сказала Би-би-си адвокат 65-летнего Барахоева Фатима Урусова.

"Ахмед был готов к продолжению банкета и мне говорил, что будет именно так, совершенно не был удивлен ни фактом своего привлечения в качестве подозреваемого, ни вынесенным вчера решением суда. Никаких иллюзий по этому поводу у него нет. Он видит это как политически ангажированный процесс", - рассказала Урусова.

Сейчас Барахоев проходит по делу в качестве подозреваемого в организации применения насилия в отношении силовиков, обвинение ему пока что не предъявили.

По аналогичным статьям подозреваются Чемурзиев и Мальсагов, уточнила в разговоре с Би-би-си пресс-секретарь правозащитной организации "Правовая инициатива" Ксения Бабич.

По мнению адвоката Урусовой, лидеров протеста увезли из Ингушетии в Кабардино-Балкарию, чтобы избежать акций в их защиту. "Очень многие люди переживают сейчас за Ахмеда [Барахоева] в силу его возраста и авторитета, он очень уважаемый человек", - пояснила она.

"В рамках этих беспорядков все, что он пытался сделать - это не допустить столкновений и негативных последствий, - утверждает адвокат. - Такое откровенное преследование человека, который пытался все эти процессы в мирном русле держать и которого теперь преследуют по подозрению в организации беспорядков, не могло не вызвать неудовольствий, возмущения".

Депутат парламента Ингушетии единорос Ахмед Накостаев сказал Би-би-си, что местных жителей возмутили аресты лидеров протеста. "Обстановка очень накаленная, люди возмущены вот этими поступками, и все что угодно может случиться", - сказал Накостаев.

Некоторые депутаты регионального парламента подготовили обращение президенту Владимиру Путину, в котором просят прислать в Ингушетию компетентную комиссию и "объективно разобраться в этом вопросе", добавил Накостаев.

"Прилагаем всю обстановку, которая здесь сложилась, и просим президента Российской Федерации прислать нам комиссию для расследования и принятия мер", - процитировал обращение единоросс.

Протесты в Ингушетии
В конце марта в Ингушетии началась новая волна протестов в связи с планами региональных властей изменить местное законодательство так, чтобы вопрос об изменении территории республики не надо было выносить на референдум. Первая волна протестов поднялась минувшей осенью из-за подписания договора о границе между Ингушетией и Чечней.

28 марта народное собрание Ингушетии должно было рассмотреть во втором чтении новую редакцию закона "Референдуме Республики Ингушетия", но за неделю до этого глава республики Юнус-Бек Евкуров отозвал документ из парламента, объяснив это "неоднозначной реакцией" на него в регионе.

Несмотря на это 26 марта в Магасе прошел согласованный митинг, который собрал, по разным данным, от четырех до 30 тысяч человек. После истечения заявленной продолжительности акции часть протестующих отказался расходиться, объявив ее бессрочной. К протесту против передачи ингушских земель Чечне также добавилось требование отставки Евкурова.

"Пусть Путин полюбит нас немножко": что говорят участники протестов в Ингушетии
Как в Ингушетии одобряли договор о границе с Чечней
"Смерть - 5000 рублей": почему в Ингушетии идет охота на колдунов
Протестующие остались на центральной площади Магаса на ночь, утром сотрудники силовых структур предприняли несколько попыток разогнать акцию.

В ответ протестующие стали кидать в силовиков стулья и другие предметы, следовало из видео, опубликованного одним из блогеров.

В итоге протестующие покинули площадь, а затем какое-то время перекрывали движение на федеральной трассе "Кавказ". Силовики не препятствовали этому, вечером 27 марта люди разошлись.

После протестов 26-27 марта Евкуров пригласил к себе секретаря совета безопасности республики Ахмеда Дзейтова и заявил: "Я буду добиваться, буду обращаться во все инстанции, добиваться уголовного преследования всех организаторов митинга. Их надо просто взять и сажать с тюрьмы" (глава республики при этом подчеркивал, что в прошлом году власти не инициировали преследование лидеров протестов).

В начале апреля стало известно, что свой пост покинул глава МВД Ингушетии Дмитрий Кава. Он подал прошение об отставке на фоне событий в Магасе, сообщало агентство Интерфакс со ссылкой на источник в силовых структурах Северо-Кавказского федерального округа.

Одновременно проводились обыски у активистов. СКР возбудил уголовное дело о призывах к массовым беспорядкам и нападении на представителей власти. Помимо Барахоева, Чемурзиева и Мальсагова арестованы еще как минимум девять человек.

https://www.bbc.com/russian/news-47936031


=====================================


Ингушский блогер Исмаил Нальгиев выслан из Беларуси
Татьяна Мельничук
Би-би-си, Минск
11 мая 2019

Исмаил Нальгиев, оппозиционер и блогер из Ингушетии, выслан из Минска на родину, где, по утверждению правозащитников, ему угрожает опасность.

Правозащитник Магомет Муцольгов сообщил в своем блоге на сайте "Кавказский узел", что в субботу Нальгиев был передан следователям в Нальчике.

"Сейчас он передан следователю следственной бригады ГСУ СК России по СКФО, в чьем производстве находится уголовное дело, возбужденное после событий 27 марта в Магасе", - сообщил Муцольгов.

Правозащитники ожидали, что дело Нальгиева, задержанного 8 мая в Национальном аэропорту "Минск", будет рассмотрено белорусским судом в пятницу утром.

Но собравшимся у суда пояснили, что заседания не будет, так как решение о высылке блогера уже принято отделом по гражданству и миграции Октябрьского района белорусской столицы.

Адвокат Антон Гашинский пытался оспорить это решение, но во второй половине дня 10 мая адвокату сообщили, что Исмаил Нальгиев уже выслан в Россию.

Нальгиеву запрещен въезд в Беларусь в течение 10 лет - это максимальный срок запрета.

Как развивались события
Исмаил Нальгиев пытался вылететь из белорусской столицы в Прагу, но был остановлен пограничниками в минском аэропорту. Нальгиеву сообщили, что он находится в межгосударственном розыске.

Юрист Олег Агеев из группы правовой защиты при Белорусской ассоциации журналистов (БАЖ) рассказывает, что милиция минского аэропорта сначала освободила Нальгиева после регламентированных законом трех часов задержания для выяснений.

Но тут же блогер был задержан прибывшими в аэропорт сотрудниками управления борьбы с организованной преступностью и помещен в изолятор временного содержания (ИВС).

Адвокат Антон Гашинский смог встретиться с Исмаилом Нальгиевым только поздним вечером 8 мая, хотя в течение многих часов настаивал на встрече с подзащитным.

По словам адвоката, Нальгиев был объявлен МВД Ингушетии в межгосударственный розыск 27 апреля.

Блогер в разговоре с адвокатом настаивал, что не совершал преступлений в Ингушетии и не знает о розыске.

Административный протокол о причинах задержания Нальгиева в Беларуси не составлялся.

По сообщению Бориса Горецкого, зампредседателя БАЖ, в изолятор Нальгиеву удалось отправить передачу. Блогер был помещен в камеру без теплых вещей и отказывался от пищи, не положенной мусульманину в Рамадан.

Протест правозащитников
Представители Кабардино-Балкарского регионального Правозащитного центра и ряда белорусских организаций опубликовали 9 мая совместное заявление, требуя от властей соблюдения законодательства Республики Беларусь и выполнения всех необходимых процедур для недопущения нарушения прав Исмаила Нальгиева.

Белорусские организации, подписавшие совместное заявление:

Общественное объединение "Правовая инициатива"
Консультационный центр "Хьюман Константа"
Белорусский документационный центр
Белорусский Дом прав человека им. Бориса Звозскова
Центр социальных программ "Женская инициатива"

В заявлении утверждается, что Нальгиев, руководитель общественной организации "Выбор Ингушетии", известен как активный участник протестов против договора о границе между Чечней и Ингушетией. Десятки участников таких протестов были задержаны, некоторые - арестованы.

Согласно белорусскому законодательству, иностранцы не могут быть выдворены за пределы Республики Беларусь в государство, где их жизни или свободе угрожают опасность и пытки.

Правозащитники заявляли, что в Ингушетии существует угроза применения пыток в отношении Нальгиева. Они напомнили о Конвенции ООН против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания.

В соответствии с Конвенцией "ни одно государство-участник не должно высылать, возвращать или выдавать какое-либо лицо другому государству, если существуют серьезные основания полагать, что ему может угрожать там применение пыток".

https://www.bbc.com/russian/news-48238183


======================================


BBC о протестах в Ингушетии 27.03.2019. Комментарий Малика Бутайрина

https://www.youtube.com/watch?v=Zuh-ajU6igI
« Последнее редактирование: 23 Октября 2019, 15:59:15 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5007
В администрацию Путина передали обращение ингушей. Подписались свыше 51 тысяч жителей
 ЯНВ 18, 2019

...

В обращении к Президенту РФ Владимиру Путину обозначены три пункта:

1. Выражение недоверия Главе Республики Ингушетия Евкурову Ю-Б. Б. и его отставка;

  2. Требование отменить несправедливое и незаконное Соглашение от 26 сентября 2018 года об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой;

   3. Требование исполнить положения Закона Российской Федерации «О реабилитации репрессированных народов» и возврата в состав Ингушетии Пригородного района.


https://fortanga.org/2019/01/trebovanie-ingushey-k-putinu/

======================================



“Мы 75 лет ждем возвращения Пригородного района”. Ингушская диаспора Казахстана обратилась к Путину
 ФЕВ 15, 2019

Члены Ингушского комитета национального единства Ахмед Барахоев и Магомед Муцольгов в Астане провели встречу с ингушской диаспорой в Казахстане.



Диаспора за двое суток собрала тысячи подписей под обращением и передала его послу России в Казахстане.


https://fortanga.org/2019/02/my-75-let-zhdem-vozvrashheniya-prigorodnogo-rajona-ingushskaya-diaspora-kazahstana-obratilas-k-putinu/


======================================


Резолюция общенационального митинга ингушского народа
г. Назрань  23 февраля 2019 г.
...

26 апреля 1991 года принят Закон Российской Федерации «О реабилитации репрессированных народов», которым установлено, что репрессированные народы подверглись геноциду и подлежат полной реабилитации. К сожалению, процесс реабилитации репрессированных народов до сих пор не завершен. Все эти годы стоит вопрос территориальной реабилитации ингушского народа и возврат в состав Ингушетии Пригородного района, незаконно удерживаемого  Республикой Северная Осетия.
...

Мы никогда не согласимся с потерей территории и  неуклонно будем добиваться исполнения Закона “О реабилитации репрессированных народов” и возвращения Пригородного района и других территорий в состав Ингушетии.
...

 Чтя память предков, завещавших нам идеалы справедливости и любви к Родине, руководствуясь Конституцией Республики Ингушетии, закрепляющей сохранение территориальной целостности республики – как основы развития будущих поколений, общенациональный митинг народа Ингушетии требует:

Неукоснительного исполнения положений Закона РФ «О реабилитации репрессированных народов» в части территориальной реабилитации ингушского народа путем возвращения под юрисдикцию Республики Ингушетия Пригородного района и других территорий, в границах существовавших до их антиконституционного насильственного изменения в 1944 году, ныне незаконно находящихся в составе других субъектов Российской Федерации.


https://fortanga.org/2019/02/rezolyutsiya-obshhenatsionalnogo-mitinga-ingushskogo-naroda/

======================================

Какова позиция Совета тейпов по вопросу Пригородного района? Ответы на вопросы из соцсетей.

Совет тейпов ингушского народа
Опубликовано: 12 мар. 2019 г.

Заседание Совета тейпов ингушского народа от 5.03.2019 г.


https://youtu.be/nW_fxxL7jvE?t=375


=================================


Алексей Навальный: “Будем поддерживать уволенных ингушских полицейских”
 МАР 30, 2019


28 марта Навальный в выпуске “Навальный Live” уделил почти 7 минут протестам в Ингушетии. Политик ошибся, сказав, что ингуши и в этот раз вышли из-за вопроса с передачей территории Чечне. Причиной митинга 26 марта была попытка Евкурова через подконтрольный парламент исключить из закона “О референдуме РИ” пункт об обязательности референдума по вопросам статуса республики, ее границ или объединения с другими регионами. С учетом того, что ранее Чечня было передано 10% территория Ингушетии без учета мнения народа, у людей появились справедливые опасения не только за территориальную целостность республики, но и за то, что равнодушный к интересам народа Глава РИ может ликвидировать республику, присоединив ее, например, Чечне.

Стоит заметить, что если на осенних митингах люди взывали к Путину с призывом разобраться в этой ситуации, то на митинге 26 марта уже звучали нотки разочарования Президентом страны. АП РФ отнеслись пренебрежительно к письму к Путину, которое подписали свыше 50 тысяч жителей Ингушетии, а коррумпированный Глава РИ Юнус-Бек Евкуров все еще не отправлен в отставку. Поэтому приоритетным требованием мартовского митинга стала отставка Евкурова. Именно требование отставки встречало наибольший энтузиазм у митингующих. Народ в Ингушетии ему больше не доверяет: он отдает земли, распиливает бюджет, а народ беднеет. Напомним, что незадолго до митинга было опубликовано несколько видеорепортажей о коррупции в Ингушетии.
...

Почему ингуши вышли на митинг в октябре 2018 года

Главная причина в том, что Ингушетия – самый маленький регион России, при этом с самой высокой плотностью населения. До сих пор не возвращена колыбель ингушского народа – Пригородный район, отделенный от Ингушетии блок-постом с коррумпированными скандалистами-полицейскими. Беженцы не могут вернуться туда, а проживающие в районе ингуши подвергаются этнической дискриминации. Вопрос земли является больным для ингушского народа, чья территория по воле Сталина и его приспешников и так постоянно сокращалась. И сокращение территории еще на 10% – это катастрофа.

...

https://fortanga.org/2019/03/aleksej-navalnyj-budem-podderzhivat-uvolennyh-ingushskih-politsejskih/



==================================

Заявление ИКНЕ к 28-й годовщине принятия закона “О реабилитации репрессированных народов”.
 АПР 27, 2019

...
Десятки тысяч людей проживавшие в Пригородном районе – исторической колыбели ингушского народа, до сих пор не могут вернуться домой. Через год после принятия «самого гуманного законодательного акта» в новейшей истории России, как называли его современники – Закона «О реабилитации репрессированных народов» в Северной Осетии была осуществлена этническая чистка и повторное изгнание ингушского населения.
...

Вопреки ст. 6 Закона не осуществлена территориальная реабилитация репрессированных народов. Особенно в отношении ингушского народа, Пригородный район до сих пор остается в составе Северной Осетии.
...

Подвергаясь частым репрессиям мы поставлены на грань исчезновения, а потому требуем от власти Российской Федерации реализации закона «О реабилитации репрессированных народов» во всех его пунктах. Мы требуем вернуть ингушам Пригородный район и прекратить всестороннее разрушение вновь возрожденной ингушской государственности.

https://fortanga.org/2019/04/zayavlenie-ikne-k-28-j-godovshhine-prinyatiya-zakona-o-reabilitatsii-repressirovannyh-narodov/



=================================

ОБРАЩЕНИЕ Совета  тейпов  ингушского  народа  к  депутатам Народного  Собрания  Республики  Ингушетия.

г. Назрань                                                                      07 мая  2019 года.

Совету  тейпов  ингушского  народа  достоверно  известно,  что  органы  государственной  власти  Российской  Федерации  требуют  от  Республики  Ингушетия  в  короткие  сроки  завершить  процесс   передачи  соседним  республикам  значительной  части  исконной  территории  ингушского  народа  и  таким  образом  подготовить  основание  для  ликвидации  Республики  Ингушетия,  что  в  конечном  итоге  должно  привести  к  исчезновению  ингушского  народа  путем  поглощения  его  соседними  республиками  и  народами.

На  данный  момент  единственным  препятствием  для реализации  этого  откровенно   антиингушского  замысла  является  отсутствие  границы  между  Республикой  Ингушетия  и  Северной  Осетией,  установленной  в  рамках  действующего  законодательства.

В  недавнем  интервью  средствам  массовой  информации  Глава  Республики  Ингушетия  Евкуров  признался,  что  он  готов  утвердить    границы,  сложившиеся  между  нашими  республиками.

Это  означает,  что  он  намерен  закрепить  за  Северной  Осетией  многострадальный  ингушский  Пригородный  район  и  другие  ингушские  земли  в  1944 году  насильственно,  а  в  последующем  антиконституционно  отторгнутые  у  нашего  народа.

Общая  площадь  этих  земель  составляет  около  1200  квадратных  километров  или  120  тысяч  гектаров.
...

По  имеющейся  у  нас  информации  Глава  Республики  Ингушетия  Евкуров  намерен  в  мае  2019 года  подписать  соглашение  об  установлении  границы  с  Северной  Осетией,  которым  будут  закреплен  за  Северной  Осетией   ингушский  Пригородный  район  и  другие,  незаконно  отторгнутые  ингушские  земли.

Эти  предательские  планы  Евкурова  могут  осуществиться  лишь  при  одном  условии:  если  большинство  депутатов  Народного  Собрания  Республики  Ингушетия  станут  соучастниками  очередного  предательства  Евкурова.  Какое  бы  соглашение  не  подписал  Глава  Республики  Ингушетия  с  руководством  Северной  Осетии,  оно  не  будет  иметь  юридической  силы,  если  депутаты  Народного  Собрания  Республики  Ингушетия  не  примут  закон  об  утверждении  этого  соглашения.

Мы,  члены  Совета  тейпов  ингушского  народа,  представляющие  интересы  около  100  многочисленных  ингушских  тейпов,  заявляем  вам,  депутатам  Народного  Собрания  Республики  Ингушетия,  что  ни  мы,  ни  наши  тейпы  не  дают  вам  разрешения  на  принятие  закона,  отчуждающего  Пригородный  район  и  другие  ингушские  земли  в  пользу  Северной  Осетии  или  других  субъектов  РФ.








Видео заявления

https://youtu.be/7hvCp3tjBjY
« Последнее редактирование: 09 Мая 2019, 04:03:57 от Абд-ур-Рахман »