Автор Тема: Шейх Мухаммад Аввама: Роль хадиса в расхождениях между имамами фикха  (Прочитано 6788 раз)

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
https://azan.kz/durus/print-course/12


Шейх Мухаммад Аввама: Роль хадиса в расхождениях между имамами фикха

أثر الحديث الشريف في اختلاف الأئمة الفقهاء


Шейх Мухаммад Акрам Надви: "О шейхе Мухаммаде Авваме и его книге «Роль хадиса в расхождениях между имамами фикха»


Предисловие переводчика

С именем Всемилостивого Аллаха.

Мир и благословение Его Посланнику, нашему господину Мухаммаду, солляллаху алейхи ва саллям.
 
Книга, перевод которой мы представляем читателю сайта Azan.kz, написана шейхом Мухаммадом Аввамой, да хранит его Аллах, ученым, которого большинство суннитов заслуженно считают одним из величайших наших современников, крупнейшим авторитетом в области хадиса. Она посвящена частному, но очень важному и актуальному вопросу нашей религии: какое влияние на расхождение между мазхабами (правовыми школами в Исламе) оказало различие имамов этих мазхабов в понимании хадисов Пророка, солляллаху алейхи ва саллям.
 
Этот труд, если на то будет воля Всевышнего, послужит опорой в борьбе с безмазхабностью – одной из самых опасных болезней, разъедающих в наши дни ослабленное тело Исламской уммы. Но отличие этой книги от многих других, посвященных этой проблеме, состоит в том, что она не рассматривает проблему поверхностно и не служит всего лишь собранием доводов для споров с нашими оппонентами, –  в книге проблема исследована достаточно глубоко, так что ее читатель сможет достаточно основательно понять тему, и это – мы надеемся – послужит для него вакциной против опасной заразы безмазхабности, укрепит его убежденность в следовании одному из четырех суннитских мазхабов и увеличит его любовь к их имамам.
 
Абу Яхья Аль-Ханафи
 
Об этой книге
 
Причины расхождений во мнениях между имамами Исламского права (фикха) – одна из важнейших тем в научной и практической жизни каждого мусульманина.

Что касается важности данной темы в науке, то она объясняет высокое мастерство, с каким имамы Ислама, да будет Аллах ими доволен, выводили положения (хукмы) истинной религии из ее первоисточников: Книги Аллаха и Сунны Пророка, солляллаху алейхи ва саллям. А также она дает понять, какие колоссальные усилия они приложили для выведения хукмов, и раскрывает многие другие вещи, которые нет возможности описать здесь подробно.

Что касается практики, то понимание этих причин дает мусульманину уверенность в имамах его религии, за которыми он следует в вопросах поклонения, имущественных отношений (муамалят), нравственности и духовного самосовершенствования, которые являются посредниками между ним и его Господом, Свят Он и Велик, во всех названных областях.

И эта уверенность приходит только после того, как он вникнет по мере своих сил в причины различия их мнений, ведь эти различия имеют место лишь из-за их стремления к истине, после того как они установили основы и правила, и сошлись в том, в чем смогли, и разошлись там, где не смогли этого избежать.

И нет никакой проблемы в этом, поскольку имамы искали истину и приводили доказательства. Они противоречили друг другу не из-за упрямства, эгоизма, гордости или желания выделиться, чтобы стать известными. Их к этому привело доказательство (далиль), которое было у каждого из них.

И понимание этого особенно важно, когда мы видим мощную волну отклонения от истины, которая захлестнула некоторых людей. Они ругают имамов, порочат их знания и дела, возвышая самих себя над ними. Они противопоставляют тех, кто говорит непонятно что, этим имамам, подобным твердым скалам, которые служат опорой религии Ислам, предмету гордости мыслителей, знатоков фикха, муфтиев, кадиев (шариатских судей) всех веков.

И эта тема – причины расхождений между имамами фикха, да будет Аллах ими доволен, – один из краеугольных камней иджтихада, она сложная, обширная и разветвленная. Поэтому необходимо ограничиться одной из ее сторон для подробного рассмотрения.

И ее сторона, которую Всевышний Аллах дал нам возможность рассмотреть, — это «влияние благородных хадисов на расхождения между имамами фикха».

Книга состоит их следующих разделов:

1.Предисловие, посвященное значению благородного хадиса для самих имамов.

2.Первая причина: когда благородный хадис подходит для его практики?

3.Вторая причина: расхождения между имамами в понимании хадиса.

4.Третья причина: расхождения в их подходе к снятию противоречий между хадисами.

5.Четвертая причина: расхождения, вызванные различной степенью обширности знания хадисов.

Также мы рассмотрим сомнения в вопросах, которые многим трудно понять и на которые сложно ответить, и сделаем это в соответствующих разделах книги.

И в конце книги я кратко резюмирую самое важное из содержания книги, если будет на то воля Аллаха.


=================================================

Предисловие. Значение благородного хадиса для самих имамов
 
Это предисловие необходимо для того, чтобы пролить свет на значение, какое имел благородный хадис для самих имамов, да будет Аллах ими доволен, и чтобы показать силу их стремления крепко держаться за хадисы и их огромное желание практиковать их.

Имам Абу Ханифа, да будет Аллах им доволен, говорил: «Люди не перестанут пребывать в благополучии, пока среди них есть те, кто изучает хадисы. Если они станут получать знания, пренебрегая хадисами, наступит упадок» («Аль-Мизан аль-кубра» имама Шаʼрани, 1/51)

Также он говорил: «Остерегайтесь говорить о религии Аллаха на основе (одного только) суждения. Следуйте Сунне! Кто отойдет от нее – заблудится» («Аль-Мизан аль-кубра» имама Шаʼрани, 1/50)

Имам аш-Шафиʼи, да будет Аллах им доволен, сказал: «Разве станет носить меня земля, если я передам хадис от Пророка, солляллаху алейхи ва саллям, а потом выскажу иное мнение?!» («Маʼна коуль аль-имам Аль-Матляби…» имама ас-Субки (с. 73) и многие другие источники)

Однажды имам передал один хадис, и аль-Хамиди – учитель имама аль-Бухари – спросил его: «Ты принимаешь его?» Имам аш-Шафиʼи ответил: «Разве ты увидел, как я выхожу из церкви, надев столу (епитрахиль, облачение христианского духовенства)?! Чтобы я, услышав хадис Посланника Аллаха, не давал фетву по нему?!» («Маʼна коуль…». И это передают от имама многие, так что имам Таджуддин ас-Субки даже написал в «Табакат аль-кубра» (2/138) в конце биографии Ар-Рабиʼа аль-Муради: «Похоже, это случалось с ним — да будет Аллах им доволен — неоднократно».)

И что может быть удивительнее сравнения, которое высказал имам Малик, да будет Аллах им доволен : «Сунна подобна ковчегу Нуха: кто взошел на него – спасся. А кто отстал – утонул» (в конце «Мифтах аль-джанна фи ихтиджадж бис-сунна» хафиза ас-Суюты)

Имам Ахмад, да будет Аллах им доволен, сказал: «Кто отверг хадис Посланника Аллаха, солляллаху алейхи ва саллям, находится на краю гибели» («Манакыб аль-имам Ахмад» Ибн аль-Джаузи, с. 182)

Также он говорил: «Я не знаю времени, в котором люди больше нуждаются в изучении хадиса, чем наше время». Речь о времени имама Ахмада, который умер в 241-м году по хиджре! И один из учеников спросил его: «Почему?» Имам ответил: «Выявились нововведения. И кто не знает хадис, впадет в них» («Манакыб аль-имам Ахмад» Ибн аль-Джаузи, с. 183).

Это лишь малая часть высказываний из огромного числа им подобных, которыми полны книги по Исламской истории и биографии этих имамов. Все они сводятся к следующему: следовать Сунне обязательно, и, кто изучает ее и практикует, тот спасется и будет счастлив, а отход от нее – это признак заблуждения и отклонения от верного пути.

И если понимание того, что таково мнение всех имамов, установилось в сердце и разуме мусульманина наряду с убежденностью в их высоком положении как имамов науки, мы можем перейти к изучению причин их разногласия в шариатских хукмах, которые имели место, несмотря на то, что каждый из них старался приблизиться к Благородной Сунне.

А тот, кто не убежден в том, что они имамы, кто говорит: «они люди, и мы люди», — кто не убежден, что они самоотверженно искали доказательство, чтобы последовать ему, подобно утопающему, ищущему средства спасения, —такой человек не получит пользы от этого исследования и поспешит напасть на имамов, притворяясь знающим. А причина этого в отсутствии у человека этой убежденности.

После этого мы переходим к разговору о причинах расхождения между имамами



Вопрос о непрерывности цепочки передатчиков хадиса

Первая причина

Когда хадис пригоден для практики


Разговор о первой причине включает в себя четыре вопроса, которых обязательно коснуться. Два из них касаются санада (цепочки передатчиков хадиса), и два – его текста.

И эти четыре вопроса следующие:

1. Расхождения в некоторых условиях действительности хадиса.

2. Практикуется ли то из Сунны, что однозначно не установлено?

3. Установление (достоверности) слов Посланника Аллаха, солляллаху алейхи ва саллям.

4. Установление правильности (текста хадиса) с точки зрения правил арабского языка.

Что касается первого вопроса, то я коснусь его кратко, чтобы не отходить сильно от основной темы.

Большинство ученых согласно, что условий, предъявляемых к достоверности хадиса, пять:

1. Непрерывность санада.

2. Установление надежности (ʼадаля) передатчика.

3. Установление, что память хорошая.

4. Отсутствие в санаде и тексте хадиса противоречий (шузуз).

5. Отсутствие в них скрытых дефектов.

Что касается непрерывности санада, то между самими специалистами по хадису (мухаддисами) есть разногласия в способе установления этой непрерывности. Этот вопрос известен у них как «вопрос встречи» между передатчиком и его шейхом. Имам Бухари и др. требуют, чтобы был установлен факт встречи между ними, пусть всего один раз. А имам Муслим и др. – более того, имам Муслим утверждал, что есть единогласное мнение ученых (иджмаʼ) в этом вопросе *, – ставят условием возможность встречи, но не установление этого факта.

* Предисловие к «Сахих Муслим», 1/130, с шархом имама Навави. Также иджмаʼ передает имама Али аль-Кари, рахимахуллах, в шархе на «Муснад» имама Абу Ханифы (с. 5) от множества ученых, принимая во внимание расхождения с имамом Бухари и теми, кто еще строже в этом вопросе

Таким образом, то, что имам Муслим и те, кто с ним согласен, посчитали достоверным (сахих), опираясь на свое понимание непрерывности, не кажется таковым имаму Бухари. И те факихи, которые принимают мнение имама Муслима в вопросе непрерывности, приводят как довод хадис, отвечающий их условиям, и говорят: хадис с этим решением (хукм) достоверен. А другие ученые, придерживающиеся мнения имама Бухари, не согласны с ними и не считают данный хадис достоверным. Следовательно, они не принимают его как довод, из которого выведено данное решение фикха, и отвергают все выведенные из него решения.

Также вопрос, связанный с непрерывностью, но разногласия в котором сильнее, чем в предыдущем, – это вопрос о «хадисе мурсаль».

Мурсаль – это такой хадис, который табиин возводит к Пророку, солляллаху алейхи ва саллям. Его санад не непрерывен. Однако является ли это проблемой, делающей его непригодным как довод?

Большинство мухаддисов считают, что хадис мурсаль – слабый и не является доводом. Но большинство факихов – среди них имамы Абу Ханифа, Малик и Ахмад (согласно одному из двух передаваемых от него мнений) – посчитало, что мурсаль можно брать как довод и практиковать его.

Имам Шафии же занял серединную позицию в этом вопросе, посчитав мурсаль слабым, но не слишком. И в случае, если один из четырех факторов его усиливает, он принимал хадис мурсаль в качестве довода *.

* См. его книгу «Ар-Рисаля» (с. 462). И усиливающие факторы суть следующие: чтобы он передавался также непрерывно или как мурсаль (с пропуском сподвижника) другим путем или чтобы кто-то из сподвижников или других ученых давали по нему фетву


Поэтому решение фикха, принятое этими тремя факихами или одним из них, основанное на хадисе мурсаль и не усиленное одним из четырех факторов, будет противоречить решению имама Шафии и большинству мухаддисов.

А ведь хадисов мурсаль совсем не мало!

Имам Аляуддин аль-Бухари, рахимахуллах, пишет в «Шархе» на «Усуль аль-Баздави» (3/5): «И в этом – отказе от хадисов мурсаль – аннулирование большой части Сунны, поскольку, если собрать все хадисы мурсаль вместе, они составят примерно (книгу в) пятьдесят частей»

Имам аль-Каусари, рахимахуллах, сказал: «Кто посчитает слабыми хадисы мурсаль, отбросит половину практикуемой Сунны» («Таъниб аль-Хатыб» (с. 153). Также см. его же «Фикх ахль аль-Ирак ва хадисухум» (с. 32) или «Такдим Насб ар-райя» (с. 27))

Однако нужно отметить, что их количество будет значительно меньше, если исключить ту их часть, которая усилена теми факторами, которые принимает имам Шафии.


Вопрос о непрерывности цепочки передатчиков хадиса

Что касается установления надежности (ʼадаля) передатчика, то в этом вопросе широкое поле для дискуссий между учеными, которые разошлись в том, какие именно виды праведности от него требуются:

- Достаточно ли того, чтобы передатчик был мусульманином, о котором неизвестно ничего плохого, чтобы он считался надежным?

- Или необходимо, помимо этого, наличие внешней праведности и только? То, что называется «добропорядочность»?

- Или же нужно, чтобы была установлена в отношении него праведность как внешняя, так и внутренняя?

Также ученые разошлись, достаточно ли того, что передатчика посчитает надежным один имам, или необходимо, чтобы это подтвердили два имама.

К разногласиям в этом вопросе добавляются еще споры о вещах, которые могут аннулировать надежность мусульманина. И это тема, которую мы не можем раскрыть здесь. Сколько раз ошибочно признавали ненадежным передатчика только из-за того, что он был иракцем, или из людей мнения (ханафитом), или признал под пытками, что Коран сотворен. И такие тонкости известны только тем, кто достиг совершенства в науках и их истории.

И я постоянно напоминаю моим братьям студентам о важности изучения истории науки джарх ва таʼдиль (изучающей передатчиков хадиса с целью установления их надежности/ненадежности), глубокого понимания ее правил и нюансов. И это помимо знания всего того, что содержится в больших книгах по этой науке! Что же говорить о тех, кто ограничился в ее изучении небольшими книгами вроде «Ат-Такриб» (имама Навави)!

И те, кого одни имамы мухаддисы или факихи посчитали надежными передатчиками, другие – тоже мухаддисы или факихи – вполне могли посчитать не достойными доверия. Ведь тех, в отношении надежности или ненадежности которых ученые единогласны, гораздо меньше тех, о ком переданы разные мнения.

Кроме того, существует тема, в которой разногласия еще сильнее, чем в предыдущих: некий передатчик, в отношении надежности которого есть разногласия, мог передать десятки хадисов. И те ученые, которые посчитали его надежным, выводили решения (хукмы), опираясь на переданное им. А те, кто счел его недостойным доверия, не опирались на переданные им хадисы.

И из этого вытекают разногласия. И каждая из сторон утверждает, что следует Сунне и практикует то, что пришло в хадисах Пророка, солляллаху алейхи ва саллям. И каждая из сторон в своем иджтихаде в фикхе и хадисе описается на методы и правила ученых-мухаддисов. И никто из нас не в состоянии опровергнуть слова каждой из сторон!


Разногласия в надежности передатчиков хадиса

Также существуют расхождения в определении остальных условий достоверности хадиса.

Пожалуй, стоит обратить внимание на такое условие, как хорошая память передатчика. Имам Абу Ханифа, да помилует его Аллах, определял ее так: передатчик должен помнить хадис от момента, когда он его услышал, до передачи этого хадиса, без того, чтобы он между этими моментами забывал хадис («Шарх Муснад Аби Ханифа» имама Аль-Кари, рахимахуллах, с. 3. Передано имамом ат-Тахави с иснадом до Абу Ханифы. См. «Аль-Мадхаль фи усуль аль-хадис» аль-Хакима, с. 15; «Аль-Кифая» аль-Хатыба, с. 231. А также слова Ибн Хаджара, которые будут приведены далее).

И это очень строгое условие. Имам выдвинул его, наблюдая у передатчиков путаницу и вольности (в передаче хадисов). И из-за такого условия имам имел отличное от остальных мнение в определении слабости или достоверности некоторых хадисов.

По этим кратким указаниям на суть вопроса, какие хадисы принимаются, а какие — нет, читатель может понять неточность слов устаза Абдуль-Ваххаба Халяфа из его книги «Масадир ат-ташриʼ фи ма ля насса фихи» («Источники вынесения решений Шариата в случае, когда нет ясного текста об этом»), С. 15:

«В отношении каждого хадиса легко узнать, мутаватир он или нет, достоверный (сахих), хороший (хасан) или слабый (даʼиф)».

И, если бы не популярность этой книги среди читателей и ее новое обсуждение, мне не пришлось бы здесь обращать на это внимание.

Кроме того, я нашел пересказ разговора, выявляющего ложность этого представления, а также других, распространенных среди претендующих на иджтихад. Этот разговор передает имам Муаʼаммар Абуль-Касим аль-Бурзули аль-Малики (ум. в 844-м г. по хиджре), один из учителей Хафиза Ибн Хаджара в своей книге «Ан-Навазиль». Его цитирует шейх маликитов своего времени ʼУлейш (ум. в 1299-м г. по хиджре), да будет Аллах к ним милостив, в книге фетв «Фатх Аль-ʼАлий Аль-Малик» (Т. 1, с. 101 – 102).

Один из известных маликитских ученых, имам Абу аль-Валид Сулейман аль-Баджи (ум. в 474-м г. по хиджре), комментатор «Аль-Мувата», был самым знаменитым из тех ученых, которые дискутировали с захиритом Ибн Хазмом. И у Абу аль-Валида был брат по имени Ибрахим аль-Баджи, очевидно, младший. Однажды он встретил Ибн Хазма и тот его спросил:

- Что ты читал у своего брата?

- Много чего читаю с ним, — ответил Ибрахим.

Ибн Хазм сказал:

- Хочешь, я тебе передам полезные знания за короткое время – год или меньше?

Ибрахим ответил:

- Если так, то давай (затем идут слова, смысл которых неясен).

Ибн Хазм сказал:

- Или за месяц.

- Это еще больше мне нравится.

- Или за одну пятницу. Или за одну минуту.

Ибрахим ответил:

- Это мне нравится больше всего.

Тогда Ибн Хазм сказал:

- Если ты встретишь какой-либо вопрос, то обратись к Книге Аллаха. Если не найдешь ответ там, то обратись к Сунне. Если не найдешь в Сунне, то обратись к вопросам иджмаʼ. Если и там не найдешь ответ, то знай, что основа – что все разрешено. Поэтому можешь это делать.

Ибрахим аль-Баджи ответил ему на это:

- Чтобы делать так, как ты мне посоветовал, нужны долгая жизнь и огромные знания. Ведь для этого нужно знать Коран, различать отмененные и отменяющие аяты, аяты, нуждающиеся в толковании (муавваль), аяты с явным смыслом (захир), аяты с однозначным смыслом (мансус), аяты с неограниченным значением (мутлак), аяты с общим значением (ʼамм) и другие положения. Так, необходимо знать Сунну, отличать достоверные хадисы от слабых, знать хадисы муснад, мурсаль, муʼдаль, знать их толкования, знать историю этих хадисов: что было раньше, а что позже — и так далее. Помимо этого, нужно знать иджмаʼ во всех вопросах Ислама. И мало кто знает все это.

Известно, что в этих вопросах много разногласий, разрешить которые сложно.

Есть еще одна история, касающаяся условий достоверности хадиса и его практики, по которым у ученых есть расхождения. Ее передает ас-Саймари в книге «Ахбар Аби Ханифа ва асхабихи» (С. 141 – 143). Суть ее такова:

ʼИса ибн Харун пришел к аббасидскому халифу аль-Маъмуну (сыну Харуна ар-Рашида) с книгой, в которой он собрал некоторые хадисы, и сказал правителю:

- Здесь хадисы, услышанные нами с тобой от шейхов, которых Ар-Рашид выбрал для тебя. А ты приблизил к себе людей (он имел в виду учеников Абу Ханифы), которые говорят то, что противоречит этим хадисам. И если он правы, то Ар-Рашид ошибся в выборе шейхов для тебя. А если Ар-Рашид был прав, то тебе нужно удалить от себя ошибающихся»

Аль-Маъмун принял книгу и сказал:

- Наверное, у этих людей есть доводы. Я спрошу их об этом.

И он по очереди показал книгу трем людям. Никто из них не смог ему помочь.

Весть об этом дошла до ʼИсы ибн Абана, который до того не посещал халифа. И он написал книгу «Аль-Худжа ас-сагыр», начав в ней с видов хадиса, с того, как они передаются, какие из них принимаются, а какие — нет, и что делать, если мы услышали два хадиса, которые противоречат друг другу. Затем он пояснил контекст тех хадисов, разделил их по темам и в каждой теме привел доводы имама Абу Ханифы, и его мнения, и хадисы, на которые имам опирался, и его кыяс (суждение по аналогии). Короче говоря, он тщательно разобрал этот вопрос. В конце концов, книга попала к Аль-Маъмуну. Тот прочитал ее и сказал: «Вот нужный ответ!» — а затем прочитал такие стихи:

Юноше завидовали те, кто не достиг его положения,
Люди стали ему врагами и соперниками,
Подобно тому, как другие жены говорят о лице самой красивой жены
Из зависти и злости: «Оно уродливо».
« Последнее редактирование: 16 Ноября 2017, 01:08:30 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Можно ли практиковать слабые хадисы?

Что касается второго вопроса – практикуется ли из Сунны то, достоверность чего однозначно не установлена, – то ответ будет следующий:

Ученые единогласно считают, что хадис, имеющий степень достоверного (сахих) или хорошего (хасан), пригоден для практики и использования в качестве довода для решений (хукмов) Шариата.

Что касается слабого (даʼиф) хадиса, то мнение большинства ученых состоит в том, что его можно практиковать в желательных вещах и похвальных поступках при наличии определенных условий. И это положение широко известно.

Однако некоторые имамы допускали использование слабых хадисов в вынесении шариатских решений, в вопросах дозволенного и запретного, предпочитая слабый хадис кыясу (аналогии), который является одним из источников Шариата, что признает подавляющее большинство Исламских ученых. Можно даже сказать, [его признают] все, кроме тех, кто сбился с верного пути, о чем мы сейчас говорить не будем.

И это мнение трех из четырех имамов-муджтахидов: Абу Ханифы, Малика и Ахмада *, а также некоторых имамов-мухаддисов: Абу Дауда, ан-Насаи, Абу Хатима**, — но с двумя условиями:

- Чтобы хадис не был слишком слабым.

- Чтобы в этой теме не было другого (более сильного) хадиса.


* «Аль-Миркат аль-мафатих, шарх Мишкат аль-масабих» имама Али аль-Кари, рахимахуллах, (т. 1, с. 19). Имам Ибн Хуммам аль-Ханафи сказал в «Фатх аль-Кадир» (т.1, с. 417): «Желательность (истихбаб) устанавливается слабым, но не вымышленным хадисом». Это можно найти у ранних ученых по ханафитскому усулю: например, у имама ас-Сарахси в книге «Аль-Усуль» (т. 2, с. 113).

Имам шафиитов ан-Навави сказал в книге «Аль-Азкар» (с. 7-8): «Ученые в области хадиса, фикха и других наук сказали: «Разрешено практиковать слабый хадис в похвальных действиях, для воодушевления и предостережения, если этот хадис не вымышленный. Что же касается таких хукмов, как запретное и дозволенное, вопросы торговли, брака, развода и др., то в них нельзя практиковать хадис, если он не достоверный или хороший, кроме случаев предосторожности: например, если есть слабый хадис о нежелательности определенных видов торговли или брака, то похвальным будет воздержаться от этого, хотя и не обязательно».

В книге «Нашр аль-бунуд ʼаля мараки ас-суʼуд» (т. 2, с. 63), на которую опираются поздние маликиты в усуль аль-фикх, сказано: «Примечание. Известно, что имам Малик и согласные с ним приводили хадис мурсаль [в цепочке его передатчиков пропущен сподвижник] как довод. Поэтому хадис мункатыʼ [пропущен один передатчик] и муʼдаль [пропущены два передатчика] – довод для них из-за приемлемости называния этих видов хадиса «мурсаль» в понимании усуль аль-фикх».

От имама Ахмада же передают разные мнения. Но вопрос закрыл Ибн ан-Наджар аль-Ханбали в книге «Шарх аль-каукаб аль-мунир» (т. 2, с. 573), приведя слова имама: «Я не выступаю против слабого хадиса, если в этой теме нет того, что ему противоречит». И это известное мнение, передаваемое от него. И перед вами [в самом тексте книги] цитата из него от Ибн Хазма. Также необходимо ознакомиться с тем, что содержится в книге «Иʼлям аль-муваккыʼин» (т. 1, с. 31)


** «Фатх аль-мугыс» ас-Сахави (т. 1, с. 80, 267). То же в других книгах по наукам о хадисах. Также «Хашия Ас-Синди ʼаля Сунан ан-Насаи» (т. 1, с. 6), «Аль-Джарх ва ат-таʼдиль» Ибн Аби Фатима (т. 8, с. 347 (1590)). Его слова также передает имам ан-Навави в «Тахзиб аль-асма ва аль-люгат» (т. 2, с. 86), но приписывает их его сыну, тогда как контекст указывает на то, что это слова самого Абу Хатима.


Также это мнение Ибн Хазма. Он пишет в книге «Аль-Махалля»:

«И это предание (асар) – о дуа-кунут – хотя и не из тех, подобные которым приводят в качестве довода, однако мы не нашли ничего другого, переданного от Пророка, ﷺ. И Ахмад ибн Ханбаль, да помилует его Аллах, сказал: «Слабый хадис более любим мною, чем суждение». И Али — Ибн Хазм имеет в виду себя — сказал: «И мы скажем то же самое»».

Сын имама Ахмада ибн Ханбаля Абдуллах сказал: «Я спросил отца о человеке, который живет в месте, где есть знаток хадисов, однако не способный отличить достоверные от слабых, и тот, кто выносит решение по своему суждению. И у этого человека возник вопрос. К кому из этих двоих ему следует обратиться? И мой отец ответил: «Пусть спросит знатока хадисов и пусть не спрашивает выносящего решение по своему суждению. Слабый хадис сильнее суждения»» («Аль-Махалля» Ибн Хамза (т. 1, с. 68). Похожее приводит имам ас-Сахави в «Фатх аль-Мугыс» (т. 1, с. 80). Иснад этого сообщения достоверный).

Даже сам имам аш-Шафии принимал хадис мурсаль, когда не находил по этой теме другого хадиса, притом что он считал хадис мурсаль слабым. Это передает от имама аш-Шафии ас-Сахави в «Фатх аль-Мугыс» (Т. 1, с. 80, 142, 268) через имама шафиитов аль-Маварди.

Наш учитель, шейх Абдуллах ас-Садык аль-Гумари, пишет в книге «Ар-Радд аль-мухкам аль-матин ʼаля китаб Аль-Кауль аль-мубин» («Опровержение книги «Аль-Кауль аль-Мубин»» Мухаммада аль-Мухаймира) (С. 193):

«Их слова: «Слабый хадис не берется для вынесения решений»  — имеют не абсолютный смысл, в отличие от представления большинства людей или даже всех. В нашей библиотеке есть рукопись книги «Аль-Миʼяр», которую ее автор – один из хафизов 8-го века по хиджре – разделил по главам фикха. В каждой главе он приводит слабые хадисы, которые принимали четыре имама вместе или по отдельности, доказывая их слабость и упоминая их недостатки. И это очень ценная книга, свидетельствующая об обширном знании автора, о его глубоком погружении в науки фикха, хадиса и расхождений. И я не далек от мысли, что ее автор – Ибн аль-Муляккын» *.

* Я [шейх Мухаммад Аввама] говорю: «Автор книги «Аль-Миʼяр» — Тадж ад-дин Абуль-Хасан Али ибн Аби Мухаммад Абдуллах ибн Аль-Хасан ибн Аби Бакр Аль-Ардубили Ат-Тибризи (677-746 г. по хиджре), да помилует его Аллах. Его биография есть в «Табакат» ас-Субки (т. 10, с. 137) и у Ибн Хаджара в «Ад-Дурар аль-камина» (т. 3, с. 72).
Эта книга состоит из двух томов, у меня есть копия ее первого тома, на ней надпись рукой хафиза Ибн Хаджара: «Книга «Аль-Миʼяр» Таджа ат-Тибризи, первая часть. В ней приводятся все разделы хукмов. Второй том включает в себя вопросы похвальных деяний и т. п.» Это взято из предисловия автора. Также автор пишет в предисловии: «Я собрал в этой книге тексты некоторых слабых и вымышленных хадисов, которые люди часто используют для доказательства положений фикха, и которыми свидетельствуют в вопросах основ (усуль), и на которые опираются в ответвлениях (частных положениях фикха)».
Эти слова явно указывают на то, что эти хадисы приводили как доказательство ученики четырех имамов: не сами имамы Абу Ханифа, Аш-Шафии, Малик и Ахмад, но их последователи, факихи, собравшие их мазхаб в книги, которые попытались доказать решения имамов теми хадисами, которые знали. Об этом мы будет говорить подробно далее в этой книге.
Слова же нашего учителя, шейха аль-Гумари, «…он приводит слабые хадисы, которые принимали четыре имама вместе или по отдельности» не очень точные. Лучше было бы сказать: «Он приводит хадисы, которые использовали в качестве доказательства последователи имамов».
Первый том этой книги издан в трех частях в Дамаске в 1426-м году по хиджре в издательстве «Халдун аль-Баша». И помощь лишь от Аллаха».



Имам аль-Байхакы, рахимахуллах, перечислив разногласия в отношении имени одного из передатчиков, пишет в «Ас-Cунан аль-кубра» (Т. 2, с. 271) в разделе о черте перед молящимся, которая заменяет собой преграду: «Имам аш-Шафии, рахимахуллах, взял этот хадис в качестве довода в своем старом мазхабе (кадим) и воздержался от этого в новом (джадид). Он так сказал об этом в книге аль-Бувейти (Имам Абу Яʼкуб аль-Бувейти, один из ближайших учеников имама аш-Шафии, передавал его мнения в книге «Аль-Мухтасар» (прим. пер.)):

«И молящийся не проводит черту перед собой, если нет по этой теме сильного хадиса, тогда пусть последует за ним». Кажется, что он обнаружил то разногласие в иснаде (этого хадиса), которое мы привели. И в этом нет проблем, иншаАллах, — в подобных решениях».

И на эти слова имама аль-Байхакы опирался Ибн ас-Салях, взяв указанный хадис примером для хадиса «аль-мудтараб»* в своей «Мукаддиме» по наукам о хадисе, в девятнадцатом разделе.

* «Хадис аль-мудтараб» – это хадис, передаваемый в разных равнозначных (по достоверности) формах от одного или нескольких передатчиков, так что невозможно предпочесть один вариант другому (прим. пер.)

Имам ан-Навави пишет в «Аль-Маджмуʼ» (Т. 1, с. 100): «Предпочтение (одного мнения другому) на основе хадиса мурсаль допустимо», — хотя известно, что он считал хадис мурсаль слабым.

Также у практики слабого хадиса есть и другой аспект: когда есть хадис, слова которого могут иметь разные смыслы и нет возможности выбрать один из них, а также есть слабый хадис, который помогает выбрать один из смыслов, то берется смысл, установленный слабым хадисом, несмотря на его слабость. И на это указывали многие имамы, как ранние, так и последующие.

Имам аль-Байхакы пишет в предисловии к книге «Даляиль ан-нубувва» («Ад-Даляиль», т. 1, с. 69): «Я захотел – если это угодно Аллаху – собрать дошедшие до нас сообщения о чудесах (муʼджизат) нашего Пророка Мухаммада, ﷺ, и доказательства его пророческой миссии, отделив, как я делаю в своих сочинениях, достоверные хадисы от слабых, известные (маʼруф) от неизвестных (гариб), кроме случаев, когда смысл достоверных и известных не понятен без них (без слабых и «гариб»). Тогда я их привожу. При этом опора – на предшествующие им достоверные и известные (хадисы), согласно мнению историков газаватов (магази) и (общей) истории».

Имам Ибн Джузай аль-Кальби аль-Малики, рахимахуллах, в предисловии к своему тафсиру «Ат-Тасхиль» перечисляет двенадцать способов предпочтения одного мнения другому в случае разногласий толкователей Корана: «Если что-то в толковании Корана передается от Пророка, ﷺ, то мы полагаемся на это, особенно если это передано в достоверном хадисе».

То, что имам сказал «особенно», означает, что и слабый хадис принимается для выбора одного из мнений, при наличии противоречивых толкований священного аята.

И это продемонстрировал имам Ибн аль-Каййим, рахимахуллах, в книге «Тухфа аль-маудуд»(С. 29-30). Есть разногласия среди ученых в толковании слова «العول» в словах Всевышнего Аллаха в начале суры «Ан-Ниса»:

ذَلِكَ أَدْنَى أَلاَّ تَعُولُواْ

Перевод смысла: «Это (женитьба лишь на одной женщине) – ближе, чтобы избежать «العول»» («Ан-Ниса», аят 3).

Имам аш-Шафии, рахимахуллах, считал, что это слово означает «множество детей», а большинство толкователей Корана, как ранних, так и поздних, считали, что это значит «несправедливость».
И автор (имам Ибн аль-Каййим) предпочел мнение большинства по нескольким причинам:

«Это (толкование) передается от Пророка, ﷺ, пусть даже оно из неизвестных (гараиб), поскольку это (такие хадисы) подходят для выбора (одного из двух или более мнений)». И речь идет о хадисе, переданном нашей госпожой Аишей, который приводится в книге чуть выше. Согласно ему, Пророк, ﷺ, сказал: «Не будьте несправедливыми». Этот хадис передал Ибн Хиббан («Аль-Ихсан», т. 9, с. 338 (4029)) как «марфуʼ», притом что Абу Хатим ар-Рази сказал: «Этот хадис ошибочен. Он достоверен от Аиши как «маукуф»». И такое мнение (что этот хадис слабый) передается от многих саляфов. При этом Ибн аль-Каййим считал, что он подходит для предпочтения одного толкования другому.

И мавляна, шейх Мухаммад Юсуф аль-Баннури, рахимахуллах, объясняет в ценнейшей книге «Маʼариф ас-сунан» (Т. 1, с. 105) хадис, согласно которому Пророк, ﷺ, справлял малую нужду стоя, говоря, что это было из-за боли во внутренней стороне колена, как передал имам аль-Байхакы, и пишет: «И его санад (хадиса от Байхакы) – несмотря на то что он слабый – достаточен для пояснения этого момента».

Таким образом, мы выяснили, что у имамов саляфов слабый хадис имел ценность и признание, в отличие от того [отношения к нему], что некоторые люди распространяют в наши дни, отвергнув его полностью, поставив в один ряд с вымышленным хадисом и поместив их в одну «сильсилю» (серию).
« Последнее редактирование: 08 Января 2016, 19:25:38 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Установление принадлежности слов хадиса Посланнику Аллаха, ﷺ

Что касается третьего вопроса – а именно установления принадлежности слов Посланнику Аллаха, ﷺ, – то я имею в виду под этим, что нам необходимо убедиться, что он действительно выразил именно такой смысл именно этими словами, а не какими-то другими.

И эта необходимость проявляется в ситуации, когда хадис приходит в двух формулировках, хукмы одной из которых иные, нежели хукмы другой.

И из-за этого возникают разногласия настолько обширные, что их границ не знает никто, кроме тех, кто посвятил себя этому, таких как имамы- муджтахиды, да будет Аллах ими доволен.

Также этот вопрос известен у специалистов по хадису и усуль аль-фикх под названием «передача хадиса по смыслу».

Большинство ученых Ахлю-с-Сунна сочло, что это дозволено с условием, чтобы передающий хадис по смыслу был знатоком арабского языка, хорошо бы знал все нюансы выражений. Это условие нужно, чтобы исключить вариант, когда передатчик заменяет одни слова на другие с иным смыслом, думая, что они несут одинаковый смысл («Аль-Кифая»Хатыбааль-Багдади, рахимахуллах, с. 198 ис. 167).

Имама Абу Ханифа, рахимахуллах, поставил еще другое условие, важность которого способен оценить только тот, кто сам сталкивался с этим: чтобы передающий хадис по смыслу был бы знатоком фикха («Фикх ахли Ирак ва хадисухум» аль-Каусари, с. 35), для того чтобы понимать, какие следствия вытекают из употребления тех или иных слов.

Теперь приведем примеры:

1.Абу Дауд (Т. 4, с. 49 (3184)) передал от Ибн Аби Зиъба: «Салих, вольноотпущенник ат-Тауамы[4], передал мне от Абу Хурайры, ؓ, который сказал: «Посланник Аллаха,ﷺ, сказал:

مَنْ صَلَّى عَلَى جَنَازَةٍ فِي الْمَسْجِدِ فَلَا شَيْءَ عليه

«Кто прочитает намаз по покойному в мечети, то нет ничего против него»» (в значении: нет проблем так поступать. Прим. пер.).

* Салих, вольноотпущенник ат-Тауамы или Ат-Туамы, правдив, однако путался в конце. Но его передачи Ибн Аби Зиъбу были до путаницы, поэтому его передачи достоверны и принимаются. Для пояснения этого момента я и привел данную часть иснада хадиса. Этот пример опровергает мнение тех, кто, не понимая, говорит: «Зачем он приводит вымышленный или подобный тому хадис?!» — опираясь на слова аль-Манави в «Файд аль-Кадир» (т. 6, с. 171). Удивительно, как люди осмеливаются опровергать имамов, обвинять их в заблуждении, не выходя в область реального знания, оставаясь в пределах одной единственной книги. Где уж им понять и постичь сложные научные вопросы!
Ибн аль-Каййим посчитал этот хадис «хасан» в «Зад аль-маʼад» (т. 1, с. 501), также см. его слова в хашия на «Тахзиб Сунан Аби Дауд» аль-Мунзири (3603) и убедитесь, что там приводятся слова Ибн Абдиль-Барра из «Ат-Тамхид» (т. 21, с. 221) от слов автора: «Он достоверный (сахих), нечего возразить на это», — до слов: «Он достоверный (сахих), нечего возразить на это, как сказано в «Ат-Тамхид»».


Так передано в некоторых рукописях и старых вариантах. В других же вариантах: «فلا شيء له», то есть «нет ничего для него» (в противоположном значении: так поступать не нужно. Прим. пер.). В копии аль-Хатыба аль-Багдади – оба варианта. Абу Али аль-Луюълюи сомневался в этом, а он, как известно, тот, кто передал «Сунан Аби Дауд» от его автора.

Вариант с «له» усиливают следующие доводы:

Именно его передают Ибн аль-ʼАбд и Ибн Дасах от Абу Дауда (См. «Сунан Аби Дауд» (3184) с моими примечаниями). Он также передается Абдур-Раззаком от Муʼаммара и ас-Саури, Ахмадом, ат-Тахави в «Маʼани аль-асар», Абу Даудом ат-Таялиси в его «Муснаде» ( Ат-Таялиси, 304 (2310); «Мусаннаф» Абдур-Раззака (6579); Ахмад, т. 2, с. 444, 455; ат-Тахави, т. 1, с. 492) с добавлением слов Салиха, вольноотпущенника ат-Тауамы: «Я застал людей, которые видели Пророка, ﷺ, и Абу Бакра. Когда они приходили и видели, что похоронный намаз совершается в мечети, они уходили, не совершив его». Ибн Аби Шейба в «Мусаннафе» (№ 12097, под моей редакцией) передает эти слова иначе: «Салих сказал про хадис «кто прочитает намаз по покойному в мечети, то нет ничего для него»: «Сподвижники Посланника Аллаха, ﷺ, не совершали намаз и уходили, когда им не хватало места»».

Имам аль-Байхакы передает в «Ас-Сунан аль-кубра» (Т. 4, с. 52) этот хадис двумя путями через Абдур-Раззака в вышеуказанной формулировке. К одному из вариантов идет добавление от самого Салиха: «Я видел как тело (джаназа) положили в мечети. И я видел, как Абу Хурайра, когда не находил места (для намаза) вне мечети, уходил и не совершал намаз». Этого добавления нет в изданной версии «Мусаннафа» Абдур-Раззака.

Также есть вариант, переданный Ибн Маджа (Т. 1, с. 486 (1517)) через Ибн Аби Зиъба, со словами «فليس له شيئ»(нет ничего для него).

Поэтому и сказал аль-Хатыб: «Вариант «махфуз» *: فلا شيء له». То же в «Насб ар-рая» (Т. 2, с. 275).
* В случае, если есть два противоречащих друг другу хадиса, то сильный вариант называется «махфуз», а слабый, отвергаемый вариант – «шазз». Прим. пер.

Те из имамов, которые взяли вариант «فلا شيء عليه», посчитали дозволенным совершать похоронный намаз в мечети без какой-либо нежелательности. И это мазхаб имама аш-Шафии и других. А те, кто предпочел второй вариант («فلا شيء له»), высказались о нежелательности совершать джаназа-намаз в мечети. И таков мазхаб имама Абу Ханифы и др.

Второй пример: хадис о покашливании Пророка, ﷺ, или тасбихе (восхвалении Аллаха) в намазе, когда Али, да будет Аллах им доволен, попросил разрешения войти *.

* Передают со слов Али: «Посланник Аллаха, ﷺ, разрешил мне навещать его дважды: вечером и днем. Если же я приходил к нему, когда он совершал намаз, то он покашливал, давая мне знать о себе». Этот хадис передали Ахмад, ан-Насаи и Ибн Маджа (Булюг аль-Марам, 221). И в другой версии этого хадиса вместо «покашливал» сказано «совершал тасбих» (Субуль ас-салям). Прим. пер

Передатчики этого хадиса разошлись во мнениях, было это слово «покашливание» или «тасбих».

Хадис можно найти в сборнике ан-Насаи и Ибн Хузеймы (Ан-Насаи (Ас-Сугра), т. 3, с. 12 (1211-1213). Ибн Хузейма, т. 2, с. 54 (902 – 904). «Ат-Талхыс аль-хабир», т. 1, с. 283), который назвал главу «Облегчение в виде покашливания, если это слово, насчет которого есть расхождения, достоверно». Более подробно можно прочитать в «Хашия ас-Синди» к сборнику ан-Насаи и в книге «Ат-Талхыс аль-хабир» (Ибн Хаджара), и кажется, что в копии сборника ан-Насаи, которой обладал Ибн Хаджар, было сказано «совершил тасбих».

По этой причине возникло и расхождение в решениях фикха. В мазхабе имама Ахмада: произнесение тасбиха с целью дать понять, что ты совершаешь намаз, не влияет на его действительность. Что же касается покашливания, то в мазхабе есть мнение, что это нарушает намаз. Однако поздние ханбалиты вынесли решение, что это нежелательно, поскольку есть расхождения, действителен намаз или нет («Аль-Мугни», т. 1, с. 706-707. «Шарх мунтаха аль-ирадат», т. 1, с. 201).

В шафиитском мазхабе тасбих не нарушает намаз никогда. И есть сильное мнение, что намаз нарушается покашливанием, если в результате его проявились две буквы, как сказано в «Аль-Маджмуʼ» (Т. 4, с. 10, 21).

Что касается ханафитов, то и у них тасбих не нарушает намаз, а покашливание без необходимости нарушает намаз. Необходимость может возникнуть для улучшения голоса для чтения или для оповещения, что человек совершает намаз (См. «Хашия Ибн Абидин», т. 1, с. 416. Также следует обратить там внимание на цитату выдающегося факиха Ибн Амира Хаджа из «Хальба аль-Маджали»).

Третий пример: аль-Бухари (Т. 2, с. 117 (636)) и другие передали от Ибн Аби Зиъба от аз-Зухри от Саʼида ибн аль-Мусайиба от Абу Хурайры, что Пророк, ﷺ, сказал: «Когда услышите икамат, идите на намаз со спокойствием и достоинством, не торопясь. И совершите то, что застанете, и завершите то, что пропустили».

И Абдур-Раззак передал в «Аль-Мусаннаф», и от него – имам Ахмад в «Аль-Муснад» от Муʼмара, а также аль-Хамиди в «Аль-Муснад» от Ибн ʼУейны, и они оба – от аз-Зухри, который передает от Саʼида ибн аль-Мусайиба этот хадис от Абу Хурайры со словами «восполните то, что пропустили» («Аль-Мусаннаф», т. 2, с. 287 (3399). «Аль-Муснад» имама Ахмада, т. 2, с. 270. Аль-Хамиди, т. 2, с. 418 (935)).

Также в «Муснаде» передается от Анаса с иснадом от Абу Хурайры до Пророка, ﷺ, (хадис марфуʼ): «Пусть восполнит то, что пропустил». То же у Абу ʼАуаны («Аль-Муснад», т. 3, с. 243, 252. «Сахих» Абу ʼАуаны, т. 2, с. 109).

Расхождение в данном случае небольшое и касается единственного слова: «завершите» или «восполните», – однако из этого вытекает важное разногласие в решениях фикха.

Суть вопроса такова: если молящийся присоединился к коллективному намазу в четвертом ракаате, как ему восполнять три предыдущих ракаата, которые он пропустил?

Из смысла первой версии хадиса («завершите») вытекает то, что молящийся считает четвертый ракаат, совершенный им за имамом, своим первым ракаатом, и после саляма имама он встает и выполняет второй ракаат, поскольку он «завершает» свой намаз. Он читает в своем втором ракаате суру «Аль-Фатиха» и другую суру и не читает вступительное дуа, то есть читает все то, что нужно читать во втором ракаате намаза, если бы он совершал его в одиночку. Закончив таким образом второй ракаат, он садится и читает ташаххуд, после чего встает и завершает намаз, выполнив оставшиеся два ракаата, читая в них только суру «Аль-Фатиха». И это мазхаб группы ученых, среди которых – имам аш-Шафии, да будет Аллах им доволен.

Из смысла же второй версии хадиса («восполните») следует то, что молящийся считает четвертый ракаат, совершенный им за имамом, своим четвертым ракаатом. И после саляма имама он встает и совершает первый ракаат своего намаза, поскольку он «восполняет» то, что пропустил. Он читает в нем вступительное дуа, суру «Аль-Фатиха» и другую суру, как бы он читал в первом ракаате намаза, если бы совершал его в одиночку. Однако после этого ракаата он, тем не менее, садится и читает ташаххуд. Затем он встает и читает «Аль-Фатиху» и другую суру, а в своем последнем ракаате читает только «Фатиху». И это мазхаб группы ученых, среди которых ханафиты. И это практика смыслов обеих версий: в плане чтения сур это восполнение, а в плане сидений (для чтения ташаххуда) это завершение (См. остальные хукмы, вытекающие из этого разногласия в версиях хадиса, в «Аль-Бахр ар-раик» (т. 1, с. 400 – 403) и в «Хашия Ибн Абидин» (т. 1, с. 596))

Есть немало и других случаев, когда различие решений фикха обусловлено разницей в двух словах, чему передатчик зачастую даже не придает значения. Однако если бы он был факихом, знающим, какие именно решения фикха вытекают из различия между двумя этими словами, то он бы выбрал одно из них и не стал бы заменять его другим, оправдывая это тем, что он передает хадис по смыслу, а это разрешено.

Примеров такого рода множество, простым исследованием невозможно установить точное их количество. Я приведу один пример, в котором один из крупнейших имамов в хадисе ошибся из-за того, что допустил вольность в передаче хадиса, оправдывая это тем, что передавал его по смыслу.

Я приведу длинную цитату из книги «Аль-Кифайя» аль-Хатыба (аль-Багдади), основа которой взята из книги Кады ар-Рамахурмузи «Аль-Мухаддис аль-фасыль»( «Аль-Кифайя», с. 167 – 168. «Аль-Мухаддис аль-фасыль», с. 389 – 390).

Аль-Хатыб пишет: «Желательно для него – то есть для передатчика – передавать хадисы дословно, поскольку это безопаснее. Если же он передает по смыслу, а не дословно, то необходимо, чтобы он проявлял большую осторожность и следил за тем, чтобы не изменить смысла таким образом, чтобы из-за этого изменится решение (хукм)».

Затем имам приводит по цепочке от Мусы ибн Сахля ибн Касира, от Ибн ʼУлеййи, от Абдуль-Азиза ибн Сухайба, что Анас ибн Малик сказал: «Посланник Аллаха, ﷺ, запретил использование шафрана для мужчин».

После чего имам привел этот хадис по другой цепочке: от Шуʼбы, от Ибн ʼУлеййи со словами: «Пророк, ﷺ, запретил использование шафрана».

Потом имам привел с иснадом до Ибн ʼУлеййи, что тот сказал: «Шуʼба передал от меня единственный хадис, в котором он ошибся. Я ему передал от Абдуль-Азиза ибн Сухайба, а тот – от Анаса, что Пророк, ﷺ, запретил использовать шафран мужчинам, а Шуʼба говорил, что Пророк, ﷺ, запретил использовать шафран».

И я говорю, то есть аль-Хатыб: «Ты видишь, что Исмаʼиль порицал Шуʼбу за то, что тот передал данный хадис с общим запретом использования шафрана, в то время как, на самом деле, запрещено использовать шафран только мужчине. И Шуʼба имел в виду общий смысл и не вник в то, что разъяснил ему Исмаʼиль. Поэтому мы и сказали: «Передавать хадис дословно более безопасно, чем по смыслу»».

И я говорю (шейх Аввама): и Шуʼба знал высокую степень Исмаʼиля ибн ʼУлеййи в фикхе и даже называл его «благоухающим цветком факихов» и «господином мухаддисов».

Что касается самого Шуʼбы, то хафиз Ибн Абдуль-Хади в книге «Ат-Танкых» (как приводится в «Насб ар-райя» (т. 4, с. 174). Также следует обратиться к моему предисловию к «Мусаннафу» Ибн Аби Шейбы (т. 1, с. 63)) сказал о нем: «Шуʼба не был искусен в фикхе». Более того, отсутствие глубоких знаний Шуʼбы в фикхе привело к тому, что он критиковал одного передатчика, заслуживающего доверия («сика»), который передал некий хадис, который, по мнению Шуʼбы, противоречил другому хадису на эту тему. За это Шуʼба его критиковал, а другие последовали за ним в порицании этого передатчика только на основании слов Шуʼбы. Подробнее об этом можно узнать в вышеуказанной книге.

Далее аль-Хатыб приводит с иснадом до Мухаммада ибн аль-Мункадира слова: «Факих, который передает людям хадисы, становится посредником между Аллахом и Его рабами, и пусть он следит за тем, что передает».

Также имам передает и другие слова с таким смыслом со своими иснадами. Среди них – слова имама Ибрахима ан-Нахаʼи, да помилует его Аллах (которые полностью мы приведем в книге далее): «Поистине, можно увидеть шейха (передатчика хадисов), который передает хадис, путая дозволенное и запретное, но не чувствуя этого».

По этой причине имамы предпочитали хадисы, которые передают факихи, тем, которые передают не факихи. И Кады ар-Рамахурмузи поместил в свою книгу «Аль-Мухаддис аль-фасыль» (С. 238. Также эта история приводится в «Маʼрифа ʼулюм аль-хадис» аль-Хакима (с. 11) и в «Аль-Мадхаль иля ас-Сунан аль-кубра» имама аль-Байхакы (с. 95 – 96), см. также примечания к ней) отдельную главу под названием «Речь о превосходстве того, кто объединил в себе «ривая» (заучивание и передача хадисов) и «дирая» (изучение их смыслов и вытекающих из них хукмов)». Первая история в этой главе рассказывает об имаме Вакиʼе ибн аль-Джаррахе, который спросил однажды у своих учеников: «Какой иснад предпочтительнее: аль-Аʼмаш от Аби Ваиля от Абдуллаха ибн Масʼуда или Суфьян ас-Саури от Мансура от Ибрахима от ʼАлькамы от Абдуллаха?» Ученики сказали: «Аʼмаш от Аби Ваиля ближе, то есть это более высокий иснад (то есть меньше число передатчиков до Пророка, ﷺ)». Вакиʼ ответил: «Аль-Аʼмаш – шейх, Абу Ваиль – шейх. Однако Суфьян от Мансура от Ибрахима от ʼАлькамы от Абдуллаха – это факих передает от факиха от факиха от факиха».

В конце книги «Аль-Кифая» (С. 436) аль-Хатыб выносит решения относительно некоторых хадисов и пишет: «И предпочтительно, чтобы хадис передавался факихами, поскольку внимание факиха к решениям (хукмам), вытекающим из хадисов, более пристальное, чем у других». Затем он приводит эту историю про Вакиʼа и добавляет в конце следующие его слова: «Хадис, который передают факихи, лучше, чем тот, что передают шейхи».

Затем имам передает по цепочке от Ибрахима ибн Саʼида аль-Джаухари от Вакиʼа, что тот сказал: «Мне больше нравится хадис от факихов, чем хадис от шейхов».

И я говорю: Ибн Аби Хатим в книге «Аль-Джарх ва ат-таʼдиль» (Т. 2, с. 25) приводит ту же историю от Вакиʼа, однако там его ответ в конце имеет более общий характер, чем в предыдущей версии: «Хадис от факихов им нравился больше, чем хадис от шейхов».

И в этой версии Вакиʼ, да помилует его Аллах, передает мнение группы имамов по хадису, а не только свое собственное мнение. Ибн Хиббан, да помилует его Аллах, придавал такое значение этому (передаче хадиса факихами), что делал этот аспект важным при предпочтении (тарджих) того или иного хадиса. Он пишет в предисловии к своему сборнику «Ас-Сахих» (Т. 1, с. 159) (цитата приведена сокращенно): «Что касается добавления слов (от передатчиков) в хадис, то оно не принимается, кроме случаев, когда это делает тот, кто обладает обширными знаниями в фикхе, потому что знатоки хадисов придавали наибольшее значение заучиванию имен (передатчиков) и иснадов, а не самим текстам хадисов. Если мухаддис, обладающий знанием фикха, возводил некую передачу к Пророку, ﷺ, я не принимаю это, если этого нет в его книге, и также не принимаю от знатока хадисов, хафиза, достигшего совершенства, добавленные им к хадису слова, поскольку его знание, в основном, касается иснадов. И таково безопасное мнение в принятии добавлений слов к хадисам».
« Последнее редактирование: 21 Марта 2017, 00:38:18 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Установление правильности текста хадиса с точки зрения правил арабского языка

Что касается четвертого вопроса (установления правильности текста с точки зрения арабского языка), то это значит, что необходимо исследовать, в какой форме Пророк, ﷺ, произнес то или иное слово – в форме рафʼа, насба, джарра* и т. д. **?

* Состояния слова в арабском языке, отдаленно напоминающие падежи в русском. Прим. пер.

** То, в какой форме употреблено то или иное слово в хадисе, передается учеными, обращавшими внимание на разногласия в этом между передатчиками. И опираться в этом вопросе надо на передачу, а не на расставленные в книгах огласовки. И это очевидно для студента, получающего шариатские знания, и нет нужды лишний раз напоминать об этом.

Однако я решил напомнить об этом после одной истории (не знаешь, смеяться от нее или плакать), которую рассказал мне мой учитель из Хомса, шейх аль-кура (знаток чтений Корана), выдающийся ученый во многих науках шейх Абдуль-Азиз ʼУюн ас-Суд (1335 – 1399 г. по хиджре), да помилует его Аллах. Он рассказал мне эту историю в месяце Шавваль 1398-го г. по хиджре: «Перед самым азаном на дневной намаз ко мне в мечеть вошел мужчина, которого я видел впервые. Затем мой шейх – Насыр аль-Албани – представил мне его. Этот человек сел в ожидании азана. И когда муаззин начал: «Аллаху акбарА-Ллаху акбар!..» – этот человек сказал с гневом и возмущением: «Это ошибка! Это нововведение!» И наш шейх спросил:

‒ Что именно ошибка и нововведение?

Мужчина сказал:

‒ Это противоречит тому, что в «Сахихе» Муслима!

Шейх спросил:

‒ А что в «Сахихе» Муслима?

 ‒ В «Сахихе» Муслима передается «Аллаху акбарУ-Ллаху акбар!»

Шейх ответил ему вежливо и спокойно:

‒ Вам сообщили ваши шейхи от своих шейхов и так до имама Муслима, что он передал этот хадис с «даммой» («акбарУ»), или вы увидели огласовку в книге?

Шейх сказал:

‒ Этот человек замолчал, и я замолчал. Затем мы прочитали намаз, и он ушел».

Пусть разумный человек сам сделает вывод! У этого человека был только один шейх из Халяба, который просто передал ему иджазу на хадисы, он не слышал их от него, не посещал его уроки длительное время.

В книге «Аль-Ильмаʼ» Кади ʼИяда (с. 28) написано, что аббасидский халиф Муʼтасым сказал имаму Ахмаду: «Поговори с Ибн Аби Даудом». Тогда имам Ахмад отвернулся и сказал: «Зачем я буду говорить с тем, кого ни разу не видел у дверей ученого?!» Также смотрите «Адаб аль-ихтиляф» (с. 162) и далее.




И мы знаем, насколько точен арабский язык, насколько важные отличия в смысле возникают из-за малейшего различия морфологической, синтаксической или лексической формы.

И необходимость такого исследования возникает в случае, когда от передатчиков передается одно и то же слово в разных формах. Это подобно нашему примеру из разбора третьего вопроса. Если мы могли бы выбрать в том хадисе одно из двух переданных слов, то мы устранили бы основанное на этом разногласие в вопросах фикха. А раз переданные версии хадиса противоречат друг другу, то возникает фикховое разногласие.

И я приведу цитату из Ибн Кутайбы, в которой эта тема великолепно разъясняется и из которой видна ее важность. Затем я приведу конкретные примеры, объясняющие важность этого вопроса.
Он, да помилует его Аллах, пишет в книге «Таъвиль мушкиль аль-Куран» (С. 14-16. И подобные слова можно найти в книге «Аль-Инсаф фи ат-танбих ʼаля аль-маʼани валь-асбаб алляти ауджабат аль-ихтиляф бейна аль-муслимин фи араихим» Ибн ас-Сеййида аль-Батальяуси, да помилует его Аллах (с. 170 и далее). И даже некоторые примеры у них совпадают):

«У них, то есть у арабов, есть иʼраб (изменение последней огласовки слова), который Аллах сделал украшением их речи, и сокровищем ее упорядоченности, и иногда различием двух разных слов и двух разных смыслов, например, подлежащего и прямого дополнения. И только иʼраб может различить их в ситуациях, когда глагол может относиться к любому из них.

Например, фраза «هذا قاتلٌ أخي» («этот убийца – мой брат») отличается от фразы «هذا قاتلُ أخي» («это убийца моего брата») только танвином (буквой «нун» на конце слова, которая не пишется, но читается). Первая фраза с ним означает, что брат жив, а вторая – что его убили.

Или, например, если прочитавший аят «فَلَا يَحْزُنْكَ قَوْلُهُمْ ۘ إِنَّا نَعْلَمُ مَا يُسِرُّونَ وَمَا يُعْلِنُونَ» (сура «Я Син», аят 76) (Правильный его смысл: «Пусть их речи не печалят тебя. Мы знаем то, что они скрывают, и то, что они делают открыто». Прим. пер.) пропустит в начале «إِنَّا» и прочитает дальше глагол в «насбе», то он изменит его смысл и получится, что якобы Пророк, ﷺ, опечален тем, что Аллах знает то, что скрыто, и то, что явно. И тот, кто прочитает это сознательно, впадет в неверие. Если он прочитает это в намазе, то его намаз нарушится. А если так прочитает имам, то следующим за ним запрещено будет промолчать».

(Далее автор, да сохранит его Аллах, приводит еще несколько примеров из вышеупомянутой книги: все они, будучи непонятными тем, кто не владеет арабским языком, демонстрируют, как из-за разницы в одной огласовке меняется полностью смысл слова и всего высказывания целиком)


Еще один пример такого рода[1] ‒ слова Пророка, ﷺ, «ذكاة الجنين ذكاة أمه». Это хадис передан в разной форме. Ибн аль-Асир в «Ан-Нихая» пишет: «Этот хадис передается в формах рафʼ и насб. Тот, кто передал его в рафʼе, имел в виду смысл: «Забой плода – забой его матери» *. ‒ таким образом, плод не нуждается в новом забое.

* Привел Абу Дауд. Вопрос, связанный с этим хадисом, состоит в следующем: если в утробе забитого согласно нормам Шариата животного (например, овцы или коровы) обнаружили еще живой плод, нужно ли его зарезать отдельно для того, чтобы он стал дозволен в пищу или для этого достаточно забоя его матери. Прим. пер.


А те, кто передал его в насбе, имели в виду: «Забой плода подобен забою его матери», ‒ и насб там – по причине устранения управляющего слова, требующего состояния джарр, или же имели в виду смысл: «Плод забивается таким забоем, который подобен забою его матери». Таким образом, согласно этой версии, плод нуждается в отдельном забое, если был извлечен живым. Также есть те, кто оба раза слова «ذكاة» передавали в насбе, имея в виду: «Забивайте плод забоем его матери»».

«Согласно двум последним версиям хадиса, необходимо отдельно забивать плод, чтобы его стало можно есть. А первая версия предполагает два возможных толкования. Первое из них: забой матери делает излишним забой плода. Второе: забой плода происходит в соответствии с забоем матери на основе сравнения».

И имам аш-Шафии и другие взяли оба смысла первой версии хадиса – где слово «ذكاة» стоит в рафʼе.

А имам Абу Ханифа, Ибн Хазм аз-Захири («Аль-Махалля», т. 1, с. 419 (1014)) и другие взяли оба варианта второй версии хадиса. И каждая из сторон подкрепила свое мнение другими доказательствами.

Также я обнаружил у Кади ʼИяда в его удивительной книге «Аль-Ильмаʼ» (С. 150) в контексте речи о необходимости уточнения огласовок и их расстановки следующие слова:

«И между учеными возникли расхождения по причине их разногласий в иʼрабе:

Например, в отношении слов Пророка, ﷺ, «ذكاة الجنين ذكاة أمه». Имам Абу Ханифа посчитал верной фатху во втором слове «ذكاة», поэтому решил, что плод необходимо забивать, как и его мать. А другие, такие как маликиты и шафииты, выбрали рафʼ слова и сочли ненужным забой плода.

Также в отношении его, ﷺ, слов: « لا نورث ما تركناه صدقة»  )«Мы ничего не оставляем в наследство. То, что мы оставляем, ‒ милостыня (садака)»).  Большинство сочло верным вариант, где слово «صدقة» в рафʼе, то есть пророки не оставляют наследства. Шииты-имамиты же выбрали вариант с фатхой, и смысл, по их мнению: «мы не оставляем в наследство то, что мы отдали в качестве милостыни». Если бы это было верно, то не было бы никакой разницы между пророками и остальными людьми и смысл хадиса не указывал бы на некую особенность пророков.

И также хадис «هو لك عبد بن زمعة». Большинство передает его со словом «عبد» в рафʼе как обращение, а слово «ابن» следует за ним. А ханафиты предпочли вариант с танвином слова «عبد» как подлежащего именного предложения, а «بن زمعة» посчитали обращением.

И примеров такого рода бесчисленно много».
« Последнее редактирование: 09 Января 2016, 03:15:19 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
О словах «мой мазхаб - достоверный хадис»
 
До того, как перейти к разговору о второй причине (расхождений между имамами фикха, вызванных разным подходом к хадисам), необходимо развеять два сомнения, укоренившихся в сознании многих людей:
 
1. Слова «мой мазхаб – достоверный хадис».
2.Знать, что хадис достоверный, достаточно, чтобы его практиковать.
 
Начнем разговор с первого сомнения:
 
Имам аш-Шафии, да помилует его Аллах, говорил: «Если хадис достоверен – то это мой мазхаб». Поэтому если хадис достоверен, например, находится в двух «Сахихах», то мы практикуем его и знаем, что практикуем тем самым твердо установленную Сунну, а также мазхаб признанного имама мусульман. И не нужно говорить, что мазхаб аш-Шафии – это только то, что передано от него в книгах его мазхаба.
 
Ответ на это:
 
Поистине, слова «достоверный хадис – это мой мазхаб» произносил как имам аш-Шафии, так и другие имамы. Более того, это их должен мысленно произносить каждый мусульманин, понимающий смысл слов «нет никого, достойного поклонения, кроме Аллаха, и Мухаммад – Его Посланник».
 
Эти слова имама аш-Шафии передал Ибн Касир в своем тафсире в конце разговора о средней молитве – то есть о намазе аср – и пояснил их так: «Эти слова указывают на его величие и честность, и их произносили также его братья-имамы, да помилует их Аллах и да будет ими доволен» (Подобные слова приводит также имам Абу Шама в книге «Хутба аль-китаб аль-муаммаль иля радд иля аль-амр аль-авваль», с. 151).
 
Хафиз аль-ʼИраки в «Аль-аджвиба аль-мардыйя», с. 68 пишет: «Не позволено, по моему мнению, тому, кто обладает пониманием и способностью отличать достоверные хадисы от слабых, крепкими знаниями в усуле и арабском языке, знает расхождения саляфов и источники их доказательств, ‒ не позволено такому человеку в случае, если достоверный хадис расходится с мнением имама, за которым он следует, отбрасывать хадис и следовать за мнением имама».
 
Все так, однако рассматриваемые слова нужно понимать следующим образом: «если хадис пригоден для практики, то это мой мазхаб». Мы приведем пояснения ученых трех мазхабов: ханафитского, шафиитского и маликитского, – из которых очевидно, что имеется в виду именно такой смысл, а также понятно, к кому эти слова относятся.
 
Слова ханафитов
 
Имам Ибн аш-Шихна аль-Кабир аль-Халяби аль-Ханафи, учитель имама Камаля ибн аль-Хумама, да смилостивится над ними Аллах, пишет в начале своего толкования на «Аль-Хидая»: «Если хадис достоверен и противоречит мазхабу, то практикуют хадис. И хадис становится его мазхабом. Мукаллид не перестает быть ханафитом, практикуя хадис. От имама Абу Ханифы достоверно переданы слова: «Если хадис достоверный – то это мой мазхаб». Их передал Ибн Абдуль-Барр от Абу Ханифы и других имамов».
 
Эти слова привел Ибн Абидин («Хашия», т. 1, с. 68) и прокомментировал их так: «Их также передает имам аш-Шаʼрани от четырех имамов. И очевидно, что они касаются тех, кто разбирается в текстах, способен отличить действительные от отмененных. И если ученый, следующий мазхабу, рассмотрев далиль, практикует его, то это можно отнести к мазхабу, поскольку это происходит с разрешения основателя мазхаба, ведь нет сомнений, что, если бы он знал, что его далиль слабый, он отказался бы от него и взял бы более сильный далиль».
 
Также он (Ибн Абидин) (Т. 1, с. 258) пишет: «Если хадис достоверен и никто это не оспаривает, то это мазхаб муджтахида, даже если от него это не передается, на основании приведенных нами в предисловии слов хафиза Ибн Абдуль-Барра и имама аш-Шаʼрани от каждого из четырех имамов: «Если хадис достоверен, то это мой мазхаб»».
 
Также Ибн Абидин («Маджмуʼ расаиль», т. 1, с. 24) приводит эти слова в своей работе «Шарх расм аль-муфти», где цитирует Ибн аш-Шихну, и комментирует их точно так же, как и в «Хашия», дословно цитируя оттуда. Затем он добавил еще одно пояснение: «Также я скажу: необходимо ограничить это правило случаем, когда это соответствует хотя бы одному мнению в самом мазхабе, поскольку наши имамы единогласно не разрешили иджтихад, выходящий за рамки мазхаба, а их иджтихад сильнее его (ученого, который предпочитает достоверный хадис мнению мазхаба) иджтихада. И очевидно, что они знали далиль, более сильный, чем тот, что он нашел, если не практиковали его».

Затем он пишет (на с. 25): «Однако, вероятно, ученые отказались от этого единогласного мнения наших имамов по необходимости и другим причинам, как, например, в вопросе оплаты услуг учителя чтения Корана и других видов поклонения».

Мне хотелось бы обратить внимание на две вещи:
 
1. Некоторые обманщики приводят слова Ибн аш-Шихны из «Хашия» Ибн Абидина и внушают людям, что Ибн Абидин никак их не прокомментировал, давая понять, что это и есть мнение ученых мазхаба, особенно самого Ибн Абидина, да помилует его Аллах, который является последним из поздних мухаккыков мазхаба (определяющих сильные мнения).
 
То же самое они делают, приводя слова имама аш-Шаʼрани, да помилует его Аллах, из «Аль-Мизан аль-кубра», прячась за этими словами и говоря: вот он признанный суфийский ученый, мнение которого принимается последователями имамов мазхабов. Да, это так. Но это тот случай, когда слова правильные, а ими хотят обосновать ложь и облачить ее в одежды истины.
 
2. Слова Ибн Абидина, да помилует его Аллах, в комментарии к цитате из Ибн аш-Шихны: «И очевидно, что они касаются тех, кто разбирается в текстах, способен отличить действительные от отмененных», ‒ имеют огромную важность. И слово «очевидно» означает, как мы часто говорим сегодня, что это «само собой разумеющееся». И он, да помилует его Аллах, имеет в виду, что это ограничение относится к абсолютно ясным вещам, о которых нельзя забывать или сомневаться, принимать их или нет. Это настолько же очевидно, как то, что слова «солнце взошло» означают, что сейчас день, а не ночь. Аналогично этому слова имама «если хадис достоверен – то это мой мазхаб» ясно и недвусмысленно означают следующее: речь идет о тех, кто способен анализировать шариатские тексты, различать отменяющие (хадисы) и отмененные и так далее. И недопустимо невеждам и попавшим в заблуждение студентам даже претендовать на эту степень!
 
И эти злонамеренные обманщики забыли данное ограничение, без которого нельзя обойтись. И все мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся!
 
И передал слова Ибн аш-Шихны вместе с комментарием Ибн Абидина к ним выдающийся ученый, муфассир, мухаддис, факих, уважаемый шейх Абдуль-Гаффар ʼУюн ас-Суд аль-Ханафи, да помилует его Аллах (1290–1349 г. по хиджре) в своей полезной работе «Дафʼ аль-аухам ʼан масъаля аль-кыраа хальфа аль-имам». Он пишет: «Это правильное ограничение. Ведь мы видим в наше время многих обманутых людей, претендующих на знание, которые думают, что они поднялись выше звезд, тогда как они на самом дне. Они читают книгу хадисов и, находя там хадис, противоречащий, например, мазхабу Абу Ханифы, говорят: «Выбросьте мазхаб Абу Ханифы и возьмите хадис Посланника Аллаха, ﷺ». Однако может быть такое, что это хадис отмененный, или он противоречит хадису с более сильным санадом, или есть еще какие-то другие причины, по которым его нельзя практиковать. А это человек не знает об этом. И если им дать возможность практиковать хадисы без ограничений, они впадут в заблуждение во многих вопросах и собьют с истинного пути других».
 
Претендующие на следование Сунне тут могут возмутиться: как вы можете обвинять в заблуждении тех, кто практикует Сунну и дает людям ответы в соответствии с ней?! На это мы ответим: «Да, обвиняем. Если они не достигли соответствующего уровня». И мы обвиняем их в заблуждении не за саму практику Сунны – прибегаем к защите Аллаха от такого! ‒ а за то, что они претендуют на степень, которой не достигли (См. нашу книгу «Адаб аль-ихтиляф» (с. 60 – 61) и далее).
 
До нас эту мысль высказал имам в хадисе и фикхе Абу Мухаммад Абдуллах ибн Вахб аль-Мисри, один из величайших учеников имама Малика в Пресветлой Медине и имама Лейса ибн Саʼда в Египте. Он – да помилует его Аллах – сказал: «Хадис – область заблуждения для всех, кроме ученых» (Как передано в «Тартиб аль-мадарик» (т. 1, с. 96) имама Кади ʼИяда, да помилует его Аллах).

И имам Ибн Аби Зейд аль-Кейруани, да помилует его Аллах, сказал: «Ибн ʼУейна сказал: «Хадис – область заблуждения для всех, кроме факихов». Смысл этих слов: другие (не факихи) могут воспринять буквально то, что требует толкования, которое содержится в другом хадисе. Или доказательство в нем скрыто. Или же хадис не принимается по какой-либо причине. Или еще что-то, о чем знают только те, кто обладает обширными знаниями и изучал фикх» («Аль-Джамиʼ», с. 118. Эти слова позаимствовал имам поздних маликитов Халиль ибн Исхак аль-Джунди, автор знаменитого «Мухтасара». Также см. похожее толкование этих слов у Ибн Хаджара аль-Макки в «Фатава аль-хадисия» (с. 283)).


Слова шафиитов:

Эти слова объясняет имам ан-Навави, да помилует его Аллах, в книге «Тахзиб аль-асма ва аль-люгат» (Т. 1, с. 51) :

«Имам аш-Шафии, да помилует его Аллах, сказал это из осторожности, завещав – и это достоверно возводится к нему несколькими путями – следовать достоверному хадису и оставлять его слова, если они противоречат явному шариатскому тексту. И за ним последовали в этом наши ученые, да помилует их Аллах, поступая так во многих известных вопросах, например, в вопросе «тасвиба» (произнесение муаззином в азане утреннего намаза слов «молитва лучше, чем сон» - «ас-саляту хайрун минан-наум»)  в азане утреннего намаза, а также в вопросе об условии «тахаллюля» (особые действия для выхода из состояния ихрам во время хаджа) для выхода из хаджа при болезни и в прочих вопросах, все из которых известны. Однако у этой практики есть условия, которым мало кто соответствует в наши времена (* ). И я объяснил их во введении к книге «Шарх аль-Мухаззаб»».

Приведем теперь краткую цитату – что имам ан-Навави, да помилует его Аллах, пишет в введении к «Маджму’, шарх аль-Мухаззаб» (1/104):

«Эти слова имама аш-Шафии не означают, что любой, кто увидит достоверный хадис, имеет право сказать: «Это мазхаб аш-Шафии», – и практиковать его буквальный смысл. Этот принцип касается только тех, кто достиг степени иджтихада в мазхабе, при условии, что ученый придет к выводу, что имам аш-Шафии не обнаружил этот хадис или не знал, что он достоверный. И такое возможно только после изучения всех книг имама аш-Шафии, всех книг его учеников и остальных ученых. И это очень трудновыполнимое условие, мало кто может ему соответствовать.

Это условие было поставлено потому, что имам аш-Шафии часто оставлял практику внешнего смысла хадисов, которые были ему известны, так как у него были доказательства их проблем с иснадом или того, что они отменены (**), пояснены другими текстами или нуждаются в толковании».


* Время имама ан-Навави (631-676 г. по хиджре). Не наше с вами время!

Однако в чью-то голову может прийти лукавая мысль: «Возможно, в те времена были люди, не по праву претендовавшие на иджтихад, и слова имама ан-Навави относятся к ним, а не к ученым».

Я отвечу на это так: в то время – а это седьмой век по хиджре – жили такие ученые, как Фахруддин ар-Рази ( в начале века), Ибн ас-Салях, аль-Мунзири, ‘Изз ибн Абдиссалям, оба имама аль-Куртуби (муфассир и мухаддис), Абуль-Хасан ибн аль-Каттан, оба имама аль-Макдиси (Дыяуддин и Ибн Кудама), а в конце века жил Ибн Дакык аль-‘Ид (625-702 г. по хиджре). И именно эти ученые не допустили возникновения подобной смуты в религии. И ты знаешь, что случилось с имамом ас-Суюты, жившим 250 лет спустя, который претендовал на иджтихад, но ученые его времени не признали его.

** Аль-Хаким пишет в «Аль-Мустадрак» (т. 1, с. 226): «Некоторые ошибочно считают, что два хадиса с достоверным иснадом не могут противоречить друг другу. Тем, кто так считает, следует изучить внимательно «Сахих» имама Муслима. И он найдет там столько таких хадисов, что устанет считать».

Хафиз Ибн Хаджар пишет в «Фатх аль-Бари» (т. 1, с. 413): «Сколько отмененных хадисов, которые при этом достоверны с точки зрения науки о хадисах!»

И эти его слова поясняют сказанное в его книге «Шарх ан-нухба» (с. 41 с хашия «Лакт ад-дурар»): «Все ученые единогласны, что обязательно практиковать то, что достоверно». Смысл тогда становится такой: ученые единогласны, что обязательно практиковать все, что подходит для практики. Мы эту мысль поясним скоро, когда будем отвечать на второе сомнение.

Также я встречал у аль-Бика’и, да помилует его Аллах, в книге «Ан-Нукат аль-вафия» (лист 12/алиф) после длинной цитаты его учителя Ибн Хаджара следующие слова: «Становится ясно после исследования, что они (ученые) имели в виду под «достоверным (хадисом), который обязательно практиковать» тот, который не содержит противоречий и тому подобных вещей».



Шейх Абу Амр, то есть имам Ибн ас-Салях, в «Адаб аль-муфти валь-мустафти», с. 118, да помилует его Аллах, сказал:
 
«Практиковать буквальный смысл слов имама аш-Шафии нелегко, и не каждый факих имеет право независимо практиковать тот хадис, который он считает доводом. И среди тех шафиитов, кто пошел этим путем, есть те, кто практиковал хадисы, которые намеренно не брал сам имам аш-Шафии, да помилует его Аллах, даже зная об их достоверности, поскольку увидел препятствие (для их использования), не замеченное другими.
 
Так, например, ученик имама аш-Шафии Абу аль-Валид Муса ибн Аби аль-Джаруд сказал: «Достоверен хадис «пост того, кто выполнил кровопускание (хиджаму), и того, кому его выполнили, – нарушается». Следовательно, я могу сказать: «Имам аш-Шафии сказал: «Пост того, кто выполнил кровопускание, и того, кому его выполнили, – нарушается»». И ученые опровергли эти слова Абу аль-Валида, поскольку имам аш-Шафии не принял этот хадис, зная о его достоверности, потому что, согласно его мнению, этот хадис отмененный. И имам аш-Шафии объяснил, почему он отмененный и привел этому доказательства*»».

Здесь заканчивается цитата из имама ан-Навави, который приводит слова Ибн ас-Саляха **.

* См. раздел «Ихтиляф аль-хадис» в книге имама аш-Шафии «Аль-Умм» (т. 8, с. 529) и «Аль-Маджму’» (т. 6, с. 406)
** См. книгу "Аль-Аджвиба аль-мардыйя ’аналь-асъиля аль-маккийя" хафиза Валиуддина аль-’Ираки, да помилует его Аллах, (с. 65)

 
Мне показалось полезным добавить сюда краткое изложение слов имама аль-Каусари, которые мы приведем и поясним полностью далее:

Если нам стало ясно, что имам мазхаба вынес данное решение, не приложив усилий (для глубокого изучения вопроса), а последовав за другими.

Выяснилась истина, и стали очевидны доводы, противоположные данному решению.

И стала ясной, как день, ошибка имама в этом вопросе.
 
В этом случае недопустимо приписывать имаму это мнение, противоречащее ясному доказательству, поскольку иджтихад разрешен только в тех вопросах, по которым нет ясного текста
. Конец слов шейха Каусари.
 
Ибн Хиббан, да помилует его Аллах, допустил оплошность сильнее, чем Ибн Аби аль-Джаруд. Он пишет в своем «Сахихе» (Т. 5, с. 497 (2125). Издание «Муасаса ар-рисаля»):
 
«Все основы, о которых мы говорили в наших книгах, и все ответвления, которые мы вывели из Сунны в наших сочинениях, – все это мнения аш-Шафии, и он отказался от того, что в его книгах, даже если известно, что он это говорил. Это потому что я слышал, как Ибн Хузейма передавал от аль-Музуни, что аш-Шафии сказал: «Когда достоверен для вас хадис Посланника Аллаха, ﷺ, то возьмите его и оставьте мои слова»».
 
Я не понимаю, как Ибн Хиббан осмелился сказать такое: что нужно отбросить книги имама аш-Шафии ради того, что Ибн Хибан привел в своих книгах, якобы это и есть мазхаб аш-Шафии, просто на основе этих непонятных слов!
 
Мы про эти слова Ибн Хибана скажем так: эти и подобные слова достоверно передаются не только от аш-Шафии, но и от других имамов, почему бы и к их мазхабам не отнести те основы, что ты привел, и те ответвления, что ты вывел?!


Шейх аль-Каусари в примечании к биографии имама Абу Юсуфа у Аз-Захаби, да помилует их Аллах (с. 63) сказал: «Слова имама аш-Шафии «достоверный хадис – мой мазхаб» не означают: любой хадис, о котором кто-либо сказал, что достоверен, я беру и отказываюсь от своего прежнего мнения. Нет, смысл этих слов такой: если хадис достоверен по его (имама) условиям и стало ясно, что он может служить доводом, я беру. А иначе возникнет путаница в его мазхабе.

Когда Абу Мухаммад аль-Джувайни попытался собрать в книгу вопросы, по которым существуют хадисы, достоверные, по его мнению, и приписать их имаму аш-Шафии, опираясь на эти переданные от аш-Шафии слова (*), то его современники обрушились на него с критикой. Знатоки хадисов увидели, что он посчитал достоверными те хадисы, которые таковыми не являются, и решения, выведенные из них, выдал за решения имама аш-Шафии. Тогда они помешали ему составить эту книгу».


* Возможно, шейх, да помилует его Аллах, имеет в виду переписку, которая имела место между имамом аль-Байхакы и имамом аль-Джувайни, да помилует их Аллах, и которую любезно привел Тадж ас-Субки в книге «Табакат» (т. 5, с. 76 и далее) в биографии аль-Джувайни.


У имама Такы ас-Субки, да помилует его Аллах, есть работа под названием «Смысл слов имама аль-Матляби: «Если хадис достоверен, то это мой мазхаб»». Вначале автор приводит слова имама Ибн ас-Саляха и имама ан-Навави, которые я уже частично процитировал, и соглашается с ними. Далее он пишет: «Это объясняет, почему такого уровня достичь тяжело, чтобы никто не был введен в заблуждение».

Затем через две строки имам пишет: «Что касается истории про Ибн Аби аль-Джаруда, то опровержение (ученых) направлено на него и недостатки его исследования, а не на сами слова имама аш-Шафии и возможность их применения. И среди тех, кто согласился с Ибн Аби аль-Джарудом, был Абу аль-Валид ан-Нисабури, Хассан ибн Мухаммад, потомок Са’ида ибн аль-‘Аса, один из крупнейших имамов-шафиитов, который умер в 349-м году (по хиджре). Он клялся Аллахом, опираясь на это (эти доводы) (*), что нарушение поста у того, кто совершил хиджаму, и того, кому ее совершили – это мазхаб аш-Шафии. И ученые указали ему на его ошибку: имам аш-Шафии отказался от использования этого хадиса, зная о его достоверности, поскольку считал его отмененным (**). Также указали и на ошибку Ибн Аби аль-Джаруда. В этом вопросе ошиблись и некоторые муджтахиды, однако обнаружить ошибку тут тяжело из-за широты для толкования…

Передается, что Абу аль-Хасан Мухаммад ибн Абдуль-Малик аль-Караджи аш-Шафии, факих и мухаддис, не читал дуа-кунут в утреннем намазе, говоря: «Я считаю достоверным, что Пророк, ﷺ, прекратил читать кунут в утреннем намазе…»

И я – имам ас-Субки говорит о себе – тоже перестал читать кунут в утреннем намазе на какое-то время, затем узнал, что достоверно то, что Пророк, ﷺ, перестал читать в кунуте дуа против (племен) Ри’ль и Закван, а также кунут не в утреннем намазе. Что же касается того, что он, ﷺ, перестал читать дуа после стояния (кыям) в утреннем намазе, то об этом есть хадис Исы ибн Махана, к которому есть замечания, однако здесь не место для исследования данного вопроса. После этого я снова начал читать кинут и читаю его до сих пор. И в этом нет ничего, что противоречило бы мнению аш-Шафии, просто это недостаток, который иногда возникает в некоторых наших исследованиях».
Конец слов имама ас-Субки.

* Подробнее о Ибн Аби аль-Джаруде и хадисы про хиджаму см. в 16-й части. Прим. пер.

** См. слова хафиза аз-Захаби, да помилует его Аллах.


И в этой цитате содержится урок для разумеющих! Если такие вещи совершал Ибн Аби аль-Джаруд, который был учеником имама аш-Шафии, и степень которого в науках известна, а также Абу аль-Валид ан-Нисабури, который подобен ему или даже выше, который был не просто передатчиком (хадисов), но и имамом в науке хадиса, но который при этом клялся Аллахом и приписывал имаму аш-Шафии практику хадиса, от которого аш-Шафии намеренно отказался, считая его отмененным, – если они совершали подобные вещи, то что говорить про наших современников! Могут ли они следовать за пониманием слов имама аш-Шафии, ничего в них не смысля?!



И это Абу аль-Хасан аль-Караджи, которого имам ас-Субки назвал, как мы видели, факихом и мухаддисом! Его ученик ас-Сам’ани описал его так: «Богобоязненный имам, ученый, интеллектуал, факих, муфтий, мухаддис, поэт, писатель» ( «Табакат аш-шафи’ийя» Таджа ас-Субки, т. 6, с. 138).

Однако при всем этом он перестал читать дуа-кунут, противореча мнению имама его мазхаба из-за достоверности хадиса и слов имама «достоверный хадис – мой мазхаб» и «оставьте мое мнение и возьмите хадис».

И некоторые последовали за ним в этом, среди них – Тадж ибн ас-Субки, да помилует его Аллах, изложивший его биографию в «Табакат аш-шафи’ийя». Он пишет, упомянув это его мнение (6/138-139): «Перед ним возникли два предельно тяжелых препятствия: достоверность хадиса – отменяющего чтение кунута – разумеется, прийти к этому было очень трудно для него, а также то, что он посчитал это – оставление кунута – мазхабом аш-Шафии, и это также было трудно».

И сам имам Такиюддин ас-Субки сначала читал кунут в утреннем намазе, следуя мазхабу аш-Шафии, которого он придерживался, затем, узнав об этой истории аль-Караджи, перестал читать, затем решил снова начать читать. А ас-Субки был имамом, которого справедливо посчитали «муджтахидом мутлак» или муджтахидом в мазхабе. И его современник и друг, хафиз аз-Захаби, да помилует его Аллах, несмотря на существовавшие между ними разногласия, назвал его «шейхом своего времени в хадисе и фикхе». А после того, как ас-Субки стал имамом-хатыбом в мечети Омейядов в Дамаске, написал о нем:

Пусть будет счастлив минбар Омейядов,
Оттого что взошел на него мудрейший, знающий, богобоязненный (Таки),
Более знающий хадис, чем все шейхи его времени,
Более красноречивый и более точный в решениях Али
(*).

* Али – это имя Таки ас-Субки: Али ибн Абдуль-Кафи ас-Субки. Слова аз-Захаби «более точный в решениях Али» – это цитата из хадиса, который передал Ибн Маджа (1/55 (154, 155)) от Анаса с хорошим иснадом, а также Абу Я’ля (10/141 (5763)) от Ибн Умара с очень слабым иснадом. Также он приводится в «Аль-факих ва аль-мутафакких» (2/139) из хадиса Джабира со слабым иснадом. И этот хадис не относил к ним Хафиз (Ибн Хаджар) в «Фатх» (8/167 (4481)).

И если такое затруднение возникло у имама ас-Субки при его уровне знаний, то разве можно тем, у кого знаний меньше, следовать за внешним смыслом слов аш-Шафии, ؓ, и практиковать достоверные хадисы, запутывая самих себя и других людей?! Они прикрываются тем, что они якобы практикуют сказанное одним из признанных имамов мусульман и, мол, как мы можем их упрекать за это?!

Затем имам ас-Субки в упомянутой работе приводит длинную цитату из трудов имама Абу Шамы аль-Макдиси, в которой речь идет о теме нашего разговора и которую предваряет такими словами: «Сказал Абу Шама, да помилует его Аллах, ученик Ибн ас-Саляха и шейха ан-Навави, который был чрезмерен в следовании хадисам». Затем идет цитата, в конце которой Абу Шама пишет: «И никому не удастся преуспеть в этом, кроме ученого, достигшего степени иджтихада и известного этим, и именно к такому обращены слова аш-Шафии: «Если встретите хадис Посланника Аллаха, ﷺ, который противоречит моему мнению, то возьмите его и откажитесь от моих слов». И эти слова не обращены к каждому» (*).

* И я скажу: «Оба имама: Абу Шама и Такиюддин ас-Субки, да помилует их Аллах, – написали эти слова, чтобы выразить одобрение словам имама аш-Шафии, да будет Аллах им доволен, «достоверный хадис – это мой мазхаб». И каждый из них призывает практиковать эти слова с осторожностью. Однако между ними существует расхождение в условиях их практикования, основанное на различной степени глубины знания фикха каждым из них.

Например, Абу Шама считал, что аш-Шафии противоречит достоверному хадису в своем решении, что и имам (в намазе), и маъмум (следующий за имамом в коллективном намазе), и мунфарид (тот, кто совершает намаз в одиночку) – все они произносят при выходе из руку’: «Сами’аЛлаху ли ман хамидах. Роббана лякаль-хамд», – в то время как существует хадис: «Когда скажет имам: «Сами’аЛлаху ли ман хамидах», – ответьте: «Роббана лякаль-хамд»». Его привели Бухари (796) и Муслим (т. 1, с. 306 (71)) от Абу Хурайры.

Что касается ас-Субки, то он кратко возражает Абу Шаме и пишет (с. 129): «Я скажу: «В этом нет противоречия»». И редактор (мухаккык) этой книги приводит длинную цитату из имама ан-Навави, смысл которой сводится к следующему: имам Бухари привел хадис (735) от Ибн Умара, в котором описывается намаз Пророка, ﷺ: когда он поднимал голову из руку’, то поднимал также их – имеются в виду руки – и произносил: «Сами’аЛлаху ли ман хамидах. Роббана лякаль-хамд». Также имам Муслим передал (т. 1, с. 536 (203)) из хадиса от Хузайфы по линии Джазира, что Пророк, ﷺ, произносил: «Сами’аЛлаху ли ман хамидах. Роббана лякаль-хамд».

И в книге имама Абу Шамы есть и другие примеры, где он находит мнимые противоречия, что указывает на трудность этого пути, при том что все они – имамы, да помилует их Аллах. Разумный вынесет из этого урок!».



Имам аль-Бухари передал в «Сахихе» (739) от Ибн Умара, да будет Аллах ими доволен, что Пророк, ﷺ, поднимал руки, когда вставал на третий ракаат.

В комментарии к этому хадису в «Фатх аль-Бари» говорится: «Аль-Хатаби сказал: «Аш-Шафии ничего об этом не говорил. Но это вытекает из основы в его принятии добавлений». Ибн Хузейма сказал: «Это сунна, даже если об этом не упомянул аш-Шафии. Ведь иснад (у хадиса) достоверный, а он сказал: «Примите Сунну и оставьте мое мнение». Ибн Дакык аль-‘Ид сказал: «Аналогия (кыяс) по правилам аш-Шафии требует, чтобы поднимать руки в этом месте было желательно, поскольку он установил (желательность) понятия рук до и после руку’. А мазхабом аш-Шафии это делают его слова «если хадис достоверен, то это мой мазхаб». И это не бесспорно». Конец цитаты.

Это не бесспорно, потому что этому наставлению имама можно следовать, когда известно, что он не знал такого хадиса. А если известно, что он данный хадис знал, но отказался от него или истолковал его каким-либо образом, то нельзя. А в этом случае возможны оба варианта.

И из этого очень важного разъяснения от богобоязненного имама хадиса и фикха становится ясно, что имел в виду имам аш-Шафии, произнося эти слова. Вовсе не то, что заявляют те, кто оскорбляет знание и ученых, не будучи способным понять истину как она есть!
« Последнее редактирование: 05 Июля 2016, 19:46:34 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Слова маликитов.

Что касается высказываний ученых-маликитов, то великий ученый в науке усуль аль-фикх, чьи слова - довод, имам Шихабуддин Абу аль-Аббас аль-Карафи аль-Малики, да помилует его Аллах, в своей книге «Шар ат-танкых» (С. 450.) объяснил это слова. Его объяснение вполне достойно его высокого статуса:

«Многие факихи-шафииты, опираясь на эти слова, говорят: «согласно мазхабу аш-Шафии, так-то, поскольку об этом есть достоверный хадис». И это ошибка, поскольку необходимо отсутствие противоречий (другим доводам). А знание об отсутствии противоречий доступно лишь тому, кто достиг степени, позволяющей проводить собственные шариатские изыскания, так чтобы в итоге смочь сказать: нет противоречий этому хадису. Но исследование того, кто не достиг степени мужтахид мутлак, не берется в расчет. И тому из шафиитов, кто так говорит, следует сначала достичь уровня, позволяющего проводить подобное исследование, а потом выносить такое решение».

Смысл этих слов следующий: если мы хотим некое решение, вынесенное из достоверного хадиса, приписать мазхабу аш-Шафии, то нам нельзя это делать, пока мы не проведем полное исследование, чтобы точно убедиться в том, что нет другого доказательства (далиля), которое противоречит ему (этому хадису). И об отсутствии противоречащего доказательства может знать только тот, кто способен провести полное шариатское исследование (всех доказательств), не только хадисов, а это может сделать только муджтахид и никто иной.

И эти слова имама аль-Карафи аль-Малики напоминают нам слова другого маликита, а именно Абу Бакра аль-Малики (В «Риядан-нуфус» т. 1, с. 263 по изданию Хусейна Муънаса), которые он написал в биографии великого имама Асада ибн аль-Фурата, да помилует его Аллах, ученика имама Малика в Медине и Мухаммада ибн Хасана в Багдаде. Он пишет:

«И об Асаде, да помилует его Аллах, известно, что он принимал только те мнения ученых Медины и Ирака, которые, по его мнению, соответствовали истине. И он имел на это право, поскольку обладал обширными знаниями в различных науках, много исследовал их и много встречался с учеными и мухаддисами».

И поразмысли над тремя условиями, которые дали ему право так поступать: обширные знания наук, множество исследований и многочисленность его учителей.

И если бы не необходимость размышления, осторожности и постановки условий, то каждый человек имел бы право относить любое решение, по которому он нашел достоверный хадис, к тому или иному имаму. А другой человек относил бы решение по тому же самому вопросу к другому имаму. А третий нашел бы достоверный хадис с прямо противоположным решением по тому же самому вопросу, и тоже отнес бы это решение к первому и второму имаму. И так далее до бесконечности. И это привело бы к путанице в знании и к беспорядку в религии под лозунгом «Если хадис достоверен, то это мой мазхаб».

И таким образом ситуация усложняется и наступает полная анархия вплоть до утверждения единогласного мнения ученых (иджма’) по каждому вопросу, по которому кто-либо нашел достоверный хадис. Ведь эти слова - если хадис достоверен, то это мой мазхаб - они в сердце каждого ученого, более того, каждого мусульманина, как мы сказали в самом начале разбора этого вопроса.

Просим у Аллаха защиты!



Может возникнуть вопрос: тогда в чем смысл того, что имамы часто повторяли эти и подобные слова?

Ответ на это дал большой ученый по усулю мавляна шейх Хабиб Ахмад аль-Киранави во втором предисловии к книге «И’ля ас-сунан», которое раньше издавалось под названием «Инха ас-сакан», а не так давно было переиздано под названием «Фаваид фи ‘улюм аль-фикх» (С. 57 - 58 первого издания, с. 64 второго издания). Он, да помилует его Аллах, пишет:

«Смысл этих слов в том - и это полностью верно и соответствует действительности - что доводом на самом деле являются слова Посланника Аллаха, ﷺ, а не мои слова (слова имама аш-Шафии и др.) И не думайте, будто мои слова - довод сами по себе. И я тем самым прошу у Аллаха избавить меня от ответственности, если что-то из моих мнений противоречит словам Посланника Аллаха, ﷺ. И такой смысл не позволяет приписать сказавшему их - то есть имаму аш-Шафии, да помилует его Аллах - разрешение относить любое решение, по которому есть достоверный, по мнению любого человека, хадис, к нему. Пойми это и не обманывайся подобными высказываниями…» И так далее до конца его сильного и глубокого разбора.

И суть ответа на первое сомнение, как это следует из слов имамов - Ибн Абидина, Ибн ас-Саляха, его ученика Абу Шамы и ученика Абу Шамы ан-Навави, а также аль-Карафи и ас-Субки - состоит в следующем: человек не может претендовать на право относить решение к мазхабу аш-Шафии и других (имамов), опираясь на упомянутые слова, если он не достиг уровня иджтихада или не приблизился к нему.

И из этого следует, что такие, как мы, не имеют права практиковать прочитанный хадис, даже если он достоверный, утверждая, что это мазхаб аш-Шафии или другого (имама), и что практика этого мнения - это практика признанного мазхаба фикха одного из признанных имамов.

Также из этого следует, что, хотя некоторые великие ученые прошлого практиковали внешний смысл этих слов («Если хадис достоверен, то это мой мазхаб» и подобных), последующие ученые выявляли их ошибки, и за этими их решениям нельзя следовать. Разумный человек поймет это! Религия Всевышнего Аллаха не должна становиться предметом забавы всяких бездельников, которые претендуют на практику сунны, при этом не имеют на это способностей!

При этом мы не отрицаем сам смысл этих слов имама и их соответствие действительности. Есть случаи, когда имам аш-Шафии связал свое решение с достоверностью хадиса. Так, Хафиз (Ибн Хаджар аль-Аскаляни в «Фатх аль-Бари» 4/9 (1810), приводя хадис от Аиши, да будет Аллах ею доволен, «Мой выход (из хаджа) там, где ты задержишь меня» * (передали имамы Бухари и Муслим), пишет:

«Это один из тех случаев, когда аш-Шафии связал свое мнение с достоверностью хадиса. И я собрал эти случаи в отдельной книге, рассказав про каждый хадис.»

И для каждого дела есть специалисты. Не дозволено человеку выходить за установленные для него границы.


*
В передаче имама Муслима он выглядит так:

Передают от Аишы, что она сказала: «Посланник Аллаха вошёл к Дабае Бинт аз-Зубайр и сказал: «Ты хотела совершить хадж?» Та ответила: «Клянусь Аллахом, я думаю, что больна». Он сказал ей: «Выходи в хадж и обусловь, сказав: «О, Аллах, мой выход из хаджа там, где Ты задержишь меня».


154 — 1207 حدثنا أبو كريب محمد بن العلاء الهمداني. حدثنا أبو أسامة عن هشام، عن أبيه، عن عائشة رضي الله عنها. قالت:

دخل رسول الله صلى الله عليه وسلم على ضباعة بنت الزبير. فقال لها " أردت الحج ؟ " قالت: والله ! ما أجدني إلا وجعة. فقال لها " حجي واشترطي. وقولي: اللهم ! محلي حيث حبستني " وكانت تحت المقداد.
[/size]

Речь здесь следующей ситуации: если человек, выехав для совершения хаджа или умры, опасается, что кто-то или что-то может ему помешать выполнить обряд, то он может при вступлении в ихрам обусловить свой выход из хаджа так, как сказано в хадисе. Тогда в случае невозможности выполнить обряды, он просто выходит из ихрама и не должен совершать жертвоприношение. Прим. пер.


---------------------------


И я скажу в конце этого разъяснения: не лучше ли нам учесть опыт тех ученых, с которыми случились эти неприятности - при их знаниях и достоинствах - и держаться мнений имама, за которым Аллах облегчил нам следование с начала нашей сознательной жизни?!

И эта фраза - после первого издания книги - вызвала гнев некоторых людей (см. предисловие к «Аль-аят аль-байинат» Ну’мана аль-Алюси), которые усмотрели в ней призыв к слепому следованию (таклиду), при этом, якобы «мукаллид равен, по мнению ученых, невежде». Однако не проходит и страницы, как автор начинает сам себе противоречить, поскольку в этом вопросе невозможно избежать противоречия. Он пишет о тех, кто не достиг уровня иджтихада: «Таковы, например, большинство ученых нашего времени». Таким образом, он признает, что большинство ученых нашего времени - мукаллиды. Но тот, кто способен назвать «невеждой» не достигшего степени иджтихада, тот на самом деле и есть невежда!

Такова логика этого дурака: назвал мукаллида невеждой, якобы таково его положение, по мнению ученых, а спустя страницу он заявляет: это всякий, кто не достиг степени иджтихада!

На самом же деле, какая тогда разница между тем, кто приблизился к степени иджтихада, и тем, кто не выучил ни одной буквы ни по одной шариатской науке?

Вероятно, он не знает историю, которую рассказал имам Ибн Таймийя в своей книге «Аль-Мусаввада» и его ученик Ибн аль-Кайим в «И’лям аль-мукы’ин» (1/45). Один человек спросил имама Ахмада, да помилует его Аллах:

- Можно ли назвать факихом того, кто наизусть знает сто тысяч хадисов?

Имам ответил:

- Нет.
- А если двести тысяч?
- Нет.
- А триста тысяч?
- Нет.
- А четыреста тысяч?

Тогда имам сделал рукой жест, подразумевающий, что такой человек, быть может, и будет факихом, способным давать людям фетвы на основе своего иджтихада.

Далее Ибн Таймийя и Ибн аль-Кайим приводят, что Ибн Шакыля, один из имамов-ханбалитов, сказал: «Я давал фетвы в мечети аль-Мансур и однажды рассказал эту историю - про того человека и имама Ахмада - и один из присутствующих сказал мне:

- Как же ты даешь фетвы, ведь ты не знаешь наизусть такого количества хадисов?!

Я ответил ему:

- Да простит тебя Аллах! Да, я не знаю наизусть столько хадисов, но я даю фетвы по мнениям человека, который знал наизусть столько, и даже больше!»

Он имел в виду, что дает фетву, просто передавая слова имама Ахмада, который отобрал хадисы для своего «Муснада» из более, чем 750 000 хадисов.

После двух этих историй Ибн Таймийя, да помилует его Аллах, пишет: «Я говорю: если муфтий передал мнение своего имама, то, поистине, он дал фетву, основываясь на знании. Он на самом деле просто передатчик мнения своего имама и не выходит за границы знания» (*).

*. В этих словах - признание законности таклида, здесь нет порицания мукаллидов, не способных самостоятельно исследовать шариатские доводы. В этом заключается защита Исламского фикха от вреда.

Ибн Абдуль-Барр передает в книге «Ат-Тамхид», что имам Ибн Шихаб аз-Зухри сказал своему ученику Юнусу ибн Язиду аль-Айли: «Послушай меня и совершай омовение после того (той пищи), к чему прикоснулся огонь». «Я не последую за тобой, оставив (мнение) Са’ида ибн Мусаййиба». И замолчал аз-Зухри.

Это и есть таклид и следование за мнением имама, и совершающий его не выходит за границы знания и практики знания. Если бы это было ошибкой и заблуждением, разве промолчал бы Ибн Шихаб?!

И кто тогда невежда?!

На самом же деле невежда - тот, кто использует научный термин из области усуль аль-фикх «‘амми» в значении «невежда».

Просим у Аллаха защиты и безопасности!

«Упаси меня Аллах оказаться одним из невежд» (Сура «Аль-Бакара», аят 67) в знаниях, поступках и нраве.
« Последнее редактирование: 06 Июля 2016, 15:35:05 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Достаточно ли знать, что хадис достоверный, чтобы его практиковать?

Что касается второго сомнения - что достоверности хадиса достаточно для его практики - то говорящие это имеют в виду, что Всевышний Аллах обязал нас следовать за Пророком, ﷺ, поэтому, если передаваемый от него хадис достоверен, то этого достаточно, чтобы практиковать его, и это будет следованием за Пророком, ﷺ. И нельзя мусульманину отказываться от практики достоверных хадиса, переданных от Посланника Аллаха, ﷺ, как мы уже сказали раньше, приведя ответ имама аш-Шафии, данный им аль-Хамиди: «Разве ты увидел, как я выхожу из церкви, надев столу (епитрахиль)…»

И не обязал нас Всевышний Аллах следовать за кем-то, какой бы высокой ни была его степень в знаниях, если он не безгрешен.

Наш ответ: это сомнение состоит из двух частей:

1. Факта достоверности хадиса достаточно для его практики.
2. Нам велено следовать за Пророком, ﷺ, и больше ни за кем другим из людей.

Ответ на первую часть (второго сомнения) вытекает из ответа на первое сомнение, касающееся слов «если хадис достоверен, то это мой мазхаб». Мы говорим: поистине, смысл слов «факта, что хадис достоверен, достаточно для его практики» таков: пригодность хадиса для практики достаточна для нее.

А эта пригодность для практики возможна, только если иснад и текст (матн) хадиса отвечают многим условиям. Часть этих условий разбирается в науках о хадисе, другая относится к усулю. А вовсе не так, что для практики хватает убедиться по «Такриб ат-тахзиб» (книге Ибн Хаджара аль-Аскаляни, в которой собраны биографии передатчиков), что все передатчики хадиса достоверны, как думают некоторые!

На самом деле это одна из самых значительных задач имамов, достигших совершенства в хадисах и науках о них, а также в усуль аль-фикх и фикхе.

И неправильное понимание вопроса приводит в начале к пренебрежению сунной, которую  они хотят оживить, а затем и к пренебрежению фикхом. Также это приводит к сбиванию людей с правильного пути.

Передал Ибн Аби Хейсама - как это приводится в «Шарх ‘иляль ат-Тирмизи» ( 1/413) - и Абу Ну’айм в «Хилья» (4/225), оба по цепочке от Исы ибн Юнуса, от А’маша, что Ибрахим ан-Наха’и сказал: «Когда я слышу хадис, я смотрю на то, что из него берется, и беру это. А остальное оставляю».

Передал имам хафиз Ибн Абдуль-Барр («Джами’баян аль-‘ильм», 2/130), да помилует его Аллах, с иснадом до кади муджтахида Ибн Аби Лейля, да помилует его Аллах, который сказал: «Человек не считается знающим хадис, пока не (будет знать), что брать из него, а что оставлять».

Передал Абу Ну’айм («Хилья», 9/3) в начале биографии имама «амира аль-муъминин» в хадисе Абдуррахмана ибн Махди, что тот сказал: «Не будет считаться человек имамом, пока не будет знать, какие хадисы достоверны, а какие нет, и пока не перестанет использовать как довод все подряд, и пока не узнает источники знания».

Передал Ибн Хиббан, да помилует его Аллах, в предисловии к своей книге «Аль-Маджрухин» (1/42) со своим иснадом до имама Абдуллаха ибн Вахаба, да помилует его Аллах, что тот сказал: «Я встретил триста шестьдесят ученых, и если бы не Малик и Лейс, я бы заблудился в знаниях».

Также от него передают слова: «Мы следовали в знаниях за четверыми: двумя в Египте и двумя в Медине. За Лейсом ибн Са’дом и Амром ибн аль-Харисом в Египте, и за Маликом и аль-Маджишуном в Медине. Если бы не они, мы бы сбились».

Подобные же слова передают от него Ибн Аби Хатим (в «Такдима аль-джарх ва ат-та’диль» (с. 22 - 23)) и Ибн Абдуль-Барр (в «Аль-Интикаъ» (с. 61).

Имам аль-Каусари в одном из примечаний к «Аль-Интикаъ» объяснил, почему он (Ибн Вахб) сбился бы, если Аллах не спас бы его: «И слова Ибн ‘Асакира (*) с иснадом до Ибн Вахба: «Если бы не Анас ибн Малик и Лейс ибн Са’д, то я бы погиб» (означают): Я бы думал, что можно практиковать все, что передается от Пророка, ﷺ.

* Также их приводит аль-Байхакы, и их к нему относит Ибн Раджаб в «Шарх аль-‘иляль», т. 1, с. 413

 В другой версии передается «…я бы сбился в пути», то есть: из-за расхождений в хадисах». Аль-Каусари добавляет: «…как это случилось со многими передатчиками (хадисов), далекими от (знания) фикха, не различавшими, что можно практиковать, а что нет» (см. его слова в примечаниях к «Шурут аль-аимма аль-хамса» аль-Хазими, с. 36).

Кади ‘Ияд, да помилует его Аллах, (в «Тартиб аль-мадарик», т. 2, с. 427) передает эти слова в такой форме: «Ибн Вахб сказал: «Если бы Аллах не спас меня через Малика и Лейса, я бы сбился с пути». Его спросили: «Как это?» Он ответил «Я бы много занимался хадисами, и они запутали бы меня (*). Я показывал их Малику и Лейсу, и они говорили мне: это возьми, а это оставь»».

* Тадж ас-Субки привел в «Табакат» (т. 2, с. 128), что имам Ахмад ибн Салих аль-Мисри сказал: «Собрал Ибн Вахб сто двадцать тысяч хадисов»

Поэтому имам Суфьян ас-Саури говорил, предупреждая об этой опасности: «Истолковать хадис лучше, чем услышать его» (см. «Джами’ баян аль-‘ильм», т. 2, с. 175).

Имам Абу Али аль-Нисабури сказал: «Понимание, по нашему мнению, лучше, чем запоминание» («Тазкира аль-хуффаз», с. 776. Также см. «Аль-ми’ьяр аль-му’риб» аль-Ваншариси, т. 12, с. 314).

В книге «Аль-факих ва аль-мутафакких» (2/81) сказано: один человек спросил Ибн ‘Укду о каком-то хадисе, а тот ему ответил: «Поменьше занимайтесь такими хадисами, это (занятие) подходит только тем, кто знает их толкования (таъвиль). Яхья ибн Сулейман передал, что Ибн Вахб сказал: «Я слышал, что Малик сказал: «Во многих таких хадисах - заблуждение. Я передал такие хадисы, что, поистине, я предпочел бы скорее, чтобы мне дали пару плетей за каждый такой хадис, чем передать их»*

* Эти слова передал аль-Хаким от Малика в «Ма’рифа ‘улюм аль-хадис» (с. 61) и прокомментировал их следующим образом: «И Малик ибн Анас (говорит) о том, что он передал, и об уменьшении передаваемого - то есть, передачи хадисов. И он проявляет особую богобоязненность в этом. Что же говорить о тех, кто передает все налево и направо».

Шейх Исмаиль аль-Ансари (1340 - 1417 г. по хиджре), да помилует его Аллах,  так прокомментировал эти слова: «Эти слова относятся к тем, кто неправильно понимает передаваемые хадисы».

Ведь на самом деле в сунне Пророка, ﷺ,  - наставление на правильный путь. Всевышний Аллах сказал: Смысл: «Последуйте за ним (Пророком Мухаммадом, ﷺ), чтобы быть на правильном пути» (Сура «Аль-А’раф», аят 158).

Однако тот, кто неправильно понимает и использует передаваемое - впадает в заблуждение. Поэтому Всевышний Аллах во многих аятах называет сунну Своего Посланника, ﷺ, «мудростью». А мудрость - это все понимать и использовать правильно.

В книге «Джами’ ли ахляк ар-рави ва адаб ас-сами’» (с. 63) (говорится): «Сказал аш-Шафии: «Малика ибн Анаса спросили: «Ибн ‘Уейна передает от Аз-Зухри не то, что передаешь ты». На что Малик ответил: «Разве я пересказываю все хадисы, которые слышал?! Это значило бы, что я хочу ввести людей в заблуждение» *.    

*  Хафиз (Ибн Хаджар аль-Аскаляни), да помилует его Аллах, пишет в «Фатх аль-Бари» (т. 1, с. 236) в начале главы о тех, кто сообщил одним то, что не сообщил другим: «Среди них (ученых) были такие, кто считал нежелательным передавать некоторые хадисы: Ахмад - хадисы, внешний смысл которых указывает на (дозволенность) выступления против правителя, Малик - те хадисы, где говорится об атрибутах (Аллаха), Абу Юсуф - хадисы гариб. Среди них также Абу Хурайра, как мы сказали об этом, в теме про носки. Причина этого (нежелательности) - в опасности возникновения смуты (фитны). То же передается и от Хузайфы. От Хасана (аль-Басри) передается порицание в адрес Анаса, который рассказал Аль-Хаджаджу историю людей из ‘Урейны, потому что Аль-Хаджадж использовал ее ложное толкование как повод для убийства мусульман.

И правило тут такое: если внешний смысл хадиса поддерживает какое-либо нововведение, и этот внешний смысл не подразумевается, и есть опасение, что этот хадис поймут буквально, то не нужно его передавать. Аллах знает лучше».

И пример этому: Ибн ‘Уейна передал от Умара хадис Посланника Аллаха, ﷺ: «Совершайте часто хадж и умру, это удлиняет жизнь, избавляет от бедности и грехов, также как кузнечные меха избавляют железо от шлака». И он (Ибн ‘Уейна) сказал: «Лучше, наверное, не передавать слова «удлиняют жизнь» из опасения, что они - то есть кадариты (аль-кадарийя) - используют их как довод, хотя тут нет для них довода». Это сказано в «Муснаде» аль-Хамиди
(т. 1, с. 10 - 11).



Поэтому Ибн Вахб и сказал эти слова: «Хадис - область заблуждения для всех, кроме ученых». Он имел в виду факихов, как это ясно из приведенной цитаты из Ибн ‘Уейны.

Изучение Сунны у имамов фикха - средство спасения от заблуждения, как свидетельствуют  имамы Ибн ‘Уейна и Ибн Вахб. И другие имамы, которые передали их слова, подтверждают это.

Перечислим их имена: слова Ибн ‘Уейны передал Ибн Аби Зейд аль-Кейруани, Халиль аль-Джунди и Ибн Хаджар аль-Хайтами. Слова Ибн Вахба передали Ибн Аби Хатим, Ибн Хиббан, тот же Ибн Аби Зейд (аль-Кейруани), аль-Байхакы, Ибн Абдуль-Барр, (Кади) ‘Ияд, Ибн Асакир и Ибн Раджаб.

Цитата у Ибн Абдуль-Барра в «ат-Тамхид», переданная через Абу Джа’фара аль-Айли, выглядит так: «Я слышал, как Ибн Вахб говорил много раз: «Если бы… (ни Малик и Лейс, я бы сбился с пути в знаниях)». То есть упомянутые слова Ибн Вахба переданы много раз в упомянутом источнике.

Насколько же опасно невежество людей в отношении этой истины!

Имам ат-Тирмизи привел в «Сунан» (1/26) хадис от Умм ‘Атыйи об омывании дочери Пророка, ﷺ, Зейнаб после ее смерти, а затем написал к этому хадису длинный комментарий, который завершил словами: «Так сказали факихи, а им лучше известен смысл хадиса».

Хафиз аль-Хатыб (аль-Багдади) пишет в «Аль-факих ва аль-мутафакких» (2/81-82):

«Да будет известно, что обильные записывание и передача хадисов не делают человека факихом. Факихом можно стать, только разбирая смыслы хадисов и усердно размышляя над ними».

Затем автор привел наставление, сделанное имамом Маликом, да будет Аллах им доволен, своим племянникам Абу Бакру и Исмаилю, сыновьям Абу Увайса. Имам Малик сказал им:

- Я вижу, что вы любите это дело - собирание и слушание хадисов - и собираетесь заняться им.

Они ответили:

- Да.

Имам сказал:

- Если вы хотите получить от хадисов пользу, и чтобы Аллах сделал вас полезными, то меньше занимайтесь эти делом и больше изучайте фикх.

Также аль-Хатыб приводит с иснадом до Абу Ну’айма аль-Фадля ибн Дукейна, одного из известных учителей имама аль-Бухари, следующие слова: «Я заходил к Зуфару - Ибн аль-Хузейлю, одному из величайших учеников имама Абу Ханифы - и он говорил мне: «Подойди, я взгляну на твои хадисы». Я показывал ему то, что услышал, а он говорил: «Это берется, это не берется, это отменяющий хадис, это отмененный»».

Именно поэтому имам Малик всегда выбирал, от кого брать хадисы. Он считал, что условием для того, чтобы передатчик считался достойным доверия (сика) и его хадисы бы принимались, - чтобы этот передатчик хорошо понимал смысл того, что передает.

Кади ‘Ияд, да помилует его Аллах, пишет в «Тартиб аль-Мадарик» (1/124-125): «Ибн Вахб сказал: «Малик разбирал (статус) аль-‘Аттафа ибн Халида - а он был из тех, чьи передачи принимаются - и сказал:

- Я слышал, что вы берете (хадисы) от него.

Я сказал:

- Да.

Он ответил:

- Мы брали (хадисы) только от факихов».

И он (имам Малик) следует в этом за своим учителем Рабиʼой ар-Раи, да помилует его Аллах. Аль-Хатыб передает в «аль-Кифая» [С. 169] с иснадом до имама Малика, что Рабиʼа сказал Ибн Шихабу аз-Зухри: «Ты передаешь слова Пророка, ﷺ, так будь осторожен в том, что передаешь».
 
Другим его (Малика) учителем был «амир аль-муъминин» в хадисе Абу аз-Зинад Абдуллах ибн Закван. Ибн Абдуль-Барр передает с иснадом [в «Джамиʼ баян аль-ʼильм», т. 2, с. 98], что тот сказал: «Клянусь Аллахом, о если бы мы собирали сунну у знатоков фикха и достойных доверия передатчиков и учили ее подобно тому, как мы учим аяты Корана!..»
 
Их предшественником в этом был имам куфийцев и шейх факихов этого города Ибрахим ан-Нахаʼи, да помилует его Аллах. Аль-Хатыб также передает от него [и близко к этому в «ат-Тамхид» Ибн Абдуль-Барра, т. 1, с. 29], что однажды аль-Мугира ад-Дабби опоздал на урок Ибрахима, и тот сказал ему:
 
- О, Мугира! Что же задержало тебя?
 
Мугира ответил:
 
- К нам приходил один шейх - то есть один из передатчиков хадисов – и мы записывали за ним хадисы.
 
Ибрахим сказал:
 
- Мы берем хадисы лишь от того, кто отличает дозволенное в них от запретного и запретное от дозволенного. А ты можешь найти шейха, который передает хадисы, при этом путая дозволенное в них с запретным, и даже не осознавая этого.
 
Аль-Хатыб передал в «аль-Факих ва аль-мутафакких» [Т. 2, с. 15 -19] длинную речь имама аль-Музани, наследника знаний имама аш-Шафии, да будет Аллах доволен ими обоими. В конце аль-Музани говорит: «Взгляните – да простит вас Аллах – на хадисы, которые вы собрали, и учитесь у знатоков фикха, и становитесь факихами».
 
Имам аль-Кастыляни, да помилует его Аллах, толкователь Бухари, пишет в книге «Латаиф аль-ишарат» [Т. 1, с. 80, 94]: «Аллах был милостив к имаму дар аль-хиджра (Медины) Малику ибн Анасу. От него передается – как это упоминает аль-Хузали – что он спросил Нафиʼа о «басмале». Тот ответил:
 
- Сунна – произносить ее вслух.
 
Малик принял его ответ и сказал:
 
- По каждой науке спрашивают ее знатоков» *.
 
** Цель того, что я привел эту историю, указать, что имам Малик считал важным обращаться к специалистам, и удержать тех, кто принижает степень имамов, не разбираясь, утверждая, что они следуют их словам. Целью моей здесь не было вынести фетву о чтении «басмалы» вслух. Это сложный вопрос. Имамы-муджтахиды довольно сильно разошлись в нем, а их последователи развили тему, написав отдельные книги по ней, длинный перечень которых можно найти в «Маʼариф ас-сунан» (т. 2, с. 361) шейха аль-Банури, да помилует его Аллах. Уточняя эти слова имама (Малика), скажу: согласно сильному мнению в его мазхабе, «басмалу» не нужно произносить вслух, см. «Хашия ад-Дусуки ʼаля Шарх аль-кабир» (т. 1, с. 251) и «аль-Фаваких ад-Давани ʼаля Рисаля Ибн Аби Зейд аль-Кейрувани» (т. 1, с. 176).

И это немногое из того, что касается необходимости обращаться к имамам-факихам в понимании сунны. Ведь на деле все не так, как заявляют некоторые: якобы самого по себе факта, что хадис достоверен, достаточно, чтобы стало обязательным его практиковать.
 
Также есть и другая тема, связанная с этим ошибочным утверждением, которую нужно прояснить, чтобы продемонстрировать его ложность.
 
История саляфов, да будет Аллах ими доволен, показывает, что сподвижники и те, кто были после них, не ограничивались простой передачей хадисов так, чтобы брать их и практиковать. Они смотрели, можно ли их практиковать или нет. Мы приводили уже слова имама аль-Каусари, да помилует его Аллах: «…как это произошло со многими передатчиками (хадисов), которые были далеки от фикха, не различавшими то, что подходит для практики, и то, что не подходит».
 
Далее я приведу длинную цитату из книги «Китаб аль-джамиʼ» имама Ибн Аби Зейда аль-Кейрувани аль-Малики (ум. в 386 году по хиджре), да помилует его Аллах, а затем подобную ей из книги «Тартиб аль-мадарик» Кади ʼИяда. Из этих цитат станет ясно отношение саляфов, да будет Аллах ими доволен, к практике сунны: то, что практиковали некоторые из них, они брали, а то, что не практиковал никто, оставляли, даже если эти хадисы им передавали достойные доверия передатчики.
« Последнее редактирование: 12 Июля 2016, 01:32:56 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Имам Ибн Аби Зейд (аль-Кейрувани в книге «Китаб аль-Джамиʼ», с. 117) пишет, перечисляя положения вероучения Ахлю-с-Сунна и принципы верного пути:
 
«Принятие сунны. И не противопоставлять ей мнения, не противоречить ей аналогиями (кыяс). И то, что толковали из нее праведные предшественники, толкуем и мы. То, что практиковали, - практикуем и мы. А то, что оставляли, – мы тоже оставляем. Мы можем не делать того, что не делали они. И мы следуем за тем, что они разъяснили.  И мы придерживаемся их решений и мнений по поводу (различных) ситуаций. И мы не противоречим их (саляфов) большинству в отношении расхождений или в толкованиях.
 
И все упомянутые нами положения – это мнения Ахлю-с-Сунна и имамов фикха и хадиса, так, как мы их объяснили. И все это – мнения Малика. Часть из них передается от него дословно, другая часть известна из его мазхаба…
 
Имам Малик говорил: «То, что практиковать, – я беру из хадисов».
 
И сказал тот, за кем я следую (Малик): «Тяжело говорить в подобных ситуациях: передал мне такой-то от такого-то, тогда как табиʼины говорили, когда до них доходили хадисы от других: «Мы знаем это, однако практикуется иное»».
 
Брат Мухаммада ибн Абу Бакра ибн Хазма спрашивал его:
 
- Почему ты не практикуешь такой-то хадис?
 
Тот отвечал:
 
- Я не видел, чтобы люди его практиковали.
 
Ан-Нахаʼи говорил:
 
«Если бы я видел, что сподвижники берут малое омовение (не до локтей, а) до запястий, я бы брал его так же, при том, что я читал, что (нужно мыть) до локтей * . Причина этого в том, что они (сподвижники) вне подозрений в оставлении сунны, ведь они обладатели знаний и больше всех людей стремились следовать за Пророком, мир ему и благословение Аллаха. И подозревать их в этом (отказе от следования сунне) могут лишь те, в чьем Исламе есть сомнения».

* В книге «аль-Худжа фи баян аль-махабба» Абу аль-Касима ат-Тайми аль-Асбахани (т. 2, с. 401) сказано: «Ибрахим ан-Нахаʼи говорил: «Если бы они мыли только один ноготь, мы не мыли бы больше этого. Большое унижение для людей – противоречить их поступкам»».


Абдуррахман ибн Махди говорил: «Сунна, взятая из практики людей Медины, лучше, чем хадис».
 
Ибн ʼУейна говорил: «Хадис – место заблуждения для всех, кроме факихов».

Он имел в виду, что остальные (не факихи) могут понять что-то буквально, тогда как в другом хадисе этому дается толкование, или же есть другое доказательство, им не известное, или же этот хадис «матрук» (оставленный), он не принимается по какой-либо причине, которая не известна никому, кроме тех, кто достиг глубокий знаний и изучил фикх.
 
Ибн Вахб говорил: «Любой  знаток хадиса, у которого нет имама в фикхе, – заблудший», а также он говорил: «Если бы Аллах не спас нас через Малика и Лейса, мы бы сбились с пути».
 
Дальше Ибн Аби Зейд (в книге «Китаб аль-джамиʼ», с. 146) пишет:
 
«Малик говорил: «Никогда не было в Медине имама более знающего о противоречащих друг другу хадисах («мухталяф аль-хадис»)» Ашхаб поясняет: «Имеется в виду, он не рассказывал те хадисы, которые не практикуются».
 
Кади ʼИяд (в  В книге «Тартиб аль-мадарик», т. 1, с. 66), да помилует его Аллах, пишет:
 
«Глава о том, что передано от саляфов и (других) ученых об обязательности обращаться к практике людей Медины *, и о том, что она – довод у них, пусть и в отличие от большинства.

* «Практика людей Медины» («ʼАмаль ахль аль-Мадина») - это один из доводов Шариата, согласно мнению имама Малика, основа для вынесения решений только в маликитском мазхабе, не признаваемая остальными мазхабами фикха. Маликиты считают письмо имама Малика Лейсу ибн Саʼду, в котором он обосновал использование практики людей Медины как довода, первым в истории сочинением по науке усуль аль-фикх. Люди Медины – это сподвижники и их ученики из числа табиʼинов и учеников последних. Их практика, по мнению маликитов, – это наследие, передаваемое от большой группы ученых большой группе их учеников, причем это знание передавалось непосредственно в месте Откровения, в городе Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и привествует, праведных  халифов, сподвижников, дававших фетву, и их благочестивых учеников, да будет Аллах доволен ими всеми.

Передается, что Умар ибн аль-Хаттаб, да будет Аллах им доволен, сказал с минбара:
 
«Трудным будет положение перед Аллахом для человека, который передает хадисы, противоречащие тому, что практикуется».
 
Ибн аль-Касим и Ибн Вахб говорили: «Мы видели, что, по мнению Малика, практика (мединцев) сильнее хадиса».
 
Малик говорил: «Ученые из числа табиʼинов передавали хадисы, и когда до них доходили (хадисы) от других, они говорили: «Мы знаем это, однако практикуется иное»».

Малик сказал:
 
«Я знал Мухаммада ибн Аби Бакра ибн Амра ибн Хазма, он был судьей. У него был брат Абдуллах, знаток хадиса и человек правдивый. Однажды Мухаммад вынес судебное решение, которое противоречило некоему хадису. Абдуллах упрекнул его, говоря:
 
- Разве нет такого-то хадиса?

Мухаммад ответил:

- Есть.

Тогда его брат сказал:

- Тогда почему ты не вынес решение в соответствии с ним?

Мухаммад ответил:

- А где его люди?»

То есть «не практиковали его ученые Медины». И вывод из этих слов такой: практика людей Медины сильнее хадиса.
 
Ибн аль-Муʼаззаль сказал: «Я слышал, как один человек спросил Ибн аль-Маджишуна:

- Почему ты передал хадис, но оставил его (не практикуешь)?

Он ответил:

- Чтобы знали, что мы его не практикуем на основе знания».
 
Ибн Махди сказал: «Сунна, взятая из практики людей Медины, лучше, чем хадис». Также он сказал: «Если у меня много хадисов по какой-то теме, и я знаю, что люди округи поступают иначе (не в соответствии с этими хадисами), я считаю их слабыми».
 
Рабиʼа говорил: «Я считаю, что тысяча от тысячи лучше, чем один от одного, потому что один от одного лишает вас сунны».

Ибн Аби Хазим говорил: «Абу Дарда (?) задавали вопросы, и он отвечал. Однажды ему сказали:

- До меня дошло так-то и так-то.

Иначе, чем он отвечал.

Он ответил на это:

- И я это слышал. Однако видел, что практикуют другое».
 
Ибн Аби аз-Зинад говорил: «Умар ибн Абдуль-Азиз собирал факихов и спрашивал их о суннах и решениях, которые практикуются и которые установлены. И то, что не практиковалось, он отменял, даже если сообщения об этом передавал достойный доверия передатчик».

 
И это была цитата из имама, мухаддиса, факиха, Кади ʼИяда аль-Малики, да помилует его Всевышний Аллах.
 
Также смотри слова хафиза аль-Хатыба аль-Багдади аш-Шафии, да помилует его Всевышний Аллах в книге «аль-Факих ва аль-мутафакких» ( 1/132). В этой книге он выделил отдельную главу, названную «Глава о доводах, отрицающих применение единичных сообщений (хабар аль-вахид)». Имам открыл ее цитатой с иснадом до Мухаммада ибн Исы ат-Таббаʼа, одного из крупнейших хафизов и при этом знатоков фикха, ученика имама Малика. Он сказал: «Оставь любой хадис, дошедший до тебя от Пророка, ﷺ, о котором не известно, практиковал ли его кто-то из сподвижников или нет».
 
Ибн Халликан (в «аль-Вафаят», т. 3, с. 188 -189) пишет в биографии Абу аль-Касима Абдуль-Азиза ибн Абдуллаха ад-Дараки, одного из имамов шафиитов, умершего в 375 году по хиджре: «Когда к нему приходил вопрос, он долго размышлял над ним, затем давал фетву. Иногда он давал фетву, не соответствующую мазхабу двух имамов – аш-Шафии и Абу Ханифы. Когда его спрашивали о причине этого, он отвечал: «Об этом свидетельствует хадис, переданный таким-то от такого-то, от Посланника Аллаха, ﷺ. Следовать хадису лучше, чем мнению двух имамов»».
 
Имам аз-Захаби в «Сияр» (16/404) привел это сообщение и так его прокомментировал: «Я скажу: Это правильно, однако при условии, что это сказал о хадисе имам, подобный двум этим имамам, такой как Малик, или Суфьян, или аль-Аузаʼи, и чтобы этот хадис был установленным, лишенным недостатков, и чтобы довод Абу Ханифы и аш-Шафии не был основан на достоверном хадисе, противоречащем другому. Если же кто-то следует достоверному хадису, которого избегали остальные имамы-муджтахиды, то нет».
 
Передали Абу Зараʼа ад-Димашки в книге «ат-Тарих» (1, с. 265) и ар-Рамахурмузи в «аль-Мухаддис аль-фасыль» (С. 318), что имам аль-Аузаʼи, да помилует его Аллах, сказал: «Мы слушали хадисы и затем показывали их нашим ученым, подобно тому, как показывают (специалистам) поддельный дирхам. Те хадисы, которые они знали, мы брали, а те, которые не принимали, мы отвергали».


Имам Такиюддин ибн Таймийя, да помилует его Аллах, пишет в книге «аль-Мусаввада» (С. 530):
 
«Все, что он передал — имам Ахмад — из сунны или асаров, и посчитал достоверным, или хорошим (хасан), или был доволен его иснадом, или включил в свои книги, и не отверг, и не давал фетву в противоречии с этим — то это его мазхаб. Есть также мнение, что нет».
 
В приведенной цитате нас интересуют слова «не отверг и не давал фетву в противоречии с этим»: они ясно дают понять, что имам Ахмад — и подобно ему остальные имамы — отказывались от достоверного хадиса ради другого хадиса, когда на то у них были причины, а также что достоверность хадиса сама по себе не достаточна для его практики.
 
И достоинством для ученого является совмещать знание хадиса со знанием фикха и на пути знания не погружаться в одну из этих наук в ущерб другой.
 
Кади`Ияд (в «Тартиб аль-мадарик», т. 2, с. 541.), да помилует его Аллах, пишет в биографии имама «аль-`Акыля» (*) Яхьи ибн Яхьи аль-Лейси, передатчика «аль-Муватта» от имама Малика, да помилует Аллах их обоих:

* Говорится в «Тартиб аль-мадарик» (т. 2, с. 537): «Имам Малик восхищался качествами Яхьи и его интеллектом. От него передается, что Яхья сидел однажды в кругу учеников имама Малика, когда вбежал человек, говоря:
- Там слон!

И все ученики имама Малика вышли посмотреть на слона.

Малик сказал ему (Яхье):

- Почему ты не идешь на него смотреть? Слонов же нет в Андалусии.

Яхья ответил ему:

- Я приехал из своей страны для того, чтобы смотреть на тебя, и перенимать у тебя твои знания и похвальные качества, а не для того, чтобы смотреть на слона!»

Имаму Малику понравился его ответ и он прозвал его «аль-`Акыль» («разумный»).



«Яхья сказал:
 
Я приходил к Абдуррахману ибн аль-Касиму, и он мне говорил:
 
- Откуда ты, Абу Мухаммад?

- От Абдуллаха ибн Вахаба.
     
На что он отвечал:

- Побойся Аллаха! Большинство этих хадисов не практикуется.

Он имел в виду: не практикуется людьми Медины. Затем я приходил к Абдуллаху ибн Вахбу, и он мне говорил:

- Откуда ты?

- От Ибн аль-Касима.

На это он отвечал:

- Побойся Аллаха! Большинство его вопросов (фетв) основаны на мнении *.

* До этого момента привел Ибн Абдуль-Барр в «Джами` баян аль-`ильм» (т. 2, с. 159) со своим иснадом
 
Затем я возвращался к себе и говорил: «Да помилует Аллах их обоих! Каждый из них прав: Ибн аль-Касим запретил мне следовать за хадисами, которые не практикуются, и в этом он прав. Ибн Вахб запретил мне слишком сильно опираться на мнения, и велел следовать (за хадисами), и в этом он прав.»
 
И Яхья говорил: «Следовать за Ибн аль-Касимом в его мнениях — верный путь. Следовать за Ибн Вахбом в том, что он передает, — правильно»».
 
Абу Ну`айм (в «аль-Хилья», т. 4, с. 325) привел с иснадом до имама Ибрахима ан-Наха`и, да помилует его Аллах, слова: «Не будет правильным мнение без передачи, а передача — без мнения»
 
Аль-Кардари приводит в книге «Манакиб аль-имам Аби Ханифа» (С. 377) историю, в конце которой имам Абу Ханифа говорит: «Тот, кто изучает хадисы и не изучает их толкования, тот тратит силы зря и навлекает на себя беду».
 
Подобные же слова сказал ученик имама-муджтахида Мухаммад ибн аль-Хасан аш-Шайбани: «Не будет правильной практика хадиса без мнения, и не будет правильной практика  мнения без хадиса» (ас-Сарахси в «аль-Усуль» (т. 2, с. 113) и Фахр аль-Ислям аль-Баздави в начале своей книги «аль-Усуль» (с. 5). См. толкование и подобные высказывания в комментарии Абдуль-Азиза аль-Бухари на «Усуль» аль-Баздави (т. 1, с. 17, 18)).
 
Кади ар-Рамахурмузи (ум. в 360 г. по хиджре), да помилует его Аллах, в предисловии к своей книге «аль-Мухаддис аль-фасыль» (С. 160) дает наставление одному из ученых своего времени, жившему в Багдаде, который с пренебрежением относился к ученым-мухаддисам. Имам пишет:
 
«Разве же он не изучал этику получения знаний, не знает, что нужно проявлять смирение перед теми, кто обладает хоть каким-то знанием, отдавать должное достоинствам факихов, не умалять значения передатчиков (хадисов), побуждать передатчиков к изучению фикха, а изучающих фикх — к хадисам, рассказывать о достоинствах обеих групп, призывать к следованию за ними обеими. Ведь оба этих пути, объединяясь, приводят к совершенству, а разделяясь, — к несовершенству».
 
Имам Абу Сулейман аль-Хаттаби (ум. в 388 г. по хиджре), да помилует его Аллах, пишет в предисловии к своему толкованию на «Сунан» Абу Дауда, которое назвается «Ма'алим ас-Сунан» (1/3):
 
«Ученые в наше время разделились на две группы, на два течения: «люди хадиса и предания» и «люди фикха и толкования». И каждая из них не отличается от другой в потребностях, каждая нуждается в другой для достижения цели, поскольку хадис — это основа, фундамент, а фикх — это здание, которое стоит на этом фундаменте. И как любое здание, построенное без фундамента, рухнет, так и любой фундамент, на котором не возвели строение, — это руины».
« Последнее редактирование: 12 Июля 2016, 04:19:03 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Хафиз ас-Сахави, да помилует его Аллах, в «Фатх аль-мугыс» (3/50-51)  пишет: «Из понимания предыдущего следует (важность) занятия фикхом хадиса — изучением выносимых из него хукмов и этических норм (адабов). И это дело великих имамов-муджтахидов фикха, таких как аш-Шафии, Малик, Ахмад, два Хаммада (ибн Зейд и ибн Саляма), два Суфьяна (ас-Саури и ибн 'Уейна), Ибн аль-Мубарак, Ибн Рахавейхи, аль-Ауза`и и других ранних и поздних ученых. И об этом написано много книг».
 
Ибн Асакир в книге «Тарих» (38/34) в биографии Абу Зур'ы ар-Рази передал его слова: «Я целую ночь размышлял о передатчиках (хадисов) и вдруг увидел, будто во сне, как человек зовет меня: «Абу Зур`а! Понимание текста хадиса лучше, чем размышление о мертвых». То есть о передатчиках этого хадиса, которые уже умерли».
 
Поэтому Абу Зур'а ар-Рази говорил: «Изучайте фикх. Поистине он подобен горному яблоку, которым питаются весь год».
 
Имам Хаким даже выделил фикх (понимание смысла) хадисов в специальный раздел наук о хадисе, указывая в предисловии на важность изучения фикха  хадисов, а также упомянул некоторых имамов этой науки. Он в «Ма'рифа 'улюм аль-хадис» (с. 63) пишет: «Двадцатый вид этой науки: изучение фикха хадисов. Поистине это плод всех наук (о хадисе) и опора Шариата. Факихи Ислама, знатоки кыяса, мнений, принципов вынесения шариатских решений, дискуссий и рациональных наук каждого века и каждой местности известны. Мы же упомянем — с дозволения Аллаха — в этой главе знактоков фикха хадисов, чтобы доказать, что мухаддисы, достигшие глубоких знаний, являются также знатоками фикха хадисов, покольку это один из видов наук о хадисе».
 
У Ибн Хиббана есть длинная цитата, в которой он жалуется на большинство обычных передатчиков хадисов (её можно найти в «аль-Бахр аллязи захар» хафиза ас-Суюты, да помилует его Аллах (т. 1, с. 261)).
 
У Хатыба аль-Багдади в начале книги «аль-Кифая» есть слова гораздо длинее, смысл которых сводится к тому, что я передал от имама ан-Наха`и, Мухаммада ибн аль-Хасана (аш-Шайбани) и далее. Прочесть эти слова полностью будет полезно. Пусть Аллах даст нам силу совершать то, чем Он доволен!
 
Хафиз Ибн Раджаб аль-Ханбали, да помилует его Аллах, пишет в своем замечательном и полезном трактате «Фадль 'ильм ас-саляф 'аля аль-халяф» (С. 9):
 
«Что касается имамов и факихов из ученых-мухаддисов, то они следовали достоверному хадису, если его практиковали сподвижники и те, кто был после них, или хотя бы часть из них. А если в отношении какого-то хадиса есть единогласное мнение, что он не берется, его нельзя практиковать, поскольку они (саляфы) не оставляли хадис, если только не знали, что он не практикуется. Умар ибн Абдуль-Азиз говорил: «Берите только те мнения, которые соответствуют мнениям предшественников, ведь они были более знающими, чем вы»».
 
Затем он (Ибн Раджаб), да помилует его Аллах, пишет (С. 13):
 
«Человек должен остерегаться того, что появилось после них — то есть после имамов: аш-Шафии, Ахмада и подобных — ведь после них много чего появилось. Появились те, кто относил себя к последователям Сунны и хадиса, подобно захиритам и им подобным *, будучи предельно от нее — то есть Сунны — далекими. И либо их понимание отклонилось от понимания имамов, либо они принммали (доводы), которые не принимали имамы до них».

* Стоит поразмышлять над этими словами: «и подобным». Знай, что Исламская умма подверглась тому испытанию, которое упомянуто в словах Всевышнего Аллаха: «А когда им говорят: «Не распространяйте нечестия на земле!» – они говорят: «Мы – только творим благое». Разве нет? На самом деле они – распространяющие нечестие, но они не чувствуют (этого).» (Сура «аль-Бакара», аяты 11, 12)


В «И'лям аль-муваккы'ин» (1/44) передаются слова имама Ахмада: «Если у человека есть книги, в которых собраны слова Посланника Аллаха, ﷺ, и вопросы, по которым разошлись во мнениях сподвижники и таби`ины, то этому человеку нельзя практиковать оттуда все, что он пожелает, ему нужно спросить, что практиковать, у ученых, чтобы практиковать то, что правильно».
 
Обратите внимание на слова «ему нужно спросить, что практиковать, у ученых». В них содержится указание на то, некий хадис может быть достоверным, по мнению человека, и он может дать фетву в соответствии с ним, полагаясь на его достоверность и считая, что факта достоверности достаточно для его практики. Однако имам Ахмад обращает внимание на то, что такая неразумная поспешность в вынесении фетв не дозволена: необходимо спрашивать ученых — причем имеются в виду ученые по фикху — берется ли данный хадис или нет. Они дают фетву, подходит ли данный хадис для практики или нет.
 
Имам-муджтахид Суфьян ас-Саури, ؓ, говорил: «Существуют хадисы, которые не берутся (не практикуются)» («Шарх аль-иляль» Ибн Раджаба, т. 1, с. 29).

Мы уже приводили слова Ибн Аби Лейля: «Человек не считается знающим хадис, пока не (будет знать), что брать из него, а что оставлять» («Джами` баян аль-`ильм» Ибн Абдуль-Барра, т. 2, с. 13).

Имам аз-Захаби сделал в «Сияр а'лям ан-нубаля» (18/191) примечание в биографии Ибн Хазма к его словам: «Я следую за истиной, совершаю иджтихад и не придерживаюсь мазхаба». Его примечание следующее:
 
«Я говорю: да, тому, кто достиг степени иджтихада, и это засвидетельствовали имамы, не разрешено совершать таклид. Но начинающему факиху, который выучил Коран или большую его часть, нельзя ни за что совершать иджтихад. Как он будет это делать? Что он будет говорить? На чем основываться? Как сможет летать тот, кто еще не оперился?
 
Третий вид: знаток фикха, обладатель (глубокого) понимания, при этом мухаддис, который выучил наизусть мухтасар по фикху, книгу по правилам усуля, изучал нахв (граматика), при этом выучил Книгу Аллаха, занимался ее тафсиром, владаеет искусством научной дискуссии — такой человек достиг степени ограниченного иджтихада. Он способен анализировать доказательства имамов, и когда ему понятна истина в каком-либо вопросе, и по нему есть ясный шариатский текст, и это практиковали великие имамы, такие как Абу Ханифа, например, или Малик, или Саури, или Ауза`и, или Шафии, или Абу Убейд (аль-Касим ибн Салям; ум. в 224 г.х.), или Ахмад, или Исхак (ибн Рахавейх; ум. в 238 г.х.), а также (при условии), что он следует истине*, а не ищет облегчения, и проявляет богобоязненность, то ему нельзя после приведения довода совершать таклид (в этом вопросе)...»

* Имеется в виду: истине в его понимании. Аз-Захаби также пишет в «Сияр» (7/117): «Сегодня мы говорим: сейчас почти невозможно установить истину, если четыре имама иджтихада сошлись в обратном. При этом мы признаем, что единое их мнение не является иджмой уммы. И едва ли можно утверждать, что по каком-то вопросу, где они сошлись, истина заключается в ином».

Я говорю: поразмысли над словами хафиза аз-Захаби: «...когда ему понятна истина в каком-либо вопросе, и по нему есть ясный шариатский текст, и это практиковали великие имамы...», и над приведенными ранее его словами: «...если же кто-то следует достоверному хадису, которого избегали остальные имамы-муджтахиды, то нет», а также над приведенными ранее словами хафиза Ибн Раджаба аль-Ханбали: «...появились те, кто относил себя к последователям Сунны <...>, будучи предельно от нее далекими ,<...> они принимали то, что не принимали имамы до них».
 
Аз-Захаби и Ибн Раджаб будто бы опровергают этими словами то, что сказал Ибн Каййим об имаме Ахмаде, да помилует их Аллах (в  «И'лям аль-муваккы'ин», 1/30):
 
«Он — имам Ахмад — не предпочитал достоверному хадису ни практику, ни мнение, ни кыяс, ни слова сподвижников, ни отказ от практики противоположного (мнения)».
 
Слова аз-Захаби ясно указывают, что условием является практика данного хадиса имамом-муджтахидом, а слова Ибн Раджаба явно порицают захиритов и им подобных, которые отклонились (от понимания имамов) тем, что высказывали мнения, которых до них никто не высказывал, объясняя это тем, что они следуют достоверному хадису.
 
Некоторые использовали эти — и подобные им — слова Ибн Каййима как предлог для отклонения и противоречия иджме, переданной такими великими учеными, как аль-Байхаки, Ибн Хаджар, и другими более поздними, для утверждения запрета ношения женщинами золотых украшений. Просим у Аллаха наставить нас на истину!
 
Я сказал «опровергают то, что сказал Ибн Каййим об имаме Ахмаде», поскольку видел доводы, ставящие под сомнение то, что это справедливо в отношении имама, при всей значительности знаний Ибн Каййима в усуле его собственного мазхаба в частности и остальных мазхабов в общем.
 
В «Маджму' фатава шейх аль-ислям Ибн Таймийя» (10/220-221), да помилует его Аллах, переданы два мнения имама Ахмада в этом вопросе. Одно из них точно передается от него, другое — с определенной вероятностью. Шейх, да помилует его Аллах, пишет:
 
«Соотносить разные высказывания имама Ахмада лучше так, чтобы они подтверждали друг друга, а не противоречили друг другу, особенно если одно из этих высказываний не передается ни от кого от саляфов. Ахмад говорил: «Я предостерегаю от высказывания мнения по вопросу, в котором ты не следуешь за имамом». Также он говорил: «Как я могу высказать то, что (до меня) не высказывалось».»
 
Аль-Маймуни сказал: «Ахмад говорил мне: «Абуль-Хасан, я предостерегаю тебя от высказывания мнения по вопросу, в котором ты не следуешь за имамом» («Манакыб аль-имам Ахмад» Ибн аль-Джаузи (с. 178), «Мусаввада» Ибн Таймийи (с. 401, 484), «Сияр а`лям ан-нубаля» (11/296)) .
 
Имам аз-Захаби так описал аль-Маймуни в его биографии в «Сияр» (13/89): «Имам, большой ученый (`алляма), хафиз, факих <...> ученик имама Ахмада, один из великих имамов»
 
И когда ты понимаешь, к кому именно обращены эти слова имама Ахмада, да помилует его Аллах, то понимаешь важность его наставления.

Мы приводили цитату из книги «аль-Факих ва аль-мутафакких» с иснадом до великого хафиза, достойного доверия передатчика, факиха Мухаммада ибн Исы ибн Наджиха ат-Таббаʼа аль-Багдади (ум. в 224 году по хиджре). Он сказал: «Оставь любой хадис, дошедший до тебя от Пророка, ﷺ, о котором не известно, практиковал ли его кто-то из сподвижников или нет». Затем после этих слов аль-Хатыб пишет:
 
«Переданный достойным доверия передатчиком хадис без разрыва в иснаде может быть отвергнут по нескольким причинам. <...> Третья причина: он противоречит иджме. Это указывает на то, что это хадис отмененный, или у него нет основы, поскольку невозможно, чтобы хадис был достоверным и не отмененным при том, что вся умма объединилась на противоположном. Это то, что сказал Ибн ат-Таббаʼ о хадисе, который мы привели в начале главы».
 
Придерживаться мнения, которое до тебя никто не высказывал, у разумных людей и ученых считается безумием. Ас-Саймари передал в книге «Ахбар Аби Ханифа ва асхабихи» (стр.. 110 — 111) слова имама Зуфара: «Я никогда не спорил ни с кем до тех пор, пока он не скажет «я ошибся», но я спорил до тех пор, пока он не сходил с ума».
 
Его спросили:
- Как это — сходил с ума?

Имам ответил:
-Начинал говорить то, что не говорили до него».
 
Меня могут спросить: что ты можешь сказать о словах имама ас-Субки касательно того, кто обнаружил достоверный хадис, который никто не практиковал. Может ли он его практиковать? Имам, да помилует его Аллах, пишет в «Маʼна кауль аль-имам аль-Матляби» (стр. 107):
 
«По моему мнению, лучше следовать хадису. Пусть человек представит, будто он сам слышал этот хадис от Пророка, ﷺ. Разве в этом случае он смог бы не начать сразу этот хадис практиковать? Клянусь Аллахом, нет! И на каждого возложено по мере его понимания».
 
Я отвечу на это: во-первых, нужно поразмышлять над словами ас-Субки «по моему мнению, лучше следовать хадису».  Его слова «по моему мнению» указывают на то, что по этому вопросу среди ученых есть разногласие. Один высказался за безусловное следование хадису. Другой поставил условием, чтобы его практиковал кто-то из имамов, как в цитатах из аз-Захаби, Ибн Раджаба и других, которые мы привели выше.
 
Это не означает, что практика имама важнее хадиса Посланника Аллаха, ﷺ, и что хадис — не довод, пока он не практикуется имамом, и только эта практика делает его доводом. Нет! Да защитит нас Аллах! Хадис Посланника Аллаха, ﷺ, самоценен для каждого мусульманина.
 
Поистине, смысл здесь такой: практика имама — это довод на отсутствие иджма саляфов об оставлении этого хадиса. А их иджма об оставлении его — довод, указывающий на существование другого хадиса по данному вопросу.
 
Предшественниками аз-Захаби и Ибн Раджаба из поздних ученых был имам Ибн ас-Салях, цитату из которого мы приводили раньше с комментарием ас-Субки. Имам (Ибн ас-Салях) пишет:
 
«А если он не достиг такого уровня — то есть уровня абсолютного или ограниченного иджтихада (*) — при этом чувствует в сердце беспокойство оттого, что противоречит хадису, при том, что он исследовал вопрос и не нашел этому противоречию удовлетворительного объяснения, то пусть он посмотрит: практиковал ли этот хадис имам-муджтахид. Если найдет такого, то пусть последует за ним в практике этого хадиса, и это станет для него уважительной причиной оставить мазхаб своего имама в этом вопросе».

* Процитированные слова аз-Захаби явно указывают, что это условие относится к «ограниченному муджтахиду», а слова Ибн Раджаба имеют общий смысл.


У саляфов же есть много высказываний о том, что хадис может быть достоверным, и при этом не практиковаться. Некоторые из этих высказываний мы приводили недавно, вроде слов Ибн Аби Лейля, да помилует его Аллах: «Человек не считается знающим хадис, пока не (будет знать), что брать из него, а что оставлять», или слов имама муджтахида Суфьяна ас-Саури, процитированных Ибн Раджабом в «Шархе `иляль ат-Тирмизи» (1|29): «Существуют хадисы, которые не берутся (не практикуются)».

В книге «Тарих» Абу Зара'а  ад-Димашки (1|263) приводятся слова имама аль-Ауза'и: «Изучай то, что не практикуется, подобно тому, как изучают то, что практикуется».

Кроме того мы приводили слова, которые сказал Умар ибн аль-Хаттаб, да будет Аллах им доволен, с минбара:
 
«Трудным будет положение перед Аллахом для человека, который передает хадисы, противоречащие тому, что практикуется»

Во-вторых, в словах имама ас-Субки есть тонкий момент, который необходимо понять и раскрыть тому, кто собирается использовать эти слова в качестве доказательства.
 
Он, да помилует его Аллах, пишет: «Пусть человек представит, будто он сам слышал этот хадис от Пророка, ﷺ. Разве в этом случае он смог бы не начать сразу этот хадис практиковать? Клянусь Аллахом, нет!»
 
Я говорю: клянусь Аллахом, опасная ситуация! Как он может отложить практику хадиса при том, что Посланник Аллаха, ﷺ, осудил Абу Саида ибн аль-Муалля, который сразу не ответил на его зов, поскольку в тот момент совершал намаз. Он сказал: «О, Посланник Аллаха, я был в намазе». На что Пророк, ﷺ, ответил: «Разве Аллах не сказал: «Отвечайте Аллаху и Посланнику, когда он призывает вас»?!»... Этот хадис приводится в сборнике аль-Бухари в начале книги тафсира, и это хадис про то, что сура «аль-Фатиха» - «семь потворяющихся (аятов) и Великий Коран».
 
И раз Посланник Аллаха, ﷺ, осудил его за то, что тот замешкался с ответом на его призыв, будучи в намазе, то как сможет мусульманин замешкаться с практикой хадиса, который он услышал от Пророка, ﷺ, то есть не ответить на обращенный к нему призыв?!
 
Однако это относится к тому, кто услышал единственный хадис по некоему вопросу непосредственно от Посланника Аллаха, ﷺ, что касается нас, то наше положение — от первого века (по хиджре) до наших дней и до Судного дня — оказаться лицом к лицу с двумя разными хадисами по одной теме.
 
Так, хадис «Совершайте омовение после пищи, которой касался огонь» (Муслим, т. 4, с. 430 по шарху ан-Навави. А его матн — 1, 272 — 273 (90)) передается от Зейда ибн Сабита, Абу Хурайры и Аиши, да будет доволен ими Аллах. Второй хадис: Посланник Аллаха, ﷺ, съел мясо с кости барашка (в другой версии — лопатку) и совершил намаз, не прикасаясь к воде. Этот хадис передал имам аль-Бухари (207) в разделе о малом омовении, в главе о том, что не совершается омовение после употребления в пищу баранины и савика (пшеничная или ячменная крупа, приготовленная с жиром, медом или финиками), от Ибн Аббаса, Амра ибн Умаййи ад-Дамри и Маймуны, матери правоверных (да будет Аллах ими доволен). Также его передал Муслим от тех же (сподвижников) следом за предыдущим хадисом, и добавил другой вариант от Абу Рафи'а. В одной из передач от Ибн Аббаса говорится, что он видел, как Пророк,  ﷺ, вышел на намаз и ему принесли в подарок хлеб и мясо. Он съел три кусочка, а затем прочитал намаз, не прикасаясь к воде.
 
Зейд ибн Сабит и Абу Хурйара явно указали на то, что слышали, как Пророк,  ﷺ, сказал: «Совершайте омовение после пищи, которой касался огонь». А Ибн Аббас, Амр ад-Дамри, Маймуна и Абу Рафи' видели, как Пророк, ﷺ, ел мясо, которого касался огонь, а затем совершал намаз, не обновляя омовение.
 
Для каждого из этих сподвижников обязательно было без отсрочки практиковать то, что они видели от Пророка, ﷺ, как об этом сказал ас-Субки, и как оно и было на самом деле для этих великих сподвижников, да будет Всевышний ими доволен.
 
Однако что делать тому, кто родился после них и знает оба хадиса? Очевидно, что он будет смотреть на предпочтения (ученых) в внешний контекст, такой как хадис от Джабира: «Последним повелением Посланника Аллаха, ﷺ, был отказ от омовения после пищи, которой коснулся огонь» (Абу Дауд, № 194) и ан-Насаи (185)).
 
Но при этом «аз-Зухри считал, что хадис об омовении после пищи, которой коснулся огонь, отменят хадисы о дозволенности (не обновлять омовение после употребления в пищу приготовленной на огне еды), поскольку они были раньше», как об этом сказано в «аль-Фатх» (где была приведена цитата из «ат-Тамхид» Ибн Абдуль-Барра (3/332-334)), прочти там разбор темы. Затем автор процитировал слова ан-Навави: «Установилась иджма, что не нужно совершать омовение после пиши, которой коснулся огонь, кроме одного исключения — мяса верблюда».
 
Имам ас-Сарахси, да помилует его Аллах, написал в книге «Усуль» (1/339) очень ценные слова, касающиеся нашей темы: «Поистине, слова Посланника Аллаха, ﷺ, сами по себе утверждают бесспорное знание, сомнения возникают только в их передаче от него».

Тот, кто слышал его слова, получал бесспорное знание, которое становилось обязательным практиковать. А тот, до кого донесли слова Пророка, ﷺ, вынужден обращаться к контекстам, которые ему заменяют непосредственное слышание и так же обеспечивают бесспорное знание и делают обязательной его практику. А сомнения возникают только в путях передачи, то есть в передатчиках, либо в переданном, когда оно противоречит тому, что установлено однозначно, или же другому доводу (той же силы), или по какой-то иной причине. И пример, который мы привели (два противоречащих друг другу хадиса о совершении омовения после употребления в пищу еды, приготовленной на огне), как раз указывает на это.

В книге «аль-Аусат» Ибн Мунзира (1/225) сказано: «Передается от Хаммада ибн Салямы, что он сказал: «Если тебе переданы от какого-то человека два противоречащих друг другу хадиса, и ты не знаешь, какой из них отмененный, какой отменяющий, какой был раньше, какой позже — то считай, что тебе ничего не передано»». То есть, считай, что этот человек тебе не передавал хадисы.
 
Абу Дауд пишет в «Сунан» (после хадиса № 1847): «Если два хадиса Пророка, ﷺ, противоречат друг другу, то смотри, что брали сподвижники».
 
Разговор это долгий. Идея же состоит в следующем: положение того, кто не слышал хадис от Пророка, ﷺ, — будь он сподвижник или нет — отличается от того, кто представил, «будто он сам слышал этот хадис от Пророка, ﷺ.» Тот, кто сам не слышал хадис, будет практиковать один из них, зная об обоих. А тот, кто непосредственно слышал хадис от Пророка, ﷺ, будет также практиковать один, при этом не зная о другом, или зная — если ему, например, рассказал его другой сподвижник — но не напрямую  от Пророка, ﷺ. И то, что он слышал сам он предпочтет тому, что ему было рассказано, кроме случая, когда мы предполагаем, что тот сподвижник, который ему рассказал хадис, сообщил, что предыдущий хадис был отменен.
 

Так Ибн Аббас (да будет доволен ими обоими Аллах) видел, как Пророк, ﷺ, съел три кусочка мяса, затем прочитал намаз, не прикасаясь к воде. Потом Абу Хурайра рассказал ему хадис: «Совершайте омовение после пищи, которой касался огонь», но он (Ибн Аббас) не стал практиковать его, действуя в соответствии с тем, что он сам видел, предпочитая это тому, что ему было передано через третье лицо. Мы не скажем же Ибн Аббасу: «Представь, что ты находился рядом с Пророком, ﷺ...» или «Разве ты можешь откладывать практику того, что передано тебе от Пророка, ﷺ»

Это напоминает нам о другом случае, произошедшем с Ибн Аббасом, да будет Аллах ими доволен, и в этом есть большая польза, касающаяся разбираемой нами темы.
 
Передали имамы Ахмад в «Муснад» (1/252) и ат-Тахави в «Шарх ма'ани аль-асар» (2/189)] (приведем его словами), что 'Урва ибн аз-Зубайр сказал Ибн Аббасу, да будет Аллах ими доволен:

- Почему ты вводишь людей в заблуждение, Ибн Аббас?

-В чем это, 'Уреййя?

-Ты даешь им фетву, что когда они совершат таваф вокруг Ка'бы, то выходят из хаджа или умры (тахаллюль), в то время как Абу Бакр и Умар, да будет доволен ими Аллах, продолжали читать тальбию, будучи в хадже, не прекращая оставаться в ихраме до дня жертвоприношения.

Ибн Аббас ответил:

- Это вы ошиблись. Я вам передаю от Пророка, ﷺ, а вы мне от Абу Бакра и Умара!

На это 'Урва сказал:

- Абу Бакр и Умар лучше знали Пророка, ﷺ, чем ты!"*

* И слова 'Урвы в «Муснаде»: «Они оба (Абу Бакр и Умар) лучше следовали за Посланником Аллаха, ﷺ, и луче знали его, чем ты». В «ат-Тамхид» (т. 3, с. 353) передается от имама Яхьи ибн Са'ида аль-Ансари, да помилует его Аллах: «Абу Бакр и Умар больше всех людей следовали за сунной Посланника Аллаха, ﷺ». См. этот вопрос  в «Зад аль-ма'ад» (т. 2, с. 178 — 223) и в «И'ля ас-сунан» (т. 1, с. 258 — 274).

Ат-Табарани (в «аль-Аусат», т. 1, с. 42 (21))) пишет: «'Урва сказал ему:
 
- Как давно ты вводишь людей в заблуждение!

- В чем это, 'Уреййя?

- Человек вышел в ихраме для совершения хаджа или умры, и когда он совершил таваф, то, по твоему утверждению, он выходит из ихрама. Но Абу Бакр и Умар запретили это!

Ибн Аббас ответил:

- Горе тебе! Для тебя важнее их слова или то, что в Книге Аллаха, и что установил Посланник Аллаха, ﷺ, для своих сподвижников и своей уммы?

На что 'Урва возразил:

- Но они знали больше тебя о Книге Аллаха и сунне Его Посланника, ﷺ.»

И передатчик этих слов от 'Урвы Ибн Аби Малика сказал: «'Урва одержал над ним верх».
 
Ибн Аббас лично получил повеление от Посланника Аллаха, ﷺ, и, чтобы не вводить людей в заблуждение, начал практиковать его без промедления, ведь он не знал о другом (повелении). Однако 'Урва говорит:  мы не отрицаем сунну Пророка, ﷺ, когда берем слова Абу Бакра и Умара. Перед нами два повеления: одно слышал Ибн Аббас, другое — Абу Бакр и Умар. И мы предпочитаем их мнение, поскольку они больше знали о Посланнике Аллаха, ﷺ.

И таков наш ответ тем, кто призывает нас отбросить фикх Абу Ханифы, Малика, Шафии и Ахмада, да будет Аллах ими доволен, и практиковать то, что они называют «фикхом Корана и Сунны» или «фикхом Сунны» или другими какими-то названиями. Мы говорим таким: мы не хотим брать ваш фикх вместо фикха имамов. Они лучше вас знали Посланника Аллаха, ﷺ. Более того, «лучше» здесь не просто сравнительная степень! Не может быть даже сравнения между вашими знаниями и их! И именно наше сильное желание следовать сунне Пророка, ﷺ, привело нас к следованию за их пониманием пречистой Сунны!

И тот, кто аргументирует свое мнение этим случаем (с Ибн Аббасом), приводя его лишь частично, а не полностью, не берет другие мнения Ибн Аббаса, в которых он в своем иджтихаде смотрит на причину решения, а не на внешнюю сторону шариатского текста, например об отсутствии желательности быстрой ходьбы (рамаль) во время тавафа. Более того, он, ؓ, сказал тем, кто говорил о его желательности: «Вы лжете», то есть «вы ошибаетесь», как это приводится в «Сахих Муслим» ((2/921 (237))), в то время как Умар, ؓ, говорил: «Так поступал Пророк, ﷺ, и неправильно оставлять это», как сказано в «Сахих аль-Бухари» ((3/471 (1605) по «Фатх аль-Бари»).

Таков наш ответ на слова имама ас-Субки, о которых сказал этот джахиль в предисловии к «аль-Аят аль-баййинат»: «Они ломают хребет фанатику». И если таков его довод, который со всей ясностью ломает хребет, то что можно сказать о крушении другого его довода! При рассмотрении становится ясно, что это только сомнение, к которому относятся слова того, кого спросили:

- В чем удовольствие?

И он ответил:
- В доводе, который гордится своей ясностью, и в сомнении, которое разрушается при его посрамлении (в «Тафсире аль-Кашшаф» аз-Замахшари (т. 1, с. 21), в начале суры «аль-Бакара»: «руководство для богобоязненных»)
« Последнее редактирование: 14 Марта 2017, 01:29:54 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Мусульманин обязан следовать лишь за Пророком, ﷺ, и ни за кем другим

Что касается второй части ответа: мы должны следовать только за Пророком, ﷺ, и ни за кем другим, то мы скажем на это:
 
Это утверждение подразумевает, что имамы мусульман, каждая крупинка речи которых — призыв к следованию сунне, и утверждение, что отход от сунны в знаниях или делах — отклонение и заблуждение, так вот эти имамы — не на истинном пути, и они не следовали за Пророком, ﷺ, раз ты хочешь следовать за ним, ﷺ, не по их пути. Ты (Албани) это утверждаешь, потому что ты слышал слова некоторых из тех, кто вредит Исламской религии, запрещая следовать четырем мазхабам, обосновывая неправильность следования им словами Аллаха: «Они признали господами, помимо Аллаха, своих первосвященников и монахов». Также помимо этого благородного аята они приводят хадис от 'Адийя ибн Хатима, в котором он, уже будучи мусульманином (до Ислама он был христинином), пришел к Посланнику Аллаха, ﷺ, и услышал, как тот читает этот аят. 'Адий сказал ему: «Но они не поклонялись им». Пророк, ﷺ, ответил: «Поклонялись, ведь они запрещали людям дозволенное и дозволяли запретное. И люди следовали за ними, а значит поклонялись им» (См. тафсир 31-го аяты суры «ат-Тауба» в тафсире Ибн Касира и в других)

И эти люди говорят мукаллидам: вы признали богами помимо Аллаха такого-то и такого-то, и они запрещают и дозволяют вам что-то.
 
Посмотри, насколько они искажают слова Аллаха по сравнению с тем толкованием, которое дал Пророк, ﷺ, и пытаются выставить ученых Ислама в глазах мусульман первосвященниками и монахами, которым мусульмане якобы поклоняются, помимо Аллаха! Есть ли искажение хуже этого искажения?! Если заблуждение хуже этого заблуждения?!
 
Посмотри, насколько они искажают слова Аллаха по сравнению с тем толкованием, которое дал Пророк, ﷺ, и пытаются выставить ученых Ислама в глазах мусульман первосвященниками и монахами, которым мусульмане якобы поклоняются, помимо Аллаха! Есть ли искажение хуже этого искажения?! Если заблуждение хуже этого заблуждения?!
 
Поистине, имамы Ислама приложили огромные усилия для установления наиболее точных смыслов того, что они поняли, из разрешений и запретов в словах Всевышнего Аллаха и из разрешений и запретов в благородной сунне Его Посланника, ﷺ. А те первосвященники и монахи меняли и искажали ниспосланное Аллахом в других небесных писаниях ради своих мирских целей и удовольствий. История наших имамов известна, как и история тех людей в прошлом и настоящем.
 
Прочти еще раз, дорогой читатель, те слова, что мы привели в начале этой части, в которых имам Абу Ханифа считал отказ от следования сунне заблуждением, а поиск знания без изучения сунны вредным, и те, в которых имам аш-Шафии сравнивает того, кто противоречит Пророку, ﷺ, со священником, выходящим из церкви, носящим столу (епитрахиль) и так далее. А затем посмотри, что подсказывает тебе твоя религия, твой разум и твои знания: каково положение тех, кто так издевается над книгой Аллаха, над великими имамами Ислама, пытаясь разорвать связь мусульман с источниками их религии?!
 
Поистине эти имамы, да будет доволен ими Аллах, больше следовали пречистой сунне, чем может вообразить разум даже любящего их! Они только доводили до людей повеления и запреты Пророка, ﷺ, подобно тому, как муаззин доносит до дальних рядов молящихся такбиры имама.

Если скажут: я люблю понимать хукмы моей религии с доказательствами, и данный хукм я не могу понять так, как об этом говорит имам Абу Ханифа, но я понимаю его так, как говорит имам аш-Шафии. И мне тяжело практиковать хукм, когда я не понимаю его доказательства, поэтому я буду следовать шафиитскому мазхабу. Есть ли в этом проблема?
 
Ответ: переход из одного мазхаба в другой может быть вызван несколькими причинами:
 
1. Таклид из-за случившейся с человеком ситуации. В нем нет проблем, такой таклид допустим. Вопрос известный, и мне нет нужды об этом говорить.

2. Ради поиска облегчений в других мазхабах. Это не разрешается. Речь у нас сейчас не о нем, но я приведу впоследствии соответствующие цитаты.

3. Из-за собственного исследования и иджтихада в конкретном вопросе. Тогда смотрится, способен ли человек на такое:

- Если способен выбирать более сильное доказательство из доказательств имамов-муджтахидов, соблюдая умеренность, то в этом нет проблемы, более того — это из преимуществ Исламского фикха и Исламских ученых. Как можно это отрицать, если так делали многие поздние имамы — не говоря уж о ранних — такие, как ан-Навави, Ибн ас-Салях, 'Изз ибн Абдуссалям, Ибн Таймийя, Ибн аль-Каййим, Таки ас-Субки, Ибн аль-Хуммам, да помилует их Аллах, на протяжении веков и до наших дней.

Учитель наших учителей 'алляма аль-Каусари, да помилует его Всевышний Аллах, которого многие критиковали за фанатичное следование ханафитскому мазхабу, отказался в книге «аль-Макалят» от мнения имама Абу Ханифы об обязательности удержания имущества в вакфе только по решению правителя, и предпочел ему мнение большинства уммы, которое установлено достоверными хадисами и практикой сподвижников, да будет доволен ими Аллах.

Он (имам аль-Каусари) часто повторял: «Абу Ханифа в некоторых вопросах последовал за Шурейхом, ан-Наха'и и другими без того, чтобы приложить усилия для изучения доказательств их мнений. Однако когда становится ясной истина, и есть довод, доказывающий противоположное мнение, нельзя относить к своему иджтихаду то, в чем ты последовал за другим, не изучив доказательства. Затем ошибка этого мнения стала ясна как день, поскольку иджтихад допустим там, где нет ясного текста (насс) по данному вопросу» *.

* Поскольку речь зашла об этом, скажу: эта ситуация, которую порицает и осуждает устаз аль-Каусари, называется в терминологии ученых «та'ассуб». Это значит следующее: ты имеешь определенное мнение по вопросу, в котором есть разногласия у ученых, а затем выясняется истина, как сказал шейх, и становится понятно, что есть довод, доказывающий противоположное мнение, и что первое мнение не имеет доказательств. При этом ты достиг уровня в науках, позволяющий решать такие вопросы. И то, что ты продолжаешь придерживаться первого мнения, отвергая второе — это и есть «та'ассуб». И это для тебя харам.
«Та'ассуб» в этом значении и этом виде не дозволен. Однако когда у твоего первого мнения есть какое-то доказательство, тогда продолжать придерживаться его — истина, Шариат и религия. Это поклонение, а не та'ассуб. Даже если у второго мнения более ясное доказательство. И никто не имеет в этом случае права называть твое согласие с первым мнением та'ассубом, слепым таклидом и так далее. И то, что люди описывают этими категориями некоторых ученых — харам, поскольку та'ассуб запретен, а совершающий запретное — грешник (фасик). Обвинять мусульманина — тем более ученого — в грехе запретно, если только его грех не ясен как день.
Пусть устрашаться Аллаха некоторые авторы, торгующие мясом ученых, называя их этими запретными кличками. Мы читаем: «слепой та'ассуб!», «слепой таклид!». Думаю, читателю ясно, кто слепой, а кто зрячий.
И пусть устрашаться Аллаха те, кто посягает на единство мусульманской общины, ввергая ее в еще большее разделение: «Воистину, слух, зрение и сердце — все они будут призваны к ответу» (сура «аль-Исра», аят 36).
И посмотри на то, что рассказал Абу Дауд — автор «ас-Сунан» — о своем шейхе имаме Ахмаде ибн Ханбале и поразмысли над его высокой научной мудростью!
 Абу Дауд пишет в «Масаиль аль-имам Ахмад» (вопросы по фикху) (с. 72): «Я слышал, как Ахмада спросили о двухракаатном намазе перед магрибом. Он ответил: «Я его не совершаю, но если кто-то будет его читать — в это нет проблемы»».
Абу Дауд пишет: «Раньше я слышал, что он одобрял его и считал желательным».



Эти слова распространяются на вопросы, о которых он говорит в предисловии к книге «Нукат ат-тарифа» (стр. 5): «И четвертая из пяти частей вопросов — это те, в которых он (Абу Ханифа) очевидно ошибся». И число этих вопросов, по его словам, превышает десять.

Учитель наших учителей шейх Зафар Ахмад аль-Усмани ат-Таханави, да помилует его Аллах, в нескольких местах своей энциклопедической книги «И'ля ас-сунан» предпочитает установленному мнению ханафитского мазхаба другое, при том что он строго и явно придерживается этого мазхаба на всем протяжении книги.

----------------------------------------

- Или же он не достиг такого уровня и не может по праву заниматься научным исследованием, каков и есть уровень этих псевдоученых, оскорбляющих честь саляфов тем, что приписывают себя к ним. На самом же деле они злодеи и еретики, спорщики и показушники! И мы отрицаем их право на это, какими бы именами они себя ни называли, и к кому бы себя ни относили!
 
И мы говорим тем, кого они обманули:

Такой переход из ханафитского мазхаба в шафиитский в данном вопросе приведет к переходу в другом вопросе в маликитский, например, а в третьем — в ханбалитский. И далее по цепочке вплоть до других мазхабов, кроме этих четырех.
 
Именно такой переход имел в виду халифа имам Умар ибн Абдуль-Азиз, да будет им доволен Аллах, в своих словах, переданных ад-Дарими в "Сунан" (1/91): «...И тот, кто сделал религию целью для споров, много раз меняет мнения (переходит из одного мазхаба в другой)». И человека, который много раз переходит из мазхаба в мазхаб, выбирая между мнениями разных имамов, его занятие приведет к тому, что он своим иджтихадом найдет для себя возможность выхода за рамки мазхабов — будь то четырех или сорока...

Эти слова Умара ибн Абдуль-Азиза очень подходят к одному случаю, произошедшему с имамом Маликом, ؓ, в котором он к месту процитировал их.  Я приведу историю из «аль-Интика» хафиза Ибн Абдуль-Барра, он передает ее с иснадом до Ма'на ибн Исы, одного из учеников имама Малика, да помилует их Аллах.
 
Ма'н ибн Иса сказал:
 
«Однажды Малик выходил из мечети, опираясь на мою руку, и к нему подошел человек по имени Абу Джувайрийя, которого подозревали в ирджа. Он сказал:

- Абу Абдуллах, выслушай то, что я тебе скажу, и я докажу свою мнение.

Малик сказал ему:

- А если ты победишь меня?

- Ты последуешь за моим мнением.

- А если я одержу верх?

Тот ответил:

- Тогда я последую за тобой.

Малик сказал:

- А если придет еще кто-то, обоснует что-то и опровергнет нас обоих?

- Тогда мы последуем оба за ним.

Абу Абдуллах (имам Малик) сказал на это:

 - Аллах ниспослал Мухаммада, ﷺ, с единой религией, а ты постоянно меняешь мнения. Умар ибн Абдуль-Азиз сказал: «Тот, кто сделал религию целью для споров, много раз меняет мнения»».

Читатель может спросить: из этого диалога создается впечатление, что речь в нем идет о вопросах акыды, а не о вопросах фикха, поскольку этого человека (Абу Джувайрийе) подозревали в ирджа.
 
Я отвечу: да, это так. Но добавлю: многие молодые люди, для которых мы и привели этот диалог, находят приятным погружаться в вопросы акыды так же, как они делают это с вопросами фикха: они выбирают мнения в акыде аналогично тому, как делают это в фикхе.

Однако им необходимо строго придерживаться правил. Дело это опасное. Как говорил Урва ибн аз-Зубейр, да будет Аллах им доволен: «Если видишь, что человек делает что-то плохое, то знай, что он делает еще что-то(плохое). А если видишь, что он делает хорошее, то знай, что он делает что-то еще (хорошее)» (Из биографии Урвы ибн аз-Зубейра в «Тахзиб аль-камаль»)

И тот, кто утверждает, что он следует доказательству (далилю), не следуя при этом за имамами, рано или поздно начнет высказывать мнения, которых никто не высказывал, не осознавая этого, более того, утверждая, что он спаситель сунны, призывающий к ней.
 
Эта мысль — наущение, она переход к тому что идет дальше, и имам Малик, ؓ, отлично указал на это в своих словах: «Подчинитесь имамам и не спорьте с ними. И если каждый раз, когда к нам будет приходить человек, который спорит лучше, чем другой, мы будем брать его мнение, то есть опасность, что мы начнем отрицать то, с чем пришел Джибриль, мир ему» («Аль-Мизан аль-кубра» имама аш-Ша'рани, да помилует его Аллах, 1/51).

Поэтому твое заявление, что доказательство решения имама Абу Ханифы тебе непонятно, а доказательство аш-Шафии понятно, подобно заявлению ученых, о которых мы рассказывали, о предпочтении достоверного хадиса противоречащему ему мнению аш-Шафии. И они оставляли мазхаб и практиковали то, что считали достоверным. Обе сиутации схожи. Вернее, это одна и та же ситуация. И ты уже знаешь, к чем это привело. Да будет Аллах доволен Суфьяном ибн 'Уейной, который сказал: «Подчинение факихам — это безопасность в религии!» («Аль-Джавахир аль-мудыйя» аль-Кураши. История, при которой были сказаны эти слова, будет дальше приведена в примечании)

Читатель должен осознать, что слова трех имамов — Малика, Ибн 'Уейны и Ибн Вахба* ранее (С. 63, 81 и далее (по арабскому тексту книги)) — указывают на необходимость обращаться к имамам фикха, иначе религия человека будет в большой опасности!

«Хадис — место заблуждения для всех, кроме ученых (факихов)», «Любой знаток хадиса, у которого нет имама в фикхе, – заблудший», «Если бы Аллах не спас нас через Малика и Лейса, мы бы сбились с пути». Прим. пер.
Именно поэтому имамы хадиса учились у факихов, направляли к ним своих учеников и побуждали их посещать уроки имамов (фикха).
 
Ибн Абдуль-Барр (в «аль-Интика», с. 208) привел с иснадом до имама мухаддиса Али ибн Джа'да его слова: «Мы были у Зухейра ибн Му'авии, когда к нему пришел человек. Зухейр спросил его:

- От куда ты пришел?

Тот ответил:

- От Абу Ханифы.

Зухейр сказал:

- Быть с Абу Ханифой один день полезнее для тебя, чем пробыть со мной месяц».

Хафиз аз-Захаби в «ат-Тазкира» (1/233) так описал Зухейра: «хафиз, довод». И передал слова Шу'айба ибн Харба о нем: «Зухейр, по моему мнению, лучше знал хадисы, чем двадцать таких, как Шу'ба» ибн аль-Хаджадж, выдающийся имам!

В книге «Тахзиб тарих Ибн Асакир» (Ибн Бадрана (т. 2, с. 38). Сама история в т. 5, на с. 297 издания «аль-'Амури» и в т. 7, с. 257 дамаскского издания под редакцией шейха Абдуль-Гани ад-Дакра, да помилует его Аллах, и под руководством устаза Мата'а ат-Тарабиши) сказано: «Сказал Абдуллах, сын имама Ахмада, да помилует их Аллах: «Группа мухаддисов пришла на урок Абу 'Асыма ан-Набиля ад-Даххака ибн Махляда.

Он спросил их:

- Вы хотите изучать фикх? Разве среди вас нет факиха?

И начал их порицать. Они ответили:

- Среди нас есть один человек.

- Кто он?

Они ответили:

- Он скоро придет.

Когда пришел мой отец, они сказали:

- Вот он пришел.

Он — Абу 'Асым — посмотрел на него и сказал:

- Подойди.

Тот сказал:

- Я не люблю переступать через людей.

Абу 'Асым сказал:

- Это из фикха.

Затем сказал:

- Дайте ему пройти.

Ему дали пройти, и он сел перед ним (Абу 'Асымом). Абу 'Асым задал ему вопрос — он ответил. Задал второй — ответил. Третий — он ответил. Задал еще вопросы — он ответил. И удивился ему Абу 'Асым»».
 
Обрати внимание, как призывал Абу 'Асым приходящих к обучению фикху (пониманию) сунны и на его неприязнь к тем, кто пренебрегает этим.
 
Абу 'Асым говорил: «Главенство в хадисе без понимания — то есть изучения фикха — это главенство не по праву» (см. «аль-Мухаддис аль-фасыль» (с. 253). И от Абу Асыма ан-Набиля передается много похвал в адрес имама Абу Ханифы, да помилует их Аллах. Аль-Хатыб передает их в «ат-Тарих» в биографии Абу Ханифы).

Имам ас-Суюты пишет в «аль-Хави» (2/398):
 
«Ранние ученые говорили: «Мухаддис без фикха подобен аптекарю, а не врачу. В его лавке продаются лекарства, а он не знает, от чего они помогают. А факих без хадиса как врач, но не аптекарь: он знает от чего помогают лекарства, но их у него нет»».
 

Это было то, что касалось первой причины разногласий факихов и роли в них хадиса. Далее мы перейдет ко второй причине.
« Последнее редактирование: 14 Марта 2017, 03:27:20 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Расхождения в понимании хадиса из-за разницы в способностях

Вторая причина (Расхождений между имамами фикха, вызванных хадисами)
 
Расхождения в понимании благородных хадисов.
 
Расхождения имамов в их понимании благородных хадисов возникают по одной из двух причин:
 
1. Расхождения, вызванные различием способностей исследователей и их интеллектуального уровня.

2. Текст хадиса предполагает больше, чем одно понимание.
 
Что касается первой ситуации, а именно возникновения расхождений из-за способностей исследователей, то у разумного человека это не вызывает сомнений, поскольку интеллект, широта восприятия и наблюдательность у людей разные. И эти различия могут иметь естественные причины или же приобретенные по мере изменения культуры человека, общения с другими людьми и их влияния или же занятий: так например работа кадия (шариатского судьи) дает более глубокое понимания внутреннего мира человека и его сознания, или же у этих различий есть мирские причины, как например, занятие торговлей.

У имама аш-Шафии спросили:
 
- Расскажи нам о разуме. Он возникает при рождении человека?

Он ответил:

- Нет. Он образуется при общении с людьми и в дискуссиях с ними («Аль-Хилья» Ибн Ну'айма, 9/121)
 
Всевышний Аллах может по Своей милости облегчить некоторым людям все эти причины и сделать его таким, как сказал Аус ибн Худжр (Из «аль-Баян ва ат-табаййун», 4/68):
 
«Сообразительный — это тот, кто умом приходит к такому (знанию), которое можно достичь только слухом и зрением».
 
Ибн ар-Руми написал:
 
«Сообразительный видит с первого взгляда конец дела, скрытого в неизвестности» («Аль-масун» Абу Ахмада аль-'Аскари, с. 127)

Также Аллах может облегчить некоторым приобретение интеллектуальных способностей, увеличив их силу. Все это можно увидеть на примере людей прошлого и настоящего.
 
Поистине, Аллах облегчил это всем без исключения имамам Ислама. Хвала Аллаху Господу миров! Однако из этого не следует, что все они в этом равны. Поэтому из-за различия в способностях возникали у них некоторые расхождения.
 
Имам аш-Шафии, ؓ, говорит в начале «ар-Рисаля» о различиях в понимании учеными сунны, подтверждая то, о чем я говорил. Он пишет: «Есть разные их (ученых) уровни в плане того, что они поняли из нее (сунны)».

Имам Джаляль ас-Суюты, да помилует его Аллах, пишет в «аль-Бахр аллязи захар» (т. 1, с. 256): «Речь о смыслах хадисов и вынесения из них решений. Объединение противоречащих друг другу хадисов и разъяснение их проблемных мест — это море без берегов. Ученые продолжают выносить глубокие решения из хадисов, которых не замечали ученые раньше, и предшественники даже не догадывались о них». Также смотри с. 146 и примечание на ней.

Я приведу несколько примеров:
 
Имам Абу Ханифа находился у А'маша, табиина, известного знанием видов чтения Корана и передачей хадисов, когда спросили его мнения о чем-то. Имам ответил на вопрос. А'маш спросил его:

- Откуда ты это взял?

Имам ответил:

 - Ты передал мне хадис от Абу Салиха, а он от Абу Хурайры, а также от Абу Ваиля, а он от Абдуллаха ибн Мас'уда, а также от Абу Ияса, а он от Абу Мас'уда аль-Ансари, что Посланник Аллаха, ﷺ, сказал: «Тому, кто укажет на благое дело, полагается награда такая же, как и совершившему его». Ты мне передал от Абу Салиха, а он от Абу Хурайры, что один человек сказал Посланнику Аллаха, ﷺ: «О Посланник Аллаха, я молился у себя дома, когда ко мне вошел человек, и мне это понравилось». Посланник Аллаха, ﷺ, сказал: «Тебе две награды: за тайное и за явное». Ты передал от аль-Хакама, а он от Абу Маджлаза, а он от Хузейфы, а он от Посланника Аллаха, ﷺ... Ты передал от Абу Салиха, а он от Абу Хурайры, то, что восходит к Посланнику Аллаха, ﷺ.... Ты передал от аз-Зубейра, а он от Джабира то, что восходит к Посланнику Аллаха, ﷺ... Ты передал от Язида ар-Ракаши, а он от Анаса то, что восходит к Посланнику Аллаха, да благословит ...

А'маш сказал:
 
- Довольно. То, что я рассказывал сто дней, ты рассказал за короткое время. Я не знал, что ты практикуешь эти хадисы. О факихи, вы врачи, а мы аптекари! А ты, объединил в себе и то, и другое (Из «Манакиб аль-имам Аби Ханифа» (О достоинствах имама Абу Ханифы и некоторых его учеников) имама Али аль-Кари. Книга напечатана в конце «аль-Джавахир аль-мудыйя» (т. 4, с. 484) с сокращением текстов хадисов. История, подобная истории с А'машем, произошла с Абу Юсуфом, учеником имама Абу Ханифы, да помилует их Аллах. См. «Джами' баян аль-'ильм» (т. 2, с. 130 — 131) и «Ахбар Аби Ханифа ва асхабихи» ас-Саймари (с. 12 — 13))

Эту историю в сокращении приводит также Ибн Хиббан в «ас-Сикат» в биографии Али ибн Ма'бада ибн Шаддада ар-Ракы, родом из Египта, факиха и достойного доверия передатчика. Также ее приводят Ибн Абдуль-Барр в «Джами' баян аль-'ильм» и аль-Хатыб в «аль-Факих ва аль-мутафакких» от Убайдуллаха ибн Амра ар-Ракы аль-Асди, он также факих и достойный доверия передатчик.

Он сказал:
 
«Мы были у А'маша, он задавал вопросы Абу Ханифе, который на них отвечал. А'маш спросил у него:

- Откуда ты это знаешь?

Абу Ханифа ответил:

- Ты мне передал от Ибрахима так-то, а от аш-Ша'би так-то.

А'маш на это сказал:

- О факихи! Вы врачи, а мы (мухаддисы) -  аптекари!» («Ас-Сикат» Ибн Хиббана (т. 8, с. 467), Ибн Абдуль-Барр (т.2, с. 131), «аль-Факих ва аль-мутафакких» (т. 2, с. 84). В одном из иснадов Ибн Абдуль-Барра и аль-Хатыба есть ас-Саймари, его иснад в «Ахбар Аби Ханифа» (с. 13)
 
Имам Ахмад спросил у аш-Шафии, да будет Аллах ими доволен:
 
- Что ты скажешь о таком-то вопросе?

Имам аш-Шафии ответил. Ахмад спросил:

- На чем основано твое мнение? Есть про это хадис или аят?

Имам аш-Шафии привел ему хадис Пророка, ﷺ, с ясным смыслом (Из «Манакыб аш-Шафии» аль-Байхакы (т. 2, с. 154). «С ясным смыслом» (насс) означает, что текст хадиса имеет один явный смысл и не предполагает возможности иного толкования).
 
Передается в биографии имама Абу Ханифы в «Тарих Багдад» (13/338), что Абдуллах ибн аль-Мубарак сказал: «Я приехал в Шам, чтобы увидеть аль-Ауза'и, и застал его в Бейруте. Он сказал мне:

- О хорасанец! Кто этот еретик, который появился в Куфе и которого называют Абу Ханифа?

Я вернулся домой и взялся за книги Абу Ханифы. Я нашел там много превосходных вещей. Я читал их три дня, затем пошел с книгой в руках к аль-Ауза'и, который тогда был муаззином и имамом в мечети. Он спросил:

- Что это за книга?

Я протянул ему ее. Он посмотрел на вопрос, который привлек мое внимания: «Сказал ан-Ну'ман...». Он продолжал стоять после того, как дал азан, пока не прочитал часть книги, затем убрал книгу в рукав, совершил икамат и намаз. После этого он достал книгу, подошел ко мне и сказал:

- О хорасанец, кто этот Ну'ман ибн Сабит?

Я ответил:

- Один шейх, которого я встретил в Ираке.

Он сказал:

- Это очень благородный шейх. Вернись к нему и учись у него.

Я сказал:

- Это и есть Абу Ханифа, от которого ты меня предостерегал».
 
Продолжение этой истории приводит Хафизуддин аль-Кардари в книге «Манакыб» (С. 45 издания, совмещенного с «Манакыб» аль-Муввафика аль-Макки. Также она содержится в «Ауджаз аль-масалик иля шарх Муватта Малик» (т. 1, с. 88 — 89) нашего учителя шейха-мухаддиса Мухаммада Закарии аль-Кандехляви, да помилует его Аллах) со слов самого Ибн аль-Мубарака. Он сказал: «Затем мы прибыли в Мекку, и я увидел, как аль-Ауза'и спорит с Абу Ханифой по этому вопросу. Имам раскрыл ему больше, чем было об этом написано в книге. Когда они разошлись, я спросил аль-Ауза'и:

- Что ты думаешь о нем?

Он ответил:

- Я по-хорошему завидую широте его знаний и глубине его ума. Я прошу у Аллаха прощения — я явно ошибался. Он не такой, как мне о нем говорили».
 
Аль-Хатыб также пишет в биографии Исы ибн Аббана, мухаддиса и факиха ханафитского мазхаба, что Мухммад ибн ас-Сама'а сказал: «Однажды Иса ибн Аббан совершал вместе с нами намаз — то есть в мечети, где молился и давал уроки фикха имам Мухаммад ибн аль-Хасан аш-Шайбани — и я позвал его пойти к Мухаммаду ибн аль-Хасану. Он — Иса ибн Аббан — сказал:

- Эти люди противоречат хадисам.

Иса знал множество хадисов наизусть. Однажды он совершил с нами утренний намаз в день, когда проходил урок Мухаммада, и я не отставал от него, пока он не согласился остаться на урок. После урока я подошел к Мухаммаду и сказал:

- Это сын моего брата Аббана. Он очень умный и знает хадисы. Я звал его к тебе, но он отказался, говоря, что мы якобы противоречим хадисам.

Он — Мухаммад — подошел к нему и сказал:

- Сынок, какому из хадисов мы противоречим? Не суди о нас, пока не услышишь сам.

Он задал ему в тот день вопросы по двадцати пяти главам хадисов. Мухаммад ответил на все вопросы, сообщил, какие из них отмененные, приводя примеры и доказательства. Он — Иса — подошел ко мне после того, как мы вышли, и сказал:

- Между мной и светом была преграда, и вот она устранилась. Я и не знал, что на Земле Аллаха есть такой человек, которого Он дал людям.
 
После этого он старательно посещал уроки Мухаммада ибн аль-Хасана, пока не изучил у него фикх».

Смысл этих примеров ясен. Хотя в последней истории содержится также пример на последнюю причину (расхождения факихов, вызванных хадисами), о которой мы будем говорить: расхождения, вызванные разной степенью знания хадисов.
« Последнее редактирование: 15 Марта 2017, 02:12:41 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Различия в понимании хадиса из-за его многозначности

Что касается второй ситуации, то есть расхождений имамов из-за различий в понимании (хадиса), то она возникает, если слова хадиса предполагают более одного понимания.
 
Эта ситуация также наблюдается часто. И условия для действительности разных пониманий (одного слова хадиса) следующие:
 
- Эти смыслы должны быть установлены в арабском языке, при этом не должно быть никаких противоречий, натяжек и притягивания смыслов.

- Эти смыслы не должны противоречить установленным решениям других текстов с однозначным смыслом.
 
Я объясню подробнее эти два условия дальше. Мы не можем предположить, что имамы фикха, о причинах расхождений которых идет разговор, могли не обратить внимания на эти наблюдения.
 
Задачей имама по отношению к тексту, имеющему несколько значений, было приложить усилия для поиска контекста, обосновывающего предпочтение одного из значений (слова).
 
Будет уместным здесь привести пример, поясняющий эту ситуацию — когда слова в тексте могут иметь больше одного значения.
 
В одном из хадисов Пророка, ﷺ, есть такие слова: «Оба заключающих торговую сделку имеют право ее расторгнуть, пока не разделятся». Ученые разошлись в понимании того, что значит «разделятся». Имеется здесь в виду — разойдутся физически? То есть, как продавец, так и покупатель, имеет право подтвердить сделку или расторгнуть ее, пока оба находятся в месте ее заключения. И если один из них отошел от другого хоть немного и покинул место заключения сделки, то сделка подтверждается. И одна сторона больше не имеет права расторгнуть сделку без согласия другой. И это мнение имама аш-Шафии и других ученых, да будет Аллах ими доволен.
 
Или же имеется в виду — разделятся словесно? То есть, как продавец, так и покупатель, имеет право подтвердить сделку или расторгнуть ее, пока они говорят о сделке и о том, что с ней связано. И если они заключат сделку, а потом начнут говорить о чем-то другом, то сделка подтверждается. И одна сторона больше не имеет права расторгнуть сделку без согласия другой. И это мазхаб имама Абу Ханифы и других ученых, да будет Аллах ими доволен.

И у каждой стороны свои доводы и доказательства. Я кратко приведу лишь некоторые из них с целью объяснить причину их расхождения в этом вопросе, а не с целью привести все доказательства или выбрать самое сильное мнение между мазхабами. Это не занятие для нам подобных.
 
Имам аш-Шафии и те, кто с ним согласились, обосновали свое понимание сообщением от сподвижника и рациональным доводом.
 
Что касается сообщения, то это практика передатчика хадиса Абдуллаха ибн Умара, да будет доволен ими Аллах: когда он покупал что-то, то отходил от продавца на несколько шагов, а затем возвращался, если это было нужно. А понимание сподвижником хадиса, который он передает, ближе к верному, чем понимание любого другого человека (Много других хадисов привел ан-Навави, да помилует его Аллах, в «аль-Маджму'», т. 9, с. 197)

Что касается рационального довода, то в хадисе сказано «Оба заключающих торговую сделку имеют право ее расторгнуть, пока не разделятся». А основа в отношении продавца и покупателя — что они находятся отдельно друг от друга, продавец, например, в своей лавке, а покупатель дома. Затем покупатель приходит к продавцу, и они собираются в месте заключения сделки, где и заключают ее, а затем возвращаются туда, где были до этого, то есть в состояние разделенности. И Пророк, ﷺ, имел в виду, говоря «пока не разделятся», возвращение в их исходное — основное — состояние, а это то, что каждый находится в своем месте. И Аллах знает лучше.
 
Имам Абу Ханифа и те, кто с ним согласились, также доказывают свое понимание сообщением и рациональным доводом.
 
Что касается сообщения, то это аят:
 
يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُوا لَا تَأْكُلُوا أَمْوَالَكُم بَيْنَكُم بِالْبَاطِلِ إِلَّا أَن تَكُونَ تِجَارَةً عَن تَرَاضٍ مِّنكُمْ وَلَا تَقْتُلُوا أَنفُسَكُمْ إِنَّ اللَّـهَ كَانَ بِكُمْ رَحِيمًا

Смысл: «О те, которые уверовали! Не пожирайте имущества друг друга незаконно, а только путем торговли по обоюдному согласию. И не убивайте друг друга, ведь Аллах милостив к вам» (Сура «ан-Ниса», аят 29).

Аят указывает на то, что обоюдное согласие — это основа в подтверждении заключенной сделки. И форма этого согласия — это предложение (иджаб) и его принятие (кабуль)*.
* Примечание: Торговая сделка заключается при произнесении формулы «иджаб», например, «я продал/продают тебе это товар», и «кабуль», например, «я купил/покупаю его»

И эта форма была произнесена. А слова хадиса «пока не разделятся» нужно понимать так, чтобы они не противоречили аяту, то есть как «пока они не разделятся словесно». И во многих шариатских текстах встречается «разделение» в значении словесного расхождения без того, чтобы там могла подразумеваться смена места физически. Например, в словах Всевышнего:

وَاعْتَصِمُوا بِحَبْلِ اللَّـهِ جَمِيعًا وَلَا تَفَرَّقُوا

Смысл: «Держитесь за вервь (религию) Аллаха и не разделяйтесь» (Сура «Аль-Имран», аят 103)

Или в Его словах:
 
وَمَا تَفَرَّقَ الَّذِينَ أُوتُوا الْكِتَابَ إِلَّا مِن بَعْدِ مَا جَاءَتْهُمُ الْبَيِّنَةُ

Смысл: «Те, кому было даровано Писание, разделились только после того, как к ним явилось ясное знамение» (Сура «аль-Байина», аят 4). И другие аяты.

А рациональное доказательство передает Ибн Абдуль-Барр, да помилует его Аллах, в «аль-Интика» (с. 276; также см. «аль-Джаухар ан-накы» (т. 5, с. 272) вместе с «Сунан аль-Байхакы») от Суфьяна ибн 'Уейны, который сказал: «Абу Ханифа приводил примеры из хадисов Пророка, ﷺ, а затем опровергал их своими знаниями*. Я привел ему хадис «Оба заключающих торговую сделку имеют право ее расторгнуть, пока не разделятся», на что Абу Ханифа сказал: «Подумайте, если они в лодке, то как они разделятся?»» И Суфьян сказал: «Вы слышали когда-нибудь что-то ужаснее?!»**
* Так в моем издании «аль-Интика». Вероятно, правильно: «своим разумом»
** Возможно, Суфьян ибн 'Уейна думал так первоначально, затем его мнение об имаме Абу Ханифе улучшилось. На это указывает история, переданная в «аль-Джавахир аль-мудыйя» (т. 1, с. 453) от Бишра ибн аль-Валида аль-Кинди, ученика имама Абу Юсуфа, да помилует их всех Аллах. Бишр сказал: «Мы были у Ибн 'Уейны, и нам задали сложный  вопрос. Он спросил: «Есть тут кто-то из последователей Абу Ханифы?» Ему сказали: «Бишр». Он сказал: «Ответь на этот вопрос». Я ответил. Он сказал: «Подчинение факихам — это безопасность в религии»».


Этот ответ имама предельно глубокий и очень кратко выражает самую суть. Он хотел сказать: если под «разделением» имеется в виду физическое удаление, то как быть в ситуациях, когда физическое удаление затруднительно. Например, на маленькой лодке в открытом море. В этом случае нет возможности одному отойти от другого. И это привело бы к затруднению: получается, они находятся в месте заключения сделки и не могут отойти друг от друга, и это положение может длиться много дней или даже больше.

Этот пример отличался от того понимания (хадиса), которое было у Суфьяна ибн 'Уейны, да будет Аллах им доволен, поэтому он решил, что имам Абу Ханифа отвергает благородный хадис, предпочитая ему разум. А это не так*.

* Ибн Абд-уль-Барр в «аль-Интика» (с. 211) передает, что Фадля ибн Мусу ас-Синани, имама в хадисе, современника Абу Ханифы и его учеников, спросили: «Что ты скажешь о тех, кто плохо отзывается об Абу Ханифе?» Он ответил: «Имам Абу Ханифа принес им знание, которое они понимают, и знание, которое они не понимают. И он ничего им не оставил. Поэтому они завидуют ему».

И это был пример на то, когда текст (хадиса) предполагает два понимания. Также этот пример годится и для иллюстрации первой ситуации: расхождения в понимании из-за разницы способностей. И Аллах знает лучше.

И я не хочу приводить слишком много примеров на эту основную причину расхождений в хадисах, чтобы осталось время обратить внимание на очень важную вещь: эти шариатские хукмы, выведенные из Корана и сунны — это часть религии, и они относятся к Корану и сунне, а не что-то отдельное от них. И поскольку Коран и сунна — это два основных источника Ислама, то и понимание, вынесенное из них, имеет ту же значимость, и его нельзя от них отделять.

Имам ас-Суюты пишет в «аль-Иткан» (4/24-25) в начале (разбора) шестьдесят пятого вида знаний, выводимых из Корана: «Имам аш-Шафии, да будет им доволен Аллах, говорил: «Все, что говорит умма, это толкование сунны. А вся сунна — это толкование Корана»».

Также аш-Шафии говорил: «Нет ни одной беды, случившейся с кем-либо в религии, чтобы в Коране не было указания на путь ее преодоления». И известно, что путь преодоления основан на выведении (его из Корана). Поэтому выведенное присоединяется к источнику, если оно было выведено правильным образом.

Абу Дауд передал (2877) хадис от Абдуллаха ибн Амра, да будет Аллах им доволен: «Знание бывает трех видов, а все остальное лишнее: ясный аят, действительная сунна и верное обязательство (фард)».

Имам аль-Хатаби в «Ма'алим ас-сунан» (4/89-90) так прокомментировал «верное обязательство»: «Это словосочетание предполагает два толкование. Первое: это справедливое деление на доли, указанные в Коране и сунне. Второе: это смыслы, выводимые из Корана и сунны. Тогда эти фарды верны тому, что взято из Корана и сунны, поскольку приравниваются к их ясным текстам».

Это толкование подтверждает пример, который привел имам аш-Шатыби, да помилует его Аллах, в «аль-Мувафакат» (4/10). Он пишет: «Выраженное в сунне — это и есть смысл аята. Сунна — это как бы толкование и комментарий к хукмам аятов. На это указывают слова Всевышнего:
 
لِتُبَيِّنَ لِلنَّاسِ مَا نُزِّلَ إِلَيْهِمْ وَلَعَلَّهُمْ يَتَفَكَّرُونَ

Смысл: «(А тебе (о Мухаммад!) Мы ниспослали Напоминание) для того, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано, и для того, чтобы они задумались». (Сура «ан-Нахль», аят 44).
 
И пришло (в сунне) разъяснение слов Всевышнего:
 
وَالسَّارِقُ وَالسَّارِقَةُ فَاقْطَعُوا أَيْدِيَهُمَا جَزَاءً بِمَا كَسَبَا نَكَالًا مِّنَ اللَّـهِ وَاللَّـهُ عَزِيزٌ حَكِيمٌ

Смысл: «Вору и воровке отсекайте руки в воздаяние за то, что они совершили. Таково наказание от Аллаха, ведь Аллах - Могущественный, Мудрый». (Сура «аль-Маида», аят 38).

Разъяснение это — что рука рубится у запястья, и что украденное должно достигать размера нисаба* или быть больше, и кража имущества произведена оттуда, где оно обычно хранится** . И это именно то, что имеется в виду в аяте. Нельзя сказать, что эти хукмы установлены сунной независимо от Корана.

И когда Малик или кто-то другой из толкователей объяснил нам смысл аята или хадиса, и мы практикуем то, что он объяснил, нельзя говорить: мы практикуем слова такого-то толкователя. Мы должны сказать: мы практикуем слова Аллаха или слова Пророка, ﷺ».

* Это не нисаб в закяте. По маликитскому мазхабу, которому следовал имам аш-Шатыби, да помилует его Аллах, это четверть динара (золота) или три дирхама (серебра). То есть тому, кто украл нечто, чья стоимость равна этой стоимости или больше ее, отрезают руку при соблюдении остальных условий. По ханафитскому мазхабу сумма нисаба при краже — десять дирхамов и больше. Прим. пер.
** Это значит, что, если вор украл, например, деньги, лежащие ночью у порога дома, то ему не отрубают за это руку, потому что порог дома — это не то место, где люди обычно хранят деньги. Прим. пер



Шейх факихов своего времени Мухаммад Бахыт аль-Муты'и, да помилует его Аллах, в своей работе «Ахсан аль-калям фи ма ята'алляку би ас-сунна ва аль-бид'а мин аль-ахкам» (стр. 6, 23) обобщил эти идеи.

Он пишет: «Каждый хукм такого рода, взятый из четырех источников Шариата — то есть Корана, сунны, иджмы и кыяса — явно или через правильный иджтихад, есть хукм Аллаха, Его Шариат, и путь Пророка, ﷺ, которому Аллах повелел следовать. Ведь мнение каждого муджтахида, если оно взято из четрыех упомянутых источиников, это Шариат Аллаха для него (муджтахида) и для того, кто следует за ним».

Также на это указывают, что понятно после недолгого размышления, слова нашего господина Али, да будет Аллах им доволен, которые передал аль-Бухари в нескольких местах «Сахих», и первый раз в «Китаб аль-'ильм» (Книге знания; 1/204 (11), в главе о записи знания, с иснадом до Абу Джухайфы, ؓ, который сказал: «Я спросил Али: «Есть ли у вас какая-нибудь книга?color=red]*[/color]». Он ответил: «Нет ничего, кроме Книги Аллаха и понимания, которое дано мусульманину, или того, что записано на этом листочке»**».

* То есть то, что вы взяли от посланника Аллаха, ﷺ, и что записано помимо откровения, ниспосланного ему. На это указывает аль-Бухари в книге о джихаде: «Есть ли у вас что-нибудь из откровения помимо того, что есть в Книге Аллаха?» А также у него в книге о выкупах: «Есть ли у вас что-нибудь из того, чего нет в Коране?» Абу Джухайфа спросил его об этом из-за того, что группа шиитов утверждала, что у ахль аль-бейт (семьи Пророка, ﷺ) есть нечто из откровения, о чем пророк, ﷺ, отдельно сообщил им, минуя других». См. «Фатхуль-Бари» 1/248-249. Прим. пер.
** Продолжение хадиса: «(Абу Джухайфа) сказал: «Я спросил: «А что (написано) на этом листочке?» Он ответил: «(То, что следует выплачивать) дийя за кровь (компенсацию семье убитого), освобождать пленных и то, что не убивают мусульманина за (убийство) неверного»». Прим. пер


Ибн аль-Мунаййир сказал: «Под «пониманием» имеется в виду изучение фикха, вынесение решений (из источников Шариата) и толкование» (см. в «ат-Таратиб аль-Идарийя», т. 2, с. 258).

Хафиз (Ибн Хаджар аль-Аскаляни) пишет в «аль-Фатх», в упомянутом месте: «Слово «понимание» утверждает возможность добавления к тому, что пришло в Коране... И «понимание» не означает записанное»
 
Имам аш-Шатыби, да помилует его Аллах, в «аль-Мувафакат» (4/244-245) пишет: «Муфтий (муджтахид) занимает в умме место Пророка, ﷺ. И доказательств этому несколько:

Первое: шариатский текст в хадисе: «Ученые — наследники пророков...»
 
Второе: он (муфтий) его заместитель в деле доведения (до людей) хукмов.

Третье: муфтий также в каком-то смысле устанавливает Шариат: либо передавая слова законодателя (Пророка, мир ему и благословение Всевышнего), либо выводя решения из текстов Шариата. В первом случае он просто передатчик, а во втором он выполняет его (законодателя) задачу в установлении хукмов, ведь установление хукмов — дело законодателя. А поскольку муджтахид устанавливает хукмы на основе своего понимания и иджтихада, то он с этой точки зрения — законодатель, которому обязательно следовать, и слова которого обязательно практиковать. И это и есть на самом деле власть.

В целом же, муфтий передает слова Аллаха, подобно пророку, устанавливает Шариат для практики по мере своего понимания, подобно пророку, заставляя умму подчиняться своим повелениям на правах правителя, подобно пророку. Поэтому их — муфтиев — и называют властителями».

 
Пусть Аллах будет доволен благородным саляфом имамом Абдуллахом ибн аль-Мубараком, который указал на эту мысль в своих словах: «Не говорите: это мнение Абу Ханифы, да помилует его Аллах. Но говорите: это толкование хадиса» (см. «Зейль аль-джавахир аль-мудыйя» имама Али аль-Кари, 2/460).

Еще яснее эту мысль сформулировал Ибн Хазм, да помилует его Аллах: «Все решения, выведенные муджтахидами, считаются частью Шариата, даже если их доказательства не известны простым мусульманам. И тот, кто отрицает это, тем самым обвинил имамов в ошибке и заявил, что они вводят в Шариат то, что не дозволил Аллах. И говорящий такое сбился с истинного пути» (см. «аль-Мизан аль-Кубра» имама аш-Ша'рани, да помилует его Аллах (1/16).
 
Эти слова процитировал мауляна шейх Зафар Ахмад аль-Усмани ат-Таханави, да помилует его Аллах, и прокомментировал их так: «Я говорю: это слова захирита, который не признает кыяс. Оцени его адаб в отношении имамов-муджтахидов, которым Аллах доверил Свой Шариат! Возможно, он сказал это после написания «Аль-Мухалля»...»*
* На самом деле эти слова Ибн Хазма полностью соответствуют тому, что он написал в «Рисаля фи аль-имама», которую издал наш учитель шейх Абдуль-Фаттах Абу Гудда, да помилует его Всевышний Аллах, вместе с «Рисаля аль-ульфа бейна аль-муслимин», которую он составил из цитат Ибн Таймийи. В обеих книгах очень много полезного, что обязательно нужно знать фанатикам.

Совершенно необходимо объяснить уважаемому читателю значение слов Ибн Хазма, да помилует его Аллах: «даже если их доказательства не известны простым мусульманам». Слово «'аввам» (простые мусульманане) пришло здесь в том, значении, в котором его употребляют в науке усуль аль-фикх, где этим словом называют каждого, кто не является муджтахидом. Оно вовсе не имеет тот смысл, в котором мы его обычно употребляем: каждый, кто не является студентом, изучающим Шариат.

И Ибн Хазм хочет сказать, что фикх имамов фикха считается частью Шариата. При этом не является условием, чтобы мы знали их доказательства, мы вполне можем их не знать из-за сложности их понимания, из-за того, что они не доступны нам или просто не попадались нам на глаза. И Аллах знает лучше.

И фикх имамов фикха — Абу Ханифы и других имамов Ислама — все десятки тысяч вопросов — это толкование сунны Пророка, ﷺ, а не что-то привнесенное извне в Ислам и не мнения, взятые из головы, без опоры на основные источники Шариата.
 
Поэтому мы говорим: фикх Абу Ханифы, фикх аш-Шафии и других — это на самом деле понимание Абу Ханифы, понимание аш-Шафии и других. Понимание чего? Это их понимание книги Всевышнего Аллаха и сунны Пророка, ﷺ. Ведь слово «фикх» в арабском языке, как известно, означает понимание.

Отсюда мы видим, что сильно ошибаются те люди, не видя этого даже и не обращая на это внимания, кто называет «фикхом» то, что они обозначают как «фикх сунны» или «фикх сунны и Корана».
 
Ведь «фикх сунны и Корана» — это их понимание. А чье понимание? Понимание Зейда, Амра и других совершенно неизвестных людей, которые тем не менее заявили об этом и добавили к этому слову слова «сунна и Коран», заявляя людям, что они предлагают им основные источники религии, тем самым уводя людей от фикха Абу Ханифы, аш-Шафии, Ахмада и Малика, да будет Аллах ими доволен. Они говорят людям: о люди! Вы хотите фикх Мухаммада, ﷺ, или фикх Абу Ханифы и аш-Шафии?!

Одного из таких людей его спутники выдвинули имамом в намазе. Перед началом намаза он повернулся к ним и спросил: «Вы хотите, чтобы я совершил для вас намаз так, как молился Мухаммад, ﷺ, или как Абу Ханифа?» Посмотрите, какая смелость, какая неслыханная наглость!

Вот, что они говорят, при том что приписывают свой фикх Корану и сунне, а фикх Абу Ханифы ему самому, но не Корану и сунне, а фикх аш-Шафии — ему, но не Корану и сунне. Они отрезают великое Исламское наследие, которое в действительности и есть толкование Корана и сунны, отрезают его от Корана и сунны, предлагая людям взамен свое понимание, лишь малая часть которого, взятая у имамов, верна, а большая — это их собственные ошибки, при этом приписывают свое понимание Корану и сунне.

И обманутые ими люди оставляют фикх общепризнанных имамов, известных своей праведностью, богобоязненностью, знаниями и способностью к вынесению хукмов, при жизни которых сунна была распространена, изучалась, практиковалась, передавалась и толковалась.

Та научная атмосфера, которая царила тогда, и окружала их со всех сторон во всех отраслях Исламских знаний, в наши дни отсутствует. Сейчас можно даже увидеть тех, кто не по праву претендует на иджтихад, при этом не владея в совершенстве арабским языком в своих внешне гармоничных и цветистых текстах. Один из таких совершает грубую ошибку в отношении Аллаха, когда пишет, демонстрируя якобы свои большие знания и приверженность Шариату: «безгрешен Аллах» (والعصمة لله) *.

* Эти слова часто повторяет аль-Албани в своих сочинениях, не менее семнадцати раз они встречаются в разных его книгах. Прим. пер


О каких грехах может идти речь?! Встречается ли это выражение в Коране и сунне?! И если он не понимает его смысл, то это беда. Если он употребляет его, не понимая его смысла, то ему нужно обновить свой Ислам до того, как претендовать на обновление Ислама!
 
До того, как завершить разговор о второй причине (расхождения имамов фикха) нужно сделать некоторые оговорки относительно того, что я сказал недавно: «Фикх, выведенный из Корана и сунны, а также иджмы и кыяса, есть часть религии, и его нельзя отделять от его источников». Однако из этого положения необходимо исключить то, что имамы называют редкими мнениями («навадир»), облегчениями («рухас») и ошибочными мнениями («шазз») (См. конец второго дополнения на стр. 234-236)

Имам аль-Байхакы привел в «ас-Сунан аль-кубра» (10/211. А также «ас-Сияр», 7/125) и «ат-Тазкира», 1/180) с иснадом до имама аль-Ауза'и его слова: «Тот, кто следует редким мнениям ученых, выходит из Ислама». Эти слова также передает аз-Захаби.

Аль-Багави в «аль-Джа'дият» и Ибн Абдуль-Барр приводят с иснадом до Сулеймана ат-Тайми, великого ученого и праведника, его слова: «Если ты будешь следовать облегчениям каждого ученого, соберется в тебе все зло». Ибн Абдуль-Барр так прокомментировал эти слова: «Это единогласное мнение ученых (иджма), и я не знаю никого, кто бы ему противоречил» (см. «Аль-Джа'дият» аль-Багави, т. 1, с. 595 (1359) и «Джами' баян аль-'ильм», т. 2, с. 90 — 91. А также в «Сияр», т. 6, с. 198, и в «ат-Тазкира», т. 1, с. 151)

В «Шарх 'иляль ат-Тирмизи» Ибн Раджаба (Т. 1, с. 410. Иснад сообщения в «аль-Хилья», т. 8, с. 27 по двум путям до Ибрахима ибн Адхама) передается от Ибрахима ибн Аби 'Абли, одного из шейхов имама Малика: «Кто следует ошибочным мнениям (шазз) ученых, делает много зла. Му'авия ибн Курра сказал: «Остерегайся ошибочных мнений в знаниях»».
 

Имам аль-Каусари, да помилует его Аллах, передает в примечаниях к «Зуюль тазкира аль-хуффаз» (стр. 187) слова Ибн Аби 'Абли в другой формулировке: «Кто станет следовать ошибочным мнениям ученых (шазз), впадет в заблуждение».
« Последнее редактирование: 17 Марта 2017, 23:32:24 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Имам аль-Байхакы передает в «Сунан» (10/211) от имама шафиитов Ирака Абу аль-Аббаса ибн Сурейджа, а он от имама маликитов Ирака Кади Исмаиля ибн Исхака, да помилует их Аллах, что последний сказал: «Я зашел к аль-Му'тадыду (халифа династии Аббасидов, ум. в. 289 г. по хиджре), он протянул мне книгу. Я посмотрел ее: в ней были собраны облегчения и ошибки ученых, а также те доводы, которыми каждый из них доказывал их. Я сказал ему:
- О повелитель правоверных, составитель этой книги - зиндик!
Он - аль-Му'тадыд - возразил:
- Разве эти хадисы не достоверны?!
- Хадисы такие передаются. Однако тот, кто дозволил опьяняющее - он имел в виду набиз (алкогольный напиток из фиников) - запретил временный брак, а тот, кто дозволил временный брак, не разрешал музыку и опьяняющее. Все ученые ошибаются. Но тот, кто собрал все ошибки ученых и начал их практиковать, вышел из Ислама.
И аль-Му'тадыд повелел сжечь ту книгу»
.
 
Имам Ахмад, да помилует его Всевышний Аллах, передал в книге «аль-'Иляль» (1/219) от Мухаммада, сына имама Яхьи аль-Каттана, что он сказал: «Если человек станет следовать всем облегчениям (рухас) из хадисов, то он станет из-за этого нечестивцем (фасиком)».

В книге «аль-Мусаввада» (стр. 518) шейх Такиюддин ибн Таймийя, да помилует его Аллах, пишет: «Абдуллах, сын имама Ахмада, передал, что его отец говорил: «Я слышал, как Яхья аль-Каттан говорил: «Если человек будет практиковать все облегчения (рухас): мнение мединцев о музыке, мнение куфийцев о набизе, мнение мекканцев о временном браке — то он станет нечестивцем»»». Возникает вопрос: кто же все-таки сказал эти слова? Яхья аль-Каттан или его сын Мухаммад? Мне скорее кажется, что Яхья.

Аль-Хафиз (Ибн Хаджар аль-'Аскаляни) пишет в «ат-Талхыс аль-хабир» ( 3/187): «Передал Абдурразак от Ма'мара его слова: «Если человек станет практиковать мнение мединцев о слушании музыки и половом акте с женщинами через задний проход, мнение мекканцев о временном браке и обмене денег (сарф)*, мнение куфийцев об опьяняющем, он будет худшим из рабов Аллаха»»*.

* Мекканцы высказывали ошибочное мнение, что на обмен денег (сарф) не распространяется условие, чтобы обмен происходил из рук в руки. Прим. пер.


Имам аль-Хаким передал в «Ма'рифа 'улюм аль-хадис» (стр. 65) от аль-Ауза'и его слова: «Не практикуются у иракцев пять (фетв) и у хиджазцев пять». Затем перечислил их*.

* От Хакима передал его ученик аль-Байхакы в «ас-Сунан» (т. 10, с. 211). От аль-Хакима это передает аз-Захаби в «ас-Сияр» (т. 7, с. 131) и аль-Хафиз (Ибн Хаджар) тоже в «ат-Талхыс». Формулировки у всех различаются, иногда сильно.

Абу Бакр аль-Аджури пишет в «Тахрим ан-нард ва аш-шатрандж ва аль-маляхи» (стр. 170): «А если приведет кто-то довод на облегчение в вопросе игры в шахматы и скажет: «В них играли люди, которых считают учеными», то мы скажем на это: это мнение тех, кто следует страстям и оставляет знание. И не подобает следовать за ошибкой тех, кому указали на эту ошибку, и запретили это. Нужно остерегаться ошибок ученых».

Затем он привел с иснадом до Умара ибн аль-Хаттаба, да будет Аллах им доволен, его слова: «Три вещи сбивают (с истинного пути): заблудшие имамы, спор с лицемером о Коране и ошибка ученого».
 
Абу аль-Хусейн аль-Карабиси, имам в акыде, хадисе и фикхе, говорил после цитирования ошибочных мнений некоторых саляфов: «Если некто скажет: «Они ученые», мы скажем ему: поистине, ничто так не разрушает Ислам, как ошибка ученого, так его не разрушают ошибки тысячи невежд» (см. «Табакат аш-шафи'ийя аль-кубра» ас-Субки, 2/125)

Клянусь Аллахом, это истина! Однако это так, когда кто-то поддерживает эту ошибку по своему невежеству и глупости, доказывая, что это верное мнение, а противоположное мнение — ошибка и заблуждение. Когда же на эту ошибку не обращают внимание или опровергают ее — то она не опасна.
 
Ибн Абдуль-Барр пишет в «аль-Джами'» (2/111): «Мудрые люди сравнили ошибку ученого с разбитым кораблем: когда он тонет, то вместе с ним тонет много людей».
 
Меня могу спросить: а как понять, что некое мнение — ошибка?

Я скажу: Абу Дауд и другие передали слова Му'аза ибн Джабаля, да будет Аллах им доволен, который был одним из самых правдивых и мудрых людей:
 
Язид ибн 'Амира, один из табиинов и учеников Му'аза, передал, что «Му'аз, каждый раз, приходя на урок и садясь, говорил: «Аллах аль-Хакам (Законодатель) аль-'Адль (Справедливый)». Однажды на уроке он сказал: «Впереди вас ждет фитна, когда будет много имущества и будут открывать Коран. Станет его читать верующий и лицемер, свободный и раб, женщина и мужчина, взрослый и ребенок. И получится так, что будут говорить: «Почему люди не следуют за мной, ведь я читаю Коран?! Клянусь Аллахом, они не последуют за мной, пока я не внесу для них (в религию) нововведение!» Так остерегайтесь же нововведений! Поистине, нововведение — заблуждение! Остерегайтесь ошибок мудреца! Поистине, шайтан говорит слова заблуждения устами мудреца, а лицемер может сказать истину».
И сказал он — Язид ибн 'Амира: «Я спросил его: «А как узнать, да помилует тебя Аллах, что мудрец говорит слова заблуждения, а лицемер говорит истину?»
Он — Му'аз — ответил:
«Сторонись речей мудреца, вызывающих сомнения, о которых говорят: «Что это?» И пусть это не отвращает тебя от него, возможно, он одумается, и вернется к истине, когда услышит ее. Поистине, в истине свет»»*.

* «Сунан Аби Дауд», книга сунны (т. 5, с. 186 (4596)), «аль-Ма'рифа ва ат-тарих» (т. 2, с. 321). С другим инсадом: аль-Байхакы (т. 10, с. 210) и в его «аль-Мадхаль» (с. 444), аль-Хаким (т. 4, с. 460), он сказал, что сообщение достоверное по условиям обоих имамов. С ним согласился аз-Захаби. Также в т. 4, с. 466 с другим иснадом, тоже достоверное по условиям Муслима. Аз-Захаби умолчал об этом, по крайней мере в том, что издано. Сообщение также в «Джами' баян аль-'ильм» (т. 2, с. 111). См. пример ошибки мудреца в «Муснад аш-Шамийин» (т. 2, с. 333 (1443)) и другой у Я'куба ибн Суфьяна (т. 2, с. 322)

Имам аль-Байхакы пишет: «Му'аз ибн Джабаль говорит нам, что не обязательно из-за заблуждения мудреца отстраняться от него, однако следует держаться подальше от того, в чьих словах нет света, потому что в истине свет, то есть — и Аллах знает лучше — доказательства из Корана, сунны, иджмы или кыяса на некоторые положения».
 
И он (Му'аз), да будет Аллах им доволен, указал на еретиков, вводящих в Ислам понятия, полностью ему чуждые, и указал на праведных людей, верующих и мудрых, которые ошибаются. И нельзя из чрезмерной строгости путать тех и других. Нужно следовать за второй группой в том, в чем они правы, и отбрасывать их ошибки и недочеты.
 
И он объяснил нам, каков признак их заблуждения: это всегда что-то мутное, неясное, в чем нет ясности и чистоты истины. Он назвал это «сомнительным»: это то, что отвергает твое естество, не видя в нем чистоты истины, и ты спрашиваешь: «Что это?!»*

*На это указывает вариант Ибн Абдуль-Барра в «аль-Джами'» (т. 2, с. 111): «Они спросили: «Что такое заблуждение мудреца?» Он ответил: «Это слова, которые пугают вас, вы их не принимаете и говорите: «Что это?!»»


А в беспримесной истине всегда есть свет и есть доказательство, подкрепляющее ее. И Аллах знает лучше.
 
У имама Ибн аль-Каййима, да помилует его Аллах, в «И'лям аль-муваккы'ин» (3, с. 294 и далее) есть ценные слова на эту тему.
 
Он пишет об обязательности избегать ошибок ученых, приводит начало той цитаты и комментирует идею что нет противоречия между следованием за имамами и тем, что нельзя брать те их мнения, которые не практикуются:

«Необходимы две вещи, и одна из них важнее другой. Первая: искренность в отношении Аллаха, Его Посланника, да благословит его Всевышний и приветствует, Его Книги и Его религии, и очищение ее от ложных мнений, противоречащих тому наследию и тем доводам, что были ниспосланы Его Пророку.

Вторая: знание достоинства, степени и уровня имамов Ислама. Но их достоинства и их знания не обязывают нас принимать все их слова и их фетвы по таким вопросам, где им не были известны слова Пророка, ﷺ, и они опирались лишь на свои знания, в то время как истина в ином. Но и не нужно отбрасывать все их слова, принижать их и ругать их. Нужно избегать обеих крайностей: не отвергать их, но и не считать безупречными. И нужно идти их же путем и следовать за сподвижниками.

И между первой и второй вещами нет противоречия для того, кому Аллах открыл сердце для Ислама. Противоречие в них видят двое: либо тот, кто не знает о достоинствах имамов и их уровне, либо тот, кто не понимает истинную природу Шариата, который Аллах ниспослал Своему Посланнику.

Однако тот, кто понимает Шариат и природу вещей, убежден, что у великого человека, хорошо знающего Ислам и внесшего в него свой вклад, признанного мусульманами, бывают ошибки, которые прощаются ему, более того, он будет вознагражден за свой иджтихад. Нельзя следовать за его ошибками, но при этом нельзя и ставить под сомнение его достоинства и его место в сердцах мусульман».
Прочти эти ценные слова до конца.

Я добавил это длинное отступление, чтобы показать заблуждения тех, кто сбивает людей с пути своими ошибочными или слабыми мнениями, в которых они противоречат большинству ученых века сподвижников и последующих веков.

И видя искажения этих заблудших, продающих религию за мирское, утверждающих, что мнения их ученых основаны на Коране и сунне, относятся к ним, я добавил это отступление, чтобы показать их ошибки, которым нельзя следовать. И Аллах наставляет на истинный путь.

И в свете этого толкования мы прокомментируем слова имама Суфьяна ас-Саури, да помилует его Всевышний Аллах: «Если ты увидишь человека, который практикует что-то, в отношении чего есть расхождение, и ты придерживаешься иного мнения, все равно не запрещай ему это» («Аль-Факих ва аль-мутафакких» (2/69).
 
Смысл этих слов: только если расхождение (по этому вопросу) приемлемое и признанное*.

* То есть противоречащие друг другу мнения одинаково приняты учеными, например, относятся к разным мазхабам фикха. А неприемлемое расхождение — это противопоставления принятого учеными мнения и отвергаемого ими. Прим. пер.

По этому поводу есть известное, часто повторяемое учеными, высказывание:
 
Не каждое расхождение приемлемо,
А только такое, у которого есть основа
* .

* Эти стихотворные строчки (бейты) принадлежат перу имама Абу аль-Хасана ибн аль-Хассара аль-Малики (ум. в 611-м г. по хиджре), да помилует его Всевышний Аллах. Это последние бейты его стихотворения (касыды), состоящего из двадцати двух бейтов и посвященного мекканским и мединским сурам (Корана), в отношении которых есть расхождения. Оно полностью приведено в книге «Аль-Иткан» (т. 1, с. 45) имама ас-Суюты, да помилует его Аллах.


Если же речь идет о расхождении, у которого нет основы, которое редкое или ошибочное, то нельзя не порицать совершающего или говорящего это. Ибн Хазм привел в книге «Аль-Ихкам» (6/83. Их можно найти в книге «Адаб аль-ихтиляф», стр. 122) примеры редких и ошибочных мнений, хотя и сделал это с целью опровергнуть тех, кто считает, что в разногласиях милость.
 
Более того, выявить ошибку такого расхождения и высказывающего такое (ошибочное) мнение обязательно. Это считается проявлением искренности в отношении Аллаха, Его Книги, Его Посланника и всех мусульман.
 
Имам Ибн Раджаб аль-Ханбали, да помилует его Всевышний Аллах, пишет в своей благословенной и ценной книге «Джами' аль-'улюм ва аль-хикам» (1/223-224):

«Среди видов искренности в отношении Всевышнего Аллаха, Его Книги и Его Посланника — как это определили ученые* — опровержение заблуждений с помощью Корана и Сунны, объяснение доказательств из них, которые опровергают все заблуждения, а также опровержение слабым мнениям, в которых ученые ошиблись, с объяснением тех доказательств из Корана и Сунны, которые опровергают их».

* Поразмышляй над этим очень важным уточнением: «как это определили ученые». Объяснение истины и одобряемого, предостережение от порицаемого, страстей и заблуждений — это задача и обязанность ученых. И никому другому не разрешено претендовать на это. Как много сейчас этих претендентов, которые сами себя назначили ответственными за религию Аллаха и Шариат! И очень распространенная ошибка, связанная с этим, — говорить: «В Исламе нет духовенства», — имея в виду, что каждый мусульманин имеет право говорить о религии. Да, слова эти верные, однако приводить их в этом контексте — неправильно.


Также он пишет (стр. 280):
 
«И порицать обязательно только то, что порицаемо единогласно (согласно иджме). А что касается того, в отношении чего есть разногласия, то часть наших ученых сказала, что не следует порицать совершающего это, будь он муджтахид или мукаллид, следующий за признанным муджтахидом. Отсюда Кади исключил в книге «Аль-Ахкам ас-Султанийя» (Абу Я'ля аль-Фара, с. 297) те мнения, расхождение по которым слабое, если они — уловка для единогласно запретного, как, например, риба или временный брак. Временный брак — это уловка для совершения прелюбодеяния...
От имама Ахмада передается порицание играющего в шахматы, но Кади истолковал это порицание, как относящееся к тому, кто делает это, не будучи муджтахидом или не следуя за признанным муджтахидом...»

 
Следовательно, мнение, расхождение по которому слабое, — то есть это мнение отвергается текстами Шариата — также относится к категории ошибок ученых. И Аллах знает лучше.
Мы просим у Аллаха наставить нас на истинный путь и исправить наши слова и поступки!
« Последнее редактирование: 18 Марта 2017, 01:22:09 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Третья причина: расхождения в их подходе к снятию противоречий между хадисами

Эта причина расхождений между имамами фикха считается одной из основных. И для ее понимания надо обратиться в двум важнейшим наукам: науке о хадисах и науке усуль аль-фикх.
 
Что касается наук о хадисах, то это нужно для изучения хадисов по одной теме и связанных с ними вопросов.
 
А усуль аль-фикх нужен для того, чтобы понять правила и решения, установленные на основе других текстов Корана и сунны.
 
Также под эту причину подпадает — и имеет решающее значение — глубокое понимание, вдумчивое изучение для согласования противоречащих друг другу текстов, как мы это увидим в дальнейшем.

Не секрет даже для начинающего изучать благородные науки, что существует очень много хадисов, которые указывают на противоречащие друг другу решения. И таких противоречащих смыслов бывает больше, чем два.
 
У ученых есть несколько путей преодоления этих противоречий (См. разделы тридцать четыре и тридцать шесть из «Мукаддимы» Ибн ас-Саляха, там приводятся примеры. Тахридж (сведения о передатчиках) этих хадисов см. в примечаниях):
 
1. Путь объединения противоречащих (хадисов) через толкование и согласование их смыслов.

2. Если объединение невозможно: поиск отменяющего и отмененного среди этих хадисов.

3. Если и это невозможно, и нет вспомогательного контекста (других хадисов или исторических сведений): выбор (тарджих) среди них предпочтительного.

Среди ученых были те, кто предпочитал третий путь второму: сначала объединение, потом тарджих, потом поиск отменяющего (хадиса). Об этих путях можно говорить очень долго. Но я дам лишь краткие сведения:
 
1. Что касается объединения противоречащих хадисов, то нужно понять важность этого метода. Некоторые ученые заявляли о невозможности объединения двух конкретных хадисов из-за отсутствия возможности понять их. Другим же ученым Всевышний Аллах открыл пути для их объединения*.

* Я встречал немало примеров этому. Приведу лишь один из них. Хафиз (Ибн Хаджар аль-Аскаляни), да помилует его Аллах, пишет в «Хадью ас-сари» (с. 404) в биографии Зейда ибн Вахба аль-Джухани: «Ибн Му'ин и большинство имамов считали его достойным доверия передатчиком. И ошибся Я'куб ибн Суфьян аль-Фасави, когда написал в «ат-Тарих» (2/769): «В его передачах много ошибок», приведя в пример переданные им (аль-Джухани) слова Умара, да будет Аллах им доволен: «О Хузейфа! Клянусь Аллахом, поистине, я лицемер!». Аль-Фасави пишет: «Подобное невозможно».  Я (Ибн Хаджар) говорю: это несправедливая придирка, подобные ей не ослабляют статус тех, кто считается сильными передатчиками. Также не отвергаются достоверные хадисы. Эти слова Умар произнес при сильном страхе и отсутствии чувства защищенности. Нельзя обращать внимание на такие ложные сомнения для ослабления достойных доверия передатчиков. И Аллах знает лучше». Подобное же исследование — или это основа — у аз-Захаби в «аль-Мизан» (2/3031).


По этой причине ученые убедились, что для заявлений о невозможности объединения двух внешне противоречащих друг другу шариатских текстов необходимо достичь очень высокого уровня знаний и иметь особые способности.
 
Если не получалось объединить (между противоречащими друг другу хадисами), имам переходил к изучению их для того, чтобы попытаться установить, какой из них отменяющий, а какой отмененный. Это возможно только при привлечении внешнего контекста, который известен как «признаки отмены», и этих признаков четыре:
 
Перый: об этом ясно сказал сам Посланник Аллаха, ﷺ, например, хадис, переданный Муслимом: «Раньше я запрещал вам посещать могилы, теперь посещайте их».

Второй: об отмене известно из слов сподвижника, например, хадис, переданный от Джабира ибн Абдуллаха, да будет Аллах ими обоими доволен, который приводят имамы Абу Дауд, ан-Насаи и другие: «Последним повелением Посланника Аллаха был отказ от совершения малого омовения после пищи, которой коснулся огонь».

Третий: об отмене известно из исторических сведений, как, например, в случае с хадисом от Шаддада ибн Ауса: «Нарушается пост того, кто сделал кровопускание (хиджаму), и того, кому его сделали». В некоторых передачах хадиса говорится, что эти слова были сказаны в восьмом году после хиджры. Значит, этот хадис отменяется хадисом от Ибн Аббаса: «Пророку, ﷺ, сделали хиджаму, и он был в ихраме и постился», потому что в некоторых его версиях говорится, что это было во время прощального хаджа в десятом году.

Также иногда об отмене узнается по косвенным данным. Например, сподвижник, который передал некий хадис, позже принял Ислам, и ясно дал понять, что сам слышал это (от Пророка, ﷺ). В этом случае его хадис отменяет хадис, переданный другим сподвижником, который принял Ислам раньше, и, возможно, слышал этот хадис от Пророка, ﷺ, как только принял Ислам.
 
Есть и другие подобные тонкие детали, которые нужно принять во внимание, рассмотреть и изучить подробно и глубоко.
 
Четвертый: хадис считается отмененным, если есть иджма о противоположном (решении). Убедиться в установлении иджма и в том, что нет противоречия в ней, учитывая все условия — очень трудное дело.


3. Если невозможна попытка установить отмененный и отменяющий хадисы, имам переходил к выбору (тарджих) предпочтительного хадиса из двух (протиоречащих друг другу).
 
Тема тарджиха — предельно сложная. Первый путь — объединение — требует понимания и изучения содержания хадисов. Второй путь — попытка установить отмену — требует обширных знаний и изучения передач и версий хадисов. Тарджих же требует того и другого: изучение содержания нуждается в понимании и проницательности, а изучения передач и версий в обширном рассмотрении всех общих и частных вещей, касающихся хадисов по одной теме: иснадов — а что может быть сложнее изучения иснадов! — биографий и качеств передатчиков этих хадисов от сподвижников, текстов хадисов и так далее.
 
Когда я писал эту фразу для первого издания: «нуждается в обширном рассмотрении всех общих и частных вещей, касающихся хадисов по одной теме», я держал в голове пример, который приведу здесь.
 
Известно, что большинство имамов посчитали нужным практиковать хадис от Абу Хурайры, да будет Аллах им доволен: «Если собака попила из вашего сосуда, то помойте его семь раз».

Ханафиты же сочли верным мнение, что достаточно помыть сосуд три раза, поскольку такую фетву давал Абу Хурайра и сам ее практиковал, а у них существует правило, что хадис не принимается, если его передатчик практиковал иное решение.

Имам аль-Каусари, да помилует его Аллах, в В «ан-Нукат ат-тарифа» (с. 119) пишет: «Решение о семикратном мытье отменено, а о трехкратном — нет, поскольку Пророк, ﷺ, постепенно переходил в своих повелениях относительно собак от более строгих к более мягким, а не наоборот. Сначала он повелел убивать собак вообще, чтобы искоренить у людей любовь к ним, затем только черных, после чего установил облегчение для охотничьих, пастушьих, сторожевых и тому подобных собак. Поэтому семикратное мытье относится к периоду строгости, а трехкратное соответствует времени мягкости, а это время наступило позже».

Читатель видит, что вопрос не сводится по отдельности ни к одному только хадису о семикратном мытье, ни к его версии: «А восьмой раз почистите его (сосуд) землей», ни к фетве Абу Хурайры и его практике. Вопрос идет дальше — ко во всем решениям, связанным с этим животным. Только так можно увидеть, что имел в виду этими решениями Законодатель.
 
Так же ученые в области науки усуль аль-фикх проделали огромную работу для поиска критериев выбора (тарджих) между противоречащими друг другу хадисами. Эти критерии отражены в их книгах.

Самым первым из них — по крайней мере из доступного нам наследия ранних имамов — был имам аш-Шафии, да помилует его Аллах, в книге «ар-Рисаля» (стр. 284). Он говорит, обращаясь к своему собеседнику: «Наша с вами общая основа такова: если хадисы противоречат друг другу, то мы берем один, а другие оставляем, только если есть причина, подтверждающая, что тот, который мы взяли, сильнее остальных. Он — собеседник — спросил: А что это за причина? Я — аш-Шафии — ответил: чтобы один из хадисов был ближе к книге Аллаха, если он ближе к Книге Аллаха, то в этом хадисе довод. А если в хадисе нет текста из Книги Аллаха, то предпочтительным для нас будет наиболее достоверный. И это такой, передатчики в цепочке которого более известны, отличаются знаниями и хорошей памятью. Либо же мы принимаем тот хадис, который нам передан по двум или более цепочкам, а оставляем тот, который передан лишь по одной. Большое число передатчиков надежнее запоминают, чем малое. Или же мы принимаем тот хадис, чей смысл ближе к другим хадисам из сунны Посланника Аллаха. Или этот хадис больше известен ученым, или больше подходит под кыяс (аналогию), или же его практиковало больше сподвижников Посланника Аллаха»

Затем имам аль-Хазими, да помилует его Аллах, в предисловии к книге «аль-И'тибар фи ан-насих ва аль-мансух мин аль-асар» (9-23) привел пятьдесят критериев для тарджиха, проиллюстрировав большую часть примерами. В завершении темы он пишет: «Также существуют и другие критерии, которые мы не упомянули, чтобы не удлинять нашу небольшую работу».

Затем Хафиз аль-Иракы, да помилует его Аллах, процитировал эти слова (В «ан-Нукат 'аля Ибн ас-Салях», с. 245) и добавил: «Критериев тарджиха больше ста. Я решил кратко их перечислить. Начну с тех пятидесяти, которые привел аль-Хазими, затем добавлю остальные».
Всего он перечислил сто десять критериев, после чего написал: «Существуют и другие критерии тарджиха. Часть из них спорные, то есть другая часть общепринята. Но и среди тех, которые мы перечислили, также встречаются спорные».

Аш-Шаукани разделил критерии тарджиха (выбора предпочтительного из двух или более хадисов, противоречащих друг другу) в книге «Иршад аль-фухуль» (стр. 276-284) на двенадцать основных видов. Всего же он назвал сто шестьдесят критериев. И в конце разбора каждого вида он пишет, что существует еще немало критериев кроме тех, которые он упомянул.
 
Из этого становится понятным невежество некоторых людей , а может, это их притворство, которые, когда им приводят два внешне противоречащих друг другу хадиса, сразу же выбирают тот, который содержится в двух «Сахихах», отвергая тот, которого в них нет, полностью игнорируя все остальные критерии (тарджиха). Это при том, что Хафиз аль-Иракы назвал предпочтение хадиса из двух «Сахихов» хадису не из них критерием тарджиха номер сто два из ста десяти.

Таким образом, они игнорируют — по небрежности или сознательно — более ста критериев тарджиха!
 
Аш-Шаукани, перечисляя эти критерии, упоминает сорок два, относящиеся только к иснаду хадиса. И среди них лишь сорок первый: «Предпочтение хадиса из двух «Сахихов» хадису не из них».
 
Пусть тебя не смущают наущения тех, кто говорит, что Ибн ас-Салях пишет, что хадис, о достоверности которого согласились Бухари и Муслим,  достовернее и предпочтительнее того, который привел только Бухари, а тот хадис, который Бухари передает один, предпочтительнее того, который приводит только Муслим и так далее.

Но Хафиз аль-Ираки, который составил эту классификацию (критериев тарджиха), привел ее как раз в книге, которая является комментарием к книге Ибн ас-Саляха. И эти слова Ибн ас-Саляха были перед его глазами. Конечно, он не пишет, что имам не знал или забыл об остальных критериях, просто его (Ибн ас-Саляха) классификация дает узкий взгляд на вопрос, а классификация аль-Иракы и ученых в области усуль аль-фикх — дает широкую перспективу.
 
Если Аллах позволит и облегчит, мы продолжим разговор об этой теме в другом месте.

Так бывает, что сам имам, составитель «Сахиха», дает нам понять, что он, приводя хадисы по одной теме, не практикует некоторые из них, входящие в его сборник. Так, имам Муслим, да помилует его Аллах, сначала привел в «Сахих» хадисы о вставании при приближении похоронной процессии ( 2/659; (73-81)), а затем привел другие хадисы, которые, по его мнению, отменяют предыдущие (2/661). Толкователь Корана имам аль-Куртуби, да помилует его Аллах, ясно пишет в своем тафсире (3/212), что Муслим заканчивает главу теми хадисами, решения которых он предпочитает.

Мы обязаны принимать решение Муслима о достоверности хадиса, но не его понимание хадиса или те решения, которые он предпочитает.
 
Что касается Бухари, то он просто привел хадисы о вставании при приближении похоронной процессии, не сообщив ничего, что бы указывало на их отмену.
 
Здесь нужно сделать примечание, для чего я процитирую слова шейха аль-Баннури, да помилует его Всевышний Аллах, из «Ма'ариф ас-сунан» (6/379-380). Он пишет:

«Я говорил раньше и повторю: эти великие имамы, составители «Сахихов»: Бухари, Муслим и другие, часто примыкали к той или иной группе или мазхабу фикха или следовали за иджтихадом своих имамов в тонкостях фикха и в неясных вопросах, выбирая ту или иную сторону при разногласиях. Затем, когда они составляли свои сборники, то включили в них те хадисы, которые соответствуют их мазхабу в фикхе. Так их фикх проник в хадис. И они отказывались от других хадисов, которые не соответствовали их мазхабу, кроме тех имамов, которые взяли на себя задачу привести хадисы, которые также использовали оппоненты, в большей степени это имам ат-Тирмизи. Также среди таких — Ибн Аби Шейба и Абд-ур-Раззакъ в своих «Мусаннафах», а также Ахмад в своем «Муснаде»».
 
Приведем примеры того, как их фикх проникал в хадис.

Первый пример был чуть выше — это вопрос, надо ли вставать при приближении похоронной процессии или нет. И имам Муслим привел хадисы о вставании, а затем хадисы, отменяющие это решение. Также поступил ан-Насаи («Аль-Кубра», 1/625-626). А имам Бухари передал только хадисы о вставании, поскольку из доводов, которые убедили Муслима в отмене, он не сделал вывод, что это решение отменено. И он решил их не приводить. Таким образом, Муслим и ан-Насаи привели их, так как понимали их одним образом, а Бухари отказался, понимая их иначе.

Так их фикх (их понимание) проникал в хадисы.

Вот другой пример — хадис от Абу Хурайры:
 
مَنْ صَلَّى عَلَى جَنَازَةٍ فِي الْمَسْجِدِ فَلَا شَيْءَ عليه

«Кто прочитает намаз по покойному в мечети, то нет ничего против него».
 
Мы уже приводили источники этого хадиса, и их очень много. Однако имам Муслим не добавил его, вместо него он включил в сборник хадис от Аиши, да будет Аллах ею доволен (2/667 (99): «Как быстро забывают люди! Посланник Аллаха, ﷺ, совершил намаз по Сухайлю ибн аль-Байда именно в мечети». Подобный же хадис привел и ан-Насаи («Аль-Кубра», т. 1, с. 639).

Таковы их предпочтение и их понимание (фикх).
 
Абу Дауд же сначала привел этот хадис от Аишы, а в конце главы — хадис от Абу Хурайры (4/49-50 (3182-3184). Это также его предпочтение и его фикх.
 
Ибн Маджа сделал ровно наоборот (1, с. 486 (1517 — 1518)): сначала привел хадис от Абу Хурайры, а затем в конце хадис от Аиши, и добавил: «Хадис от Аиши сильнее». Таковы его предпочтение и его фикх.

При этом таклид и следование за ними (имамами-мухаддисами) не лучше, чем таклид и следование за имамами фикха: за мнениями Абу Ханифы, Малика, аш-Шафии и Ахмада. Наоборот, следовать за ними лучше, чем за теми. Мы уже приводили слова имама ат-Тирмизи: «Факихам лучше известен смысл хадисов». Это очевидно и бесспорно.

Поэтому предпочтение решения, доказательством которого служит хадис из Бухари, решению, которое основано на хадисе, переданном, например, Абу Даудом, только на этом основании не верно. Ведь на самом деле это предпочтение мазхаба Бухари, который выбрал именно эти хадисы по теме для своего сборника, мазхабу другого мухаддиса, который выбрал другие хадисы по той же самой теме. Это то, о чем забывают заблудшие.

Этот пример расхождений между имамами фикха очень ярко иллюстрирует сложность иджтихада даже в одном единственном вопросе фикха. Также мы видим, какого невероятно высокого уровня достигли наши имамы, да будет Аллах ими доволен, при том, что упомянутое мною — лишь маленький фрагмент всей картины, а что говорить о других науках, которые они использовали для иджтихада, а их множество! Об этом мы еще поговорим, иншааЛлах.

В конце разговора о третьей причине (расхождений имамов фикха) я приведу цитату по одной теме, разногласия по которой не слишком известны. Также по ней не составляли отдельных трактатов, где приводились бы слова ученых, как это было по другим научным вопросам, как, например, является ли «басмала» аятом каждой суры Корана, кроме суры «ат-Тауба», или нужно ли следующему за имамом в намазе читать Коран, или же вопрос о поднятии рук перед поясным поклоном (руку') и после него.

Я затрону этот вопрос, потому что он объединяет в себе три пути, о которых шла речь раньше.
 
Имам ан-Навави, да помилует его Аллах, в «Шарх Сахих Муслим» (14/80) пишет:
«Наш — шафиитов — мазхаб: желательность для мужчин и женщин закрашивать седину желтым или красным цветом. И запрещено черным, по самому сильному мнению. Другое мнение: это нежелательно (макрух танзихан) из-за слов Пророка, ﷺ, в комментируемом хадисе: «Избегайте черного». Таков наш мазхаб.
Аль-Кады 'Ияд пишет: «Саляфы — сподвижники и табиины — разошлись по вопросу, следует ли закрашивать седину, и если да, то как. Некоторые сказали: лучше не закрашивать, передавая хадис, в котором Пророк, ﷺ, запрещал трогать седину, потому что сам ее не трогал. Это передано от Умара, Али, Убейя и других, да будет Аллах ими доволен.
Другие сказали: закрашивать лучше. Так поступали многие сподвижники, табиины и последующие поколения, следуя хадисам, которые привели Муслим и другие.
Эта группа также разделилась: большинство окрашивало в желтый цвет, среди них Ибн Умар, Абу Хурайра и другие. Также об этом передается от Али.
Некоторые красили хной, некоторые — шафраном.
Другие красили в черный. Это передается от Усмана, Хасана и Хусйна, сыновей Али, Укбы ибн Амира, Ибн Сирина, Абу Бурды и других.
«Аль-Кады — 'Ияд — пишет: «Ат-Табарани (возможно, правильно — ат-Табари. В изданном шархе Кады 'Ияда (т. 6, с. 625) я увидел именно такой вариант) пишет: «Правильное мнение состоит в том, что хадисы, переданные от Пророка, ﷺ, о закрашивании седины и запрете на это — все они достоверные. И в этом нет противоречия. Повеление окрашивать относится к тем, чья седина подобна седине Абу Кухафы, а она была очень белой, и это не очень красиво. А запрет касается тех, у кого присутствует лишь небольшая проседь».
Ат-Табарани пишет: «Расхождение саляфов в этом вопросе основано на различии состояний людей. Кроме того, как повеление, так и запрет не имеют обязательного характера, согласно иджме. Поэтому одна сторона не порицала другую по этому вопросу».
И нельзя сказать, что одни хадисы (об этом) отменяющие, а другие отмененные[2].
Другие (ученые) сказали: это зависит от двух обстоятельств. Для того, кто живет в местности, где принято красить или, наоборот, не красить, отличаться от остальных и тем выделяться нежелательно. И второе (обстоятельство): это зависит от чистоты седины. У кого седина однородная, тому лучше ее не закрашивать. А у кого седина некрасивая, тому лучше закрашивать».
Это то, что передал аль-Кады. И более верное мнение, более соответствующее сунне — это вышеприведенное мнение нашего мазхаба. И Аллах знает лучше».


Имам аль-Хаким в «Ма'рифа 'улюм аль-хадис» (с. 122) выделил в двадцать девятый вид наук о хадисах: «Знание о противоречащей друг другу сунне Посланника Аллаха, ﷺ, каждую из которых использовали как довод имамы мазхабов». Этот вид наук известен также под названием «мухталиф аль-хадис» (противоречивые хадисы). Аль-Хаким привел там ряд примеров, последний из которых особо любопытен.

Аль-Хаким (на стр. 128) привел с иснадом до Абдуль-Вариса ибн Саида ат-Таннури его рассказ: «Я приехал в Мекку и встретил там Абу Ханифу, Абу Лайлу и Ибн Шубруму. Я спросил Абу Ханифу:
- Что ты скажешь о человеке, который что-то продал и поставил при этом некое условие?
Абу Ханифа ответил:
- Сделка недействительна, и условие недействительно.
Затем я спросил Абу Лайлу, он ответил:
- Сделка действительна, а условие нет.
Затем я пришел к Ибн Шубруме и спросил его. Он ответил:
- Сделка действительна, и условие действительно.
Я сказал себе:
- СубханаЛлах! Три факиха из Ирака дали мне три разных ответа на один вопрос!
Я пришел к Абу Ханифе и рассказал ему об этом. Он ответил:
- Я не знаю, почему они так сказали. Мне передал Амр ибн Шуайб от своего отца, а тот от своего, что Пророк, ﷺ, запретил сделки с условием. Значит, сделка недействительна, и условие недействительно.
Затем я пришел к Абу Лайле и рассказал ему. Он ответил:
 - Я не знаю, почему они так сказали. Мне сообщил Хишам ибн Урва, а он слышал от отца, что Аиша сказала: «Посланник Аллаха, ﷺ, велел мне купить Бариру с тем, чтобы освободить ее». Значит, сделка действительна, а условие нет.
После этого я пришел к Ибн Шубруме и рассказал ему об этом. Он ответил:
 - Я не знаю, почему они так сказали. Мне передал Мис'ар ибн Кидам от Мухариба ибн Дисара, а он от Джабира, что тот сказал: «Я купил у Пророка, ﷺ, верблюдицу, а он поставил мне условие довезти его до Медины». Значит, сделка действительна, и условие действительно».


Некоторые полагают, что этот вопрос необычайно легкий. Если одного из таких людей спросить: «Каким способом совершал хадж Пророк, ﷺ: был это ифрад (способ совершения хаджа, при котором выполняется только он один, без умры), таматту' (способ, при котором сначала совершается умра в месяцы хаджа, а затем хадж) или кыран (Совершение хаджа и умры вместе с общим намерением и общим входом в ихрам)?» — а это был единственный его хадж — то человек начнет отвечать еще до того, как ему закончат задавать вопрос, потому что он читал об этом хадис, или два, или десять.
 
Но этого не достаточно! А если ты ему возразишь, то он тебе скажет, что слышал об этом от некоего имама. И станет понятно, что такой человек просто мукаллид, который отрицает при этом таклид и пропагандирует иджтихад.

Также аль-Хаким (стр. 124) привел как пример этого вида наук* хадис от Анаса: «Я слышал, как Посланник Аллаха, ﷺ, читал тальбию для хаджа и умры вместе».

* Имам аль-Хаким выделил в двадцать девятый вид наук о хадисах: «Знание о противоречащей друг другу сунне Посланника Аллаха, да благословит его Всевышний и приветствует, каждую из которых использовали как довод имамы мазхабов». Прим. пер.


Затем привел противоречащий ему хадис от Ибн Умара и добавил: «Имам Абу Бакр Мухаммад ибн Исхак — он имеет в виду Ибн Хузейму — разобрал разные хадисы и выбрал таматту'. Также его выбрали Ахмад и Исхак. Аш-Шафии выбрал ифрад, а Абу Ханифа — кыран».

Разбор вопроса Ибн Хузеймой очень длинный, он занимает пять частей, как об этом сказал сам аль-Хаким (С. 83. Пять частей в традиции науки о хадисах — это в среднем примерно двести страниц). Также он процитировал слова Абу аль-Хасана ас-Санджани: «Я прочитал разбор темы хаджа, принадлежащий перу Мухаммада ибн Исхака ибн Хузеймы, и убедился, что он обладает знанием, которым мы не обладаем».
 
Что бы, интересно, сказал Абу аль-Хасан, если бы прочитал книгу имама ат-Тахави, современника Ибн Хузеймы?!
 
Я приведу слова Кады 'Ияда, процитированные имамом ан-Навави в «Шарх Сахих Муслим» (8/136); оригинал в «Шархе» Кады 'Ияда (4/232)

Подробнее: http://www.azan.kz/durus/view/51-urok-tretya-prichina-rashozhdeniya-v-ih-podhode-k-snyatiyu-protivorechiy-441#lesson441. Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на azan.kz. Он, да помилует его Аллах, пишет:
 
«Аль-Кады 'Ияд пишет: «Наши и другие ученые очень много писали об этих хадисах: кто-то умеренно, кто-то слишком кратко, а кто-то длинно. Самое длинное исследование у Абу Джа'фара ат-Тахави аль-Ханафи аль-Мисри, оно занимает больше тысячи листов*. Также об этом писал Абу Джа'фар ат-Табари. После них — Абу Абдуллах ибн Аби Суфра, аль-Мухалляб, кады Абу Абдуллах ибн аль-Мурабит, кади Абу аль-Хасан ибн аль-Кассар аль-Багдади, хафиз Абу Умар ибн Абдуль-Барр и другие ученые»».

* Это напоминает нам о другом ученом, который написал об этом также очень большую работу — это имам Мухаммад ибн Шуджа' ас-Сальджи (181 — 267 г. по хиджре), да помилует его Аллах. Он один из учителей имама ат-Тахави. Аль-Курши пишет в «аль-Джавахир аль-мудыйя» (т. 3, с. 174), что ему принадлежит «книга о хадже и умре объемом более, чем в 60 частей, огромная и подробная».


Разве разумный студент станет после этого противопоставлять несколько прочитанных им страниц — и только Аллах знает, как он их освоил и понял — всему объему написанного нашими имамами, о чем говорит хафиз.
 
И имам ат-Тахави, который написал по этому частному вопросу книгу размером с «Сахих аль-Бухари», при этом следовал за имамом определенного мазхаба, хоть и не во всех вопросах, однако он никогда не отказывался от следования за имамом, и ни одного плохого слова не сказал ни про него, ни про его мукаллидов.

Имамы прошлого приложили колоссальные усилия для собирания внешне противоречивых хадисов, для их изучения и объяснения выводов своих исследований. Так, имам аш-Шафии составил книгу «Ихтиляф аль-хадис», Ибн Кутейба - «Таъвиль мухталиф аль-хадис». Обе они изданы. Также книга по теме есть у Закарии ас-Саджи, автор «Кашф аз-зунун» упоминает ее под названием «Ихтиляф аль-хадис».

Имам Ибн Джарир ат-Табари написал об этом книгу «Тахзиб аль-асар». Автор «Кашф» отозвался о ней так: «Подобной ей нет по этой теме». Лишь небольшая часть ее — 4 части — была издана, а в последствии — часть пятая.
 
Имам Абу Джа'фар ат-Тахави написал по теме две великих книги: «Шарх ма'ани аль-асар марвийя 'ан расулиЛляхи, ﷺ, фи аль-ахкам»*, которая, при том, что его за нее признали имамом и муджтахидом, была первым его сочинением, как об этом сказал хафиз аль-Курши в «аль-Джавахир аль-мудыйя» (т. 1, с. 276)

* Автор, да помилует его Аллах, сам ее так называет во 2-м томе на 189 с. См. исчерпывающее исследование об этой книге и о «Мушкиль аль-асар» со сравнением их с другими книгами, написанными по данной теме, в книге «Абу Джа'фар ат-Тахави ва асаруху фи аль-хадис» доктора Абдуль-Маджида Махмуда Абдуль-Маджида (с. 133 — 139, 286 — 316).

Вторая его книга — последнее сочинение имама, как об этом сказал тот же аль-Курши — «Мушкиль аль-асар». Аль-Каусари, да помилует его Аллах, сказал о ней: «Подобной этой книге по данной теме не существует, ни в древности, ни в современности» (В примечаниях к «Зуюль тазкира аль-хуффаз» (с. 195). Книга была издана недавно с примечаниями, но с неубедительным исследованием).
 
Также по этой теме существуют и другие отдельные сочинения, а также разрозненные исследования в книгах.
« Последнее редактирование: 19 Марта 2017, 01:12:08 от Абд-ур-Рахман »

Оффлайн Абд-ур-Рахман

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 4793
Четвертая причина: расхождения, вызванные различной степенью обширности знания хадисов

Я начну разговор об этой причине со слов имама аш-Шафии, да будет Аллах им доволен, из его известной книги «ар-Рисаля» (стр. 42-43):

«Мы не знаем такого человека, который знал бы все хадисы без исключения. Если собрать вместе знания всех ученых, то мы охватим всю сунну. А если рассмотреть знания каждого по отдельности, то каждый будет знать лишь часть. И то, что не знает один, знает другой. Существуют разные уровни ученых: есть такие, кто знает большую часть (хадисов), а не знает – малую. А есть такие, кто знает меньше остальных».

В другом месте он подтверждает эту мысль (стр. 219):
 
«Ученый может не знать хадисы и поэтому высказывать противоречащие им мнения, а не потому что он имел намерение противоречить сунне. Также ученый может забыть что-то или ошибиться в толковании».
 
Хафиз Магриба имам Ибн Абд-уль-Барр, да помилует его Аллах, в «аль-Истизкар» (1/36 и 1/188) издание доктора аль-Кальꞌаджи) пишет:
 
«Я не знаю ни одного из сподвижников, кто бы не упустил чего-то из сунны, что передал другой. Для последующих поколений это еще более верно. И невозможно, чтобы один человек охватил всю сунну».

Имам Ибн Таймийя, да помилует Аллах, в В «Рафꞌ аль-малям» (с. 17) пишет:
 
«Кто считает, что каждый из имамов или один конкретный имам знал каждый достоверный хадис, тот очень сильно и глубоко ошибается».
 
Имам аль-Бикаꞌи передал в «ан-Нукат аль-Вафийя» (стр. 19) слова своего учителя хафиза Ибн Хаджара:
 
«Ошибается тот, кто утверждает, что кто-либо из имамов выучил и в совершенстве знал все хадисы. От имама аш-Шафии передаются слова: «Кто скажет, что один человек вобрал в себя всю сунну, тот совершит большой грех. Также кто скажет, что что-то из сунны неизвестно умме, совершит большой грех»».

Таким образом, невозможно, чтобы кто-либо заявлял про себя или утверждал про другого, что он знает всю сунну Пророка, ﷺ, целиком. Это подтверждают слова великого имама-муджтахида – имама аш-Шафии, да будет Аллах им доволен, с которым согласны более поздние ученые, знатоки этой науки.

И из разной степени обширности знания сунны не вытекает, что тот, кто знает больше других, обязательно больше всех заслуживает, чтобы за ним следовали, например. Один ученый может знать больше хадисов, чем другие, а другой опережать его в их понимании и способности выносить из них решения.
 
Ибн Таймийя, да помилует его Аллах, привел в «Рафꞌ аль-малям» (стр. 19) условие, касающееся знания хадисов, для того, кто достиг уровня муджтахида, и другие это признали:

«Неправильно говорить, что тот, кто не знает все хадисы, не может быть муджтахидом. Если мы поставим условием для муджтахида знание всего, что сказал и сделал Посланник Аллаха, ﷺ, из имеющего отношения к решениям (хукмам), тот в этой умме не окажется ни одного муджтахида! На самом деле цель ученого – знание большей части этого, так, чтобы лишь небольшая часть подробностей осталась ему неизвсетной»*

* Могут спросить: как соотнести это утверждение со словами ученых, что муджтахид должен знать определенное количество хадисов о шариатских решениях (ахадис аль-ахкам), а именно около тысячи хадисов (см. «ан-Нукат ꞌаля Ибн ас-Салях» Ибн Хаджара, т. 1, с. 299 – 230)? Ответ такой: те, кто привел это количество, имел в виду основные разделы и явные хадисы, связанные с решениями. Они не отрицали тем самым, что все переданное от Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, содержит как установления Шариата, из которых ученые выводят решения (хукмы), касающиеся дозволенного и запретного, так и нормы этики и нравственности.
Некоторые ученые вывели из хадиса «О Абу Умайр, что сделала ан-Нугайр» четыреста положений. Без сомнения, многие из них касались хукмов, хотя большая их часть касалась этических норм. См. вначале «Фатх аль-Бари» (т. 10, с. 584), затем «ат-Таратиб аль-идарийя» Сейида Абдуль-Хайя аль-Каттани (т. 2, с. 150).


И этому условию соответствуют все имамы, да будет Аллах ими доволен.

Так, имам Ахмад, например, без сомнения ему соответствует, как и имамы Малик, аш-Шафии и Абу Ханифа, несмотря на то, что некоторые выражали сомнения в отношении имама Абу Ханифы. Именно по этой причине я расскажу кратко именно о нем, а не о других имамах.

Любой благородный хадис первоначально выслушивается и принимается, а затем рассказывается и передается.

То есть мухаддис сначала слышит хадис от своего шейха, и это называется принятием (тахаммуль), а затем рассказывает его другим людям, и это называется передачей (адаъ).

Если ученый занимается передачей хадисов, то люди узнают о нем, и он становится известным как передающий много или мало. А если ученый занимается другими науками, то переданные им по случаю хадисы не создают ему репутации передающего, много он передает или мало.

Абу Бакр ас-Сиддик – первый мужчина, принявший Ислам. Он дольше остальных был сподвижником Пророка, ﷺ. Он был самым знающим сподвижником, и это подтвердили другие. Однако он передал очень мало хадисов, и переданное им не свидетельствует, что он был ученым среди сподвижников, тем более, самым знающим среди них. Это известно о нем из других источников.

Примерно то же касается Умара, Усмана и Али (См. об этом в «ꞌУкуд аль-джуман» мухаддиса Мухаммада ибн Юсуфа ас-Солихи аш-Шами аш-Шафии (с. 319 и далее), а также многих других сподвижников, да будет Аллах доволен ими всеми. То же можно сказать и про многих табиинов и их учеников (атбаꞌ ат-табиꞌин).

о же можно сказать и о самом имаме Малике. Его степень в хадисе такова, что его ученик имам аш-Шафии сказал: «Если говорить о хадисах, то Малик – планета!» Он сам сказал: «Я записал своей рукой сто тысяч хадисов» (Это передано в «Тартиб аль-мадарик» (1/121, 124).

Более того, имам аз-Зуркани, да помилует его Аллах, в введении к комментарию к «аль-Муватта» (1/7) передал от Ибн аль-Хайяба, что имам Малик передал сто тысяч хадисов*.
 
* Передача хадисов – это не то же самое, что принятие (тахаммуль). Объем того, что каждый из них передает, едва ли можно назвать большим. Сказано в биографии имама-муджтахида аль-Лейса ибн Саꞌда, да будет Аллах им доволен, в «Тахзиб ат-тахзиб» (т. 8, с. 463): «Шуайб ибн аль-Лейс рассказал: «У аль-Лейса спросили:
- Почему мы слышим от тебя хадисы, которых нет в твоих книгах?
Он сказал на это:
- Разве все, что у меня в голове, есть в моих книгах? Если я запишу все, что я знаю, оно не поместится на этом вьючном животном»».

В книге «Тазкира аль-хуффаз» (1/544) в биографии имама Ахмада ибн аль-Фурата ар-Рази (ум. В 258 г. по хиджре) переданы его слова: «Я записал тысячу тысяч хадисов и еще пятьсот тысяч. А в свои книги включил пятьсот тысяч». То есть включил в книги треть того, что принял. Однако и эти пятьсот тысяч где?!


Это относится и к имаму аш-Шафии. Хадисы в книгах этих двух имамов не свидетельствуют об их высокой степени в науках о благородном хадисе. Хотя они обладали этой степенью, без сомнения, истинно и по праву.

А в словах Ибн Хузаймы, что он не знает достоверной сунны, которую бы не передал аш-Шафии в своих книгах, подразумевается достоверная сунна в хадисах, касающихся хукмов (ахадис аль-ахкам), а не в хадисах вообще.
 
Имам ас-Субки пишет в книге «Маꞌна кауль аль-имам аль-Матляби» (стр. 77, 106):

«Передано, что выдающегося имама в хадисе и фикхе Ибн Хузайму спросили: «Ты знаешь что-то из сунны Посланника Аллаха, ﷺ, что касается запретного и дозволенного*, что не включил бы аш-Шафии в свои книги?» Он ответил, что нет».

* Это уточнение «из запретного и дозволенного» указывает на то, что речь именно о хадисах, касающихся решений фикха (ахадис аль-ахкам). Прим. пер

Это объясняется тем, что они оба – Малик и аш-Шафии – посвятили себя занятиям фикхом и его преподаванию, иджтихадом и вынесением решений, установлением принципов усуль аль-фикха и иджтихада, в большей мере, чем передаче хадисов. Это не означает, что они мало знали хадис. Просто они много получили, но мало передали.

Таково же положение и имама Абу Ханифы: он много получил хадисов, но мало передал, как подтвердил имам поздних мухаддисов хафиз Ибн Хаджар в своей фетве. Ее текст приводится в «аль-Джавахир ва ад-дурар» ас-Сахави (Лист 227/б. В изданном варианте это 2/946-947):

«Спросили его – Ибн Хаджара – о сказанном ан-Насаи в «ад-Дуꞌафа ва аль-матрукун» в адрес Абу Ханифы, да будет Аллах им доволен: «Он не был сильным в хадисах. В его малочисленных передачах очень много неточностей и ошибок». Правда ли это? И был ли кто-то еще из имамов-мухаддисов согласен с этим утверждением?

Он ответил:
«Ан-Насаи был имамом в хадисе. Он так сказал либо потому, что ему так показалось, либо потому, что таков был его иджтихад. Нет ни одного ученого, у кого бы принимались все мнения. Некоторые мухаддисы были согласны в этом с ан-Насаи. Все их мнения собрал аль-Хатыб в его (Абу Ханифы) биографии в «Тарих»*. Некоторые из них принимаются, другие же отвергаются. Имама оправдывают тем, что он считал условием для передачи хадиса, чтобы он помнил этот хадис наизусть с момента, когда его услышал, и до момента передачи. Из-за этого строгого условия очень мало хадисов передается от него. При этом, на самом деле, он знал очень много хадисов.
В целом же, лучше не углубляться в эти вопросы. Имам и подобные ему достигли такого уровня, что не нужно обращать внимание на то, что говорят о них. Ничья критика в их адрес не влияет на их репутацию. Всевышний Аллах поднял их на такую высоту, что люди следуют за ними. И нужно смотреть на это. И только от Аллаха тауфик»»
.


* Эти слова указывают на то, что эти места в «Тарих Багдад» действительно принадлежат аль-Хатыбу, в то время, как некоторые утверждали, что они приписаны ему.

Сам Ибн Хаджар воздержался от упоминания в биографии Абу Ханифы в книге «Тахзиб» любых критических замечаний в его адрес. Также до того поступил и аль-Миззи в «Тахзиб аль-камаль» и аз-Захаби в «Сияр», «ат-Тазкира» и «Тазхиб тахзиб аль-камаль». Он завершил биографию имама в последней (из указанных книг) словами (4/101 в рукописи, 9/225 в книге):
«Я скажу: правильно поступил наш учитель Абу аль-Хаджадж – аль-Миззи – не приведя ничего, что бы ослабило (степень имама в хадисе)».
 
Примечание:

Каждый из трех упомянутых ученых-шафиитов был в свое время имамом в хадисе: аль-Миззи, аз-Захаби, Ибн Хаджар. Добавим к ним еще два имени мухаддисов-современников Ибн Хаджара: Шихаба ас-Бусыри (ум. в 840 г. по хиджре) и Такы аль-Макризи (ум. в 845 г. по хиджре). Оба они отвергали критику Ибн ꞌАди в адрес имама Абу Ханифы.
 
Шихаб аль-Бусыри привел в книге «Итхаф аль-хейра» (1569) хадис от Джабира, да помилует его Аллах, восходящий к Пророку, мир ему и благословение Всевышнего:
 
«Для того, кто следует за имамом, чтение имама заменяет собственное чтение», в версии Абда ибн Хамида.

Аль-Бусыри считал иснад хадиса достоверным. Затем он привел версию Ибн Маджи. В ее иснаде есть Джабир аль-Джаꞌфи. Затем он пишет: «Этот хадис известен в версии аль-Хасана ибн ꞌУмары, по поводу которой есть много разных мнений. И Ибн ꞌАди ошибочно утверждает, что аль-Хасан ибн ꞌУмара один приводит его. Конец сокращенной цитаты».
 
Я скажу: в цитате, которую сокращенно привел аль-Бусыри, говорится об Абу Ханифе, аль-Хасане ибн ꞌУмаре и о слабости их в хадисе, как это становится ясно при обращении к книге «аль-Камиль» Ибн ꞌАди, которая издана с дефектами. Полностью цитата есть в «Насб ар-райя» (2/10), а хадис – в «Мусаннафе» Ибн Аби Шейбы (3800). Смотри также мои обширные примечания к нему.

 Что касается аль-Макризи, то известно, что он сократил «аль-Камиль». Его работа издана в одном большом томе. Ибн ꞌАди привел биографию имама (Абу Ханифы) первой на букву «нун».

 Аль-Макризи же эту странную биографию полностью исключил из своей версии книги, не приведя ничего из нее, поскольку ничего там не заслуживает внимания. Издатель же книги аль-Макризи ужасно поступил, приведя биографию имама (из оригинальной версии Ибн ꞌАди) в книге аль-Макризи, и снабдил ее примечанием: «Сокративший книгу – аль-Макризи – исключил эту биографию, постеснявшись упоминать его среди слабых передатчиков». И это клевета на аль-Макризи! Почему же он не сказал, что ученый исключил ее, не веря в ее правдивость?! А если даже предположить, что все в ней справедливо, почему не постеснялся вслед за аль-Макризи включить эту биографию в книгу?!

Причем, аль-Макризи был в начале жизни ханафитом, а позже перешел в шафиитский мазхаб. Он предпочитал следование хадису, много призывал к этому, его даже подозревали в принадлежности к мазхабу Ибн Хазма. Все это рассказал Ибн Хаджар в «Инба аль-гамр» (т. 9, с. 171). То есть его нельзя заподозрить, что, будучи ханафитом, он защищает своего имама по справедливости или же из фанатизма.
(конец примечания)

На правильность слов Ибн Хаджара ясно указывают следующие исторические свидетельства:

Аз-Забиди, да помилует его Аллах, в «ꞌУкуд аль-джавахир аль-мунифа», 1/31) пишет:
Передается, что «Яхья ибн Наср сказал: «Я зашел домой к Абу Ханифе и увидел, что дом заполнен книгами (свитками). Я спросил его:
- Что это?
Он ответил:
- Это все хадисы. Но я рассказываю лишь маленькую часть из них, то, в чем есть польза»».


Имам Али аль-Кари привел в книге «Манакиб» от Мухаммада ибн Самаꞌы, что Абу Ханифа, да помилует его Аллах, «рассказал больше семидесяти тысяч хадисов, а хадисы в книгу «аль-Асар» выбрал из сорока тысяч хадисов» (см. у Абу Бакра аль-Малики в «Рияд ан-нуфус» (т. 1, с. 116), Кади ꞌИяда в «Тартиб аль-мадарик» (1/240) и Абу Зейд ад-Даббага в «Маꞌалималь-иманфимаꞌрифаахльаль-Кайруван» 1/240)

Также из историй, показывающих знания имама Абу Ханифы в хадисе, можно вспомнить ту, которую приводят несколько маликитских ученых в биографии своего имама Абдуллаха ибн Фаруха аль-Фариси, ученика имама Малика. Он также учился фикху и у иракцев. За имамом Абу Ханифой он записал много вопросов – около десяти тысяч.

В его биографии приводится следующий рассказ: «Я был однажды у Абу Ханифы, и выпал кирпич из верха стены его дома мне на голову, так что пошла кровь. Он сказал мне:
- Выбирай: либо я заплачу тебе выкуп за рану, либо, если хочешь, расскажу триста хадисов.
Я сказал:
- Я выбираю хадисы.
И он рассказал мне триста хадисов»
(см. у Абу Бакра аль-Малики в «Рияд ан-нуфус» (1/116), Кади ꞌИяда в «Тартиб аль-мадарик» (1/240) и Абу Зейд ад-Даббага в «Маꞌалималь-иманфимаꞌрифаахльаль-Кайруван» (1/240))

Мы дальше будем говорить о мнении имама Ахмада, да помилует его Аллах, что тот, кто знает четыреста тысяч хадисов может заниматься иджтихадом и давать фетвы. От Ибн Маꞌина передается, что это пятьсот тысяч хадисов.  А имамы-современники Абу Ханифы и последующие поколения ученых признавали его право на иджтихад в фикхе. Более того, все ученые нуждаются в нем (как дети по сравнению с ним) в фикхе. А это значит, что он знал указанное количество хадисов, даже гораздо больше.

Ибн Халдун, да помилует его Аллах, пишет в конце рассказа о хадисоведении в своей «Мукаддиме»:

«И указывает на то, что он – то есть Абу Ханифа – один из величайших муджтахидов в науке о хадисах, признание его мазхаба среди них – то есть среди имамов-современников – тот факт, что ученые опирались на него и принимали его мнений в плане согласия или несогласия с ними».

И имам Ахмад, поставивший это условие, по которому муджтахид должен знать такое огромное количество хадисов, был одним из великих имамов, которые хвалили имама Абу Ханифу, да помилует их всех Всевышний Аллах. Это передал имам аль-ꞌАйни, да помилует его Аллах, в «аль-Бинайя». Его цитирует (63, 31) шейх Зафар Ахмад ат-Таханави, да помилует его Аллах.

Ат-Туфи аль-Ханбали в своем комментарии на «Мухтасар рауда ан-назыр» (3/290) пишет в конце раздела, где опровергаются отрицающие кыяс:

«Суть мнений о нем – то есть об имаме Абу Ханифе – в том, что он однозначно не противоречит сунне из упрямства, но противоречит в некоторых местах из-за своего иджтихада на основе ясных доводов и пригодных доказательств. И эти доводы известны. И мало кто из его противников был к ним справедлив. И ему положена за ошибку одна награда, а за правильное мнение – двойная награда. А критиковали его либо завистники, либо не знающие правил иджтихада… И последнее достоверное мнение, которое передается от имама Ахмада, да будет Аллах им доволен, это похвала в его (Абу Ханифы) адрес. Ее передает наш (ханбалитский) ученый Абу аль-Варад в книге «Усуль ад-дин»».

Имам ас-Солихи аш-Шафии в «ꞌУкуд аль-джанан» (стр. 63, 319) и Ибн Хаджар аль-Макки аль-Хайтами аш-Шафии в «аль-Хайрат аль-хисан» (С. 23. См. «Манакыб аль-имам» Муваффака аль-Макки (с. 38 – 48) и аль-Кардари (с. 79-97) процитировали  слова аз-Заранджари:

«Имам Абу Хафс аль-Кабир повелел сосчитать шейхов Абу Ханифы, и их число достигло четырех тысяч. Все они были табиинами».

Затем ас-Солихи привел список имен некоторых его шейхов, упорядочив их по алфавиту, что заняло двадцать три страницы (Со с. 64 по с. 87).

Такого количества шейхов не упоминают в биографиях других имамов, которые занимались исключительно хадисом.

Также в «аль-Хайрат аль-хисан» (стр. 25, 61) сказано:

«Абу Юсуф сказал: «Я не видел никого, кто бы знал толкование хадисов, лучше Абу Ханифы. И он лучше меня умел определять достоверные хадисы»».

А об имаме Абу Юсуфе так отозвался имам науки «аль-джарх ва ат-таꞌдиль и «царь хафизов» (аз-Захаби в «ат-Тазкира», с. 465) Яхья ибн Маꞌин:

«Среди асхаб ар-рай (ханафитов)  я не видел большего знатока хадисов, больше других знающих их наизусть и более достойного доверия передатчика, чем Абу Юсуф» (аз-Захаби в «Манакыб», с. 40).

Ибн Маꞌин не застал Абу Ханифу, поэтому нельзя говорить: он упомянул только Абу Юсуфа, а Абу Ханифу не упомянул.

В этой же книге переданы (стр. 61) слова Абу Юсуфа:

«Если Абу Ханифа настаивал на каком-либо мнении, я обходил шейхов Куфы в поисках хадиса или другой передачи, которые бы усилили его мнение. И я находил часто два или три хадиса. Я приводил их ему. Иногда он говорил про один из них, что он не достоверен, иногда – что не известен. Я его спрашивал:
- Откуда ты это знаешь, ведь он соответствует твоему мнению?
Он отвечал:
- Я знаю то, что знают ученые Куфы.»


 А в Куфе жили тысяча пятьсот сподвижников, которые заполнили город знанием. Скажем больше: один только Ибн Масꞌуд заполнил его знанием, как сказал о нем Али ибн Аби Толиб (Непременно см. «Фикх ахли Ирак ва хадисухум» имама аль-Каусари (с. 40 и далее) и «Маꞌариф ас-сунан» (т. 1, с. 252) шейха аль-Баннури, да помилует их Аллах)


Имам ас-Сарахси, да помилует его Аллах, комментирует в «аль-Мабсут» (16/68) слова Ибн Масꞌуда, которые мы приведем дальше:
 
«У него в Куфе было четыре тысячи учеников, все они учились у него. Передается, что, когда в Куфу приехал Али, ؓ, навстречу ему вышел Ибн Масꞌуд, да будет Аллах им доволен, со своими учениками, и их было так много, что они заполнили улицы до горизонта. Когда Али, да будет Аллах им доволен, увидел их, то сказал: «Ты заполнил эту деревню знанием и фикхом».»

Передано в «аль-Муснаде» (стр. 206) от Ибн Масꞌуда, да будет Аллах им доволен, что он однажды собрал своих учеников и сказал им:

«Клянусь Аллахом, я надеюсь, что сегодня вы стали лучше, чем ваши деды-мусульмане в знании религии, фикха и понимании Корана».

Из-за обилия знания и ученых, талант куфийцев просыпался в них рано, еще в годы юности, как сказал об этом Ибн Сирин, известный ученый из табиинов, живший в Басре («Аль-ꞌИляль ва маꞌрифа ар-риджаль» Абдуллаха, сына имама Ахмада (т. 2, с. 362 (2538)).

Ибн Нуꞌайм в «аль-Хилья» (5/47) пишет в биографии Аꞌмаша – а он был куфийцем – следующие его слова:
«Мне сказал Хабиб ибн Аби Сабит – он тоже был из Куфы:
- Ученые Хиджаза и Мекки лучше остальных знают вопросы хаджа и умры.
Я (Аꞌмаш) сказал ему:
- Ты за них – то есть выступаешь на их стороне в споре – а я за наших ученых – то есть куфийцев. Ты им и букву не успеешь произнести, как они приведут тебе хадис!»



Имам аль-Хаким, да помилует его Аллах, выделил в отдельный вид (наук о хадисах), и это сорок девятый вид, следующее. Он пишет в своей книге «Маꞌрифа ꞌулюм аль-хадис (с. 240):

«Этот вид наук – знание достойных доверия и известных имамов из табиинов и их учеников (атбаꞌ ат-табиꞌин), которые знали хадисы, и которых упоминают, ища через них благодать, от запада до востока».*

* Имам (Абу Ханифа) упомянут на странице 245. И противоречие между этим и словами в той же книге на с. 255 может углядеть только злонамеренный исказитель, не способный в силу своей глупости ничего понять. Пусть читатель сам сравнит то, что сказано в книге, с тем, что сказано (аль-Альбани – прим. пер.) в «ас-Сильсиля ад-даꞌифа» (т. 1, с. 664)


Среди них он упомянул сорок передатчиков из Лучезарной Медины, двадцать одного передатчика из Благородной Мекки, а из Куфы – двести одного передатчика, среди которых есть и имам Абу Ханифа.

 Он же (аль-Хаким) привел в «аль-Мустадрак»(2/171) хадис: «Без вали нет никаха». Затем он пишет:
«От Абу Исхака передали этот хадис с иснадом несколько имамов мусульман, кроме тех, кого мы упомянули. Среди них – Абу Ханифа ан-Нуꞌман ибн Сабит…»

Имам Абу Ханифа, да помилует его Аллах, вобрал в себя знания куфийцев, как он сам о себе сказал, и мы это привели выше.

Также об этом свидетельствовали и другие ученые. Яхья ибн Адам – один из шейхов имама аль-Бухари в его «Сахих» – сказал:

«Среди хадисов есть отменяющие и отмененные, как и среди аятов Корана. А ан-Нуꞌман – Абу Ханифа – вобрал в себя все хадисы ученых своего города. И он знал, что Пророк, ﷺ, говорил и делал последним перед своей кончиной, и брал эти (хадисы). Потому он и стал факихом» («Кашф аль-асрар» ꞌАля аль-Бухари (1/16); сравни эти слова со словами аль-Хасана ибн Салиха, которые мы приведем дальше, и ты увидишь, что они полностью совпадают)

 Про Яхью ибн Адама Яꞌкуб ибн Шейба сказал, что тот был «факих аль-бадан» (прирожденный факих). Он автор книги «аль-Харадж», которая издана. В «Сияр аꞌлям ан-нубаля» (11/189) переданы слова аль-Халляля, что он (Яхья ибн Адам) «был непревзойденным факихом своего времени».

 Аль-Саймари передал со своим иснадом в книге «Ахбар Аби Ханифа ва асхабихи» (стр. 11) до аль-Хасана ибн Салиха, одного из факихов, достойных доверия передатчиков и аскетов, его слова:

«Абу Ханифа очень много занимался установлением отменяющих и отмененных хадисов. И он практиковал хадис, если, по его мнению, он был достоверно передан от Пророка, ﷺ, и от его сподвижников. Он был знатоком хадисов ученых Куфы и фикха ученых Куфы. Строго следовал мнениям ученых своего города. Он говорил: «В Книге Аллаха есть отменяющие от отмененные аяты. И среди хадисов также есть отменяющие и отмененные». Он обладал знанием того, что Посланник Аллаха, ﷺ, делал последним перед своей кончиной, тем знанием, которым обладали ученые его города».

Для понимания важности знания хукмов, которые были установлены в Шариате на момент кончины Пророка, мир ему и благословение Аллаха, обратимся к словам имама аз-Зухри в «Сахих Муслим» (2, с. 785. Глава о дозволенности поста и разговения в месяц рамадан для путника). Он сказал:

«Они – сподвижники – следовали за хадисами, а потом за другими, из его, мир ему и благословение Аллаха, повелений, и признавали отменяющий хадис руководством к действию».

Также смотри высказывание того же Яхьи ибн Адама (его передал с иснадом до него аль-Хаким в «Маꞌрифа ꞌулюм аль-хадис» (с. 84) и аль-Хатыб в «аль-Факих ва аль-мутафакких» (1/222):

будут доводом при наличии слов Пророка, да благословит его Всевышний и приветствует, слова никого другого. Также говорится: «Сунна Пророка, мир ему и благословение Аллаха, Абу Бакра и Умара», чтобы показать, что Пророк, да благословит его Всевышний и приветствует, считал именно так к моменту своей кончины» (в книгах «аль-Истизкар» (т. 1, с. 221 – 222) и «ат-Тамхид» (т. 3, с. 353) Ибн Абдуль-Барра содержатся ценные высказывания с тем же смыслом. Также см. «Сунан аль-Байхакы аль-кубра», 1/157)

 Знание имама Абу Ханифы не ограничивалось хадисами, известными в его городе, он также обладал исчерпывающим знанием хадисов ученых Хиджаза, которое он приобрел за время пребывания в Благородной Мекке, куда приехал из Куфы в результате настойчивых требований Язида ибн Умара ибн Хубайры стать кадием, чего имам не желал. Это было в 130-м году по хиджре («ꞌУкуд аль-джанан», с. 312) Он вернулся в Куфу только тогда, когда правителем стал Абу Джаꞌфар аль-Мансур, что произошло в 136-м году по хиджре. И такой временной промежуток – это очень немало для имама-муджтахида. Тем более это время он провел в таком наполненном знаниями месте, как Благородная Мекка, центре Исламского мира, который всегда был и есть средоточием ученых и мухаддисов, и в который каждый год приходят паломники.

Можно к этому добавить то, что, как передают, он совершал хадж пятьдесят пять раз («ꞌУкуд аль-джанан», с. 220), каждый раз встречаясь с учеными Мекки, Медины и других городов Исламского мира. Поэтому в списке его шейхов, который привел хафиз ас-Солихи в «ꞌУкуд аль-джанан» (с. 64 – 87), мы находим много мекканцев, мединцев и жителей множества других городов.
 
Имам Абу Ханифа не считал дозволенным передавать хадисы по иджазе (общим разрешением на передачу хадисов без слушания самих хадисов. Прим пер).

То же передается и от Шуꞌбы ибн аль-Хаджаджа, имама своего времени в науке «аль-джарх ва ат-таꞌдиль». Шуꞌба так сказал об этом: «Если бы можно было ограничиться иджазой, стало бы ненужным путешествовать (чтобы услышать хадисы)» («Ат-Тадриб» ас-Суюты, да помилует его Аллах, с. 256, 257)
 
Разве мог бы Абу Ханифа ограничиться изучением хадисов у шейхов только своего города, если путешествия для сбора хадисов обязательны?!

Это очень длинная тема. Не думаю, что нужно здесь продолжать разговор о ней дальше. Эту сторону изучения (наследия) имама Абу Ханифы исчерпывающе изложил выдающийся ученый в области хадиса и фикха шейх Зафар Ахмад аль-Усмани ат-Таханави (ум. в конце 1394 года по хиджре), да помилует его Всевышний Аллах, в книге «Инджа аль-ватан ꞌан аль-издира би иман аз-заман». В ней собраны цитаты, которых нет вместе больше нигде.
 
Затем наш учитель, выдающийся ученый, шейх Мухаммад Абдур-Рашид ан-Нуꞌмани (1333 – 1420), да помилует его Всевышний Аллах, написал замечательную книгу «Макана аль-имам Аби Ханифа фи аль-хадис», которую издал другой наш учитель шейх Абуль-Фаттах Абу Гудда, да помилует его Аллах, тем самым сделав ее еще лучше.
 
Также издано отличное научное исследование под названием «Макана аль-имам Аби Ханифа бейна аль-мухаддисин» доктора Мухаммада Касима аль-Хариси объемом шестьсот страниц. В книге содержится немало новых ценных сведений.
 
Как после этого некоторые личности еще осмеливаются нападать на имама?!
 
При всем этом, каждый из нас согласен, что один Абу Ханифа не охватил всю сунну. Также и аш-Шафии один не охватил всю сунну. То же касается и Малика, Ахмада, ас-Саури, Лейса ибн Саꞌда и аль-Аузаꞌи – каждого из них по отдельности, да будет Аллах доволен ими всеми.
 
Дальше следует привести примеры того, как некоторые имамы могли что-то из сунны упустить.

Теперь следует привести примеры того, как некоторые имамы могли упустить что-то из сунны.

Имам Абу Ханифа считал, что, если человек выделил какое-то имущество в качестве вакфа, ему не обязательно исполнять это решение. Он может оказаться от него, кроме случаев, когда это установлено в завещании или об этом есть решение шариатского судьи. От имама Абу Ханифы достоверно не передается ничего об обязательности исполнения вакфа.
 
С ним в этом не согласились многие его ученики и другие имамы, посчитав, что исполнение решения о вакфе обязательно. И фетва в ханафитском мазхабе дается по мнению двух учеников имама: исполнение вакфа обязательно.

«Иса ибн Аббан сказал: «Когда Абу Юсуф приехал в Багдад, он придерживался мнения Абу Ханифы о – дозволенности – продажи вакуфного имущества, пока Исмаиль ибн ꞌАляйя не передал ему от Ибн ꞌАуна, от Нафиꞌа, от Ибн Умара, что Умар пожертвовал свою долю трофеев после битвы при Хайбаре. Абу Юсуф сказал: «С этим нельзя поспорить. Если бы об этом услышал Абу Ханифа, он бы принял это и не стал бы этому противоречить» (см. «Ан-Нукат ат-тарифа» ꞌаллямы аль-Каусари, да помилует его Аллах (с. 40). Подробнее о мнении имама о вакфе см. подробный и очень ценный разбор в «Иꞌля ас-сунан» мауляны Зафара Ахмада аль-Усмани, да помилует его Аллах (т. 13, с. 96 – 127). На с. 102 рассматривается история Исы ибн Аббана)

В книге «Такдима аль-джарх ва ат-таꞌдиль» (стр. 31) Ибн Аби Хатима ар-Рази передается эта история с иснадом до имама Абдуллаха ибн Вахба, одного из величайших сподвижников имама Малика. Ибн Вахб рассказал:
«Я слышал, как Малика спросили о протирании (тахлиль) между пальцами ног при малом омовении. Он ответил:
- Этого делать не нужно.
Я промолчал, пока люди не скрылись, то есть не ушли. Потом я сказал ему:
- Это пришло в сунне.
Он спросил:
- Где именно?
Я ответил:
- Нам передали аль-Лейс ибн Саꞌд, Ибн Лахиꞌа и Амр ибн аль-Харис от Язида ибн Амра аль-Маꞌафири, а он от Абу Абдуррахмана аль-Хубули, а он от аль-Мустаурида ибн Шаддада аль-Курши, который сказал: «Я видел, как Посланник Аллаха проводил мизинцем между пальцами ног».
Он – Малик – сказал:
Этот хадис – хороший (хасан)*. До этого времени я не слышал его.
После этого, когда его спрашивали об этом, он говорил, что нужно протирать между пальцами ног».


* Эту историю привел имам аз-Заркаши, да помилует его Аллах, в книге «ан-Нукат ꞌаля Ибн ас-Салях» (21/б) в качестве доказательства того, что ученые до поколения шейхов (учителей) аль-Бухари и Муслима, выделяли хадисы хасан в отдельный вид. Он привел версию от Абуль-Хасана ибн аль-Каттана, который сказал: «Ее иснад достоверный».


Ибн Абд-уль-Барр в «аль-Истизкар» (1, с. 180 и т. 2, с. 52 издания доктора аль-Кальꞌаджи) добавил, что «Малик после этого советовал делать это при совершении малого омовения».
 
Ахмад ибн Ханбаль говорил: «Аш-Шафии сказал нам: «Вы лучше меня знаете хадисы и их передатчиков. Будь вы из Куфы, Басры или Шама, и знаете хадис, обучите меня ему, и я буду следовать за ним, если он достоверен»» («аль-ꞌИляль» имама Ахмада (1/155) и «Манакыб аш-Шафии» аль-Байхакы (1/528)

В книге «аль-Амр би аль-маꞌруф ва ан-нахью ꞌан аль-мункар» (С. 121 египетского издания) имама Абу Бакра аль-Халляля, одного из ханбалитских имамов (ум. в 311-м г. по хиджре) сказано:

«Глава о чтении (Корана) у могилы.
Нам сообщил аль-Аббас ибн Мухаммад ад-Дури: нам рассказал Яхья ибн Маꞌин: нам рассказал Мубашшир аль-Халяби: нам рассказал Абдуррахман ибн аль-ꞌАля ибн аль-Ляджлядж от своего отца, который сказал: «Мой отец сказал: «Когда я умру, положи меня в углубление (ляхд) и скажи: «БисмиЛлях ва ꞌаля суннати расулиЛлях», затем засыпь меня землей и прочти у изголовья суру «аль-Фатиха», а также начало и конец суры «аль-Бакара», потому что я слышал, что Абдуллах ибн Умар говорил сделать так»
Аль-Аббас ад-Дури сказал: «Я спросил у Ахмада ибн Ханбаля, знает ли он что-то (из хадисов) о чтении (Корана) у могилы. Он ответил, что нет. Тогда я спросил у Яхьи ибн Маꞌина, и он рассказал мне эту историю»
*

* Эту историю привел имам Ибн аль-Каййим в «Китаб ар-рух» (с. 31) и указал, что ее привел аль-Халляль в книге «аль-Джамиꞌ». Возможно, она приводится в обеих книгах, или же «аль-Амр би аль-маꞌруф» - это раздел из книги «аль-Джамиꞌ»

Затем аль-Халляль пишет:
«Мне сообщил аль-Хасан ибн Ахмад аль-Варрак, что ему сообщил Али ибн Муса аль-Хаддад, который был правдивым человеком, и Ибн Хаммад аль-Мукри советовался с ним:
«Я однажды присутствовал на похоронах вместе с Ахмадом ибн Ханбалем и Ибн Куддамой аль-Джаухари. После того, как покойного похоронили, один слепой человек сел у могилы и начал читать Коран. Тогда Ахмад сказал ему:
- О такой то! Чтение (Корана) у могил – нововведение!
Когда мы вышли с кладбища, Мухаммад ибн Куддама спросил у Ахмада ибн Ханбаля:
- О Абу Абдуллах! Что ты думаешь о Мубашшире аль-Халяби?
Ахмад ответил:
- Он достойный доверия передатчик.
- Ты записывал за ним хадисы?
- Да.
- Мубашшир передал мне от Абдуррахмана ибн ꞌАля ибн аль-Ляджляджа, а тот от своего отца, который завещал после своих похорон прочитать у изголовья суру «аль-Фатиха» и окончание «аль-Бакара» и сказал: «Я слышал, как Ибн Умар завещал сделать так».


На это Ахмад сказал ему:

- Вернись и скажи тому человеку, пусть продолжает читать»».

В ответах хафиза Ибн Хаджара на заявления Сираджуддина аль-Казвини, что некоторые хадисы «аль-Масабих» вымышленные – и это приложение в конце книги «Мишкат аль-Масабих» (3/1779-1780) – хафиз приводит рассказ Али ибн Саꞌида ан-Насаи:

«Я спросил Ахмада о тасбих-намазе. Он ответил:
- Нет ничего достоверного о нем, по моему мнению.
Я сказал ему:
- А как же то, что аль-Мустамир ибн ар-Райян передал от Абу Джузаи (не – аль-Харираи), а тот от Абдуллаха ибн Амра?
Он ответил:
- А кто передал тебе?
- Муслим ибн Ибрахим.
Он сказал:
Аль-Мустамир – достойный доверия передатчик.
Мне показалось, что Ахмаду это понравилось».


(Ибн Хаджар добавляет): «Эти слова Ахмада указывают на то, что он изменил свое мнение и стал считать (тасбих-намаз) желательным».

Ибн аль-Джаузи привел в книге «аль-ꞌИляль аль-мутанахия» (1/418-420) от шести сподвижников хадис: «Совершайте намаз как за праведником, так и за грешником». Этот хадис передан по нескольким цепочкам, их количество достигает тринадцати. Но Ибн аль-Джаузи назвал их все вымышленными и закончил разговор о них словами имама Ахмада: «Мы не слышали об этом».

В книге «аль-ꞌИляль ва маꞌрифа ар-риджаль» Абу Бакра аль-Маррузи передан рассказ об имаме Ахмаде (стр. 308):
«Абу Абдуллаха – имама Ахмада – спросили об Абу ас-Салте (Абдуссаляме ибн Салихе аль-Харави), и он ответил:
- Он передавал отвергаемые (мункар) хадисы.
- От передал хадис Муджахида от Али: «Я – город знаний, а Али – ворота в него».
Имам Ахмад сказал:
- Я не слышал о таком.
- Ты этот хадис отвергаешь?
Имам ответил:
- Другие. А этот я не слышал раньше».


При этом этот хадис передан многими путями, и по меньшей мере имеет основу, как об этом пишет хафиз (Ибн Хаджар) в «аль-Лисан» (в биографии факиха Джаꞌфара ибн Мухаммада (1884). Более того, он, когда его спросили именно об этом хадисе, назвал его хорошим (хасан), как передал ас-Суюты в «аль-Ляали» (1/334), приведя до этого слова хафиза аль-Аляи, внешний смысл которых свидетельствует, что этот хадис достоверен («сахих ли гейрихи»). Также хорошим этот хадис назвал ас-Сахави в книге «аль-Макасид» (стр. 189).

Также имам Ахмад сказал о хадисе: «Поистине, моя жена никогда не отказывает просящему», что он не имеет основы, как передается в «Маудуꞌат» Ибн аль-Джаузи (3/70). Однако хафиз (Ибн Хаджар) посчитал приведенный иснад через аль-Халляля достоверным  в книге «ат-Талхыс аль-Хабир» ( 3, с. 220. А также другие ученые (посчитали его достоверным). См. примечание в «аль-Маудуꞌат» и в «Мусаннаф» Ибн Аби Шейбы (16605) под моей редакцией).

Это были примеры того, как кто-либо из имамов мог не знать один или несколько хадисов, а ученики исправляли их при жизни или после их смерти. Но это ни в коем случае не умаляет их достоинства! Просто мы должны понять, что ни один ученый не вобрал в себя всю сунну Пророка, ﷺ.
И Всевышний Аллах – обладатель всех совершенств.
« Последнее редактирование: 20 Марта 2017, 02:08:52 от Абд-ур-Рахман »