Автор Тема: Переводы Корана  (Прочитано 7079 раз)

Оффлайн HakHabar

  • Новичок
  • *
  • Сообщений: 84
Переводы Корана
« : 12 Декабря 2010, 12:56:00 »
Переводы Корана 
 Коран Аят VII век

Перево́ды Кора́на (араб. تراجم القرآن‎) — переводы текста Корана с арабского языка, на котором он был первоначально написан, на другие языки. Впервые часть Корана была переведена на персидский язык в VII веке [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.]. Считается, что первый полный перевод Корана был сделан в IX веке в Индии [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.]. В дальнейшем появились переводы Корана на ряд восточных, западных и африканских языков. Всего существует около 164 переводов Корана [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2.]. Исламские богословы, ссылаясь на аяты Корана, отмечают, что Кораном можно назвать только оригинал на арабском языке, а его переводы никак не могут быть Кораном, а лишь кратким пересказом смысла Корана совсем другими словами, на другом языке [Мухиттин Акгюль. Коран в вопросах и ответах. — Işık Yayıncılık Ticaret, 2014. — 246 с. — ISBN 9789752788503.].

История переводов


Страница из арабо-персо-урду версии Корана

Первым переводчиком части Корана был Салман аль-Фариси, который был знатным соратником пророка Мухаммеда из Персии. Он перевёл суру Аль-Фатиха на персидский язык в VII веке [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.]. Первый же полный перевод на персидский был сделан по «Тафсиру» ат-Табари в период правления правителя Саманидов Абу Салиха Мансура ибн Нуха во второй половине X века [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2]. Первый печатный персидский перевод Корана, сделанный Маваб-е Алиййах или Тафсир-е Хусайни, был издан в 1837 году в Калькутте [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2].

В 1912 году в селе Магометановском (ныне село Чикола) местным муллой, имя которого не сохранилось, был переведён Коран на дигорский язык [Федар Тахъазти. Ислам в системе традиционной культуры Осетин, XVIII — начало XX в.. — Северо-Осетинский институт гуманитарных и социальных исследований им. В.И. Абаева, 2007. — С. 75. — 200 с].

В 1968—1971 годах в Багдаде был опубликован перевод Корана на курдский язык, выполненный Мухаммад Койие Гали-Заде в трёх томах. Перевод Мухаммада Хала в четырёх томах был издан в Багдаде и Сулейманийе в 1969—1979 годах [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2].

Переводы на индоарийские языки
Считается, что первый перевод Корана был выполнен в 884 году в Синде (часть Индии в то время, сегодня — часть Пакистана) по приказу учёного из Ирака Абдуллы ибн Умара ибн Абдуль-Азиза по заказу индийского раджи Мехрука [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.], который был раджой Пенджаба и Кашмира [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2]. Но этот перевод был только до суры Йа Син. Первый же перевод на современный хинди был сделан доктором Ахмад Шахом Масихи, христианским священником (опубликован в 1915 году) [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2.].

В 1776 году был составлен первый полный перевод Корана на урду Шахом Рафт ад-Дином. Его первое издание было опубликовано в Калькутте в 1840 году [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2]. В 1790 году в Дели шейхом Абдуль-Кадиром ибн Шах Валиуллахом был составлен перевод Корана на урду. Данный перевод появился в нескольких литографических изданиях с текстом на урду и межстрочным оригиналом (впервые опубликован в 1829 году в Дели). Арабо-персидский межстрочный текст был издан в двух томах в Калькутте в 1831 году. Оба переводчика были сыновьями Шаха Валиуллаха Дехлеви [5]. Известен старый перевод Корана на урду, сделанный в начале X века [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2].

Переводы на тюркские языки
Считается, что первый тюркский вариант Корана был составлен на основе персидского перевода «Тафсира» ат-Табари одновременно с персидским вариантом. Также есть мнение, что тюркская версия Корана была составлена через сто лет, в XI веке. Однако ни один из этих вариантов не сохранился [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2.]. В 1914 году в Бухаре Заки Валидов нашёл и приобрел для Академии наук рукопись толкования (тафсир) некоторых сур Корана на среднеазиатском старотюркском языке с примесью персидского, эта рукопись датируется XII—XIII веками [Бартольд В. В. Памятник времени распространения Ислама в Средней Азии // Академик В. В. Бартольд: сочинения. — М.: Наука, 1973. — Т. VIII. — С. 441—444]. Известен также перевод Корана на тюркский язык, составленный в Средней Азии в 1333/34 году [Наджип Э. Н. Историко-сравнительный словарь тюркских языков XIV века. На материале «Хосрау и Ширин». Кутба. Книга I. — М.: Главная редакция Восточной литературы, 1979. — С. 49—50].

Первый перевод Корана на турецкий язык был опубликован в 1842 году в Каире. Перевод был выполнен с «Тафсир ат-Тибйан» [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2.].

Первый перевод на татарский язык был выполнен Мусой Бигеевым в 1911 году, однако печатание его осталось не законченным из-за протестов мусульманских религиозных деятелей. Полный татарский перевод Корана вместе с арабским текстом издал в Казани в 1914 году Мухаммад Камил Тухватуллин [П. А Грязневич, С. М. Прозоров. Ислам: религия, общество, государство. — М.: Наука, 1984. — С. 80. — 230 с.].

Организатором и издателем первого перевода Корана на азербайджанский язык был Гаджи Зейналабдин Тагиев. В то время реакционное духовенство яростно сопротивлялось переводу Корана, доказывая, что изречения Корана суть божественного происхождения, а потому никто не имеет права вникать в их смысл и переиначивать их по-своему. Тогда Тагиев отправляет кази Мирмагомеда Керима в Багдад. Тот привозит оттуда официальное разрешение известных учёных-арабистов на перевод. Затем Тагиев выписывает из Лейпцига арабский шрифт и печатает азербайджанский вариант Корана. Переводчиком был сам кази Мирмагомед Керим [Адил-Герей Гаджиев. Миллионер Тагиев Гаджи Зейналабдин: общественно-политические взгляды. — Махачкала: Дагпресс, 2000. — С. 39. — 61 с]. Данный перевод впервые был напечатан в 1904 году в Баку [10]. В 1991 году профессором В. М. Мамедалиевым совместно с академиком З. М. Буниятовым был издан перевод Корана с арабского на азербайджанский язык с предисловием профессора В. М. Мамедалиева и комментариями академика З. М. Буниятова [Л. М. Оруджева, З. Э Шихалибейли. Развитие арабской филологии в Азербайджане. — Баку: Институт востоковедения Академии наук Азербайджана, 2004. — С. 84. — 107 с.].

Коран на уйгурском языке был издан духовным училищем, открытым Синьцзянским Исламским обществом [Лидия Васильевна Валькова. Саудовская Аравия: нефть, Ислам, политика. — Наука, 1987. — С. 128. — 254 с.]. В начале 80-х годов в КНР было издано 30 тысяч экземпляров Корана на уйгурском. В 1955 году в Бомбее был издан Коран на узбекском языке в переводе Махмуда ибн аль-Саид Надира аль-Тирази аль-Мадани [Ali Qull Qara'i. The Qur'an and its Translators // World Bibliography of Translations of the Meanings of the Holy Qur'an, Printed Translations 1515-1980 / Research Centre for Islamic History, Art and Culture. — Стамбул: Edited with an introduction by Ekmaleddin Ihsanoglu, 1986. — ISBN 92-9063-111-2.].

В 1910 году Муса Бигеев перевёл Коран на казахский язык, но эта общепризнанная работа не была опубликована и осталась в рукописи. На казахском языке Коран впервые был издан в 1991 году в переводе Халифы Алтая в Саудовской Аравии [Н. К. Надиров. Мы, курды-казахстанцы. — Алматы, 2003. — С. 214. — 556 с.] [А. Саватеев. Вести из ближнего зарубежья // Россия и мусульманский мир. Выпуск 9-й. — Институт, 2002. — С. 162.].

Перевод Корана на кумыкский язык впервые осуществлён поэтом Дагестана Магомедом Атабаевым и доктором исторических наук, профессором, ученым-арабистом Абдурагимом Кандауровым [Чочаков А. Коран на кумыкском языке — 2-е издание // Дагестанская правда. — 2009. — 8 сентября.].

Перевод Корана на карачаево-балкарский язык сделал житель Учкекена Эбзеланы Абюсюб [Токова Ф. Коран на карачаево-балкарском языке // «Эльбрусоид». — 2015. — 31 января] [Коран на карачаево-балкарском языке теперь и в аудиоверсии (видео). — Телеканал «Архыз 24». — 2015. — 1 февраля.].

Перевод на армянский язык
Армянский философ, богослов и переводчик Степанос Лехаци в 1680 году закончил перевод Корана с латинского языка [Армянская литература // История всемирной литературы. — М.: «Наука», 1987. — Т. 4.], [Степанос Лехаци = Ստեփանոս Լեհացի // Армянская Советская Энциклопедия. — Ер., 1985. — Т. 11. — С. 135—136.]. Этот перевод был издан в 1862 году в Тифлисе [М. Казарян. Степанос Лехаци = Ստեփանոս Լեհացի // журнал «Эчмиадзин». — 1978. — № 6. — С. 50.]. По сути, это был первый полноценный (всех 114 сур) перевод Корана на армянский язык. До этого были переведены лишь отдельные фрагменты, в том числе и с арабского оригинала [А. Козмоян. К проблеме средневековых рукописных перводов Корана (в собраниях Матенадарана) // Страны и народы Ближнего и Среднего Востока. Том XXV. — Ер.: изд-во НАН РА, 2006. — С. 284—292.].

Перевод на кавказские языки
Перевод на аварский язык сделан Могамедовым Абдурахимом в 1984 году самиздатом с тиражом 5000.

Перевод на даргинский язык сделал поэт Магомед Гамидов в 1995 году [22].

Перевод смыслов Священного Корана на адыгейский язык сделал Ф. Аутлев, И. Машбаш, П. Кошубаев [23].

Перевод смыслов Корана сделали на ингушский язык лингвисты-арабисты и богословы Магомед Харсиев и Хамзат Тангиев в 2014 году. Редактированием перевода занималась заслуженный учитель РФ Мадина Азиева [24].

Первый в истории Коран на грузинском языке сделал профессор Георгий Лобжанидзе в 2007 году [26] [27].

Работу по переводу Священного Корана на абхазский язык инициировал глава Представительства Совета муфтиев России и руководитель мусульманского культурного центра «Васатыйа» в Абхазии Еник-хаджи Руслан в 2009 году. Над переводом работает доктор филологических наук, заведующая отделом абхазского языка Абхазского института гуманитарных исследований им. Дмитрия Гулиа, профессор Лили Хагба [28] [29].

Переводы на европейские языки

Титульный лист немецкого перевода Корана Ф. Эбхарта (1775)
В 1143 году Роберт Кеттонский издал первый перевод Корана на латинском языке [Густерин П. В. Коран как объект изучения. — Саарбрюккен: LAP LAMBERT Academic Publishing. — 2014. — С. 17, 61. — ISBN 978-3-659-51259-9.]. Данный перевод был озаглавлен «Lex Mahumet pseudoprophete» («Закон Мухаммада, псевдопророка»). Как предполагало название, данный перевод был предвзятым и направленным против Корана. Многие поздние переводы Корана на европейские языки были основаны на труде Роберта Кеттонского [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.]. Выдающийся по своей научной значимости перевод Корана на латынь был выполнен итальянцем Людовико Мараччи и издан с параллельным арабским текстом и комментариями под названием «Alcorani Textus Universus Arabice et Latine» в двух томах в 1698 году в Падуе [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.].

Итальянский язык стал первым из современных европейских языков, на который был выполнен перевод Корана. Автором этого перевода в 1547 году стал Андреа Арривабене, взявший за источник перевод Роберта Кеттонского [Ислам. исторические очерки. — М.: Наука, ГРВЛ, 1991. — 232 с. — 15 000 экз. — ISBN 5-02-017284-7.]. Итальянский же перевод был использован для подготовки первого немецкого перевода, выполненного Соломоном Швайгером в Константинополе и изданного под названием «Al-Koranum Mahumedanum» в 1616 году в Нюрнберге. Этот перевод в свою очередь был использован для первого голландского перевода (анонимного), изданного в 1641 году в Гамбурге. Из переводчиков Корана на немецкий язык следует упомянуть Теодора Арнольда (1746), Леопольда Ульмана (1840) и Фридриха Рюккерта (1888).

Первый перевод Корана на испанский язык был сделан в 1609 году неизвестным автором [Л. Н. Гумилев, М. И. Артамонов, Айдер И. Куркчи. Арабески истории. — М.: ДИ-ДИК, 1994.].

Первый перевод Корана на английский язык, «The Al-coran of Mohamet», был выполнен в 1649 году Александром Россом. Этот перевод был сделан не с арабского языка, а с французского перевода Андрэ дю Рие (1647) «L’Alcoran de Mahomet», который содержал много ошибок [Густерин П. В. Коран как объект изучения. — Саарбрюккен: LAP LAMBERT Academic Publishing. — 2014. — С. 11, 61. — ISBN 978-3-659-51259-9.]. Первый английский перевод Корана с арабского языка, «The Al Koran of Mohammed», был выполнен Джорджем Сейлем и издан в 1734 году [Густерин П. В. Коран как объект изучения. — Саарбрюккен: LAP LAMBERT Academic Publishing. — 2014. — С. 12, 17, 62. — ISBN 978-3-659-51259-9.]. Перевод Сейля оставался самым широко используемым английским переводом на протяжении последующих двух столетий и издаётся в наши дни (одно из последних изданий вышло в 2009 году) [Ejaz Naqvi. The Quran: With Or Against the Bible? : a Topic-by-topic Review for the Investigative Mind. — iUniverse, 2012. — С. 88. — 396 с.].

http://www.wikiwand.com/ru/Переводы_Корана
« Последнее редактирование: 28 Октября 2018, 07:12:46 от Абд-ур-Рахман »
Пока кровь в венах льется
Пока сердце в груди бьется
Хизб не остановить на пути к Халифату!

Оффлайн HakHabar

  • Новичок
  • *
  • Сообщений: 84
Re: Лучший тафсир Корана на русском
« Ответ #1 : 12 Декабря 2010, 16:40:56 »
И тафсир и перевод важен. Без хорошего тафсира сам перевод смысл теряет. И плохой перевод хорошего тафсира не лучше.
 Спасибо за ссылку. Я там смотрел, поэтому и возник вопрос, какой же из них лучше?
Пока кровь в венах льется
Пока сердце в груди бьется
Хизб не остановить на пути к Халифату!

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 8465
Re: Лучший тафсир Корана на русском
« Ответ #2 : 12 Декабря 2010, 17:25:57 »
Перевод, на сколько я понимаю, лучше у Кулиева.
Что касется имеющихся в наличии тафсиров, то мне больше всего понравился "тафсир аль-хилол"


=====================================

Замечания  к Кулиеву

3:185, 21:35, 29:57 - три аята эти он перевёл, и там говорится: "Каждая душа вкусит смерть"

5:116 - перевел место, где говорится "وَلَا أَعْلَمُ مَا فِي نَفْسِكَ" в отношении Аллаха, как: "...а я не знаю того, что у Тебя в (!) Душе. Воистину, Ты - Ведающий сокровенное", - тем самым, описав Аллаха "Душой".

Суть же аята, если посмотреть в тафсир ученых алю-с-сунны, такова:

[И] упомяни [вот сказал] т.е. обращается [Аллах] к 'Исе в Судный День со строгим замечанием: [О 'Иса, сын Марьям, ты ли сказал людям: "Возьмите меня и мою мать двумя богами помимо Аллаха"? Ответил] 'Иса, охваченный страхом: ["Пречист Ты"] пречист от того, чтоб у Тебя был сотоварищ или что-то иное. [Я не мог] мне не подобало [сказать то, на что у меня не было права]. [Даже если бы я сказал такое, то тебе было бы это известно, ибо ты знаешь что] скрыто мною [у меня, а я не знаю то, что у Тебя] т.е. что скрыл Ты из известного Тебе. [Воистину, ты знающий скрытое]

[Тафсиру-ль-Джалялайн, 5:116]

Daru al-ittisoliyyah | ﺩﺍﺭ ﺍﻹﺗﺼﺎﻟﻴﺔ
« Последнее редактирование: 05 Августа 2017, 03:49:25 от Абд-ур-Рахман »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 8465
Re: Лучший тафсир Корана на русском
« Ответ #3 : 10 Июня 2016, 16:22:57 »
Шейх уль-Ислям ибн Теймийа (да смилуется над ним Аллах) ответил: «На этом человеке нет греха за то, что он делает, переписывая шариатское знание. Переписывание Корана, хадисов и правильных тафсиров относится к величайшим видам приближения к Аллаху и покорности Ему.
Что же касается тафсиров (толкований Корана), которые есть у людей, то самый достоверный из них, это тафсир Мухаммада ибн Джарира ат-Табари. Ведь, он упоминает в своем тафсире высказывания саляфов с достоверными иснадами. В этом тафсире нет нововведений. В нем не передают сообщений тех, кого обвинили во лжи, как Мукатиль ибн Сулейман и аль-Кальби. А вообще, тафсиров, которые переданы с иснадами, много: тафсир ‘Абду-р-Разакъа, тафсир ‘Абда ибн Хумейда, тафсир Уаки‘а, тафсир ибн Аби Шейбы, тафсир Ахмада ибн Ханбаля, тафсир Исхакъа ибн Рахауейха.
Что же касается тех тафсиров, которые вы упомянули, то меньше всего нововведений и слабых хадисов в тафсире аль-Багъауи, который является сокращенной версией тафсира ас-Са‘ляби. Имам аль-Багъауи удалил из него выдуманные хадисы и нововведения, которые там содержались. Что касается ас-Са‘ляби, то у него не было нововведений, если только он не упоминал какое-то мнение, слепо следуя за ним. Есть также тафсиры аль-Уахиди, такие как "аль-Басит", "аль-Уасит", "аль-Уаджиз", и в них есть большая польза. Но вместе с этим, в них много выдуманных сообщений. Что же касается тафсира аз-Замахшари, то он полон ереси и построен на пути му‘тазилитов. В нём отрицаются атрибуты Аллаха, отрицается то, что верующие увидят Аллаха, говорится о сотворении Корана, отрицается воля Аллаха, и упоминаются другие подобные вещи из основ му‘тазилитов.
Что же касается основ му‘тазилитов, то их пять. Они называют их единобожие, справедливость, место меж двух мест, осуществление угрозы, приказ одобряемого и запрещение порицаемого. Под единобожием они имеют в виду отрицание атрибутов Всевышнего Аллаха. Под справедливостью они имеют в виду неверие в предопределение. Они отрицают то, что деяния рабов созданы Аллахом, отрицают Его желание (ирада), отрицают Его могущество. Среди них есть и такие, кто отрицает изначальное знание Всевышнего Аллаха и запись Им Своего знания в хранимой скрижали. Что же касается их принципа «место меж двух мест», то они имеют в виду, что нечестивец (фасикъ) не является ни верующим, ни неверным. Что же касается их принципа «осуществление угрозы», то они имеют в виду, что грешники из этой общины навечно останутся в Аду, подобно тому, как сказали об этом хариджиты. Что же касается их принципа «приказ одобряемого и запрещение порицаемого», то они имеют в виду дозволенность выхода против правителя и сражения с ними мечом.
Именно этими основами переполнена книга аз-Замахшари. При этом он использовал такие выражения, что многие люди даже не заметили, что речь идет о заблуждении. Кроме того, в этом тафсире много выдуманных хадисов и очень мало слов сподвижников и таби‘инов.
Что касается тафсира аль-Куртуби, то он намного лучше, чем тафсир аз-Замахшари. Он ближе к Корану и Сунне и дальше от нововведений. Хотя и в этой книге есть то, что может быть подвергнуто критике. Но нужно быть справедливым в оценке и отдавать должное.
Что касается тафсира ибн ‘Атыйй, то он лучше, чем тафсир аз-Замахшари. Он более достоверен и подальше от нововведений, хотя и в нем есть некоторые нововведения. Что же касается тафсира ибн Джарира, то он самый достоверный из всех». См. «Маджму‘ аль-Фатауа», 13/387.


=========================


Запрещал ли имам Абу Ханифа переводить качества Аллаха на другие языки?

Слова об этом передаются от имама Абу Ханифы в послании «Фикх аль-акбар», в отношении текста которого есть замечания, которые указывают на то, что не все из этого послания может быть речью имама Абу Ханифы. К иснаду также есть претензии, которые указывают на его слабость. Но, тем не менее, отнесение его к имаму общепринято, и ученые ханафитской школы опираются на его содержание при разъяснении Исламских убеждений.

Передается в этом послании, что имам Абу Ханифа сказал: «И все из качеств Аллаха, величественны Его имена и возвышены Его качества, что упомянули ученые на персидском языке — разрешено говорить так, кроме «аль-яд» (рука).

Из пояснений большого ханафитского ученого Али ибн Султана аль-Кари (ум. 1014 г.х.) к этому отрывку:
«И все». — в другой версии пришло: «и всякая вещь». «…Что упомянули ученые на персидском языке». — Т.е. не арабскими фразами. «…Из качеств Всевышнего Аллаха». — Т.е. из раздела «муташабих»*, как лик, ступня, глаз. И в другой версии пришло: «Из качеств Создателя». «…Величественны Его имена». — Т.е. они более велики, чем то, что способно постичь понимание людей. «И возвышенны Его качества». — Т.е. превыше каких-либо недостатков. «Разрешено говорить так». — Т.е. разрешено нам следовать за ними (учеными) в том, как они передали имена и качества Аллаха, исходя из того, что они упомянули при разнице в языках. «Кроме аль-яд (рука) на персидском». — Т.е. не разрешено передавать это качество на персидском языке, как пришло в одной из версий. То есть (передать) не так, как это пришло в Куране и сунне. И понимается из этого то, что разрешается ученым и другим людям объяснять об атрибуте и качестве Аллаха, упоминая руку и то, что подобно ей (т.е. и другие качества), так, чтобы это соответствовало тому, что пришло о ней (в шариатских текстах)». См. «Минах ар-рауд аль-азхар фи шарх аль-фикх аль-акбар», с. 300-301.

* Муташабих — неясное, неоднозначное. Для ашаритов, матуридитов и приверженцев тафвида таковыми являются в целом упоминаемые в аятах и хадисах те из качеств Аллаха, явный смысл которых может быть воспринят людьми как подобие качествам творений. То есть для них муташабих — это и смысл и образ этих качеств Аллаха.
Позиция шейх уль-Ислама Ибн Таймии в отношении муташабиха и качеств Аллаха заключается в том, что к муташабиху относится их образ, который людям не известен, а что касается смысла, то в нем может быть лишь относительный ташабух — относительная неясность: когда кто-то из людей не знает смысла определенных слов, но в целом их смысл известен людям, и тот, кто знает, может донести его тому, кто не знает. Т.е. образ качеств неизвестен, а смысл — известен, и его следует принимать, подтверждать и доносить другим. И что касается ученых, относящихся к ханафитскому мазхабу в фикхе, то абсолютное большинство из них являются последователями матуридитского мазхаба в вероубеждении.

Осталось выяснить, в чем заключается несоответствие шариату в переводе качества Аллаха «рука» на персидский язык.

Поясняет ханафитский шейх Мухьиддин Мухаммад ибн Бахауддин (ум. 956 г.х.) в «Аль-Кауль аль-фасль шарх фикх аль-акбар», с. 413: «А что касается неразрешенности использования персидского перевода для «аль-яд», то это потому, что (в персидском языке) оно однозначно указывает на орган тела».

Т.е. в персидском языке это слово имеет не просто определенный смысл, но за ним закреплен и определенный образ. А поскольку мы не имеем права приписывать качествам Аллаха какой-либо образ, то, следовательно, и не имеем права использовать персидское слово «рука» в качестве передачи значения этого атрибута Аллаха. Следовательно, данный запрет имама переводить «Яд» (рука) на персидский не противоречит чьим-либо убеждениям, а насчет перевода остальных качеств с ним будут согласны последователи школ Абу Мансура аль-Матуриди и Абу аль-Аббаса Ибн Таймии, для некоторых представителей остальных групп это может быть неприемлемо.

https://t.me/Hanafi_Fikh
« Последнее редактирование: 12 Июня 2019, 22:43:22 от abu_umar_as-sahabi »
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 8465
Re: Лучший тафсир и перевод Корана на русском
« Ответ #4 : 04 Апреля 2018, 16:15:24 »
Смысловой перевод Корана на иностранные языки
19 ЯНВАРЯ 2016
 

Многие люди обсуждают вопрос перевода смысла Корана на иностранные языки. К нам поступает множество вопросов касательно хукма о переводе Корана.

Именно поэтому я вижу необходимость изучить данный вопрос, что позволит достигнуть правильного результата, и прошу Аллаха оказаться правдивым, дабы полученное в моей работе решение привело к истине.

Возможно ли перевести Коран на иностранный язык?

Коран, в целом, ниспослан на красноречивом арабском языке с подлинными смыслами, понимание которых зависит от понимания значений отдельных слов, а также знания грамматического разбора предложений, посредством которого можно отличить действующее лицо от того, в отношении кого направлено действие, понимания ситуаций и обстоятельств и прочего того, чего требует наука «нахв» (синтаксис). На первый взгляд, смысл слов Аллаха:

وَلَكُمْ فِي الْقِصَاصِ حَيَاةٌ ١٧٩

«Возмездие спасает вам жизнь» (2:179), –

может понять каждый, кто владеет арабским языком, является ли он специалистом в области красноречия или нет. Но тот, кто владеет пониманием указания каждого слова аята и грамматической основы выражения, познает смысл, что казнь того, кто убил не по праву, препятствует акту мести со стороны родственников убитого. Тем самым казнь убийцы предотвращает последующие убийства и межродственные распри, и многие люди остаются в живых. То есть возмездие предотвращает всякое покушение на чужую жизнь.

Помимо прямых значений слов, Коран также содержит вторичные значения – различные литературно-художественные стили, тропы (троп (от др.-греч. τρόπος – оборот) – риторическая фигура, слово или выражение, используемое в переносном значении с целью усилить образность языка, художественную выразительность речи), метонимии (метонимия (др.-греч. μετονυμία – «переименование», от μετά – «над» и ὄνομα/ὄνυμα – «имя») – вид тропа, словосочетание, в котором одно слово замещается другим, обозначающим предмет (явление), находящийся в той или иной (пространственной, временной и т.п.) связи с предметом, который обозначается замещаемым словом.

Замещающее слово при этом употребляется в переносном значении) и др. Знатоки художественных стилей арабского языка называют эти словосочетания «композициями оборота речи», которые подчёркивают её особенность. Те, кто соревнуется в риторике арабской речи из числа ораторов и поэтов – и те и другие используют обычные выражения, но каждый данными выражениями пытается отличиться краткостью речи с глубокими многосторонними значениями.

Первоначальный смысл некоторых стихотворных смыслов Корана может соответствовать речи арабов, и это не противоречит чудотворности Корана. Его чудотворность кроется в превосходстве красноречия, в великолепии его пояснений, во множестве других глубоких смыслов. Мудрость каждого аята кроется в том, что те, кто обладает проницательностью, видят речь сильной, и в отсутствии в нём болтовни; вдобавок, Коран передаёт события будущего, которые свершились в точном описании.

Если Коран содержит основные и вторичные значения, что является проявлением красноречия и чудотворности, то перевод вторичных смыслов неосуществим. Нет ни одного языка, претендующего на схожесть формулировки и передачи вторичных смыслов подобно арабской речи, которые прозваны знатоками арабской речи «особенностью словосочетаний». Один из тех, кто обратил на это внимание, – Абу Касим аз-Замахшари в книге «Аль-Кашшаф», сказав: «В арабской речи, особенно в Коране, есть тонкость в значениях, которые невозможно выразить иным языком».

Это не говорит о том, что красноречия нет в других языках. Иностранный язык неспособен передать тонкости значений, которые содержит арабская речь. То есть обороты речи арабского языка могут указывать на иное, нежели можно сформулировать подобной постановкой на иностранном языке. Приведу пример: в арабском языке если действующее лицо идёт до глагола, то этим подчёркивается важность исполнителя действия. Возможно, другой язык посредством подобного построения предложения, где действующее лицо идёт до глагола, не несёт в себе подобный смысл, и переводчику будет необходимым пояснять основное значение, чтобы тем самым подчеркнуть важность действующего лица. К примеру, постановка слова в неопределённом положении может означать уважение или, наоборот, презрение, чего в иностранном языке может не быть. Переводчик ограничен в переводе слова с неопределённым артиклем его языковым значением, где теряется смысл почитания или презрения, что подразумевала говорящая сторона. А если переводчик добавит слово со значением почитания или презрения, теряется блеск красноречия, которым украшен арабский язык, потому что слушатель ощущает выраженность смысла, если уважение или презрение скрыто в арабской речи. В этом и есть отличие арабской речи.

На самом деле, иные языки не способны передать тонкие значения арабской речи. Ни один переводчик не может претендовать на то, что в переводе он достиг высоких результатов и передал всю глубину смыслов Коранического текста, а его перевод соответствует всей сути Корана.

Иностранный язык может передать лишь первоначальный, поверхностный смысл Корана. Абу Исхак аш-Шатыби в книге «Аль-Мувафакат» сказал: «С одной стороны, перевод Корана дозволен, я имею в виду его поверхностные значения, так как допустимо толкование Корана и его разъяснение для тех, кто не способен познать истинное значение, и в этом единогласны все Исламские учёные. Это является доводом на дозволенность перевода основного смысла Корана на иностранный язык».

Как мы сказали, переводчик в состоянии передать основные значения. Если он в совершенстве владеет иностранным языком и способен передать смысл с арабского языка на другой, то осталось лишь разъяснить хукм и пояснить, каким образом дозволено переводить Коран.

Рассмотрение данной темы сводится к двум положениям:

Первое: чтение перевода Корана в молитве.

Второе: передача смыслов Корана на иной язык, чтобы просветить и ознакомить людей, не владеющих арабским языком, с Книгой и призвать их на путь истинный.

Подробнее рассмотрим первое положение.

В вопросе чтения Корана в молитве не на арабском языке существует разногласие среди учёных. Передаётся от имама Абу Ханифы ؓ, что он считал дозволенным чтение Корана в молитве на персидском языке. Основываясь на данном высказывании, некоторые из его последователей посчитали дозволенным чтение на турецком, пакистанском (урду) и прочих языках. По их мнению, дозволено читать намаз на персидском языке, даже если совершающий молитву знает арабскую речь. Они обосновали это тем, что Коран содержит слова, которые указывают на определённые значения, и нет различия арабских значений со значениями других языков.

Однако имам Абу Юсуф и Мухаммад ибн Хасан дозволили чтение Корана в молитве на иностранном языке лишь при необходимости. То есть те, кто не владеет умением произносить арабскую речь, могут читать её на иностранном языке, но тот, кто способен, – ему не позволительно делать этого. Данное мнение является принятым решением в ханафитском мазхабе. В книге «Миарадж ад-дирая» приводится следующее: «Мы дозволили чтение перевода Корана для неспособного (не умеющего читать на арабском), если при этом не искажён смысл, так как, во-первых, значения Корана – это и есть Коран, а во-вторых, совершение (молитвы) лучше, чем её оставление. То есть совершение обязательного требуется по мере возможности его совершения».

В книге «Шарх аль-баздави» передаётся, что Абу Ханифа отказался от своего мнения о дозволенности чтении перевода Корана в молитве. Автор книги «Бахр уль-Мухит» пишет следующее: «Те из числа его последователей, которые не были осведомлены об оставлении Имамом своего мнения, заявили: «Он хотел выразить дозволенность чтения при необходимости и неспособности читать Коран (на арабском), а если кто способен, то ему лучше воздержаться от чтения на иностранном», – но правильней считать, что он абсолютно отрёкся от своего мнения».

Маликиты, шафииты и ханбалиты, запретили чтение перевода Корана в молитве, не важно, в состоянии ли человек произносить арабскую речь или нет. Они не считали перевод Корана Кораном, так как Коран обладает чудотворным стилем, который Аллах описал на арабском языке, и в переводе исчезает Его чудотворность.
Кади Абу Бакр ибн аль-Араби, один из учёных маликитского мазхаба сказал: «В толковании слов Всевышнего Аллаха:

وَلَوْ جَعَلْنَاهُ قُرْآنًا أَعْجَمِيًّا لَقَالُوا لَوْلا فُصِّلَتْ آيَاتُهُ أَأَعْجَمِيٌّ وَعَرَبِيٌّ ٤٤

«Если бы Мы сделали его Кораном не на арабском языке, то они непременно сказали бы: «Почему его аяты не разъяснены? Неарабская речь и араб?»» (41:44), –

наши учёные сказали: «Это опровержение мнения Абу Ханифы ؓ касательно дозволенности чтения (в молитве) перевода Корана на персидском языке, так как слова Аллаха:

وَلَوْ جَعَلْنَاهُ قُرْآنًا أَعْجَمِيًّا لَقَالُوا لَوْلا فُصِّلَتْ آيَاتُهُ أَأَعْجَمِيٌّ وَعَرَبِيٌّ ٤٤

«Если бы Мы сделали его Кораном не на арабском языке, то они непременно сказали бы: «Почему его аяты не разъяснены? Неарабская речь и араб?»» (41:44), –

Опровергают то, что возможно передать Коран на иностранном языке. И каким образом он склоняется к тому, что отвергает Аллах?! Его чудотворность кроется в арабском языке, и если он будет переведён, он перестанет быть Чудотворным Кораном»».

Ибн Хаджар аль-Аскаляни, один из учёных шафиитского мазхаба, в книге «Фатху ль-Бари» сказал: «Если человек способен читать Коран на арабском, то ему не позволительно уклоняться от этого. Если он совершит молитву, читая перевод, его молитва не будет принята, даже если он не умеет читать на арабском», – а затем добавил, что для того, кто не в состоянии читать на арабском, Шариат определил чтение в молитве зикра (поминание Аллаха).

Шейх Ибн Таймия, учёный ханбалитского мазхаба, в послании, известном под названием «Ас-Себинийа», сказал: «Что касается чтения перевода Корана (в молитве), то, в основе, это не допустимо. И поэтому Исламские учёные запрещали чтение Корана (в молитве) на другом языке, в независимости от того, умел ли человек читать на арабском или нет, так как это выводит Коран из положения ниспосланной Книги».

Итог разногласий в этом вопросе, как мы видим, сводится к двум мазхабам. Одни видят в чтении Корана на иностранном языке запретность и считают молитву недействительной. Таково мнение большинства Исламских учёных. Другие учёные, если человек не способен читать на арабском, дозволяют чтение Корана на ином языке. Это мнение сводится к имаму Абу Юсуфу и Мухаммаду ибн Хасану. Нельзя опираться на мнение имама Абу Ханифы, что чтение дозволено на персидском, так как выше было сказано об отказе от данного мнения, достоверность которого доказана. Отсюда в ханафитском мазхабе остаётся одно мнение – дозволенность чтения Корана в молитве на иностранном только при незнании арабской речи.

Теперь перейдём к переводу Корана, с целью ознакомить людей с Божественной Мудростью. Перевод Корана может быть ошибочным, что является запретным, и может быть правильным и это дозволено. В первую очередь мы упомянем порочные стороны перевода, а за тем каким должен быть правильный перевод, и приведём мнения учёных.

Порочные стороны перевода

Перевод бывает двух видов, один из которых заключается в том, что вместо подходящего для данного случая значения слова используется основное или самое известное значение. Переводчик буквально переводит слова на другой язык, затем упорядочивает эти слова в предложение в соответствии с грамматическими правилами данного языка. Такой перевод называется дословным или буквальным.

Второй вид – когда переводчик сначала понимает суть предложения, затем излагает его на другом языке, не принимая во внимание чрезмерность или краткость, а также соответствуют слова перевода оригиналу или нет. Такой перевод называется смысловым переводом.

Недостаток обоих переводов (дословного и смыслового) заключается в том, что слово в аяте может иметь несколько значений, где переводчик будет вынужден выбирать одно из них, так как есть вероятность того, что в другом языке может отсутствовать слово, содержащее те же значения. Примером может послужить то, что сделал Макс Хеннинг (он перевёл Коран на немецкий язык), когда он переводил слова Аллаха:

أَفَلا يَنْظُرُونَ إِلَى الإبِلِ كَيْفَ خُلِقَتْ ١٧

«Неужели они не видят, как созданы верблюды» (88:17), –

то слово «аль-ибль» он перевёл в переносном его значении – «облако». Большинство же учёных толкует слово «аль-ибль» как известное животное (верблюд). И нет необходимости понимать метафорическое  значение этого слова.

Проблема дословного перевода заключается в том, что слово может быть использовано в переносном значении, а переводчик переводит его прямое значение. Подобные ошибки совершил Мармадюк Пикталл (он перевёл Коран на английский язык) во многих аятах Корана. К примеру, слова Аллаха:

بَلْ نَقْذِفُ بِالْحَقِّ عَلَى الْبَاطِلِ فَيَدْمَغُهُ ١٨

«Однако Мы бросаем истину в ложь, и она разбивается и исчезает» (21:18), –

он перевёл «فَيَدْمَعُهُ» как «бьёт по его голове», где имеется в виду переносное значение – «одержит победу». Слова Аллаха:

وَلا تَجْعَلْ يَدَكَ مَغْلُولَةً إِلَى عُنُقِكَ وَلا تَبْسُطْهَا كُلَّ الْبَسْطِ ٢٩

«Не позволяй своей руке быть прикованной к шее (не будь скуп) и не раскрывай её во всю длину (не расточительствуй)» (17:29), –

он перевёл буквально «не позволяй своей руке быть прикованной к шее и не раскрывай её во всю длину», хотя данные выражения используются в смысле «скупость» и «расточительство».

В Коране часто используются слова с общим значением, а подразумевается при этом частное, как в словах Аллаха:

إِذَا وَقَعَتِ الْوَاقِعَةُ ١

«Когда наступит Событие (День Воскресения)» (56:1), –

И переводчик использует общее значение «событие», хотя уместно прокомментировать, что подразумевается День Воскресения.

Коран часто использует слова, содержащие неупомянутую в тексте информацию, и это распространённая форма арабской речи, которую невозможно передать на другом языке, кроме как с комментарием к данному значению. К примеру, слова Аллаха:

وَالسَّابِقُونَ السَّابِقُونَ ١٠ أُولَئِكَ الْمُقَرَّبُونَ ١١

«А опередившие остальных в совершении благодеяний опередят остальных в Раю. Они будут приближенными» (56:10,11), –

если перевести просто «опередившие опередят», то читатель перевода не поймёт, что речь идёт об опередивших других людей в благодеяниях в ближнем мире, которые опередят их и в загробной жизни.

Коран содержит множество слов, относительно которых существуют различные мнения среди учёных. Некоторые из них склонялись к тому, что данные слова нельзя комментировать, будучи убеждёнными, что истинное их значение знает только лишь Аллах. Другие считали, что Коран ниспослан для человека, поэтому познать Его смысл возможно. Эта тема нуждается в более подробном изучении мнений учёных и основ толкования Корана. Эти аяты называют «иносказательными аятами», к примеру, слова Аллаха:

الرَّحْمَنُ عَلَى الْعَرْشِ اسْتَوَى ٥

«Милостивый вознёсся на Трон (или утвердился на Троне)» (20:5).

Имам Газали в книге «Ильджам уль-Авам» в отношении иносказательных аятов решил воздержаться от их перевода и толкования на другие языки кроме арабского. Он сказал: «Нельзя даже произносить их иначе, кроме как в ниспосланном виде на ниспосланном языке», – и добавил: «Так как слова арабского языка могут содержать значения, которые нельзя передать на персидском; также слова, используемые арабами с метафорическим значением, могут отличаться от значений персидского языка. Также существуют слова с несколькими значениями, и, быть может, в персидском не будет слова с теми же значениями».

После всего, что было приведено из трудностей при переводе Корана, всё же некоторые учёные дозволяют по необходимости переводить ясные аяты с близким значением, содержащие вопросы Единобожия и основы поклонения. Переводчик не должен переходить рамки положенного, а тот, кто желает перевести обширно и более подробно, обязан в совершенстве изучить язык арабов.

Причина необходимости перевода Корана на иностранные языки

Раньше мусульмане покоряли территории с целью возвеличить религию Аллаха. Они были храбрыми, справедливыми, щедрыми, с благородным нравом, что наполняло сердца их противников   почтением и уважением. Где бы ни ступали их ноги и возносились флаги Ислама, с ними присутствовал арабский язык. Народы, только вошедшие под знамя Ислама, изучали арабскую речь, чтобы изучить Ислам, и, возможно, по этой причине мусульмане не задумывались над переводом Священной Книги, да и не было в этом необходимости.

Таким образом, арабский язык распространялся с распространением Ислама, и Коран изучался на его языке. Но это было в эпоху величия Ислама, а когда мусульман постигли смутные времена, а сами они позабыли об обязательности несения призыва, то с этим и прекратилось распространение арабской речи среди иных народов.

Теперь у нас отсутствует возможность распространять арабский язык в неисламских  странах. Но обязанность призыва других народов остаётся. А поэтому нам необходимо найти средства, позволяющие выполнить эту задачу, и мы можем только лишь доводить смыслы Корана на различных языках людей, которых хотим призвать к принятию Божественных законов.

Необходимо переводить смысл Корана на иные языки в виде толкования, ибо совершено достаточно ошибок и искажений в прежних переводах, сделанных европейцами.

Таковым является решение по переводу смысла Корана на иностранный язык. Известный учёный Ибн Баттал сказал: «Откровение ниспослано на арабском языке, и это не опровергает тот факт, что Мухаммад ﷺ отправлен ко всему человечеству, так как язык Корана – арабский, и он ﷺ довёл его до арабских племён, а они, в свою очередь, донесли его до других народов на их языках».

Ибн Хаджар аль-Аскаляни сказал: «Кто принял Ислам или желает принять, и ему был прочитан Коран, а он ничего не понял, то нет греха, если ему растолковать его значения, дабы привести доводы и ознакомить с законами, что послужит принятию им Ислама».

Ибн Таймия сказал в «Рисалят уль-Сабинийа»: «Перевод Корана дозволен, как и дозволено его толкование. Но так как нельзя читать его тафсир, так и нельзя читать перевод, хотя тафсир гораздо ближе к Корану, чем перевод (имеется в виду читать в молитвах и читать с целью поклонения подобно оригиналу, за что есть вознаграждение)».

Некоторые порицали перевод Корана на иностранные языки, подобно Къаффалю, учёному шафиитского мазхаба который сказал: «Я считаю, что никто не способен передать Коран на персидском языке». Его спросили: «То есть никто не способен растолковать Коран?», – на что он ответил: «Нет! Читая Коран, можно понять некоторые смыслы и затрудниться в понимании других. Но читая Его на персидском языке, читатель ни один из смыслов не поймёт».

Вывод

Мы склоняемся к тому, что невозможно передать полноценный смысл Корана на иностранном языке. Мы видим, что многие аяты Корана нельзя передать дословно. А поэтому перевод от «Фатихи» до конца Корана недопустим, даже передавая основные значения. Аяты, которые содержат несколько значений, не передать иначе, кроме как с разъяснениями что будет называться не переводом, а толкованием. То есть дозволено передать смысл Корана на иностранные языки как толкование, но не как дословный перевод, слово в слово соответствующий оригиналу.

Необходимо осведомить читателей, что данный перевод – не что иное, как толкование, а не дословный перевод Корана. В словах, которые содержат несколько значений, переводчик обязан в сносках прокомментировать, что это – одно из значений, либо самое вероятное из значений.

Всё это делается для того, чтобы люди не предположили, что в Коране есть противоречия. К примеру, в словах Аллаха:

أَفَلا يَنْظُرُونَ إِلَى الإبِلِ كَيْفَ خُلِقَتْ ١٧

«Неужели они не видят, как созданы верблюды» (88:17), –

один перевёл «аль-ибль» как «верблюд», а другой перевёл как «облако». Читатель, ознакомившийся с обоими переводами, может допустить, что это – противоречие в оригинальной Книге, и, не разобравшись, он не поймёт, что это – следствие перевода, и данное слово, используемое в аяте, содержит несколько значений.

Смысловой перевод, в отличие от буквального, более точно может передать смысл Корана, где переводчик, поняв суть, передаёт её на иностранном языке, основываясь на грамматике этого языка, но не убавляя и не прибавляя к истинным значениям Корана.

И если группа людей с благими намерениями и ясным взглядом, в совершенстве обладая обоими языками, переведёт смысловые значения Корана на некоторые иностранные языки и исправит те ошибки, которые содержатся в прежних переводах, то тем самым она откроет путь для призыва народов Запада и распространит истинные значения этой Священной Книги. 


Автор: шейх Мухаммад Хусейн аль-Хидр
Источник материала: журнал «Нур уль-Ислям» – том второй, часть вторая

https://hizb.org.ua/ru/other/4862-articles/107762-smyslovoj-perevod-korana-na-inostrannye-yazyki.html
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.

Оффлайн abu_umar_as-sahabi

  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 8465
Re: Переводы Корана
« Ответ #5 : 13 Августа 2020, 17:18:34 »
Журнал Аль-Ваъй (Сознание), №402-403-404   

Переводы смыслов Корана в войне с Исламом: скрытый обман для уничтожения авторитета Книги Аллаха

بِسۡمِ ٱللَّهِ ٱلرَّحۡمَٰنِ ٱلرَّحِيمِ

Запад-колонизатор, погрязший в прагматизме и макиавеллизме, не имеет проблем с религиями, которые отделены от жизни так, что не угрожают его интересам и образу жизни.

Запад спокойно может в такой ситуации инвестировать в религии, развернув вокруг них прибыльную экономическую деятельность, или может использовать религии, чтобы усыплять народы, отвлекая последних от реальных проблем, ослабляя их ради установления своего контроля над этими народами и ресурсами. Однако у Запада возникает проблема с мусульманами, и заключается она в том, что в самом Исламе заложен огромный и опасный для Запада потенциал, который способен вывести мусульман в лидеры, и он представляет собой альтернативу современному миропорядку, создавая условия для возникновения новой цивилизации и опасного политического конкурента. Ислам вызывает у Запада серьёзные опасения, поскольку угрожает не только его интересам, но и существованию. Причина же кроется в универсальности Ислама, полноты, воинственности, быстрого распространения и способности объединять народы.

По окончании Второй мировой войны США вышли в лидеры как страна, повсеместно внедряющая капиталистическую идеологию, а после падения Берлинской стены США стали работать над тем, чтобы в мире господствовал только капитализм. С помощью «свободного мира» Америке удалось заложить капиталистическую идеологию в основу международных отношений и стандартов. После событий 9/11 США развернули деятельность по глобализации капиталистической идеологии, чтобы превратить её в религию для всех наций и народов на земле. Народы и нации должны будут не ограничиться лишь соблюдением этой идеологии, а верить в неё, сформировать свои ценности и взгляды на основе капиталистических идей и концепций. И хотя эта деятельность обрела успех за пределами Исламского мира, однако среди мусульман она провалилась, разбившись о скалу Исламской акыды.

Это заставило Соединённые Штаты приступить к разработке новых планов и способов индивидуального характера, применимых к арабскому региону — сердцу Исламского мира. Спустя время на свет родилось два проекта: демократизация и Новый Ближний Восток. Дядя Сэм понял, что для деления и так раздроблённого Исламского мира по новому проекту структуры Сайкс–Пико недостаточно. Он решил перекроить арабский регион географически и политически, а для достижения этой цели Запад начал искажать Исламскую акыду; исследовав её, он принялся за внедрение своих поправок, тем самым преследуя разделение мусульман на множество различных конфликтующих учений. На фоне этого американская политическая и военная машина вместе с союзными силами принялись за «обрезку» Исламской акыды и реформирование Ислама, чтобы слепить его заново в западном стиле.

В этом Западу помогают подконтрольные режимы, светские элиты и придворные учёные, которые направляют Умму и формируют капиталистический взгляд в сознании мусульман, прикрываясь такими словами, как «иджтихад», «умеренность», «компромисс», «упрощение», «обновление», «благое намеренье». Всё же, это преступное требование неосуществимо до тех пор, пока Коран — основа Исламского учения — объединяет мусульман, разъясняя решения по существующим проблемам и событиям. Поэтому Запад был вынужден противостоять текстам Корана и механизмам, позволяющим понимать Книгу Аллаха и выводить из неё законы. Цель же состояла в том, чтобы исказить учение Ислама, лишить его законодательного потенциала и внести путаницу в нормы Шариата, тем самым породив разное понимание священных текстов, что, в свою очередь, приведёт к религиозным разногласиям, а затем — и к политической раздробленности.

Реальность, скрывающаяся за политической сценой

Прямой и наиболее эффективный в уничтожении какой-либо акыды путь лежит в подрыве основ этой акыды и в уничтожении источников законодательства, основополагающих текстов. Тогда акыда теряет свою особенность, уникальность, идеологичность и законодательную силу, а её структура разрушается с самых основ. Поэтому теоретики и учёные колониализма развязали ожесточённую войну против источников законодательства в Исламе, делая упор на Книгу Аллаха. Они извращаются в очернении Книги Аллаха и строят разные домыслы вокруг Корана.

Иногда они отрицают Книгу Аллаха в целом, либо пытаются подорвать доверие к ней и её аргументированности, а иногда приписывают ей элементы насилия и принуждения, подкрепляя свою деятельность лжесвидетельствами ради услужения своим коварным хозяевам. Для придания большей правдоподобности своей лжи они говорят о беспристрастности, объективности и прозрачных научных исследованиях. Они строят вокруг Корана коварные проекты, прибегая к цензуре, искажению фактов, самостоятельному пониманию и запутыванию структурности Корана, а также рассмотрению Корана в отрыве от Сунны.

Но самым опасным проектом против Корана, который осуществляется под прикрытием добрых намерений, неоспоримо, является проект отрыва Книги Аллаха от арабского языка путём перевода его смыслов на другие языки, якобы с целью «упростить понимание Корана другим мусульманам и разъяснить его высокие смыслы последователям других религий». Соучастники этого преступления прибегли к востоковедческой лжи о том, что «арабский язык является просто каналом донесения смыслов Откровения, как и другие языки, поэтому он может быть заменён другим языком без препятствий и без утраты Кораном своего качества, святости, подлинности и авторитета с точки зрения сохранения как источника законодательства и священного откровения, которые используются в служении Аллаху».

Исходя из этого и не вдаваясь в предварительные условия, после атак 9/11 западные и арабские круги были вовлечены в глобальную кампанию по переводу смыслов и толкований Книги Аллаха на большинство языков мира, включая живые и полуживые языки, особенно языки мусульманских неарабских народов и диалекты этнических меньшинств в арабском и Исламском мире. Они пересчитали эти языки и диалекты, а затем выразили на них смыслы Благородного Корана. Поверхностный взгляд на подобные инициативы демонстрирует доброе стремление Запада узнать об Исламе, изучить его и ознакомиться с ним поближе, а также может показаться, что прилагаются усилия по поддержанию и укреплению Корана среди мусульманских народов, которые не являются носителями арабского языка. Однако за этими обманчивыми выводами скрываются враждебные политические действия со злыми намерениями и подрывными колониальными целями. Здесь необходимо отметить несколько важных пунктов:

Первый: арабский язык в Священном Коране — это не просто канал донесения, который может быть заменён другим, а, скорее, неотъемлемая часть смыслов Корана, как прямой речи (мантук), так и понимаемого смысла (мафхум). Без арабского языка Коран теряет свои качества, вызов, святость, авторитет и законодательную силу. Молитва (салят) принимается, только если она совершается на арабском языке. Вознаграждение обещано только за чтение Корана на арабском языке. Выводить законы возможно только из арабского Корана...

Второй: по причине языковых различий можно утверждать, что перевод является неким предательством в отношении оригинального текста, каким бы точным, честным и верным он ни был, даже если он сделан честными руками с искренними намерениями ради высоких целей. И это не только с устной и письменной точек зрения, но и богатства, точности, охвата, красноречия, силы выражения и способности к абстракции. В арабском языке даже есть пословица: «Переводчик — худший из предателей».

Третий: так не поступал ни Посланник Аллаха ﷺ, ни его сподвижники, ни первые завоеватели из числа мусульман. Посланник Аллаха ﷺ доносил Коран арабам и неарабам в том виде, в каком он был ниспослан. Сподвижники считали арабский язык неотъемлемой частью Корана и Сунны. Завоёвывая народы, они доносили до них арабский язык подобно тому, как доносили Ислам, считая арабизацию одним из условий Исламизации.

Четвёртый: перевод смыслов Благородного Корана исторически и политически связан с упадком мусульман, отделением энергии арабского языка от Исламской энергии, а также с обострением персидско-шиитской враждебности по отношению к арабам-суннитам, особенно после создания Сефевидского государства. Так же перевод Корана связан с тем, что христианский Запад после Крестовых походов приступил к интеллектуальному сдерживанию Ислама путём изучения Исламского просвещения, чтобы ответить и умалить учение мусульман, пробудить подозрения вокруг религии Аллаха и создать ядро для миссионерской и востоковедческой деятельности, а также для культурных нападок на мусульман.

Пятый: недавнее возрождение движения за перевод смыслов Корана совпало с ростом Исламофобии, панической враждебностью к Исламу и мусульманам и яростной кампанией против арабского языка на устном и письменном уровне. Ещё это совпало с американской войной против «терроризма» и её гнусными проектами, направленными против мусульман, а именно — против мусульманских земель, людей, акыды и потенциала, подобно проектам демократизации, Нового Ближнего Востока и «Сделки века».

Таким образом, перевод смыслов Корана — это нездоровое явление в отношении Книги Аллаха, ниспосланной на ясном арабском языке, противоречие Сире Посланника Аллаха ﷺ и его сподвижников, что чревато допущением серьёзных ошибок. Перевод смыслов Корана порождён периодом отсталости и интеллектуальным упадком мусульман, а также духом крестоносцев и шуубии (политическое движение в Халифате, отрицавшее исключительные права арабов на господство в государстве и привилегированное положение в Умме). Идея перевода возникла в востоковедческих центрах в эпоху колониализма и созрела в период христианско-иудейско-сефевидского альянса.

Подозрительное происхождение, сомнительная история и сама реальность, пропитанная кровью и войнами, побуждает нас поставить такое явление, как перевод Корана, под сомнение, осуждать его и посмотреть на него критически через идейно-политическую призму с точки зрения количества, авторов, точности, сроков и связи с колониальными проектами. Может, тогда мы рассмотрим суть подозрительного радушного отношения врагов к приветствию Книги Аллаха, внезапную доброту к мусульманам-неарабам и тревожное упорство в переводе смыслов Корана на все языки мира.

Переводы

Чтобы не оказаться многословным и не выглядеть слепыми сторонниками теории заговора, начнём с изучения уже проделанной работы, то есть с изучения готовых переводов с точки зрения их объёма, авторов, точности, сроков и связи с колониальными проектами. Первое, что привлекло наше внимание, это множество переводов на один и тот же язык. В общей сложности, имеется более 800 переводов Корана на 74 языках и диалектах по всему миру: 100 на урду, 95 на персидском, 80 на английском, 65 на турецком, 35 на французском, 30 на бенгальском, 22 на испанском, по 17 на индонезийском, немецком, азербайджанском и русском, по 15 на китайском и итальянском, 10 на иврите, 8 на берберском. Это наблюдение является краеугольным камнем нашего анализа. Отсюда будут расти корни всех наших выводов. Но в силу сухости этих сводок необходимо обогатить и усилить наше изучение проблемы. Для правильного анализа важно отметить несколько фактов:

Первый: большинство этих переводов появилось на свет хаотично, без какого-либо надзора, контроля или соблюдения святости Книги; они были изданы неИсламскими учреждениями, включая те, что известны своей исторической, принципиальной и открытой враждебностью к Исламу, как, например, сионисты. Либо они были изданы в формате «частных» инициатив сторонами, которые являются либо подозрительными и неквалифицированными специалистами, либо связаны с ересью в адрес Ислама, как бахаи, кадйаниты и ахмадиты. Под наши подозрения попадает даже Комплекс имени короля Фахда по изданию Священного Корана, хотя бы из-за издания последнего перевода Корана на иврит.

Второй: большинство переводчиков полностью или частично не знают тот арабский язык, на котором был ниспослан Коран, из-за чего они стали размывать смыслы оригинального текста и полагаться в своём переводе на другие варианты переводов на различные языки. Это расширяет пропасть между оригинальным арабским текстом и переведёнными версиями, в которых накапливаются ошибки, открывая двери для фальсификаций и искажений.

Третий: для шиитских меньшинств в западной Индии и странах Африки к югу от Сахары был переведён не «Мусхаф Усмана», а искажённый шиитский «Мусхаф Фатимы», в который крайние батыниты ввели «суру» «Аль-Вилая», соответствующую их убеждениям. Кроме того, в «Мусхафе Фатимы» в суре «Аш-Шарх» добавлено предложение وَجَعَلْنَا عَلِيًّا صِهْرَكَ («Сделали Али твоим зятем»), а 12 аят суры «Аль-Лейль»:

إِنَّ عَلَيۡنَا لَلۡهُدَىٰ ١٢

«Воистину, Нам надлежит вести прямым путём», — они читают إِنَّ عَلِيُّنَا لَلْهُدَى («Наш Али ведёт прямым путём»). Точно так же 51 аят из суры «Кахф»:

وَمَا كُنتُ مُتَّخِذَ ٱلۡمُضِلِّينَ عَضُدٗا

«Я не беру в помощники тех, кто вводит других в заблуждение», — они читают وَمَا كُنْتُ مُتَّخِذَ الْمُضِلَّيْنِ عَضُدًا («Я не беру в помощники тех двоих, которые вводят других в заблуждение»), утверждая, что речь идёт об Абу Бакре и Умаре. Так они исказили в своём мусхафе многие аяты. А то, что они не смогли исказить письменно, стали искажать по смыслу через толкование. Например, относительно аята:

إِنَّ ٱللَّهَ يَأۡمُرُكُمۡ أَن تَذۡبَحُواْ بَقَرَةٗ

«Аллах приказывает вам зарезать корову» (2:67), — они говорят, что под словом «корова» подразумевается мать правоверных Аиша ؓ. Проблема заключается в том, что такая интерпретация прямо отражается на переводе, где будет написано именно так, как они думают.

Четвёртый: во всех этих переводах в лучшем случае допущены грубые ошибки и искажения так, что они не отражают смысла оригинального текста, а в худшем случае тексты подверглись многочисленным преднамеренным отвратительным искажениям. Ниже мы рассмотрим некоторые примеры.

Евреи и перевод

В дополнение к переводу на иврит чистокровные евреи взялись за перевод Корана на различные языки по всему миру. Нет нужды напоминать, что евреи по отношению к Корану, Исламу и мусульманам никогда не соблюдали нейтралитет, объективность, беспристрастность, честность и точность. А кто думает иначе, тот пробил дно своего корабля и оказался на уровне политической слепоты. С самого начала Исламского призыва евреи никогда не оставляли попытки исказить Коран. В Коране описано то, что они делали в эпоху Посланника Аллаха ﷺ:

يَلۡوُۥنَ أَلۡسِنَتَهُم بِٱلۡكِتَٰبِ لِتَحۡسَبُوهُ مِنَ ٱلۡكِتَٰبِ

«Искажают Писание своими языками, чтобы вы приняли это за Писание» (3:78).

Неудивительно, что их привычки сохранились до сегодняшних дней. Они яростно противостоят признакам Исламского пробуждения: финансируют предвзятые переводы смыслов Корана и берут на себя бесплатное распространение тысяч копий подобных экземпляров, чтобы дискредитировать Ислам и исказить его законы. Ниже мы приведём некоторые примеры:

Аарон Бен-Шемеш, автор третьего перевода Корана на иврит, так переводит слова Аллаха:

وَخَاتَمَ ٱلنَّبِيِّ‍ۧنَ

«И печать пророков (или последний из пророков)» (33:40), — что складывается впечатление, будто Посланник Аллаха ﷺ был наименее важным и наименее значимым из всех пророков. Те места Корана, где Аллах обращается к сынам Израиля, например:

يَٰبَنِيٓ إِسۡرَٰٓءِيلَ

«О сыны Израиля!» (2:47), — автор перевёл так, как будто обращение делается в единственном числе, чтобы описываемые в Коране качества еврейского народа приписывались только к отдельным лицам. Он также изменил некоторые аяты так, чтобы они соответствовали еврейским рассказам. Например, Аллах описал корову, сказав:

بَقَرَةٞ صَفۡرَآءُ فَاقِعٞ لَّوۡنُهَا

«Корова светло-жёлтого цвета» (2:69). Но автор написал в своём переводе «красного», чтобы это соответствовало еврейскому рассказу о каком-то «строении». Его перевод был в целом очень искажён, так как начал он свой перевод с элегии, обращённой к жене и отцам. В своём переводе он также сжимает каждые пять аятов в один стих, превращая их в простые цитаты и желая сделать из своего перевода очередной «вариант Корана».

Андре Шураки, автор восьмого перевода Корана на французский язык, намеренно размывал и изменял границы и расположение сур. Например, он не привёл всю «Аль-Фатиху» в начале своего перевода, а привёл половину суры, остановившись на словах:

ٱهۡدِنَا ٱلصِّرَٰطَ

«Веди нас путём» (1:6), — а остальное привёл в конце вместе с началом суры «Аль-Бакара». Он сознательно подобрал слова, которые искажают смысл Корана. Вместо того, чтобы перевести слово «الطَّلَاقُ» на французский как «divorce», что в точности отражает значение слова «развод», он перевёл как «repudiation», что означает «произвольное изгнание». Так он хочет показать, что Ислам унижает женщину. Автор не упускал возможности высмеять Ислам. Например, слово «فَلَكٌ» из аята:

فِي فَلَكٖ يَسۡبَحُونَ

«Плывут по орбитам» (21:33), — он перевёл на французский как «felouque», что означает маленький корабль. Таким образом, аят теряет всякий смысл, логику и серьёзность, и вызывает только смех, поскольку перевод получается следующим: «Ночь и день, солнце и луну. Все плывут на маленьком корабле». Злые намерения Шураки не обошли стороной и Посланника Аллаха ﷺ. В своём переводе слов Аллаха:

يَٰٓأَيُّهَا ٱلنَّبِيُّ

«О Пророк!» (33:59), — он использовал звательную частичку «ohé», которая применяется к животным, когда необходимо их подогнать. Бесстыдство автора достигло своего апогея, когда он переступил рамки приличия и этики в отношении Всевышнего. Слово «رَحْمَتِهِ» в аяте:

وَٱللَّهُ يَخۡتَصُّ بِرَحۡمَتِهِۦ مَن يَشَآءُ

«Аллах же отмечает Своей милостью, кого пожелает» (2:105), — он переводит на французский как «matrice», что означает «матка женщины». Теперь представьте, какой смысл аята получается в его переводе и как он высмеивает Аллаха, задевая чувства мусульман.

Все эти ничтожные переводы являются лишь примером того, что может произойти, когда вопрос перевода смыслов Книги Аллаха находится в руках врагов Исламской Уммы, ненавидящих Ислам, которые выдают себя за знатоков арабского языка и Исламской культуры. Но мы смогли обнаружить всё это, потому что оно встречается в переводах Корана на известные живые языки, а что касается подобных переводов на малоизвестные языки или диалекты племён, то один лишь Аллах знает, сколько в них лжи и клеветы.

Достоверность Корана

Вся эта информация с переводами порождает в нас систематические подозрения и определённые политические настроения. Если переводы на разные языки имеют оправданность, как минимум, учитывая количество разных языков, однако множество вариантов переводов на один и тот же язык вызывает недоумение и сомнение. Учитывая вышесказанное, процесс перевода имеет негативные последствия, которые серьёзно угрожают единству Ислама и мусульман и ставят под сомнение достоверность, святость и подлинность Корана как основополагающего авторитета в религии и главной мотивации Уммы.

Даже если целью многократного перевода на один и тот же язык является пересмотр, поправка и улучшение качества, однако повторение этого процесса десятки раз (100, 95, 80, 65, 35...) одновременно и без малейшей координации никак не соответствует обычному процессу пересмотра, который направлен на поиск идеального и наиболее близкого перевода к оригинальному тексту. Скорее, это преднамеренное и плановое сталкивание Исламского законодательства в хаос переводов, которые контрастируют по форме и содержанию, духу и значению.

Это создаёт путаницу, сеет семена сомнений, закладывает основание для пренебрежения текстом Корана, порождает подозрения насчёт бескорыстности Корана, удаляет из сердец уважение и почтение к Корану и приводит к неправильному взаимодействию с текстом Корана и толкованием. Многочисленность предполагает контраст и различие, неизбежно ведёт к противоречию, конфликту и искажению. Множество переводов также предполагает ошибку, упущение, непонимание, субъективную оценку и отсутствие точности в выражении из-за различий в характеристиках языков и различий в способностях переводчиков. Поэтому, в конечном счёте, перевод рассматривается как предательство в отношении оригинального текста. Отсюда и рождаются сомнения относительно достоверности текстов в таком огромном количестве переводов, и эти сомнения быстро перекидываются на сам Коран.

То, что в Пакистане есть 100 переводов Корана, в Иране — 95, в англоязычных странах — 80, а в Турции — 65, никоим образом не приближает неарабов к правильным нормам Ислама, как это утверждается и пропагандируется. Скорее, многочисленность переводов ведёт к неясности и создаёт основания для всяких обвинений, которые заключаются в том, что якобы текст Корана искажён и полон противоречий, что он подвержен ошибкам передатчиков и желаниям тех, кто его собирал, что он искажается политическими и мазхабными тенденциями и что в нём, как и в любой другой книге, что-то может быть добавлено или убавлено, что Книга подвергается цензуре и не защищена от речевых ошибок. Всё это является подготовкой к тому, чтобы сионистско-христианский альянс, как он это и планировал, нанёс удар по единству и ясности текста Корана, используя переводы. Цель же состоит в том, чтобы:

1. помешать мусульманам-неарабам обращаться к оригинальной версии Корана как к священной Книге, инструменту поклонения и основному источнику законодательства,

2. исказить Книгу Аллаха среди этих народов, таким образом упростив процесс пересмотра, цензуры и искажения подобно тому, как это было сделано с мусульманами по проекту демократизации,

3. окончательно закрепить неопределённость и многочисленность повествований, что ведёт к увеличению вариантов версий Корана, затем — многочисленности мазхабов, а затем — и религиозных толков. И всё это делается для создания нового мазхабно-религиозного основания, чтобы расколоть мусульман согласно вероучениям вдобавок к этническому и лингвистическому разделению.

Святость Корана

Три составные Корана — язык, неповторимость (муджиза) и святость — идеально дополняют друг друга. Они тесно переплетены и дополняют друг друга. Арабский язык является источником неповторимости Корана, неповторимость является источником святости. То есть святость Корана в конечном итоге зависит от арабского языка, как об этом говорит Аллах:

بِلِسَانٍ عَرَبِيّٖ مُّبِينٖ ١٩٥

«На ясном арабском языке» (26:195). С этой точки зрения, хаотичный и предвзятый перевод не только приводит к размыванию смыслов Корана, неуважению и размножению разных вариантов Священной Книги, но так же ведёт к упразднению и разрушению, стирая ту главную черту, из-за которой Коран служит средством поклонения и источником законодательства. В них и заключается святость Корана, которая, по сути, порождена объединением смыслов Откровения с арабскими словами, арабскими оборотами речи, арабским стилем, арабскими буквами и арабской вязью, что и говорит о неповторимости. Арабский язык является неотъемлемой частью смыслов Корана. Без него Книга теряет свою неповторимость и святость, становится обычной книгой, которая уже непригодна для чтения в обрядах поклонения.

И самое важное, без арабского языка Коран теряет свою законодательную силу, перестаёт быть конституцией, из которой вытекают нормы и законы. Иджтихад — это поиск решений Ислама на арабском языке, потому что обращение Аллаха означает то, на что указывает арабская речь с арабским пониманием арабских слов и стилей. Что касается перевода, то это, скорее, выглядит толкованием на иностранном языке, которое не может служить источником законодательства, потому что изменение оригинального языка Корана передаёт лишь некоторую часть смысла прочитанного, не говоря уже о полноценном охвате смысла священного текста. Язык и культура являются двумя сторонами одной медали, поэтому культура может быть выражена только на своём языке, что подтверждается религиозными идеологическими текстами. Что может больше выражать Исламскую культуру, нежели Священный Коран?!

Отсюда просматривается уродливая сторона перевода: это процесс изъятия Корана из рук мусульман-неарабов, затем искажение его смыслов, уничтожение его законодательной силы, заслон перед его пониманием и истощение его энергии. Следовательно, перевод — это физическая ликвидация Священной Книги, несущей в себе акыду и Шариат, объединяющих Умму. Это неоценимая услуга для усилий Запада, предпринимаемых в рамках глобализации капиталистического мировоззрения ради искоренения Ислама под предлогом «терроризма» и высушивания источников Ислама как идейной и культурной опоры политических манёвров и военных действий, охвативших Исламский мир.

Единство мусульман

Серьёзные последствия перевода выходят за рамки самого Корана и влияют на идеологическую и политическую структуру мусульманской общины, поскольку Коран является основополагающим текстом Исламской идеологии, на которой строится Исламский Халифат. Перевод является частью проекта по раздроблению Исламского мира, который богат учениями, расами и языками, чтобы затем перенастроить мусульман в соответствии с интересами колонизатора. Для этого, во-первых, колонизатор вносит раскол между арабами и остальными мусульманами, разрушая доктринальную связь между ними, а именно — арабский Коран. Во-вторых, он разделяет арабский мир, побуждая этнические меньшинства, которые составляют тело Уммы, отделяться друг от друга, предотвращает их расплавление и смешивание с арабским компонентом в тигле Исламской акыды.

Подкармливание националистических тенденций в этих меньшинствах, возрождение их вымирающих языков и диалектов, а также переводы Книги Аллаха на эти языки направлены на то, чтобы обеспечить меньшинства компонентами, необходимыми для отделения, прежде чем начать использовать их в качестве топлива для разжигания войн в Умме и истощения её организма. К такой хитрости колонизатор стал прибегать из-за того, что его проекты, нацеленные против мусульман, разбиваются о скалу Исламской акыды. Акыда мусульман похожа на раствор, который укрепляет и поддерживает кирпичи Исламского мира, и похожа на тигель, в котором расплавляется мозаика рас, языков и этнических групп, несмотря на искусственное и принудительное разделение со стороны колонизатора.

Перед лицом невозможности извлечь эту веру из сердец мусульман, как минимум, можно превратить её из фактора строения, силы, объединения и возрождения в кирку разрушения, разделения, слабости, распада, деградации и отсталости, взорвав строение изнутри и разрушив его на разные виды Ислама в зависимости от региона, национальности, этноса, мазхаба и тариката, различающихся и враждующих друг с другом по своим особенностям с точки зрения понимания акыды, Шариата, ритуалов и святынь.

Эти устремления колонизатора кажутся невозможными до тех пор, пока основополагающий текст акыды один. Таким образом, он был вынужден нанести удар по целостности Священного Корана, чтобы создать разнообразие, которое приведёт к некой форме религиозного плюрализма. Следовательно, каждая страна будет иметь свой собственный Ислам и Коран, каждый мазхаб будет иметь собственный Ислам и Коран, каждое расовое, этническое, языковое или диалектное меньшинство будет иметь свой Ислам и Коран. Этой цели колонизатор добивается через множество механизмов, возможно, самой подлой из которых является навязывание для каждой группы собственного правового мазхаба и версии Корана, особенно беспорядочного и предвзятого перевода Книги Аллаха.

Таким образом, становится ясно, что перевод используется для поддержания американских проектов против Ислама и мусульман, таких как демократизация, разделение и глобализация капиталистического мировоззрения. Более того, переводы подготавливают мусульман к принятию таких проектов, как «Сделка века», особенно учитывая последний, десятый перевод Корана на иврит. Прежде чем углубиться в этот вопрос, мы сформулируем проблему политически и поместим её в исторический контекст.

«Израильская» проблема

Проблема еврейского образования заключается не в наличии государства, поскольку оно уже существует с 1948 года. Скорее, проблема заключается в устойчивости и сохранении этого образования. Если колонизатор останется чужеродным объектом, который не будет признан людьми на местах, тогда его ожидает неизбежный крах даже спустя сотни лет и смены множества поколений. Примером тому служат крестоносцы на Востоке. Этот исторический и политический урок был хорошо усвоен идеологами империализма и сионизма, которые понимали, что если сионистский проект на палестинской земле будет осуществлён огнём и мечом, тогда он обречён на провал, потому что важно не только оккупировать землю, но и закрепиться на ней, создать подходящую безопасную среду для иудаизации и грабежа.

Единственный способ добиться этого — заставить регион принять и признать оккупированные земли за иудеями, оправдав их преступления. Однако в течение первых шести десятилетий конфликта было достигнуто лишь формальное признание, которого удалось добиться огнём и мечом, предательствами и несправедливыми международными решениями, внесёнными в послужной список светских режимов, установленных над арабами. Однако такое признание не отвечает потребностям безопасности «Израиля», потому что это лишь чернила на бумаге.

Исламская идентичность по-прежнему заставляет людей отвергать оккупанта, тем более что иудеи-оккупанты упорствуют в своём высокомерии. Поэтому им необходимо предпринять усилия для извлечения признания из уст Исламистов, сторонников Шариата, чтобы завоевать доверие людей и иметь возможность реализовать свою цель на местах. Тем более, движение «ФАТХ» утратило авторитет после разоблачения предательства, и оно больше не имеет права идти на уступки от имени палестинцев, а также арабов и мусульман.

Поэтому евреи и их союзники устремились вовлечь в процесс нормализации отношений Исламские движения, самым популярным из которых является движение сопротивления «ХАМАС». В 2006 году они включили это движение в политический процесс, чтобы сделать его участником власти на основе соглашений в Осло, а затем добиться от него необходимых уступок. Затем сионисты оказали на «ХАМАС» политическое и военное давление, чтобы добиться от него того, чего добились от движения «ФАТХ», а именно — постепенное признание «Израиля» и приручение к этому своих последователей. Это было достигнуто в 2017 году, когда «ХАМАС» опубликовал документ «Принципы и общая политика», в котором движение отказалось от своей Исламской направленности, чтобы освободиться от обвинений в экстремизме и антисемитизме, согласилось работать под эгидой «ФАТХ» и согласилось с построением палестинского государства в границах 1967 года, косвенно признав за евреями земли 1948 года.

Эти коварные уступки со стороны «ХАМАС» были расценены палестинцами как присоединение к «ФАТХ». Так «ХАМАС» потерял своё лицо и право представлять народ и других арабов и мусульман в конфликте с еврейским образованием. Он не отрицал, что конфликт носит Исламский характер и что Исламисты являются главной опорной силой Палестины и её святынь. Однако события показали, что движение «ХАМАС» утратило свою Исламскую направленность. Таким образом, Ислам и Исламисты остались предметом надежд палестинского народа и Исламской Уммы в освобождении первой кыблы — аль-Аксы — от евреев.

Поэтому «Израиль» снова оказался на исходной точке в проблеме безопасности. Все политические и военные манёвры, которые он предпринимал вместе со своими прихвостнями и друзьями, не остудили пыл мусульман и не убили в них надежду на полное освобождение Палестины и исполнения обещания Аллаха. Сионисты были вынуждены перейти в идейное наступление, то есть проникнуть в Исламскую причину конфликта и склонить саму Исламскую акыду к нормализации. Это привело бы к потере надежды и доверия к Исламскому источнику в Умме и подтолкнуло бы мусульман к вынужденному признанию статуса-кво «израильтян». Невозможно извлечь из сердец мусульман Исламскую акыду, как и отвратить их от добровольного подчинения Исламу и лишить их причины конфликта.

Однако можно оседлать эту волну и использовать её для служения проекту христианско-сионистского альянса на земле Исры и Мираджа. Это требует подчинения Священного Корана демократизации и борьбе с «терроризмом» путём удаления джихадистских и антисемитских аятов, которые атакуют преступную сущность евреев и разоблачают их, а также путём удаления аятов, в которых признаётся право мусульман на благословенную землю и её святыни. Затем евреям нужно, чтобы Коран разрешил бездействовать в отношении иудейской агрессии. То есть им нужно извлечь из Корана признание и нормализацию, ограничив Книгу духовно-религиозными рамками. Возможно, они и добьются признания Исламской Уммой оккупации и статуса-кво «израильтян», чтобы евреи достигли нового уровня безопасности и стабильности.

Переводы и «Сделка века»

Своим сложным замыслам евреи не могут подчинить оригинальную арабскую версию Священного Корана, поскольку он высечен в сердцах мусульман, особенно Мусхаф Усмана. Но, теоретически, на другом языке это может быть достигнуто посредством предвзятых переводов смыслов Книги Аллаха. Исходя из этого, без предупреждения и без необходимости, одновременно и параллельно с началом процесса «Сделка века», министерство по делам Ислама Королевства Саудовская Аравия начало кампанию по переводу смыслов Корана на 74 языка и диалекта по всему миру под управлением и дальнейшим выпуском переводов Комплекса имени короля Фахда по изданию Священного Корана. Одним из наиболее заметных переводов по этой программе является перевод на иврит.

Это было сделано доктором Асъадом Нимром Басулем, палестинским мусульманином, который прожил в Америке 20 лет. Перевод также был утверждён палестинским мусульманским доктором Тайсиром Хасаном Мухаммадом аль-Аззамом. Однако палестинский исследователь Аляуддин Хаммад Ахмад обнаружил в этом переводе более 300 ошибок, начиная от ошибок в переводе слов и муташабих аятов, заканчивая типографскими ошибками, с добавлением или убавлением одной или нескольких букв. Так же не стали исключением и намеренное внедрение и переплетение Коранических историй с ложными и искажёнными иудейскими рассказами (исраилият).

Например, в переводе говорится, что Ибрахиму ؑ было приказано принести в жертву Исхака, а не Исмаиля, или что у Ибрахима было два сына — Исхак и Якуб, и не было никакого Исмаиля. Это ошибки, которые влияют на саму Исламскую акыду и соответствуют еврейским повествованиям. Первая ошибка, обнаруженная исследователем, касалась перевода названия «Коран аль-Карим», когда прилагательное «аль-Карим» (Благородный) было заменено другим прилагательным. Также словосочетание «ахлю аль-китаб» было переведено, как «христиане», т.е. иудеи не упоминались в тех местах Корана, где речь шла об ахлю аль-китаб в целом. Всевышний Аллах говорит:

وَقَالَتِ ٱلۡيَهُودُ لَيۡسَتِ ٱلنَّصَٰرَىٰ عَلَىٰ شَيۡءٖ

«Иудеи сказали: «Христиане не следуют прямым путём» (2:113). Кроме того, в переводе Нимра Басуля имя Мухаммада ﷺ было вычеркнуто из списка пророков, прилагаемого к переводу. Исследователя шокировало то, что автор перевода использовал термин «храм» вместо «мечеть аль-Акса» в первом аяте суры «Аль-Исра»:

سُبۡحَٰنَ ٱلَّذِيٓ أَسۡرَىٰ بِعَبۡدِهِۦ لَيۡلٗا مِّنَ ٱلۡمَسۡجِدِ ٱلۡحَرَامِ إِلَى ٱلۡمَسۡجِدِ ٱلۡأَقۡصَا

«Пречист Тот, Кто перенёс ночью Своего раба из Заповедной мечети в мечеть аль-Акса» (17:1). Также в 28 аяте суры «Ас-Саджда» использовано слово «аль-хукм» (власть) вместо слова «аль-фатх»:

وَيَقُولُونَ مَتَىٰ هَٰذَا ٱلۡفَتۡحُ إِن كُنتُمۡ صَٰدِقِينَ ٢٨

«Они говорят: «Когда же свершится этот суд, если вы говорите правду?» (32:28). В то же время довольно подозрительно, например, когда Эмираты выпускают новый экземпляр Корана, в котором название суры «Аль-Исра» было заменено названием «Сура Бани Исраиль».

Этим наглым шагом по отношению к Книге Аллаха они хотят, чтобы мы углубились в иудейскую ментальность и узнали, как они воспринимают Ислам, Коран и Пророка ﷺ. Еврейские переводчики исходят из своих убеждений, которые заключаются в том, что Священный Коран — это «книга, полная противоречий, которую Мухаммад выхватил из уст священников и раввинов, черпающих знания из Торы, Библии и Талмуда», и что «он добавил к тому, что было упомянуто в Торе, лишь некоторые незначительные элементы». Поэтому, в их понимании, Ислам — это не что иное, как «арабский иудаизм, который соответствует арабам с их отличиями».

Андре Шураки говорит об этой теории: «Коран в оригинальной версии был написан на иврите, а затем плохо переведён на арабский». Эта клевета дополняет картину еврейского решения палестинской проблемы, раскрывая политическое и идеологическое послание, адресованное мусульманам, в котором они утверждают, что Исламская акыда тоже поддерживает сионистский проект в Палестине. Они надеются, что это поможет мусульманам переосмыслить и принять «Сделку века».


Смысл послания заключается в следующем: «Мы, евреи, согласны с мусульманами и готовы для решения проблемы обратиться к Исламскому источнику. Но мы больше, чем они, преданы этому источнику. Мы вернулись к первоначальному виду и оригинальному тексту на том языке, на котором он был написан до того, как был переведён на арабский язык.

Мы обнаружили, что этот источник явно стоит на стороне сионистского проекта в Палестине. Он признаёт наличие «храма» и поддерживает его восстановление на месте мечети аль-Акса. Он так же возвещает о мировом правительстве (когда же свершится эта власть), на которое надеются наши братья-масоны. Если вы сомневаетесь, то ведь это было высказано и проверено двумя палестинскими мусульманами, которые следуют правде во всех смыслах. Здесь падает идеологический и психологический барьер, препятствующий нормализации. Таким образом, принятие статуса-кво «Израиля» — это не предательство и не пренебрежение святынями, а, скорее, возвращение к наследству нашего прадеда Ибрахима. И потом, у вас, мусульман, нет выбора. «Сделка века» будет осуществлена огнём и мечом, и это не подлежит обсуждению. Но это — возможность для вас, которую нельзя упускать. В противном случае вас ждёт судьба мусульман Китая и Индии».

Премьер-министр «Израиля» Биньямин Нетаньяху подытожил эту кампанию против Ислама и мусульман: «Мы сделаем их Ислам таким, который подходит нам. Мы построим «новый Ислам», который позволит нам достичь наших целей. Ислам, который разрешает убийства и кровопролитие, а также распространение порока и хаоса. Мы будем подпитывать сектантство, затем вооружать стороны, и начнётся борьба. Тогда арабский мир будет разделён по религиозно-сектантскому признаку. Мы обеспечим непрерывность внутренней борьбы между ними и гарантируем отсталость и отсутствие роста среди них. Что более важно — они будут сражаться против своих армий вместо нас. Это сэкономит нам много солдат и денег».

Мусульмане должны осознать и разрушить план, который состоит в том, чтобы таким хитрым способом распространить переводы смыслов Корана. Этими переводами они не только хотят осуществить свои замыслы, но и заменить религию Аллаха. Они хотят уничтожить единство мусульман в акыде, законодательстве и политике. Всевышний Аллах говорит:

وَقَدۡ مَكَرُواْ مَكۡرَهُمۡ وَعِندَ ٱللَّهِ مَكۡرُهُمۡ وَإِن كَانَ مَكۡرُهُمۡ لِتَزُولَ مِنۡهُ ٱلۡجِبَالُ ٤٦

«Они строили свои козни, но их козни были у Аллаха. А ведь козни эти могли сдвинуть горы» (14:46).

Мусульмане должны понять и ответить на их козни, осуществив слова Аллаха:

وَلَا يَحِيقُ ٱلۡمَكۡرُ ٱلسَّيِّئُ إِلَّا بِأَهۡلِهِ

«Но злое ухищрение поражает только тех, кто творит зло» (35:43).


Д-р Бассам Фархат
Доволен я Аллахом как Господом, Исламом − как религией, Мухаммадом, ﷺ, − как пророком, Каабой − как киблой, Кораном − как руководителем, а мусульманами − как братьями.